Дверь к поляне Воспоминаний

Легкий ветерок сорвал листок с одиноко растущей в хвойном лесу березки, закружил в причудливом вихреватом танце, ведя его над кронами вечнозеленых гигантов прямо к небольшой полянке, на которой лежала пара увлеченных серьезным спором о несерьезных вещах людей.

-- Ну вот опять ты не угадал! -- Ворчливо подметила девушка, злясь на недогадливость собеседника. -- Какой еще шкаф с хвостиком? Ну разве это милое облачко на него похоже?! Смотри: ушки, пузико, шляпка, маленький хвостик — вылитый бегемотик из моего любимого набора! И твоего, кстати, тоже. Или ты забыл?

-- Как ты у меня подворовывала миниатюрки? Да нет, прекрасно помню, -- усмехнулся парень, а затем тихонько ойкнул, получив тычок маленьким кулачком под ребра. — Да я же и не против был! Ай!

-- Знаю, что не против. -- По-доброму проворчала девушка, бесцеремонно приподняв руку парня, чтобы удобней устроиться на его плече, -- Или ты думал, я не замечала, что недостающие в моей коллекции бегемотики мистическим образом оказывались на самом видном месте твоей комнаты? Но они всегда, почему-то, стояли на самом высоком месте, куда я без табуреточки не доставала.

-- Которую ты всегда без труда находила.

-- Потому что ее кто-то, как бы ненароком, оставлял в уголку. Гад ты…

-- Потому, что оставлял табуреточку?

-- Потому, что приучил к заботе. — Девушка тяжело вздохнула и крепче прижала к себе руку парня, кутаясь в добровольно-принудительных обнимашках. — Причем — к качественной заботе! А не ко всякой ерунде, которую за такую принимают.

-- О, как! — Удивился парень и попытался посмотреть в глаза девушки, но тут же получил легонький укус и перестал вертеться, после чего подложил свободную руку под голову и, мазнув взглядом по проплывающему над ними причудливому облачку, что в свете луны казалось ему не то старинной пиратской шхуной, не то запутавшимся в клубочке ниток котенком, спросил, -- И в чем же разница?

-- В душе. -- Не задумываясь ответила девушка. — И мелочах.

-- Потому что в них собака зарыта?

-- Дурак! Потому, что в них души больше. Да и чище она в них. Чем больше поступок, тем дольше люди над ним думают. Планируют что-то, прикидывают, высчитывают. И со всем этим могут настолько заморочиться, что забывают добавить в него самый что ни наесть главный элемент — душу. А без нее даже самая большая забота теряет свой вкус, а иногда и смысл.

-- Не понял… Мне кажется, ты что-то путаешь. Как забота может быть без души да еще и без смысла? Это же невозможно!

-- Ой, и почему я даже не удивлена! -- фыркнула девушка и легонько прикусила локоток парня, предварительно оттянув край рукава его футболки. — Ты никогда такие вещи на словах не понимал, сложные они для тебя были. Но зато всегда все делал правильно. Чувствовал, гад такой, как правильно и делал. И никогда не ошибался.

-- Хватит меня уже хвалить — мне это нравится! — Отшутился юноша. — Лучше на вопрос ответь.

-- Ну… Ну вот помнишь я тебе про Мишку рассказывала? Который за мной еще после школы бегал и цветы под окна подкидывал?

-- Это который тебе под окнами надпись-однодневку оставил? Помню, помню. И что?

-- Да надпись хорошая была, качественная. Я бы не один год на нее смотрела. Кто ж знал, что Мишке не повезет на моего папу нарваться? А с ним разговор короткий — сам знаешь. Тряпку с ведром выдал и над душой стоял, пока асфальт чище прежнего не стал. Но я не об этом рассказать хотела. У меня когда пробы в театральный были, он меня поддержать пришел...

-- А…

-- Да, да — не перебивай. Я тогда дико волновалась, не помогали не заверения папы в моей гениальности, ни мамин пузырек валерианки, ни дедушкино «авось пронесет» — вообще ничего. Мандраж такой был… вспоминать страшно. И вот, стою я на сцене, только-только закончила свой дебютный показ игривого дронта во время брачного периода — экзаменаторы те еще выдумщики были — перевожу дыхание и тут он — во фраке и с огромным букетом бархатных роз. Поднимается на сцену и вручает мне все это великолепие, а потом помогает спуститься со сцены, потому что из-за слез я ничего не видела.

Девушка сделала паузу, а парень глубоко вздохнул. Он прекрасно помнил тот день и то, что было дальше и готовился услышать о себе не самые приятные слова. Потому что тогда, после его небольшого поступка, он разругался с тем самым Мишей и, что еще более плохо, стал причиной его ссоры с Девушкой.

-- Я спустилась со сцены и там меня встретил ты. Что-то пробормотал, отобрал букет, вытер слезы своим платком, а потом оставил мне его и ушел. И знаешь что?

-- Что? — Стараясь не выдавать своего напряжения, произнес парень.

-- Это и было настоящей заботой с твоей стороны. Без прикрас. Был Миша, который в стремлении показать себя передо мной забыл самое главное — меня. Он купил шикарный букет, надел дорогой костюм и даже пришел в важный для меня день — идеальный момент чтобы произвести впечатление, да? Но он забыл, что у меня аллергия на цветы, хотя всего пару месяцев назад краснел передо мною по тому же поводу. И ты… просто забрал букет, привел меня в порядок и подтолкнул к коридору в гримерку, спасая от всеобщего внимания. Сделал то, что мне было тогда нужно, а не просто что хотел. Проявил заботу. Потому что всегда помнил обо мне.

Девушка замолчала. Замолчал и парень, обдумывая ее слова. Он действительно никогда так глубоко не задумывался о своих поступках — просто делал и все. Шутил, помогал, слушал истории или просто был рядом. Единственное, что ему хотелось — это чтобы люди вокруг него улыбались. Искренне и беззаботно. А для этого нужно всего лишь их слышать. Не ушами, сердцем. Потому что только так можно понять, что действительно нужно человеку. Парень знал что то, что хотим и то, что мы думаем что хотим может сильно отличатся друг от друга. Люди вообще склоны выдумывать себе странные желания и мечты думая всем чем угодно, но не сердцем.

В траве застрекотал сверчок. Ночной воздух сразу заполнился спокойствием и особым уютом, который сложно объяснить словами. Это все равно, что попытаться объяснить вкус дружбы или теплоту любви. Лишь испытав на себе понимаешь, что это такое.

Ветер подул сильнее, гоня облака прочь. Выглянувшая луна с новой силой осветила все вокруг, придавая и без того волшебной ночи некую сказочность.

Девушка зажмурила глаза и потянулась, нежась в мягком свете Ночной Хозяйки, совершено не обращая внимания на ворчания юноши, чье ухо пострадало от внезапного взмаха рукой.

Небо неуловимо изменилось. Светло-синие тона постепенно вытесняла фиолетовая рябь, протянувшаяся сквозь небосвод, дополняя атмосферу сказки красками.

-- Гляди! — Тонкая ручка устремилась вверх, указывая на особо причудливое облачко. — Прямо как котенок из нашего любимого мультика. Помнишь? Который еще своими проказами доводил бедненьких собачек.

-- Конечно помню, -- проворчал парень, легким движение опуская мельтешащую у его лица руку. — И уж точно никогда его не забуду. Потому что у меня тоже есть такой же вредный… котенок, который не дает заскучать.

-- Это он от большой-пребольшой любви делает, -- зевнула девушка и перевела взгляд на кроны деревьев, На них, на самых кончиках самых высоких гигантов плясали первые солнечные отблески, что встречаясь с лунными зайчиками сияли настоящим волшебством. -- Почему мы с тобой стали так редко смотреть на небо? Помнишь, раньше мы почти каждую летнюю ночь брали плед и убегали в поле. Или на речку… Ели рассованные по карманам сухари и, вот как сейчас, просто болтали? Что с нами случилось?

-- Мы стали взрослыми, -- спустя некоторое время ответил парень. Неуверенно, словно сомневаясь в своих же словах.

-- И все? Ты всегда говорил, что мы с тобой не повзрослеем. Никогда!

«Мы перестали ценить простые вещи» -- хотел сказать Парень, но промолчал. Промолчал, потому что эти слова не заставят никого улыбнуться. «Мы перестали ценить время» -- еще один ответ на все тот же, такой простой и одновременно сложный вопрос, который лезвием прошелся по его сердцу.

Перед затуманенным взором Парня пронеслись сотни воспоминаний. Закручиваясь колючим вихрем, они оцарапывали Душу напоминанием неправильного выбора.

Вот он возвращается домой после смены. Подходит к знакомому окну и… проходит мимо. Он выбирает несколько лишних часов сна нескольким часам беседы.

А вот здесь он не проходит мимо. Нет. Но и не заходит. Просто стоит и смотрит в темное окно, теребит в руках мобильный, словно это добавит ему уверенности, периодически глядя на время, но так и не решается постучать. Все из-за пустяковой ссоры накануне. Действительно пустяковой. Ведь не могут же родные души дуться друг на друга из-за простой пироженки? Даже если она очень вкусная и последняя? Или могут?

Парень поморщился, словно от зубной боли. Новое воспоминание кольнуло сильнее прежних. В нем он стоит на перекрестке, все также держит в руках смартфон и думает куда идти. Налево — дом, где ждет Она. Сегодня полная луна и они планировали погулять в ее свете. Вдвоем, вдоль реки. Направо — дача одноклассника. Там шумно, весело. Много людей и новых знакомств, которых ему давно хотелось.

Новый укол, старая боль. Осознание неправильного выбора. Упущенного времени. Их времени.

Парень молчит. Погруженный в пучину воспоминания он не замечает ничего вокруг, но механически, нежно сжимает Ее, не выпуская из своих объятий.

Молчит и она. Как и он, Девушка плывет по реке Памяти. Проплывающие над ней облака помогают ей вспомнить, играя роль Островков.

Вот облачко в форме осеннего букета. Луговые цветы, которая она так любит. Настолько, что готова терпеть раздражающую аллергию, лишь бы ненадолго зарыться носом в пучок маленьких цветов и вдохнуть аромат трав. Первая ночь после приезда. Она только вернулась от бабушки и вот-вот готовилась лечь спать, как ее разбудил легкий, знакомый и такой родной стук по стеклу. Три коротких, один длинный и снова два коротких удара — их тайный сигнал. Она не могла поверить что Он к ней пришел. Откуда он узнал, что она сегодня приезжает? Она никому не говорила. Хотя, это не важно. Важно что он здесь и пришел. А то, что он ради маленького сюрприза подкупил работающего на вокзале друга — не важно. Она никогда об этом не узнает, навсегда запомнив послевкусие сказки.

А вот еще одно облачко. Оно не такое красивое как прежде — очень тяжелое и грустное. Это летний дождь, который Они встретили стоя под козырьком подъезда. Он любил дождь. Любил гулять под падающими с неба теплыми каплями, резко взъерошивать волосы, осыпая ее мириадами брызг, и смеяться с ее недовольного лица. А она, как истинная кошка, не любила воду. Не любила мокнуть, а потом сохнуть. Ей не нравилось как выглядят ее намокшие волосы, хоть Он всегда говорил ей, что в таком виде Она — само совершенство. Девушка поморщилась и зарылась в руку парня. Она вспомнила, что было дальше и почувствовала ноющую боль. Она помнила, как он тогда улыбался и тянул ее под горячие струи воды — в ту ночь дождь был обжигающе теплым. Помнила, как он хотел потанцевать с ней под дождем. Как напевал ее любимый мотив, используя мелодию как аргумент, и помнила, как отказала. А он не стал настаивать. Не стал продавливать свое желание, уважая ее выбор и настроение, а просто сделал шаг назад. Он заботился о ее внутреннем мире. Всегда. И если и нарушал его покой, то всегда врываясь с чем-то веселым.

Тогда они просто стояли под козырьком, обнимались и молчали, глядя на стену из сотен тысяч падающих с неба капель. Им было грустно. Почему? Тогда Девушка этого не знала. На думала, что это из-за ее маленького отказа, хотя глубоко внутри понимала, что это не так. А сейчас понимала. Их души чувствовали, что в тот момент они упустили свой последний танец. Танец под летним дождем, полный смеха, беззаботности и радости. Детского восторга. Их танец.

Солнечный лучик соскользнул с кроны и пробежался по лицам ребят. Парень зажмурил глаз и тяжело вздохнул. Он крепко прижал к себе Девушку и поцеловал в макушку.

-- Тебе пора, начинает светать.

-- Я не хочу уходить! — Капризно заявила Девушка и попыталась завернуться в руку парня.

-- Я тоже не хочу тебя отпускать, но так надо.

Парень осторожно встал, подняв вместе с собой и повисший на руке комочек, и посмотрел в сторону встающего солнца.

-- Ну же, отпускай меня.

-- Не хочу! А вдруг мы больше не увидимся?!

-- Увидимся, обещаю. — Парень мягко приподнял родной комочек и снова поцеловал в макушку.

-- В прошлый раз ты мне говорил тоже самое! — В голосе Девушки лязгну сталь. В нем зазвучала злость, энергия и… боль. Много боли, которая разрывала ее изнутри. — Ты обещал, что мы увидимся. Что уезжаешь не надолго. Что с тобой все будет хорошо и что мы очень скоро снова будем лежать под луной — только ты и я. А ты… ты…

По щекам девушки текли слезы. Они бежали вниз, капая на белоснежную футболку, впитывались в ткань и через нее обжигали тело Парня.

Он сглотнул стоявший в горле комок, что по ощущениям состоял из битого стекла и гвоздей, немного напрягая живот, чтобы голос не дрожал и звучал уверенней, и тихо заговорил, гладя Ее взъерошенные волосы.

-- Оглянись. Мы снова вместе, под луной. Только ты и я — как раньше.

-- Не как раньше… -- Сквозь всхлипы было сложно разобрать слова. Хорошо, что Он научился слушать сердцем. Хоть и слишком поздно. — Это… это не навсегда.

-- Будет. Потом.

-- Я не уйду! Я… вдруг я не найду дорогу обратно? Вдруг я не смогу вернуться?

-- Сможешь. Ты же нашла ее сегодня?

-- Ты даже не представляешь, как долго я ее искала…

-- Представляю… -- И он представлял. Он знал, ведь Здесь Время идет совсем нет так, как привыкли Там. Здесь можно увидеть все, и все узнать. Не сразу, но… но время есть. Куда теперь спешить?

-- Пообещай, что я снова тебя увижу. Очень скоро. Пообещай!

Руки Парня крепче сжались на спине Девушки. Он зарылся носом в ее волосы и тихо прошептал:

-- Обещаю! Ты найдешь нужную дверь к Поляне Воспоминаний, дверь ко мне.

Она обмякла. А затем впилась в Него самыми крепкими из всех возможных объятий. Она плакала, хоть слезы давно кончились, а затем резко приподнялась на носочки и поцеловала его. И ушла, приминая босыми ногами мягкую траву поляны Воспоминаний. Ее душа была спокойна, ведь Он пообещал, что они непременно увидятся вновь. А он никогда не нарушал обещаний. Никогда.

Он смотрел ей в след и тихо плакал. Теперь было можно. Теперь она не увидит его слез. Он так долго ждал встречи с ней, ждал ее на их поляне, неведомо как появившейся в этом мире. Ждал и дождался.

Он понимал ее боль. Понимал, но не мог объяснить. Ведь как можно объяснить Это? Разве она будет его слушать? Конечно нет. Да и как можно представить, что Она примет его выбор? Как поверит в то, что он это сделал ради нее? Как и вообще все, что он когда либо делал. В это невозможно поверить. Ведь тогда, по ее пониманию, Он должен быть рядом с ней. С ней, а не на Поляне Воспоминаний.

Он проследил за ней до самого конца. До того момента, как ее тающий образ растаял, пройдя витиеватой аркой древесного портала. Портала из мира Снов. Он мягко улыбнулся, вытер слезы и посмотрел на небо, которое в обоих мирах было одинаковым.

А она… она только что проснулась на мокрой подушке. В слезах и умиротворенной улыбкой на лице. Настоящей и искренней улыбкой, впервые за долгое время посетившей ее красивой лицо. Девушка приподнялась на локте, вытерла слезы тыльной стороной руки и поправила стоящую на прикроватной тумбочке фотографию. Их фотографию, случайно снятую другом у арки городского парка. Он поймал их счастливыми. Молодыми и беззаботными, смеющимися детским искренним и полным любви смехом.

-- Спасибо! — Полный счастья шепот сорвался с Ее губ и эхом разнесся по комнате. Она была счастлива, ведь только что Он сдержал свое слово. Как и всегда.