DXD: Джаггернаут

Э-эй земля-я-я

Зале-е-ей меня-я-я

Снего-о-ом талы-ым

Зале-е-ей меня-я-я-я-я.

— Ахеренный трек да? — Девчонка. Я заприметил её ещё, когда она со своей шумной компанией завалились за соседний столик. Ну как заприметил — увидел белые волосы. На большее мельтешащий свет софитов и мои врожденные минус двадцать диоптрий не позволяли рассмотреть даже лица красотки. Наверное, красотки. Голос был приятный, на вид стройная. Уже достаточно. Так сказать, базовый минимум. Сейчас же эта девушка прилипла ко мне, приобняла за талию у барной стойки. — Привет сигмам? Угостишь меня? — Голос у неё был приятный — мягкий, в меру тонкий и без единой стервозной нотки. А выпитый алкоголь лишь усиливал очаровательный эффект ее тембра.

— Привет! — Моя рука тоже скользнула по ее талии. Теплая, в меру подкачанная. То что надо! — Бармен, сделай два «Куба либре»! — Бармен услышал мой заказ и тут же привычным движением протянул терминал.

— 1650 р.

Цены, конечно, подросли, но сегодня можно. Мы наконец-то закрыли долгий проект в студии. Кино с мордобоем и кучей спец-эффектов, для каких то богачей. И сейчас, после трехмесячной безвылазной переработки, выбрались на отдых. А тут ещё госпожа удача подкинула мне эту красотку, лишая возможности в очередной раз завафлить и упустить тот самый секс.

— Тебя как звать красавица?! — Мой голос тонул в оглушающих реверберациях трека, поэтому приходилось кричать чуть ли не в ухо девушки. Хотя это даже было плюсом. Запах, приятный аромат духов... Жаль, что я не разбираюсь в них... Вроде бы жасмин и что то розовое?

— Алиса! А тебя? — При этих словах когтистая ручка воткнулась в мой бицепс. Автоматически я напряг банку. Не зря же железки по три раза в неделю таскал. Тут сзади новую знакомую вульгарно толкнула какая то пьяная бабища. Женщина пробралась к стойке и уронив себя на столешницу. — Ой. — Алиса пользуясь моментом прилипла ко мне еще плотнее.

Ощутив, как нечто мягкое прижалось к моей руке, я выпалил на автомате: — Я... Ярик. — Имя прозвучало как-то неуверенно, попав прямо в очередной взрыв трека.

Зале-е-е-ей меня-я-а-а-а!

— Прикольное имя! Ты один здесь? — Алиса заглянула мне в глаза и тут же отпрянула. Неудивительно, мало кто может выдержать взгляд в пустоту. А только так я и привык смотреть на мир.

— Не, мы с друзьями кайфуем. Но для тебя свободен! — Я опустил руку чуть ниже. Пьяная девчонка против, похоже ничего не имела. Удивительно, как я вообще при таких мышечных объёмах я уже больше пяти лет в завязке? И на лицо вроде бы симпатичный. Странная херня. Но на этот раз не упущу.

О столешницу глухо звякнули полные бокалы. — О-оп, а вот и наши коктейльчики! — Я подхватил тару, стекло приятно охладило пальцы. Алиса тоже не медлила.

Хихикая, она подняла стакан в воздух. — За знакомство! Мистер мускул! — Бокалы звонко чокнулись, я запрокинул голову, заливая алкоголь в топку. Стоило мне только поставить пустой бокал на место, как коготки с усилием потянули меня на танцпол. Кайф!

Казалось, я попал в какой-то сон — женское тело, стройное, скрытое лишь тонкой тканью рубашки. Сладковатый запах её парфюма, что одурманивал ещё сильнее осознания происходящего. Двигаться она не умела так же, как и я. Да и трек, что сейчас разрывал колонки, был совсем не танцевальный. Бит, перебивающиеся реверберациями завывания женского голоса — под такое можно было только трястись и хаотично махать лапами. Но, похоже, и мне, и ей этого было достаточно. Боже, как же я счастлив! Её улыбка, мама-а-а...

Вдруг глаза Алисы расширились — что-то привлекло её внимание за моей спиной. Дерьмо, только не сейчас, я только решился увести её!

— Давай уедем! — Удача! Как же мне везёт в этот вечер. Прижавшись ко мне, Алиса потянула меня к выходу, но на этот раз коготки впились глубже, или мне так просто показалось?

— Да, давай. Сейчас только с ребятами попро... — Договорить я не успел. Тяжёлая, очень тяжёлая рука опустилась на моё плечо. Девушка в испуге отпрянула.

— Олег, нет, погоди... это не то, что ты...

Удар — такой же тяжёлый, как и рука. Тычок пришёлся в спину, я полетел вперёд. Шаг, второй, третий — и я удержал равновесие, врезавшись в отжигающего толстого мужика. — Извини, дружище! — На автомате выплюнул я. Что это было? Какой ещё, нахрен, Олег? Ох... Больно-то как.

Я обернулся, слепо окинул взглядом колышущуюся людскую массу. Бесполезно — белой макушки нигде не было. А по другим признакам отыскать пропавшую девушку шансов с моим минусом... нету, короче. — Сука! — Зло зыркнув на подпитую парочку, что довольно обжимались прямо передо мной, я ринулся к нашему столику. При этом не забыв бесцеремонно их расцепить.

— Опа, мистер лавилас, стоять! Её ищешь? — Меня опять кто-то схватил за плечо, на этот раз — крепкая ладонь, тонкие длинные пальцы. Антон! Коллега по цеху. Сколько раз прикрывал мне жопу на проектах, и сколько раз я ему... Изрядно выпив, он всё ещё сохранял самообладание. И в отличие от меня мог видеть всё без фильтра «Блюр». Повернув меня в нужном направлении, друг понимающе хохотнул и обеими ладонями придал мне ускорение. Метр, два — и я вновь засек белые локоны Алисы. Почему она убежала? И кто такой этот мудак Олег? А, хрен его знает, сейчас спрошу.

Пошатываясь и стараясь не снести ненароком очередного трясущегося под музыку хлюпика, я преодолел оставшиеся несколько метров танцпола и остановился на границе качающейся толпы. Алиса стояла ко мне спиной и что-то объясняла жирному — я бы даже сказал, карикатурно пузатому, двухметровому амбалу. Мне со своими ста семьюдесятью сантиметрами пришлось бы бить в прыжке. Если бы я захотел уронить этот шкаф. А я бы не хотел. Сразу же заныло плечо, на котором еще остались ощущения от хватки гиганта.

— Ты чё, сука, думаешь я тупой? Че ты мне лечишь здесь... — Жирный бугай небрежно схватил тонкую ручку беловласки и с силой её дёрнул.

— Ай, больно. Больно, Олег, прости! — Запищала девушка. — Я не знаю, кто это, какой-то чел.

— А вот у него щас спрошу давай. — Мужик повернул голову в мою сторону. Скорее всего, он смотрел на меня своими ублюдскими свинячими глазками. — Пизда тебе, очкарик.

— Олег, нет-не надо! — Запищала девушка. Но мужик лишь оттолкнул ее и Алиса с везгом улетела куда то за колонну.

Я же попытался увернуться от летящего в мою сторону кулачищи, но пьяное тело слушалось с задержкой. Вспышка! И в голове ударил колокол. Меня откинуло назад, ноги сделали пару шагов и, запнувшись о низкий столик, отказались меня держать. С грохотом я рухнул на стеклянную столешницу. Звон стекла утонул в перегруженном ударе вступительного баса. Начинался новый трек.

Как же больно... Левую руку пронзила острая боль. Я перевернулся на бок, поднёс ладонь к глазу — осколок бокала пробил плоть насквозь. Но это было не самое страшное. Картинка перед глазами дрогнула. Пошла мелкой рябью, кадрами.

— Не-е-ет, нет. Только не это! — Я в панике перевернулся на живот и встал на колени, пытаясь сфокусироваться на окровавленных ладонях. Не выходило. Мне было знакомо это состояние. Так отслаивается сетчатка глаза от сильного удара. Кровь начинает изливаться в тело глаза и нарушает работу нерва. Я уже видел эти помехи, точки. Пятнадцать лет назад. Зрение на поражённый глаз врачи так и не сумели вернуть. Сейчас же я терял второй. Из-за чего?! Из-за ревнивого ублюдка и беловолосой сучки.

— Нет, нет! Ах-ха-ха-ха. Сука-а-а-а... — Слёзы хлынули из глаз, мозг усиленно боролся со стрессом, пытаясь запечатлеть картинку в последний раз.

— Сволочь. — Я упёрся рукой в пол. В кожу врезались сотни мелких осколков. Снова раздался крик Алисы. Повернул голову на звук. Сквозь расплывающуюся картинку я видел громадину, жирную тушу ублюдка. Он стоял в паре шагов от меня и замахивался для пинка.

— Не надо! — На руке бугая повисло что-то утончённое. Играючи он скинул обузу на пол.

Вдруг внутри что-то щёлкнуло. Сломалось. Меня вдруг осенило. Стеклянная пушка сломана. Двадцать пять лет я готовился к этому моменту, качался, кое-как изучал рукопашку. Этого должно хватить. Неожиданно для себя я засмеялся. Хватит бояться, теперь уже терять не чего!

— Давай, Олег, ссаный ты жиробас. Добей инвалида! — Крик утонул в реве колонок.

Уцелевшая рука что-то нащупала. Холодное, липкое от пива. Кружка. Тяжёлая литровая пивная кружка. То, что надо. Теперь упереться левым коленом в пол, жопой на пятку. Правая нога, давай назад — так удачно стоит колонна. Упрусь в неё. Рукой же я закрыл голову по-боксерски, уперевшись щекой во внутреннюю часть локтя.

— Уф-ф-ф... — В меня будто носорог врезался. Двухметровый ублюдок со всего маху залепил ботинком мне прямо в плечо. Держу пари, урод целился в голову, но промахнулся. Повезло. Иначе не смог бы так легко выдержать прилёт.

Бам-бам.

Бит начинал набирать обороты, похоже, наша потасовка пока не была замечена. Хорошо, будет время...

— На смерть. — Я выкрикнул первое, что пришло в голову. По дуге выбросил вперёд левую руку, в которой до сих пор торчал осколок. Тыльной стороной ладонь врезалась в жирное пузо врага.

— А-А-А! — Заорал бугай. Осколок, что был у меня в руке, теперь на всю длину вошёл в мягкую плоть.

Я дёрнул руку на себя. Больно. Осколок оскрёб по костям и отломился. Олег же, не прекращая орать, схватился за рану в пузе. Наклонился вперёд — так удобно уравнивая нас в росте. Пошатнувшись, я надавил ногами в пол, тело повиновалось. Подняло меня.

Бам-бам-бам... — Словно сердце, в которое вкололи десять кубиков адреналина, трек ускорился ещё. Сейчас!

Тум-бам... — С размаху я влепил тяжеленную кружку прямо в ублюдскую башку. Удар так вкусно совпал с фейд-басом. Стекло разлетелось по полу как аккомпанемент, так сладко дополняя музыкальную композицию. А это приятно...

— Ох... — Мужик машинально отпустил пузо и приложил ладонь к рассечённому черепу. Колени подогнулись, и туша грузно рухнула на битое стекло. Наконец-то нас заметили — люди вокруг расступились, послышались испуганные возгласы. В образовавшийся круг толпа выплюнула двух подпитых мужиков. А вот и подкрепление. Но где же секьюрити?

— Олег, ты чё?! — Один из них, пошатываясь, уставился на осевшего товарища, или кто он там ему. Я же времени не терял. Окинув поле боя, сквозь плывущий фильтр я отметил знакомый объект. Столбик. Такие обычно ставят для перекрытия прохода в местах типа этого. Или что бы отрезать «VIP» зону от плебса Сойдёт. Стараясь не потерять фокус, я сделал пару шагов, протянул руку. Правую ладонь приятно охладила тяжесть металла.

Краем глаза я заметил движение — ко мне приближался один из друзей ублюдка. Пусть, пусть подойдёт поближе. Сейчас!

Протащив столбик по липкому от пролитого алкоголя полу, я резко дёрнул его вверх. Описав дугу, грибообразная ножка столбика со всего маху врезалась в подбородок мудака. Снова повезло. Я бил на отмашь. Сантиметр вправо, сантиметр влево — и промазал бы.

Щелк-хр-хр... — Хрустнула челюсть. Мужик даже не смог закричать, только что и успел Клацнуть зубами. Столбик тупо перебил ему нижнюю часть лица. Вместо бедолаги него закричали окружающие. Картина, должно быть, была ужасающая.

Бам-бам... — Не унимался бит. И славно. Так даже романтичнее. Я дёрнул столбик на себя. Мужик жалобно всхлипнул, и железка с очередным хрустом выскользнула, при этом я чуть не потерял равновесие. Пока рано падать.

Шаг назад. Пронесло, ноги стабилизировали тело в пространстве. Перехватив столбик двумя руками, я даже не поморщился. Разрезанная ладонь коснулась металла. Этим мудакам будет куда больнее. Дерьмо, зрение уходит. В последний раз я бросил взгляд на поле боя. Сидящий в паре метре от меня Олег уже успел оклематься и сейчас пытался подняться с колен. Кровь струилась по его виску, лицу. Белая рубашка окрасилась в алый.

— УбЬЮ-Ю! — Вопил гигант. Второй мужик, тот что получил апперкот пару секунд назад. Потеряв сознание, лежал на спине, у его горла растекалась багровая лужа. Жмур.

Толпа наконец осознала что пора бы уносить ноги. Передние ряды ломанулись прочь, но задние их подперли. Скоро разгорится паника.

Наклонив корпус вперёд, я сделал выпад и наотмашь нанёс бейсбольный удар своим оружием. — Н-НА-А...

БАМ! — Под очередной взрыв колонок, столбик вбил нос ублюдка вглубь черепа. Стокиллограмовая туша с воплем отлетела назад! Как же хорошо! Сквозь забивающие помехи я всё же смог уловить ужас на лице Олега перед самым ударом. Или мне показалось? Ещё секунда — и перед глазами картинка окончательно поплыла, всё слилось в пиксельную кашу. Колонки затихли, трек кончился.

Неожиданно резко, тупая боль пронзила спину. Позвоночник издал жалобный хруст. Похоже, кто-то с двух ног влетел мне в спину. Ублюдки. Втроём на одного слепого!

Пол принял меня сладким запахом пива и тысячей порезов от мелких осколков. Следующий миг и снова раздался колокол в голове. Потом ещё, и ещё. Меня добивали. Похоже наконец то подоспела охрана.

Время замедлилось, казалось, что между ударами можно было досчитать до десяти. Вот так? Я умру вот так?

Чья-то нога залетела мне под рёбра, выбивая дыхание из груди. Заберу с собой всего одного? Дерьмо. Этого слишком мало, я должен продать свою жалкую жизнь хотя бы за троих. Ещё удар — на этот раз в районе основания черепа. В ушах раздался оглушительный писк, затем в правом ухе всё затихло. Мозг словно залило кислотой, по щеке потекли горячие струйки крови.

Нет, я не согласен! Не так. Шевелись, вставай! Но тело не слушалось — слишком критические были повреждения. Похоже остался лишь один шанс.

— Боже, слышишь? — Мой голос утонул в музыкальной какофонии битов следующего трека, женских криков и хлюпающих ударов. Слёзы хлынули по щекам, смывая ещё горячую кровь.

— Слышишь меня? Хоть кто ни будь! Дай, дай сразиться в последний раз. Дай порадовать тебя. Забери всё. ВСЁ! Лишь дай сил. Дай порвать их в последний раз. Рвать! РВАТЬ!

Вдруг, пространство клуба озарилось вспышкой алого света, подобно тому как показывают эхолокацию в фильмах — всё пространство вокруг меня на миг озарилось. Я увидел всех — так чётко, как никогда в жизни не видел, точнее наверное даже ощутил. Лица, перекошенные ужасом и отвращением, гневом. Увидел пинающих меня ублюдков в черных рубашках. Увидел и своих товарищей, которых тоже месили парни из охраны.

И я увидел её. Алые волосы, лазурные как самое глубокое море, полные боли глаза. И улыбка — нежные губы едва двинулись, произнеся всего два слова:

— Умирая, радуй. — Они эхом прокатились по всему залу, окатили меня словно ледяной водой, одновременно обжигая, сдирая слабость с мышц.

Тут же меня сковало в безумной судороге, выгнуло. Затрещали кости. Миг — и наваждение спало. Мир вокруг снова погрузился во тьму. Но вот только... только теперь я ощущал, что могу двигаться.

Поджав ноги под себя, вытолкнул ими пол и щучкой нырнул вперёд. Сзади послышались гневные крики. Новая вспышка, с ударом сердца. Багровый свет выхватил четверых. Я чувствую их. Наконец-то администрация клуба заметила драку, музыка оборвалась на половине трека.

— Вызовите скорую! — Завизжала какая-то баба. Явно не мне. — Охрана, полиция! — Вторили ей другие голоса.

Я же поднялся с корточек. Хрустнул неестественно изогнутой на бок шеей. Нет, боль никуда не делась, но тело слушалось. По ощущениям — перелом в бедре, левая рука и рёбра тоже хреново себя чувствовали. О голове и позвоночнике я старался и вовсе не думать. Глаза залепила густая кровь. Она всегда у меня была густой, быстро сворачивалась. Не думал, что эта особенность пригодится в такой момент. Вытечет не так быстро. А позвоночник... Держит и ладно.

— ДАВАЙТЕ, УТЫРКИ! ПО ОЧЕРЕДИ! — Слова я выплюнул вместе с обломками зубов. Сплюнув кровь, я отвёл ногу назад. Я не видел противников — зрение угасло. Но я знал, где они находятся, словно бы кто-то подсказывал, куда двинется нога или рука недруга. Чувствовал я и алую девицу, она все еще была здесь.

Первый враг готовился к замаху. Ну что же, не будем его расстраивать. Я сделал шаг навстречу щуплому мужику. Очередная вспышка с ударом сердца позволила видеть все вокруг в красках. Вижу его костистый кулак летит прямым джебом мне в нос. Вот идиот! Всплеск новой волны боли окатил сознание, но я не стал на него отвлекаться. Моя занесённая рука начала движение. Разогнавшись, открытая ладонь влепилась в правый висок обидчика. Как там говорилось в поговорке? — Подставь щёку и иди в размен?

Под разорванной кожей ладони хрустнуло. Голова мужика неестественно наклонилась в бок. Мне в лицо брызнуло чем-то тёплым, по запаху не похоже на кровь. Жаль, картинка снова потухла. Деталей, во что превратилась его черепушка не разобрать. Только образ.

— Серега! Выблядок! Скорую, скорую срочно вызывай! — Я согнулся, уводя центр тяжести назад. Ноги на автомате сделали пару шагов, подогнулись.В этот момент над моей головой рассек воздух кулак. Нет, не кулак — звук был хлесткий, такой бывает от хлесткого режущего удара ножом. Я хорошо это знал, спасибо тренеру по ратному делу.

— Нечестно. — Выдохнул я и рванул к жулику. Борцовские захваты против ножа — так себе затея. Но когда тебе нечего терять, сойдёт. Главное сломать врага быстрее, чем вытечешь сам.

Врезавшись головой в твёрдый живот, я обхватил руками поясницу мужика и вместе с ним полетел на пол. Такого выпада он явно не ожидал. Удар — и спину пронзила острая боль, в груди что-то захрипело. Урод пробил лёгкое. Я же перехватился поудобнее, с рёвом подтянул себя к голове охранника. Ещё один удар — на этот раз нож вошёл прямиком мне в череп, чуть выше лба. И застрял. Удача!

— ХА-ХА-ХА! МОЯ ОЧЕРЕДЬ! — Безумно. Мой рёв разнёсся по залу и мужик подо мной в панике забил ногами.

Ну уж нет, не уйдёшь! Я занёс руку и с силой опустил вниз. Ударил так, как каратисты разбивают пачки кирпичей. Снова этот приятный хруст. Мужик забулькал проломленным носом. Забился сильнее. Ещё раз! Удар. Ещё! ЕЩЁ!

На третий раз череп ублюдка не выдержал. Рука погрузилась внутрь, оставляя лоскуты кожи на острых костях жертвы.

Внезапно я ощутил, как кто-то подхватил меня за рубашку, затрещала ткань. Рывок — и я уже лечу по танцполу. Падение было жёстким. Пролетев несколько метров, я спиной врезался в угол колонны, позвоночник снова жалобно хрустнул. Рот наполнился кровью а в голове заштормило.

Только бы не потерять мобильность. Ещё рано! Вспышка — и я снова смог видеть противника во всей красе. Олег, наконец-то оклемавшись от страшного удара, стоял надо мной и вновь готовился нанести тяжелый удар ногой. Ничему дебил не учится. Пинок. первый пришёлся прямиком мне в челюсть, голова запрокинулась назад, шея хрустнула в последний раз и перестала меня слушаться. Второй удар должен был прилететь мне в живот, да в общем-то и прилетел, выбивая из меня остатки выпитого и съеденного за вечер. Вот только на этот раз я смог схватить ступню Олега обеими руками.

— Попался, сладенький! НХА-А-А! — С рёвом я крутанул конечность по часовой стрелке, выкручивая ногу противника. Получилось — то ли так адреналин действовал, то ли девица с красными волосами что-то натворила. Но моим израненным, переломанным рукам хватило силы заставить Олега опуститься на колени. Чтобы не упасть, он был вынужден развернуться ко мне боком.

— А-А-А... — Гигант упал на карачки и попытался лягнуть меня. Но ботинок лишь слегка задел ткань рубашки, в сторону отлетело несколько пуговиц. Оттолкнувшись от колонны, я подскочил, оседлал противника и прижался к его потной спине.

— А-а-а! Скиньте его! А-А-А... ЛЕХА! Леха, ты где?! — Олег изо всех сил пытался скинуть мен загривка, но додуматься упасть на спину не успел.

Пользуясь моментом, я запустил пятерни в рот орущему уроду. Зубы больно скрежетнули по костям пальцев. Олег попытался сомкнуть челюсти, но тщетно.

— Скажи чиз-з-з. — Демоническим голосом я прохрипел ему на ухо. Чувствуя, как трещат его суставы. Усилие — и зал вновь наполнился воплями, но теперь еще более полными ужаса и боли. Рывок — и нижняя челюсть Олега с треском отделилась от черепа. Ещё усилие — захлюпали мышцы и разорванная кожа. Его рот раскрылся на сто восемьдесят градусов, безвольно повиснув на остатках связок и кожи.

— А-А-А... — Гигант в последний раз попытался скинуть меня — неудачно. Ногтями я нащупал кадык и пропорол кожу на горле. Рывком вырвал мужской хрящ. Действие ощущалось так легко, словно открываешь упаковку от пельменей. С бульканьем из раны засвистел воздух.

Размахнувшись я отправил трофейный кадык прямиком в паникующую толпу. — РРРААА!!! — Рык, заставил людей двигаться еще активнее. Если до этого зал стремились покинуть в порядке очереди, то сейчас все посетители скопом ломанулись к выходу позабыв о культурной эвакуации. Визжали женские голоса, кого-то, судя по звукам, удавили ногами. Стадо. Я тянул воздух сквозь разбитый нос. Боль обожгла лёгкие. На спине запузырилась рана — пробитое лёгкое травило.

— ГРА-А-АХ! — Эйфория. Я чувствую, как радуется моё естество. Всю свою жизнь я жил в страхе и только сейчас, стоя на пороге смерти, ощущал себя живым. Прости, мама, но я не вернусь сегодня домой.

Внезапно зал разорвал резкий звук выстрела. — БАХ! — Толпа завизжала ещё сильнее. Меня пошатнуло но на ногах я все же удержался. Стрелок попал. В голове вдруг резко похолодело, на секунду пропала та жгучая боль, после удара по затылку. Я поднял руку, что бы ощупать череп. Дерьмо.

На месте, где раньше была пышная шевелюра, ухо, левый глаз, высокий лоб — теперь там была дыра, точнее, части черепа просто не было. Дробовик определенно это был дробовик. Пистолет не способен снести полголовы одним выстрелом.

— Нр-а-а-агх... — Издав гортанный рык, я припал к полу. Рука упёрлась в спину уже остывающего Олега. Вовремя.

БАХ. — Прогремел второй выстрел. Вспышка — и я снова могу видеть окружение. Один из охранников клуба стоял в десяти метрах от меня и трясущимися руками пытался перезарядить двустволку. Издав ещё один вопль, я ринулся к нему. Ноги подкосились, половина мозга не справилась с управлением. Ну уж нет, так не пойдёт. ВСТАТЬ! ВСТАТЬ Я СКАЗАЛ!

— НХА-АРАА! — И тело повиновалось. Израненные конечности подняли тело над полом. По паучьи, рывками я преодолел половину пути до очередной жертвы. Не успеваю. Подняться! В сторону!

БАХ! — Я почти успел встать на ноги, корпус качнулся вправо. И только поэтому выстрел приняла на себя левая рука а не сердце. С хлюпаньем и хрустом конечность отлетела в сторону.

— ГРРРААА!!! Больно, как же БОЛЬНО!

Второй выстрел мужик сделать не успел. Игнорируя вопли остатков нервной системы, я в два прыжка оказался вплотную к стрелку. Уцелевшая рука схватила ствол ружья. Дёрнул в сторону. Бах! Остатки живого мяса на ладони обожгло раскаленным металлом.

— Ааа... р-р-р... а-а-а... — Мимо! Пуля улетела куда-то в толпу, тут же завыл мужской голос. Последний шанс охранника на спасение был потерян. Я довольно выпрямился перед дрожащим мужиком. С сипом втянул воздух через кровавое месиво, мотнул остатками головы. Медленно я наклонился вперёд, к самому его лицу. Я чувствовал, как он скулит, как страшно ему сейчас.

— Да-а-а... — Это чувство. Рука нащупала дрожащую остолбеневшую плоть. Грудная клетка, чуть правее от центра. Здесь. Слегка отведя ладонь назад, я резким движением вогнал пальцы — нет, не пальцы. Кожа и мясо давно уже были сорваны с костей. Острые костяные кончики пробили грудную клетку врага. Охнув, охранник только сейчас вышел из ступора. Но было уже поздно. Я рванул назад, вынимая вместе с ладонью из его груди его ещё бьющееся сердце.

— Хе-е-е... — Я растянул разбитый рот в подобии на улыбку. Всегда мечтал повторить эту сцену.

Вспышка. Зал вновь озарился алым светом. Внутри клуба уже никого не было — посетители и сотрудники наконец-то успели выбраться с места бойни. Все, кроме неё. Алая девушка с бездонными небесно-голубыми глазами сидела в паре метров от меня на диванчике. Её простое летнее платье спадало вниз по скрещённым ногам. Девушка задумчиво смотрела на меня, покачивая в бокалом в руке. Ледяной кубик звонко отскакивал от стеклянного бортика, при каждом ее взмахе.

— Ты меня порадовал. — Очень гладкий, уверенный, с лёгкой низкой бархатистостью голос. Он звучал прямо у меня в голове. — Да. Пожалуй, ты мне подходишь. — Девушка допила коктейль и аккуратно поставила бокал на стеклянную столешницу. Вспышка — и всё снова погрузилось во тьму.

Умирай и радуй, так она сказала? Вот и всё. Не могу больше пошевелить руками... Ноги тоже больше не слушаются... Это и есть смерть? Уже пора? Как же хорошо, боль уходит. Холод, такой приятный. Это был... Достойный финал...

---

— А-А-Аааа!!! Ххх... хх... где... — Всхлип, Резкий хриплый вздох и я снова открыл глаза.

— Братик, просыпайся! Братик, уже пора! Просыпайся! Или я тебя защекочу.

— Боже, что за херня, что за... — Я пару раз моргнул, потер ладонями слипшиеся глаза. Чётко. Я очень чётко увидел потолок над головой. Две круглые лампы, проводка в кожухе, что питает каждую. Вон на потолке прикорнула муха.

— Это какой то бред... — Я зажмурился, с непривычки видеть столько четких деталей доставляло мозгу дикий дискомфорт. Но я Видел! Видел четко. Это какое то чудо! А еще...

— Брати-ик. Вставай! Пора. — Надоедливый юный голос доносился откуда-то сбоку. Я повернул голову и издал ещё один удивленный хрип. Будильник — обычный кусок пластика с экранчиком, на котором плясала анимешная девочка в пижамке. С нежным писклявым голоском она то меня и разбудила. Дерьмо, откуда у меня такой гиковский будильник? Я же всегда пользуюсь смартом...Так, стоп.

Я резко сел на кровати. Мозг, возмущённый таким неожиданным подъёмом, едва не потерял равновесие. Но я устоял. Огляделся. Глаза потихоньку привыкали видеть все детали ччекто, слишком четко. Мозг же только сейчас начал осознавать что такого быть не должно. Где я вообще?

Маленькая комната, метров десять площадью, не больше. Деревянный пол холодит ступни. Кровать простая, изголовье упирается в стену, подушка ещё хранит вмятину от головы — моей? Его? Письменный стол у окна завален школьными принадлежностями, ноутбук старый, на полке манга, фигурки супергероев и... что-то подозрительно спрятано за стопкой учебников. Через балконную дверь льётся свет, занавеска колышется от сквозняка. В воздухе чувствуется... Спокойствие? Такое я чувствовал в детстве, когда весной выходил из школьных стен и вдыхал свежий прохладный воздух. Где же я?

— Что мать его за херня? — Вопрос был риторический, голова шла кругом, зрение, эта комната. Да еще в голове наконец то начали всплывать недавние события. Боль, оторванная рука. Мне отстрелили полбашки. Хруст разорванного рта Олега. Размозженный череп охранника, сердце в руке. Визги толпы. Алиса... И та, другая девушка с красными волосами.

— Ох, нехорошо это всё... — В животе предательски закрутило, к горлу подкатил комок. Благо блевать было нечем. Что, что, блин, я только что вспомнил?

Я поднёс руки к глазам. Обе пятерни были на месте и послушно шевелили чужими пальцами! Длинные, в меру толстые мужские пальцы. Почти такие же, как у меня, но вот только они были явно не мои. Слишком ухоженные и какие-то детские?

Голова тоже была на месте, в полной комплектации, так сказать. Если не считать отсутствия моей длинной гривы. Вместо неё на голове ерошилась копна каштановых волос.

— Да... нет. Да ну... Не-е-е. — Я спрыгнул с кровати и подошел к окну, за чистым стеклом вставало солнце. Мягкий свет заливал тихую узкую улочку, аккуратную и такую же незнакомую как и все в это утро. — Да вы угораете...

— Иссей! Исе-е-ей! — Из-за двери донёсся приглушённый женский голос, раздались шаги. Ещё спустя мгновение дверь в комнату распахнулась. — Иссей, вставай, а то опять опоздаешь. Ну, чето стоишь? Доброе утро, давай, одевайся скорее. — Женщина недовольно зыркнула на меня и тут же улыбнулась. — Ну что стоишь как вкопанный? Что-то случилось?

— Нет... Всё в порядке, мам. Уже одеваюсь.