Дядя Петя и Инвентаризация Ада

Дядя Петя трудился в театре разнорабочим. Он был классическим «мастером на все руки»: вчера чинил стул Гамлета, сегодня перетаскивал фанерный замок, а завтра подметал сцену с таким видом, будто зачищал место преступления. Иногда, исключительно для поддержания мужского тонуса, он строил глазки молоденьким актрисам. Те, правда, отвечали взаимностью с пылом и страстью бетонных плит.

В театре воцарилась тишина. Зрители после премьеры «Тёмного Властелина» разошлись, оставив после себя запах попкорна и шлейф дешёвых духов. Актёры, приговорив три бутылки шампанского (исключительно ради снятия творческого стресса), тоже отправились восвояси.

Говорят, в пятницу 13-го открывается портал, и нечисть мигрирует в мир живых без виз, ПЦР‑тестов и регистрации. Но акция работает в обе стороны: неосторожный обыватель может оформить «горящий тур» в один конец, даже не вставая с дивана. Или со стула.

На сцене сиротливо стоял трон. На его спинке актёр, игравший Властелина, небрежно бросил реквизит. Это был плащ, расшитый золотыми пауками, которые выглядели подозрительно сытыми. Скипетр, увенчанный черепушкой (судя по кариесу – анатомически верной) и короной «бараньего» фасона, весом с небольшое ведро.

Дядя Петя решил устроить перекур прямо на рабочем месте. А что? Директор спит, бог высоко, а Властелин – вот он, в зеркале. Накинув плащ и водрузив на лысину корону, Петя вальяжно приземлился на трон. Скипетр лёг в руку привычно, как родной лом.

Петя чиркнул зажигалкой. Выпущенный дым, вопреки законам физики, не улетел в вентиляцию. Он стал вязким, как кисель в школьной столовой, и пах не табаком, а сырым склепом и просроченными обещаниями. Послышался бой курантов на фасаде старинного дома. Наступила полночь…

Внезапно золотые пауки на плаще зашевелились и начали негромко материться на латыни, жалуясь на одышку. Трон под Петей издал звук «хрусь» и провалился сквозь текстуры реальности.

Через секунду Петя вывалился с другой стороны портала: в короне, со скипетром и невозмутимым окурком в зубах.

– Да что ж такое… – проворчал он, отряхивая пепел. – Опять в подвал улетел. Я ж Михалычу говорил: люк на сцене держится на честном сло…

Дядя Петя осёкся. Перед ним в живописных позах застыли демоны, скелеты, призраки и один Бухгалтер. Последний внушал истинный ужас: в его руках был калькулятор с бесконечной лентой, на которой красным цветом горело адское слово «ПЕРЕРАСХОД».

Дядя Петя на всякий случай потрогал ближайшего демона за рог.

– Ой, полегче! – пискнул тот. – Мы нежные, у меня справка от ветеринара о повышенной чувствительности!

– О, великий Властелин! – взвыла толпа. – Вы вернулись! Принесли ли вы нам жертвенные чебуреки?

Дядя Петя пошарил по карманам. Там было одно из двух: либо он их забыл, либо чебуреки уже сами принесли себя в жертву его желудку по дороге.

Страшный Бухгалтер вышел вперёд, поправляя очки из костей налогоплательщиков.

– Раз уж вы здесь, проведём аудит Империи Ужаса. Дурная голова, как говорится, копытам покоя не даёт. Итак, в прошлом году поголовье скелетов составляло 3500. На данный момент – всего 3427.

– Куда делись остальные? – поинтересовался «Тёмный Властелин» дядя Петя.

Бухгалтер смутился: – Ну… был сильный ветер… В общем, развеяло пацанов по лесу.

Он поправил очки и порылся в бумагах.

– Так… что тут у нас по демонам… Сколько раз ни пересчитывали – как только доходим до цифры 666, происходит сбой. Прямо какое-то наказание. Ладно, вы не будете возражать, если напишем просто, что их дофига?

– Дайте подумать, – дядя Петя почесал место, которым заканчивается спина. – Пожалуй, мы не будем возражать.

– Хорошо… Кстати, поступила жалоба на чертей, которые обслуживают котёл №13. Они прогуливают смену и жарят на вечном огне сосиски. Санкции будем вводить?

Дядя Петя вошёл во вкус. Ещё бы – он, случайный человек в этой жизни, случайно оказался Тёмным Властелином огромной Империи Ужаса. Это льстило.

– Конечно, будем вводить санкции! Ограничить чертям доступ к кетчупу.

У Бухгалтера отвисла челюсть.

– Не слишком ли жестоко?

– Нормаль! Чтобы и другие боялись!

– Самым трудным оказалось пересчитать привидков.

– Кого-кого?

– Привидений! Ведут себя неадекватно. Вот, полюбуйтесь на них, – и Страшный Бухгалтер указал в самый сумрачный угол подземелья.

Там, без какого-либо зазрения совести, целовались две фантазмы.

Дядя Петя прослезился.

– Что с них возьмёшь… Любовь, она такая… кого хочешь сделает пришибленным.

И в этот момент из подземелья донёсся голос: – Кто опять оставил чашку с недопитым ужасом?!

Из мрака, расталкивая рогатых монстров мощными локтями, вышла жена. Она была в бигудях, домашнем халате и с поварёшкой, которая в этом освещении выглядела опаснее любого магического меча.

Увидав её, дядя Петя совершенно не удивился. В глубине души он всегда подозревал, что его тёща – их верховное божество, а жена просто проходит здесь стажировку.

– Ну что, «Властелин» недоделанный? – громогласно поинтересовалась супруга, поигрывая поварёшкой. – Опять в подвале с мужиками в козла резался? Сейчас я тебя ушатаю вместе с этим (дальше она произнесла короткое, но ёмкое слово сексуального характера) троном. Домой иди, инвентаризатор! Там котлеты стынут, и портал в магазин за хлебом давно открыт!

Демоны в ужасе попятились. Бухгалтер спрятал калькулятор от греха подальше.

Дядя Петя вздохнул, поправил корону и побрёл к выходу.

Быть Тёмным Властелином – это страшно. Но быть мужем женщины, у которой мама является Верховной Жрицей Нескончаемого Ужаса, – страшнее вдвойне.