Дьезнек: дитя иного мира

- Элайджа, ты придешь завтра на дополнительные?

- Да, Марта.

- Поливает, как из ведра. Тебя подвезти?

- Нет, спасибо, мне же недалеко.

- Ну как знаешь. До завтра, Эл.

- До завтра.

Дождь бил по козырьку и туманная дорога увела машину с моей подругой. На улице было немноголюдно, поздний вечер и дождь распугали всех полуночников.

Домой вернулся насквозь вымокшим. Вяло скинув ботинки у порога, я поплелся в свою комнату, попутно снимая свитер, футболку и остальную мокрую одежду. Кровать ждала меня в незаправленном виде.

- Элайджа, ты почему так поздно? - раздался мамин голос из кухни.

- Задержался в библиотеке, мам. - устало бросил я.

Мама зашла в мою комнату.

- Весь промок! Ты почему зонт не взял? Я разве тебя не предупредила? - с укором сказала она, собирая мои мокрые вещи.

- Мам, я очень устал, давай завтра? - промямлил я уткнувшись в подушку.

- Завтра предупреди Марту, чтобы доложила учителям. Отец повезет тебя к доктору.

- Опять?

- Снова.

Закрылась дверь и я моментально провалился в сон.

Я на людной улице, все куда-то спешат. Час-пик. Мимо пронесся какой-то мужчина с дипломатом, сбив меня с ног. Я уже было хотел что-то крикнуть ему вслед, но в груди все до боли сжалось и я начал задыхаться. Люди вдруг остановились и уставились на лежачего меня. Все они смотрят, казалось бы, прямо мне в глаза, но я не вижу их лиц. Кажется взгляд темнеет...

Я подскочил с кровати в холодном поту.

- Снова этот сон. Как же он мне надоел.

На часах было 6:12. Кажется, уже можно позвонить Марте.

Набор номера. Секунд десять и мне отвечают заспанным голосом:

- Кто?

- На экран посмотри.

- Элайджа, ты?

- Как ты догадалась? - с улыбкой в голосе сказал я.

- Шутить изволишь? Чего будишь честных людей в такую рань?

- Извини, я предупредить. На дополнительные я сегодня не приду. И в целом на занятия.

- Простыл после дождя? А я говорила, давай подвезу.

- Нет, не простыл. У меня сегодня обследование. Кардиолог замучал.

- А-а... Вот оно как. - на проводе повисло недолгое молчание. - Тогда понятно. Расскажешь потом, что говорят?

- Конечно.

- Ну тогда поезжай, я предупрежу лекторов. Потом заглянешь ко мне, перепишешь конспекты.

- Спасибо, ты как всегда самая лучшая.

- Да иди ты, подхалим.

- И я тебя обожаю!

После этих слов Марта рассмеялась, попрощалась и сбросила вызов.

- Элайджа! - снова голос мамы с кухни.

- Что, мам?

- Кушать иди!

На кухне уже собралась вся семья. Жаворонки. Отец с серьезным видом пил кофе и читал газету, мама хлопотала у плиты, а Лена, моя младшая, с мечтательным взглядом помешивала сахар в чае.

- Нет, ну ты посмотри, что они пишут! Разве так можно? - сказал отец, показывая мне газету.

- "Владелец крупнейшего подпольного казино оправдан. Его адвокат..."

Не успел я дочитать, что там с его адвокатом, как мама перебила:

- Марк, сколько я тебя просила, убери газету за завтраком! А ты, Лена, скоро так дыру в чашке протрешь. - сказала она, раздавая каждому по тарелке яичницы с ароматными томатами и базиликом.

- Розочка, ну как я могу начать утро без свежих новостей. Интересно же! - воскликнул мой жизнерадостный усатый отец и обнял маму. - Спасибо, милая, твоя еда как всегда, даже пахнет бесподобно!

- Садись есть уже, остынет, пока ты мне дифирамбы поешь.

- Элик, как там у тебя с Мартой? - ехидно спросила Лена, прищурив глаза.

- А у тебя сплетни кончились? - смеясь спросил папа.

- Как и всегда: я пропускаю все мимо ушей, а она меня поучает. - ответил я.

- И почему я ни чуть не удивлена? - сказала мама.

- Ладно, гвардия, молча кушаем и я отвезу нашего бойца в лазарет. - уже с серьезным видом, но все так же шутя сказал отец.

- Так точно, товарищ гвардии полковник! - поддержал я.

Пока мы ехали до больницы, отец, нахмурив свои густые черные брови, впился обеими руками в руль и неестественно долго молчал. Мама осталась дома, Лена пошла в школу и потому мы ехали вдвоем. Обычно, на обследования меня провожала вся семья, но этот раз был исключением.

- Сынок, скажи честно. Насколько все серьезно у тебя с Мартой?

- Пап, я ведь уже говорил. Она для меня вроде старшей сестры.

- Не боишься ее оставить?

- К чему такой вопрос?

Повисло недолгое молчание. Конечно, оба мы понимали, почему этот вопрос прозвучал.

- Я недавно разговаривал с твоим врачом. Он не дает утешительных прогнозов.

- Так ты об этом... - задумавшись, протянул я. - Мы говорили с ней. Марта все понимает. Пускай она не хочет этого показать, но ей, думаю, будет тяжело.

- Черт... - выругался себе под нос отец, что ему несвойственно. - Нам всем сейчас тяжело и мы боимся это показать. Марта хорошая девочка, тебе повезло с ней.

Оставшийся отрезок дороги мы провели в тишине. Наверное, это молчание - есть отражение понимания всех нас о том, что финал уже тут, на горизонте. Прием у врача, ожидаемо, не дал никаких положительных результатов. Мы лишь укрепились в понимании того, что и так было очевидно. Донорство в такой ситуации - редкость. Отец вызвался сразу, но я ему наотрез отказал. Мы тогда сильно поругались...

После приема, папа отвез меня к дому Марты.

- Сынок, я поеду домой. Не задерживайся допоздна! - сказал он, тронувшись с места.

- Элайджа, ты чего так поздно?

- Да у нас по дороге машина заглохла. Эвакуатор вызывали, потом в автосервисе просидели.

- Что ни день, то новое приключение. Проходи, чай будешь?

- Не откажусь.

За чашкой горячего чая Марта объяснила мне все пропущенные сегодня лекции.

- Ну вот. Мне можно репетитором устраиваться уже. - посмеялась она.

- Это точно. - ответил я и повисло недолгое молчание.

- Элайджа.

- Да?

- Что говорит врач?

- Здоров, как бык на скотобойне. - отшутился я.

- Эл, это не шутки. Доноров нет?

- Нет. - ответил я уже более серьезным тоном. - Ты же знаешь, сердце - не почка. Его найти куда сложнее.

- И сколько еще осталось?

- Не хочу говорить об этом.

- Эл... - взволнованно протянула Марта, взяв меня за руку.

- Мало. Очень. Я и сам чувствую, как жизнь постепенно уходит. Приступы учащаются, а этот сон снится каждую ночь.

- Все та же улица?

- Все та же улица.

- Элайджа... - сказала она уже сквозь слезы.

- Ну ты чего? Перестань, Марта. Все хорошо. Я счастливый человек, у меня есть такая семья, есть ты.

Марта подняла на меня свои нежно-голубые глаза, полные слез, сжала мою руку и прошептала:

- Я буду рядом.

- Я знаю.

Остаток времени мы молча пили чай, а вскоре попрощались и я ушел. Домой вернулся я поздно. Взгляд тускнел, в висках непрерывно стучало, пол уходил из-под ног и, не успев опомниться, я без сил упал в обморок.