Дыра

Дыра в горе снега появилась внезапно. Вернее, может и не совсем внезапно, но я раньше ее тут не видел. Я каждый день хожу на работу, каждый день прохожу мимо этой самой горы, но дыру вижу впервые. Честно, если бы это было совсем маленькое отверстие, я бы может и внимания не обратил. Но, клянусь вам, это была дыра так дыра — всем дырам дыра.

Подойти в первый день я не решился, тем более, что на работу опаздывал. Да и кого может в семь утра заинтересовать дыра в горе снега, убранного машинами с дороги?

На следующий день дыра не пропала, а я заметил, что это не просто обвалившийся куда-то внутрь снег, а действительно что-то странное. По краям этой дыры (а по-другому ее и не назовешь) снег будто подплавился, словно кто-то очень горячий вылезал. Вы не подумайте, я не совсем дурак, это точно была не выбившаяся из-под надзора сантехников канализация — вонь я бы и в первый день учуял. Нееет... Тут было что-то совершенно иное.

Всю ночь я не спал и думал о дыре. Почему внутри она черная? Почему дорожные работники с этим никак не разберутся? Ведь наверняка эта дыра нарушает какие-нибудь нормы безопасности. Вот так я поспать и не успел совсем.

Утром я поднялся раньше будильника — так и не смог уснуть. Я долго наворачивал круги по своей небольшой квартирке. Я заварил себе чай, потом кофе, потом еще раз чай. Желудок попросился в туалет. В туалете я долго смотрел в унитаз и думал: «А может это все-таки канализацию прорвало?» Ни к какому логическому заключению так и не придя, я отправился на работу.

А теперь представьте себе человека, мучающегося вопросом о дыре в снеге и не спавшего из-за этого всю ночь. Каково идти на работу? То-то и оно. Желания идти на работу не было, но я все равно тащился. Снег под ногами разъезжался в разные стороны, как москвичи летом, ноги были словно ватные, а в глазах частично плыло.

Проходя мимо дыры, я снова посмотрел на нее. Она была такая же темная и глубокая, как и вчера. Позавчерашний день я уже почти не помнил, такое было мое состояние. Ох, говорила мне матушка, что спать нужно больше... Тут меня посетила такая вот мысль: «Интересно, а для чего эта дыра? Или куда ведет? А что, если оттуда кто-то выкопался и тоже пошел на работу?» И тут я понял, не могу больше терпеть.

Вот вы скажете, что я совсем поехавший, что не соображаю ничего, но в тот момент мне это казалось самым логичным действием. Казалось, что так на моем месте поступил бы каждый. А что я сделал? Я к дыре подошел.

Я к ней подошел, наклонился и заглянул. Черная дыра. Ничего необычного, как я и предполагал. Обычная черная бесконечная дыра. Я развернулся и даже сделал несколько шагов от нее, но вдруг замер.

Постойте, бесконечная? Я спешно вернулся и снова наклонился. Ну да, бесконечная. Дна совсем не вижу. Я достал из рабочей сумки пропуск и кинул его вниз. Белая карточка очень быстро исчезла в этой кромешной темноте. Ни тебе звука, ни удара, ни плюха. Я не услышал ничего. Плевать на карточку, работа мне уже не так интересна, как эта дыра. Я присел рядом на корточки и почувствовал какое-то родство с этой дырой. Она будто звала меня. Я улыбнулся и кинул этой дыре еще бутерброд, который взял с собой в виде обеда — есть в столовке у нас ну просто невозможно. Создается ощущение, что там во всю еду добавляют опилки, даже в чай с лимоном.

Ну, в общем, бутерброд мой тоже канул в лету. Вот его мне было жаль.

Я почесал за ухом. Дыра смотрела на меня, а я на нее. Или в нее? Интересно, можно ли сказать, что дыра ниже поверхности земли, если она начинается на уровне поверхности? Я сел на край и свесил ноги внутрь. Попытался ими поболтать. Тут же вспомнил, как бабуля в детстве мне говорила: «Ногами болтаешь — чертей качаешь!» Я хихикнул. Я никогда не верил в ее сказки.

Кстати говоря, ногами болтать в этой дыре получалось плохо. Носки ботинок я и не видел совсем, они будто в черном тумане каком-то погрязли. Да так сильно, что шевелить было трудно, словно гири на ногах.

Я лег на спину и посмотрел вверх. Начинался снегопад. Небо было серое, а в многоэтажках зажигались окна. Кто-то тоже пойдет на работу, кто-то в школу, кто в универ.

Я закрыл глаза. Звуки утреннего города затихли, уступив место снегу.

Снег тоже был серый.

Дыра будто усыпляла мою бдительность для чего-то.

А потом я почувствовал, что по моей ноге что-то ползет. Или это прикосновение?

Я сел, хотел встать, но ноги, погруженные во мрак, оказались слишком тяжелыми. Настолько тяжелыми, что я вдруг понял, что соскальзываю. Так вот, что это было. Края были не подплавившиеся от неведомого жара, а просто стертые от количества попавших туда. В груди похолодело, как когда на американских горках катаешься. Я попытался ухватиться, выскочить, завопить. Но в легких тоже было тяжело. Я не мог вдохнуть.

Я соскользнул. Я ударился о дно. Так оно все-таки есть? Дышать на дне было трудно, я схватился за грудь.

Тут мне о голову что-то ударилось и упало рядом с ногой. Я наклонился и поднял вещицу. Ноги перестали держать. Воздух закончился. Это был мой пропуск на работу.