Единороги Заповедного Леса

Он был прекрасен.

В свете полной Луны так в особенности.

Серебристо-белая масть, светлая, слегка подрагивающая на ветру грива, мощный, но в то же время изящный круп, отполированные копыта… Да-а, внешностью природа его не обделила.

Наш Принц мог заполучить любую кобылку из нашего табуна, если бы того захотел. И не только из нашего. Насколько мне известно, на него имели планы и единорожицы из соседних табунов. Одиночки — и те порой заглядывались на него.

«Сколько же у меня конкурентов!», мысленно вздохнула я, наблюдая за Принцем из-за деревьев. «Впрочем, неважно. Оно всегда так. И вообще, это обстоятельство должно придать мне стимул. Эй, эй, Принц! Простимулированная по самое „не могу“ Лиссониядель идёт кокетничать!»

Тряхнув светлой гривой и решительно пряднув ушами, я сделала первый и самый важный шаг по направлению к своей мечте. Точнее сделала бы, если бы путь мне не преградили две недружелюбно настроенные единорожицы.

— Куда это ты у нас собралась? — сладким голосом проржала Эведелллирисен. — Отвечай. Живо.

— Не твоё дело, — пробормотала я, стараясь обогнуть её.

— Теперь это уже наше дело, — передо мной встала ещё одна кобылка, Дорребелльина. — Мы должны знать, что ты задумала. И каким образом твоя задумка скажется на нашем табуне. Всё во благо табуна!

— Как будто тебе есть дело до блага нашего табуна… — пробормотала я, тщетно стараясь обогнуть самопровозглашённых стражниц. — Ну, с Принцем хочу поговорить. Это ведь не запрещено!

— Таким как ты — запрещено, — фыркнула Эведелллирисен. — Давно в озеро не смотрелась? Масть — цвета свежей ржавчины, грива — как пакля, про глаза вообще говорить не хочется. Не будь у тебя рога, я бы вообще спутала тебя с обычной кобылой, до того ты заурядна и никчёмна.

— Полегче — никак? — нахмурилась я, раздувая ноздри. — Я тебе ещё ничего не сделала!

— Вот именно — ещё, — подхватила её подружка. — Но сделаешь. От таких неправильных кобылиц как ты — сплошные неприятности. Ты и понятия не имеешь о том, как подобает обращаться с нашим Принцем.

— Также, как и с любым другим членом табуна, — нервно отозвалась я, начиная рыть землю копытом. — Ну да, он самец, но это не повод сдувать все пылинки, посмевшие осесть на его крупе. Держу пари, где-то в глубине души ему хочется, чтобы с ним обращались как с самым обычным единорогом.

— Ну-у, нача-алось! — хором пропели единорожицы, закатывая глаза. — Лиссониядель решает за Принца, как и что ему думать. Уходи-ка ты подобру-поздорову, деточка. А то мы уже на грани.

— Это я на грани! — взвилась я и, сорвав с ближайшего дерева ветку, пошла прямо на них. — Фейфаф фа-аф офстефаю!

Не знаю, что уж их испугало больше: ветка или недобрый блеск в моих глазах, но факт остаётся фактом: обе единорожицы бросились врассыпную с криком «Психопатка!» Я бы проржала им вслед пару ласковых, но мой рот был занят веткой, а потому я ограничилась очередным «фырк» и направилась прямиком к Принцу.

Пока я шла к нему, моя шея помимо воли расправилась, а хвост завился колечками. Последний штрих — прикрытые в истоме глаза.

Знай наших, знай!

Однако даже у самого безупречного плана есть изъяны. Таковые были и у меня. Прикрывая глаза, я как-то не учла лужи, словно мины, разбросанные по всей лужайке. И вот в одну из таких луж я гордой поступью и вступила.

Поднявшийся фонтан грязи замарал не только мою шкуру, не соответствующую единорожьим стандартам, но и Принца. Тот даже оторвался от мирного пощипывания травы и удивлённо воззрился на меня, не совсем понимая, что и к чему.

М-да, похоже, что мне всё-таки удалось привлечь его внимание, пускай и не совсем так, как я планировала.

«Ещё не вечер, дорогая!», сказала самой себе я. «Ещё не вечер…»

— Прифе… тьху.

Я попыталась поздороваться с ним, забыв, что у меня во рту всё ещё находится ветка. А когда поняла, то без задней мысли выплюнула её. Прямо в ошарашенную морду Принца.

Незабываемое впечатление я произвела, просто незабываемое.

— Ой, изви… — я перешла на быстрый шаг, стремясь подобраться к нему вплотную, но моё копыто угодило в очередную лужу.

«ЧВАК!», радостно произнесла грязь, устремляясь к его морде и оседая на глазах. Тут уж даже у самого спокойного и уравновешенного единорога сдали бы нервы, что уж говорить обо мне.

Повесив уши и проржав положенное в таких случаях «извини», я галопом унеслась прочь, сопровождаемая насмешливым ржанием двух единорогов женского пола. Эведелллирисен и Дорребелльины.

***

Отбежав на приличное расстояние, я остановилась, чтобы отдышаться и подвести итоги. Хотя, чего тут подводить-то? Я конкретно облажалась. Всё-таки те две дурёхи в чём-то были правы. Переоценила собственные возможности и, вероятно, получила по заслугам.

Ох-х, до чего же неприятно осознавать чужую правоту!..

Занятая своими мыслями, я и не заметила, как набрела на горячий источник. Удивительно, но сейчас в нём никого не было.

«Все заняты», решила я, тяжело плюхаясь в него. «У всех есть дела, кроме одной отдельно взятой единорожицы по прозванью Лиссониядель».

Сказала так, а сама вперила задумчиво-печальный взгляд на луну, чей мягкий серебристый свет стелился по земле. И почему я так сильно отличаюсь от остальных единорогов?

Вот что стоило Матушке-природе наделить меня белой мастью, а? Так нет же, получай рыжеватую и не вякай.

Аргх.

Опять эти глупые мысли, навеянные не менее глупыми поклонницами Принца. Я принялась остервенело трясти головой, стремясь вытрясти из головы не только дурные мысли, но и колючки, застрявшие в гриве. И если с первым я как-то не очень преуспела, то со вторым — весьма.

Теперь я лежала в окружении кусочков репья, чертополоха и просто разных палочек-веточек, посмевших застрять в гриве. Наверное, пора вылезать.

Стоило мне так подумать, как на кончик моего рога присела пикси и тоненько пропищала:

— Берегись, единорог! В лес нагрянул человек!

— Ха-ха, очень смешная шутка, — проворчала я, пытаясь стряхнуть со своего рога. — Думаешь, я тебе поверю? Как бы не так! Всем известно, что вы, пикси, большие озорницы. Не думаю, что ты — исключение из правил.

— Как хочешь, — пожала плечами та и взмыла в воздух. — Моё дело — предупредить. Человек в лесу — большие проблемы. Берегись, берегись, берегись!

— Берегусь, — я с шумом втянула воздух в ноздри. — Человек в заповедном лесу… Надо же выдумать такое! Погодите-ка. Что?..

Земля задрожала, а в следующее мгновение мимо меня пронёсся весь наш табун в полном составе. Точнее, в почти полном. Принца я почему-то так и не увидела.

Что же случилось?

Мои сородичи не склонны к переменам, а, следовательно, должно было произойти нечто из ряда вон выходящее.

— Что такое?! — громко вопросила я в надежде получить ответ.

— Человек, человек, — на ходу проржали единороги. — Спасайся!

— Но что же с Принцем? — не унималась я.

— Нет больше Принца, — уныло проржали Эведелллирисен и Дорребелльина, поравнявшись со мной. — Он был повержен человеком и навеки остался на поляне.

Мои глаза потемнели, а в ушах зазвенело. Остался?! Значит ли это что…

Не-ет!

Издав наполненное болью ржание, я бросилась в обратном направлении. Человеки-шмалевеки! Это вам надо беречься и опасаться!

Не прощу вас.

Никогда и ни за что.

***

Сказать-то легко, но вот как осуществить желаемое? Тем более, когда до этого ни разу не имел дела с людьми и предполагал, что иметь и не придётся.

Всё же наш Заповедный Лес окружал могущественный волшебный барьер, оберегающий всех волшебных существ, живущих в нём, от коварных людей. Но, как видно, кто-то или что-то пробило в нём брешь и оттого люди смогли проникнуть на нашу территорию.

Неужели среди нас затесался предатель?..

«Не думай, просто не думай», укорила себя я, принимая позицию «за деревьями». «Сейчас главное — спасти Принца. Только вот я его пока не вижу. О, что-то в коробку непонятную грузят. По размерам, правда, на Принца не тянет, но мало ли. Ой! Коробка пришла в движение! Скорее за ней!»

Встав на дыбы и воинственно заржав, я понеслась следом за невиданной коробкой, где, как я предполагала, находился мой дорогой Принц. Но клятое везение опять повернулось ко мне крупом и, насмешливо махнув хвостом, принялось удаляться в неизвестном направлении.

Только этим и можно объяснить тот факт, что я третий раз за день вступила в какую-то лужу. Вязкая и разноцветная, она вызвала у меня определённые подозрения, размышлять о которых не было времени.

Наскоро отряхнувшись, я продолжила свой забег, пытаясь воздействовать на коробку силой разума.

«Помедленнее, помедленнее!», внушала ей я. «И понежнее, ведь в тебе находится не абы кто, а мой Принц!»

Разумеется, коробка меня не услышала и продолжила ускоряться. Более того, впереди показался барьер, отделявший наш Заповедный Лес от леса обычного. Это значит, что если я не нагоню Принца сейчас, то рискую больше никогда его не увидеть!

— Не-ет! — проржала я, прорываясь за барьер вместе с железной коробкой. — Не-е… А-а? Гх! И-го-го?

Мой бег помимо воли замедлился, а с телом стало происходить что–то непонятное. Оно мялось, менялось и не подчинялось. Хорошо хоть боли я при этом не испытывала. Просто немножечко пекло, чесалось и неимоверно тянуло чихнуть.

Поняв, что если так пойдёт и дальше, то я не только Принца не спасу, но и сама сгину, я остановилась и прикрыла глаза. А когда вновь открыла, то стала совсем другой.

Дрожащей, безрогой и лишённой волосяного покрова на теле. Грива и хвост, впрочем, остались. Причём первая была неимоверно длинной. Видать, в качестве компенсации за всё остальное. А вот хвост был совсем не к месту.

Потому как у людей, насколько мне известно, хвостов не бывает. Ни больших, ни маленьких. Никаких. Вообще.