Эхо безумия

• Он хочет тебя убить, — произносит мужской голос, кажется, откуда-то издалека.

• В заключение получается... — продолжает врач, обращаясь к моей маме, но его слова звучат словно под водой, очень тихо.

• Тебя убьют, — повторяет уже женский голос, эхом разносящийся в моей голове.

Голоса становились всё громче и громче, смешиваясь в кашу. Я не понимал уже ничего, оглядывался по сторонам, но в кабинете были только я, врач и мама, а голосов становилось всё больше. Они повторяли одно и то же, становясь всё громче, пока я перестал слышать реальность, лишь то, что творили эти голоса. Сердце застучало, я его слышал, оно стучало по перепонкам в такт голосам, хотя я мало понимал, как это вышло.

Резко стало тихо. Я начал думать, что мне показалось, может, это и называют слуховыми галлюцинациями... Но тут раздался крик, очень громкий, очень пронзительный. Ор маленького ребёнка раздался в ушах. Паника, всё настолько сложно описать. Через секунду я почувствовал чьи-то руки на плечах, оказалось, я закрыл глаза и упал на пол. Мама пыталась привести меня в чувства, но её начал оттаскивать врач. Голоса не прекращались, после крика всё повторилось, но я ничего не понимал, ни слова разобрать не получалось.

Я смотрел на маму, она что-то говорила, но что, я не понимал. Переведя взгляд на доктора, я увидел не самую приятную картину. У него был маленький шприц в руках, с какой-то жидкостью внутри. Мне стало до ужаса страшно, кажется, я даже начал трястись. С каждым его шагом я отползал всё дальше, картинка перед глазами начала плыть в разные стороны, как при каком-то дурацком эффекте покадровой съёмки. Гул в ушах, плывущая картинка, сердце, что готово остановиться, гребаный шприц! Я чувствовал себя загнанным зверьком, стена сзади преградила путь, а врач был уже рядом. Схватив за руку, я брыкался, пинался. У меня была паника. Обездвижив меня, он вколол мне шприц в руку, и вместе с этим гул остановился. Последнее, что я услышал, было:

• You're going to die in...

Не знаю, что это было, кто это сказал, почему на непонятном мне языке. Для 12-летнего меня это было абсурдом. Что мне вкололи? Тоже непонятно. Но с того дня я безумно боюсь уколов. Знал бы я тогда, что только так я и остался в рассудке потом. Голоса в голове будто знали, что что-то будет, но я тогда этого не знал, я не мог спроецировать это, так ведь? В тот день я понял, что со мной действительно что-то не так. Позже мама рассказала, что у меня шизофрения. Дальше начался мой личный ад.