Эксперимент "Дельта" Призма Боли и Любви

«Что должен чувствовать человек, который несколько лет осознанной жизни провел в испытательной камере секретной лаборатории? Наверняка вы скажете, что ненависть, отчаяние, пустоту в груди и подобные им ощущения. И вы окажетесь абсолютно правы. Однако, иногда, все может произойти абсолютно иначе».

— Лаборант Ag-19g. Август Хенкель. Конец записи, — учёный сладко потянулся в кожаном кресле своего кабинета, отключил голографический экран и посмотрел на диван, где, свернувшись калачиком уже который час дремала молодая девушка.

Август глубоко вздохнул и не смог сдержать лёгкой улыбки. Уже и не счесть, сколько раз она спит не на металле в камере, а у него в кабинете. И ученому, в какой-то степени, казалось, что ей это нравится. После очередного испытания её тела на предмет пригодности к этапу «Дельта», она мило ему улыбается, говорит приятные слова и ласково просит отвести в свой кабинет, где сладко засыпает на несколько часов.

Взгляд парня упал на настенные часы. Стрелка приближалась к шести часам вечера. Рабочий день официально закончился и Август, наконец, снимает свой халат, вешает на спинку кресла и садится к девушке.

— Джессика, подъем. Время уже шесть часов, вставай, засоня, — в отблеске алых линз очков учёного, он едва мог заметить золотистый цвет её глаз. Как они медленно открываются, смотря на него.

— Уже вечер? Как быстро время летит, — сонно говорит Джессика, вытягиваясь в полный рост. Август не мог не заметить положительные изменения в строение её тела. Девушка стала намного лучше выглядеть, особенно в плане фигуры.

— Да, поднимайся скорее. Не хватало ещё, чтобы тебя увидил кто-то из персонала, — Август помог девушке сесть, немного растрепал её волосы, чтобы было более аутентично, и поднял на ноги.

— Не хотю, — протянула девушка, облокачиваясь на парня всем телом. — Понеси меня на руках, — заявила девушка и расслабилась, чем вынудила Августа подхватить её и поднять на руки.

— Капризная ты моя, — легко и непринуждённо ответил Август, открывая двери кабинета.

— Уж какая есть, — также легко ответила Джессика.

Коридоры Четвертого Сектора казались бесконечным, хотя Крыло Дельта считается четвёртым по размерам, опережая лишь Смежное Крыло. И если для Джессики это было сродни пытки, то для Августа наоборот, это было поводом провести больше времени с девушкой, которая невольно завоевала его сердце. Конечно, Август был максимально вежлив, аккуратен и осторожен со всеми подопытными. Из-за своей натуры и прошлого, он не мог позволить кому-то чувствовать боль, а потому часто прибегал к хитростям с препаратами и дозировками. Да, среди начальства и его подчинённых у Августа была довольно жуткая репутация безжалостного учёного, готового пойти на все, ради результата. Но на деле все было строго, да наоборот.

Но конкретно с Джессикой все вышло… Странно и неожиданно. Она попала в застенки «Архангела» случайно, по сфабрикованным данным. Из-за чего Август просто не мог позволить ей страдать за других. Опыты часто откладывались на поздние сроки, результаты переделывались и подтасовывались. Учёный делал все, чтобы Джессика, как можно дольше, не прочувствовала боль.

Август прекрасно знает, через что Джессике, все же пришлось пройти. Месяца опытов над телом и эфемерной «Душой» человека. Десятки и сотни часов проведённых в агонии и мучениях от препаратов, которые насильно вводили в его организм. Лишь встав против Совета и лишив жизни своего мучителя, Август освободился от боли. Чтобы самому встать на его место.

— Август? Ты чего трясешься? — настороженно спросила Джессика, изящным движением поворачивая голову парня в свою сторону.

— Не бери в голову, просто немного задумался, — отмахнулся парень, продолжая идти в направлении отдела № 6.

Август не знал, что чувствует Джессика. Не знал её чувств, но прекрасно понимал свои. Он влюбился в девушку. То, с каким выражением лица она смотрела на него, каждый раз, когда он приходил и говорил, что сегодня ей ничего не грозит. Конечно, Август знал, что это — маска, которую она надевает, чтобы умаслить его, но чувств это не уменьшало.

— Слушай, Джесси, давай кое-куда заглянем? — наотмашь сказал парень, поворачивая по коридору направо. Джессика сразу поняла, куда они движутся. Жилой Блок «Архангела».

* * *

Естественно, Джессика мечтала выбраться отсюда. Грезила выбраться из лап бесчувственных созданий, кличущих себя учёными. Джессика, чуть ли не во снах видела, как вонзает нож в глотку нахального Августа. Как кровь будет сочиться из раны, а он будет захлебываться в ней. На лице каждый раз расплывался страшный оскал, когда она открывала глаза. Картина убийства все ещё маячила где-то на переферии зрения, но… В реальности все оказалось куда сложнее.

Первые шесть месяцев в «Архангеле» прошли… Пустыми. Каждый день, борясь с желанием уйти в мир иной, к ней заходил Август, с облегчённой улыбкой и говорил, что сегодня ничего не будет. И так, изо дня в день, из недели к неделе. В какой-то день, Август зашёл к Джессике, снял сдерживающие устройства с запястий и… Предложил пройтись с ним. Радости девушки не было предела, но в ту же секунду, её сознание заволокло чувство тревоги. Что, если это ловушка? Почему он так мягок с ней?

Джессика прекрасно слышала разговоры других учёных о Августе. О его жестокости и беспощадности к другим подопытным. Но с ней, он был… Другим. Недоверие пронзило Джессику, она настороженно шла за учёным, боязливо озираясь по сторонам. Рядом с дверью в её камеру было написано: «Крыло Дельта. Код - Js-18a. Джессика Детерм. Статус: Ожидание этапа „Альфа“».

Но… Стоило им выйти из пресловутых стен Крыла Дельта, как она оказалась… В уютной обстановке. Мягкие, пастельные тона на стенах, тёплый свет ламп на потолке и не менее мягкий диван в дальнем углу комнаты.

— Добро пожаловать в мой кабинет, Джессика. У меня не так много, чем я могу тебя заинтересовать, но могу предложить прилечь на диван, — спокойно сказал учёный, легко подталкивая девушку к мебели.

Джессика была все также насторожена, но противиться соблазну попросту не смогла. Стоило ее телу коснуться поверхности дивана, как она чуть ли не запищала от радости. После жёсткой, металлической койки в камере, этот диван казался просто волшебным.

— Ав… Август? — хриплым голосом спросила Джессика. Сказывалось длительное молчание и малое количество воды. Благо, спасительная жидкость уже стояла у изголовья дивана.

— Что такое? — Август ненадолго отвлёкся от голоэкрана и посмотрел на девушку, что жадно припала к бутылке с водой.

— Поч… Почему ты… Почему вы привели меня сюда? — вопрошала девушка, переводя дыхание после воды. Влага обжигала пересохшее горло, но это казалось меньшей проблемой.

— Отпусти эти формальности, — отмахнулся учёный. — Между нами не такая большая разница в возрасте, чтобы разговаривать на «Вы», — лицо Августа украсила сдержанная, но миловидная улыбка. — А привел я тебя, чтобы… Ты отдохнула. Набралась сил, потому что я знаю, какие «удобные» кровати в Третьем Секторе.

Джессика не сразу поняла смысл сказанного Августом. Но уже тогда, она понимала, что прошлое этого парня не такое радужное, каким могло показаться изначально. Джессика знала, что делают другие учёные с подопытными-девушками. Под эгидой «наука требует жертв», они калечили их, накачивали разной дрянью, кто-то даже насиловал. И никто из персонала не предъявлял жалоб начальству. Оно и понятно. Эти жалобы, почти сразу, были бы выброшены в огонь.

— Если ты попадёшь в «Архангел» в качестве подопытного, то для тебя это билет в один конец. У тебя отбирают имя, вычеркивают твоё существование из прошлого и возможного будущего. Всё, что тебе присвоят, так это кодировку и небольшое клеймо на запястье, — сказал как-то однажды Август, приведя Джессику в свой кабинет вновь. И лишь после этого, девушка поняла, почему руки парня спрятаны за перчатками.

— Август, могу я посмотреть? — она указала рукой на перчатку. Лицо парня скривилось в нечитаемой гримасе. Ему было неприятно вспоминать об этом, но по каким-то причинам он не стал противиться и снял перчатку.

Круглое клеймо на тыльной стороне руки, со странными символами внутри кольца. «Комплекс „Архангел“» — перевёл Август. Надпись была сделана на латыни.

— Т-ты… Ты тоже… — девушка не могла подобрать слов. В единый момент, все мысли оборвалась, оставив лишь глухую пустоту в голове.

— Да, Джесси, я тоже был на твоём месте. И именно поэтому, я стараюсь оберегать тебя от опытов…

И пускай Август продолжал говорить, Джессика уже не слышала парня. В ушах встал тонкий писк, в голове выл протяжный ветер. Ненависть, пускай и продолжала распускать свои корни по мозгу шатенки, но к нему приелось ещё одно чувство. Странное, навязчивое и… По странному притягательное.

* * *

— Джесси, не спи, — ласково произнёс парень на ухо девушки, отчего та невольно дернулась.

Она заснула? Прямо… На его руках? Смущение, вперемешку с негодованием мигом залили лицо Джессики краской. Она легонько стукнула парня по плечу и ловко спрыгнула с его рук.

— А ведь ты так сладко сопела, — не без доли иронии сказал Август, открывая дверь в свою жилую комнату.

Джессике ничего не оставалось, как удрученно вздохнуть и пройти внутрь убранства парня. Комната была, по аскетичному милой. Минимум мебели, максимум пользы. Небольшая кровать в крайнем углу комнаты, рядом тумба с лампой и книгой. Название гласило «Пьеса Первая „Кошмар“». Девушка невольно присвистнула. Она не думала, что Августу нравится подобная литература. Конечно, где-то глубоко в душе ей хотелось задать ученому пару вопросов, но она решила оставить их в своей голове. В дальнем углу находился стол с голоэкраном. Рядом с ним дверь, ведущая в уборную.

— Прости, я не особо любитель изысканности, — виновато произнёс Август, закрывая дверь за девушкой.

— Ничего, я не против, — неоднозначно ответила Джессика, проходя немного вглубь.

За небольшой ширмой скрывался небольшой комод с, как посчитала девушка, одеждой парня.

— Можешь пока принять душ, я приготовлю тебе одежду, — мимолетом сказал Август, снимая тонкую кофту и бросая её на верх ширмы.

— Одежда? Не думала, что ты любитель носить женское, — с ехидством ответила Джессика, прикрывая улыбку рукой.

— Как смешно и актуально, — саркастично ответил парень, ложа очки на тумбу. — Нет, я не любитель такого. Я дам тебе твою одежду.

— Моя одежда? — вновь задумалась золотоглазая.

— Просто иди, сама все поймёшь, — в голосе Августа появились небольшие нотки строгости. Девушка деловито потерла подбородок, махнула на парня рукой и скрылась за дверью уборной.

Август облегчённо вздохнул и упал на кровать. Голова полнилась разными мыслями, среди которых явно выделялась одна: «Я люблю её». И пускай Август понимал все быссмысленность этих чувств, всю тяжесть потери, которая нависла над ней Дамокловым Мечом, он не мог от них отказаться.

— Эй, Август! — послышался приглушенный голос Джессики где-то неподалёку. — Ну и где там моя одежда? — парень улыбнулся и поднялся с кровати… Дабы лицезреть тот факт, что дверь в уборную открыта настежь.

— Эм, Джесси? — протягивая слова спросил он. — А ты… А ты во что сейчас одета? — учёный мысленно врезал себе в лоб рукой. Ну что за вопросы-то? Нет бы узнать, где она сейчас, чтобы ненароком не засмущать, он наоборот узнает во что она одета, ещё больше подогревая фантазию.

— Боже, Август, что за вопросы такие? — с ехидством в голосе спросила Джессика. — Неужели захотелось посмотреть вживую? — но на радость самой шатенке, учёный не видел её абсолютно красного лица. Как переспевший помидор, Джессика укуталась в банное полотенце, боясь каждого шороха со стороны кровати.

— Нет… — неуверенно протянул Август. — Одежда твоя лежит на верхней полке, в самом дальнем углу, — на одном дыхании выпалил учёный, хватая с тумбы книгу, демонстративно погружаясь в чтиво.

Однако выглянувшая из-за ширмы Джессика сразу поняла сильное смущение парня. Его ноги были скрещены, одна лежала на второй, руки нервно теребили корешок книги… Которая вообще была перевернута верх ногами.

— Ты совершенно не меняешься, Август, — с улыбкой на лице прошептала девушка и вновь нырнула за ширму.

До Августа то и дело доносились разные шорохи и шебуршания. Распалившаяся фантазия уже вообразила себе образ стройной девушки, аккуратно одевающейся буквально в паре метров от него. Учёный слишком поздно понял, что встал около ширмы, тихо прислушавшись.

— Киш отсюда! — с укором и лёгкой усмешкой сказала Джессика, выходя из-за ширмы. Учёный немного дернулся от неожиданности, лицо вмиг залилось краской стоило глазам пасть на девушку. — Слушай, а у тебя случаем нет другой одежки? — поинтересовалась златоглазка, осматривая себя с головы до ног.

— Неужели тебе не нравится? — одна не осторожно брошенная фраза, и вот Джессика уже набрасывается на учёного с кулаками и угрозами расправы. Но в тоже время, Август видит… Смущение и улыбку? Руки поймали кулачки девушки и потянули вверх к, так удачно приблизившейся, стене. В одну секунду девушка затихла, пряча смущенный, но сердитый взгляд.

И теперь, Август мог сполна наслаждаться тем видом, что открылся ему. Чёрная, обтягивающая рубашка, чёрная юбка средней длины, чёрные чулки и туфли на небольшой платформе. Именно в этом Джессику доставили в «Архангел». Конечно, за состояние одежды девушки ручался сам Август. По его указу, все одежду починили, заштопали и залатали там, где это можно было сделать. Но и сам учёный внёс небольшие коррективы… Точнее, он лишь вколол десятки разных препаратов в её тело, а они, в свою очередь, уже довершили дело. Некогда длинная рубашка, висящая на девушке небольшим мешком, теперь плотно обтягивала её талию и грудь. Юбка более не скрывала ноги полностью, теперь едва доходя до колен.

— Ты прекрасна, Джесси, — без капли лжи сказал учёный, ложа вторую руку на её плечо.

Джессика невольно затаила дыхание, неотрывно смотря за движениями парня. Сердце гулко стучало в груди, отбивая безумный ритм. Кровь неслась по телу, приливая к лицу, вновь заливая его все новыми слоями бардовой краски. В животе поднялся странный вихрь, мысли сосредоточились на одном: «Я ему нравлюсь». Это мысль, такая простая и читаемая, но почему-то… Она претила девушке. Конечно, Джессика могла спокойно принять чувства Августа, потонуть в них без остатка, ощутить на себе всю прелесть взаимной любви… Но где-то в подкорке разума, малая часть, что никогда не будет убита никакими препаратами и химикатами, из раза в раз твердила: «Я тебя ненавижу, Август».

— П-Прости, Август, — дрожа голосом ответила она, вырывая руки из мягкого захвата учёного. Август невольно отшатнулся, потряс головой, ошарашенно раскрывая глаза.

— Твою мать… — тихо прошептал он, хватаясь за голову. — Джессика, прошу тебя, прости пожалуйста. Я… Я не хотел. Честно, — он продолжал искать оправдания, пока сердце рвалось наружу, дабы высказать три заветных слова.

— Хватит, — уже увереннее сказала Джессика, так и не отойдя от стены. — Почему? Почему ты так поступаешь со мной? Почему оберегаешь от смерти? Я ведь никто для тебя. Ноль без палочки. Просто очередная жертва на благо науки, — по её лицу потекли слезы. Злато в глазах потускнело. — Так ответь мне, Август… Почему я должна верить в твою любовь?! — крик сорвался на тихий плач. Ноги подкосились и девушка упала на пол, закрывая лицо руками.

— Я… Я… — Август откровенно мямлил, не знал, что нужно сказать.

Прямо сейчас, едва ли не у его ног, на полу рыдала девушка. Та, которую он полюбил без остатка. Со всеми плюсами и минусами. С ее маской и ненавистью к нему. Но сейчас… Сейчас маска слетела, открывая истинный лик носителя. Сломленная ментально и физически девушка, также влюбившаяся в своего же мучителя. Кто-то наверняка заклеймил бы её чокнутой, обозвал это все Стокгольмским Синдромом, да и ушёл бы восвоясье. Но мир устроен куда сложнее. Джессика полюбила Августа за его честность, открытость, доброту и вежливость. Август не строил перед ней какую-то важную особу, не носил маски, а был тем, кем являлся на самом деле.

«Будь проще, и люди потянутся к тебе» — так однажды сказал ей отец. Будучи маленькой девочкой, она не понимала смысла сказанного. Но теперь, находясь в темнице, где её не ждёт ничего, кроме смерти, Джессика осознала все, что ей тогда сказали. Слезы отчаяния и горечи сорвали с неё маску радости.

Ей не оставалось ничего, кроме как… Прекратить сопротивление и пойти в безрассудный, но такой желанный бой с самой собой, с Августом, с системой в которую её силком затянули.

— Август… — шмыгая носом и утирая слезы, начала Джессика. Парень поднял на неё затравленный взгляд. Он не знал, чего стоит ожидать, но мысленно приготовился ко всему.

— Да, Джессика?

— Я… Я ненавижу тебя, Август, — три коротких, чётких, и слишком емких слова. Как раскаленный нож проходит сквозь масло, так и её слова поразили парня в самое сердце.

— Я знаю… Я прекрасно понимаю почему… — но договорить ему было не суждено. Джессика подняла палец в сторону парня, прося того замолкнуть.

— Я ненавижу тебя, Август… Уже очень давно, я желаю твоей смерти. Смерти от моих рук, — она продолжала говорить убивая внутри парня все, что поддерживало его внутренний мир. — Но… — потухшая пара серых глаз парня ненадолго засияла, в надежде, что ещё не все потеряно. Может, ещё есть шанс все исправить.

— Но… Что? — неуверенно переспросил Август, садясь напротив Джессики.

— Но я… Не смогу это сделать, — слова отдались эхом в голове парня. — Я не способна убить того… Кого… Кого люблю, — как гром среди ясного неба, ударили слова шатенки.

— Чт-что? — неуверенность, непонимание и нежелание понять одну простую истину. Вот три чувства, захлестнувшие парня с головы до ног.

— Да, Август, я люблю тебя, как и ты любишь меня, — одинокая слеза прокатилась по щеке девушки, оставляя горькую дорожку, а после падая на ткань рубашки.

Неужели… Неужели это правда? Август не мог поверить в услышанное. На лице Джессики расплылась горькая улыбка. Она открылась ему. Полностью. Выдала все, что таило её сердце долгие месяцы. Август протёр глаза… Чтобы обнаружить влагу на ткани перчаток. Он тоже плакал, по его лицу текли слезы. Он даже не заметил, как это произошло, но это факт. Стоя в полуметре от любимой, он беззвучно льёт слезы. Слова Джессики то и дело повторялись в голове. «Я люблю тебя, как и ты любишь меня». Значит ли это, что…

— Я… Я тоже люблю тебя, Джессика, — по его лицу тоже расплылась горькая улыбка. Они улыбались, прекрасно понимая, что их любовь не сможет удержать её от смерти. А что если…

Август аккуратно положил руки на её плечи.

— Послушай меня, Джесси, — голос парня зазвучал уверенно, стальные нотки пронзили его полностью. — Если ты… Если я… — нет. Слишком поздно давать заднюю. — Если мы хотим, чтобы ты жила, нужно кое-что сделать, — явный акцент на слове «мы» заставил Джессику успокоиться.

— И… Что ты предлагаешь? — её руки коснулись лица парня, аккуратно убирая слезинки.

— Мы… Мы можем… Мы можем сделать тебя учёной! — сознание Джессики пронзило стрелой. Она точно не хотела встать на место тех, кого ненавидит всей душой.

— Нет. Все что угодно, но только не это, — строго и уверенно произнесла она, поднимаясь с пола вместе с парнем.

— Постой же, не торопись, дай мне договорить, — он постарался успокоить гнев девушки, садясь вместе с ней на кровать. — Мы сделаем тебя учёной, но… Отправим в другое крыло. Туда, где твои нынешние навыки будут использоваться на благо для простых людей.

Август отчаянно старался сберечь Джессику от смерти и иного выхода, кроме как поставить её на свое место он не видел. Но смотря на ее недовольное выражение лица, он понимал, что все его доводы «за» будут проигнорированы.

— Ты… Ты хочешь, чтобы я так легко поверила в твои слова? Чтобы я доверилась тому, кто подвергал меня опасности множество раз? — Джессика опечаленно вздохнул. Золотые глаза раскраснелись от слез и постоянных растираний пальцами.

— Да, Джесси, именно это я и хочу, — в сердцах выпалил учёный, пронзительно смотря на неё. Он прекрасно понимал, что недостоен её доверия. Опыты над ней и созданный образ сделали достаточно. Но глубоко в душе он мечтал, что она согласится.

— Ты… Идиот, Август, — с грустной улыбкой на лице прошептала девушка. — Ну… И как ты собрался это сделать? — кажется, сегодня день, когда мечты парня сбываются. Его лицо мигом оживилось, глаза вновь отблескивали радостью. Джессика понимала, что терять ей больше нечего. Всё, что у неё осталось, это её жизнь. Так почему бы не рискнуть напоследок?

— Всё очень просто… Как я считаю, — учёный на секунду задумался. — У меня есть два варианта решения проблемы. Один хороший и один… Довольно посредственный. Но так или иначе, мы попробуем оба.

— И что же это за варианты такие?

— Сперва, я могу обратиться к Совету, высказаться, что твоё использование, как подопытной бесполезно и дальнейшие попытки приведут к твоей смерти, а после намекну на твои знания в области фармацевтики. Думаю, если дело выгорит, тебя отправят в Крыло Альфа. Там занимаются разработкой лекарств для мирных и военных нужд, — в целом, Джессика оценила подобный план. Практически все неизвестные ушли за скобки, оставляя в вакууме лишь предсказуемое развитие событий.

— А второй вариант?

— А вот насчёт него… Мне придётся тебя убить, — холодно и без эмоций сказал Август, сверля взглядом ковровое покрытие у кровати. По спине шатенки невольно пробежался холодок. Что значит «Мне придётся убить тебя»? Девушка явно пока не собирается на тот свет, а посему глазами требовала от Августа объяснений. — Понимаю твое непонимание, но на деле все куда проще, — из тумбы учёный достал небольшую ампулу с прозрачной жидкостью.

— Что это? — он протянул ей ампулу.

— Осторожно. Если хоть одна капля этой дряни окажется на твоей коже, я уже не смогу тебя спасти, — предупредил Август. Девушка пригляделась, а после резко раскрыла глаза, ошарашенно смотря на учёного.

— Кантаридин?! Ты совсем с головой не дружишь, придурок?! — Август вовремя спохватился, выхватил яд из рук девушки и вновь спрятал в тумбу.

— Нет, со всем я пока что дружу. Это не простой кантаридин. Я провел с ним несколько махинациий, немного похимичил и получил почти нелетальную версию, — Джессика потупила взгляд, не понимая сказанного. — Если объяснять простым языком, то ты все также умрёшь, но яда в организме не будет уже через две минуты. Он просто вызовет у тебя местный паралич, который пройдёт через девять часов.

— Ну вот помру я, а потом что?

— А потом… Мне придётся сделать тебе пластическую операцию, — очередной удар молнии в безоблачную погоду. Она ожидала любого удара судьбы, но не такого же!

— Ты хочешь, чтобы я стала другой личностью? — Август кивнул.

— Пойми, Джесси, твоё существование уже было вычеркнуто отовсюду. Я лично наблюдал, как Команда Зачистки возвращалась в Смежное Крыло с большой кипой бумаг и электроники. Твоими бумагами и твоей электроникой. Тебя, как Джессики Детерм, больше не существует.

— А как же… А как же мои родители? — по лицу Джессики потекла одинокая слеза.

— Они… Они тебя не знают. Больше не знают. Им стёрли память.

— Как это, стёрли? Разве такое возможно?

— Да, с технологиями «Архангела» это вполне возможно, — Август встал с кровати, подошёл к столу и, нажав на пару мест в столешнице, открыл потайную выемку, достал оттуда ещё одну ампулу и протянул Джессике. — Это «Амнисол», препарат вызывающий полную потерю памяти о конкретной личности, без возможности восстановления. Даже если ты и вернёшься к своим родителям, они воспримут тебя, как незнакомца, — негнущимися руками, шатенка посмотрела на ампулу с голубой субстанцией и… Даже не смогла подобрать нужных слов.

— Это… Это все сделал ты? — Август покачал головой.

— Конечно нет. Я пластический хирург и анестезиолог, но никак не фармацевт. Просто смог добыть одну дозу, на… Самый крайний случай.

— Ясно, — только и сказала она, протягивая препарат обратно.

Мысли крутились в голове обоих. Ни он, ни она не могла дать чёткого ответа на то, что им делать дальше. Одно было известно точно — тянуть больше нельзя. В любой момент, к Августу может прийти кто-то из Глав других Крыльев с проверкой и тогда вся стройная картина плана будет уничтожена на корню.

— Джесси, нам нужно действовать, срочно, — наконец сказал Август, неся девушку обратно в Четвёртый Сектор Крыла Дельта. Они покинули комнату учёного, дабы вновь подумать над планом действий.

— А чего тут думать? Пробуй говорить с Советом, а там уже будем действовать по ситуации, — иных идей попросту не было. Весь оставшийся путь они прошли в тишине.

* * *

Спустя несколько дней подготовки, Август пришёл на заседание Глав Архангела. Как глава Крыла Дельта, он мог раз в месяц собрать всех, дабы поднять один важный вопрос.

— Август Хенкель, глава Крыла Дельта, — учёный коротко поклонился, смотря на лица Глав исподлобья. Те сделали тоже самое. -- Главы Крыльев приветствуют вас. -- Август несколько пригляделся. Сквозь алые линзы, он приметил фигуру немного поодаль остальных глав.

Ей являлся Картер Фаустин. Тот, кто и создал эту лабораторию и перед кем сейчас Август вынужден унижаться, чтобы спасти жизнь Джессики. Однако, учёный был готов вытерпеть это.

— Я пришёл, чтобы поднять вопрос об отстранении подопытной Js-20a от серии «Дельта». В ходе проверочных работ было выявлено несколько серьёзных нарушений Души. Дальнейшие попытки исправления ситуации, лишь усугубят наше положение и погубят подопытную.

— Мистер Хенкель, отчёты действительно совпадают с вашими словами, но, почему вы не сообщили о неисправности раньше? — зубы парня заскрежетали от глухой злобы. «Неисправность». Это слово резало слух, словно они не видели в ней человека.

— Потому что ранее данные ошибки были не столь явными и не препятствовали назначенным работам, — Август цедил слова сквозь зубы. Сердце изнывало от одного факта, что он говорит об Джессике в таком ключе.

— Хорошо. В таком случае, Главы согласны с вашим предложением, Мистер Хенкель. Подопытная Js-20a будет отстранена от серии «Дельта», — Август хотел было вздохнуть с облегчением, но прекрасно знал, что слова всегда имеют второе дно. — Однако, что вы можете предложить взамен?

«Так и знал!» — мысленно крикнул Август. — По отчётам вам известно, что подопытная имеет обширные знания в области фармацевтических наук, — продолжил он уже вслух.

— Вы предлагаете отправить её в Крыло Альфа? — Август сдержанно кивнул. — Вы также знаете, что Крыло Альфа ни в коем случае не должно знать о происходящем в Крыле Дельта, — учёный снова кивнул. — В таком случае, перед её переводом, мы требуем использование препарата Am-42l. В случае отказа, вы встанете на место Js-20a.

— Конечно, я вас прекрасно понимаю, — сердце Августа пропустило удар. Нервы натянулись тонкой струной.

— В таком случае, вопрос можно считать закрытым. Подопытная Js-20a, Джессика Детерм, будет восстановлена в качестве работника Крыла Альфа. Алиса Вендел лично проконтролирует её поступление, -- один из силуэтов коротко кивнул Картеру. -- Если у других Глав нет иных вопросов, можете быть свободны, Август Хенкель, — учёный коротко поклонился и быстрым шагом покинул помещение.

Стоило дверям позади закрыться, как учёный сорвался с места и побежал вперёд. Он бежал без остановки, сносил все на своём пути, не видя ничего, кроме мутной картины в глазах. Смоляные пятна расходились по краям глаз, ещё больше замыливая обзор. Паника, страх и… Отчаяние. Три чувства захлестнули Августа с головой. Всего несколько дней назад, он едва почувствовал вкус жизни, но теперь и это отнимают. Прямо из-под носа. Самым грязным и наглым образом.

Стены Крыла Дельта казались ужасно грязными и мрачными. От двери к двери, от криков о помощи до стонов боли и агонии, в голове крутилась мешанина их букв, цифр и символов, что так злостно и нечестно выстраивались в одну целую фразу: «Вызывает полную потерю памяти, без возможности восстановления».

Заветная дверь с номером «20», учёный быстро набрал код и прошёл внутрь. Джессика лежала на койко-месте неподвижно, смиренно ожидая результаты действий Августа. Она немного подняла голову, но стоило только ей увидеть заплаканные глаза учёного, как все мечты о, пускай и тяжёлой для души, но простой для разума жизни, канули в Лету.

— Мы… Проиграли, — коротко сказал учёный, медленно сползая по стене к полу. Джессика поднялась с кровати, подошла к парня и села рядом, обхватив ноги руками.

— Нас переиграли, да? — с ироничной усмешкой сказала Джессика, ложа голову на плечо Августа.

— Они… Они приказали применить Амнисол. Ты… Ты будешь жить, Джесси, — однако для обоих уже стало понятно, что дальше это будет не жизнь, а существование.

— Не стоило тешить друг друга пустыми грезами, идиот, — беззлобно сказала Джессика, ложа свою руку поверх его.

— Джесси, послушай меня, — он поднял голову, смотря на золотые глаза девушки через алые линзы очков.

— Я обещаю тебе… Нет. Я клянусь тебе, что я разыщу тебя в Крыле Альфа, мы познакомимся и снова друг друга полюбим! — Джессика вымученно улыбнулась, тыча пальцем в лоб парня.

— Не надо. Забудь обо мне также, как я забуду о тебе, дурак. Я не хочу, чтобы ты страдал по мне также, как я страдала из-за тебя, — злость все ещё теплилась глубоко в груди Джессики, но на её место уже давно претендовала звенящая пустота.

* * *

«Что должен чувствовать человек, который несколько лет осознанной жизни провел в испытательной камере секретной лаборатории? Наверняка вы скажете, что ненависть, отчаяние, пустоту в груди и подобные им ощущения. И вы окажетесь абсолютно правы. Это, моя последняя запись, перед тем, как я вколю себе Амнисол. Благодаря помощи, Алисы, я получил возможность забыть лишь о существовании Джессики. Что будет дальше? Этого я не могу знать. Данные о подопытной Js-20a уже были уничтожены. Но я твёрдо намерен вернуть то, что у меня отняли. Смогу ли я это сделать? Понятия не имею».

— Лаборант Ag-19g. Август Хенкель. Конец записи, — глубокий вдох и глаза падают на диван.

Она лежала на нём, нежилась и сладко засыпала под томные речи Августа о науках. А после просыпалась и вела простые, незначительные беседы обо всем и ни о чем одновременно. Август никогда бы не подумал, что будет скучать о подобном.

— Я люблю тебя, Джессика, и буду любить всю оставшуюся жизнь, — игла вошла под кожу, впрыскивая препарат. Не было ничего, кроме образа молодой, улыбающейся девушки, что в сердцах ненавидела его.

Образ медленно мутнел, терял границы, оставляя напоследок лишь две золотистые точки, смотрящие в душу.

* * *

— Доктор Хенкель! Давно вы не появлялись в наших стенах. Позвольте мне провести вам небольшую экскурсию по Крылу Альфа, — сказала молодая аспирантка, сжимающая в руках планшет с бумагами.

— Конечно, мисс Детерм, с радостью посмотрю на ваши достижения.