Элемент Миромила. Том 1

Глава 1. Миромил

Книги — лучшие хранители историй. Самая первая книга, сохранившая на своих страницах зарождение человечества как цивилизации, имела название «Элементализм» и являлась священным писанием Религии Матери-Природы до её распада на отдельные религии для каждого Элемента. Несколько отрывков из этой священной книги объясняют, как и благодаря кому появился Миромил.
«Человек — вершина творения природы. Именно люди стали двигать мир вперёд благодаря своему разуму. Они изобрели орудия труда, чтобы обрабатывать землю, оружие для защиты от зла и опасностей. Они научились добывать огонь и придумали множество способов его использования. Но не всё в этом мире человек был способен объяснить. Стоило только людям привыкнуть к заходу солнца, забирающему с собой свет, и его восходу, возвращающему свет обратно. К чёрным облакам, которые закрывали голубое небо, а затем с грохотом и вспышками выливали на землю потоки воды. С миром начали происходить ужасные события. Земля дрожала, огонь вёл себя как живой, вода кипела, а ветер превращался в ураганы. В такое время человек не знал, как вернуть мир к спокойствию.

Тогда люди придумали молитву и стали взывать о помощи саму Природу. Их молитвы были услышаны, и появились Они. Огромные существа, способные контролировать природный элемент, из которого они созданы. Люди назвали их Элементалы и стали верить, что именно они смогут спасти их от катаклизмов. Вера помогла людям, и Элементалы действительно смогли успокоить: землю, огонь, воду, ветер и даже небесные силы луча и искр. Вера изменила людей. Они стали молиться каждый день и жить по добру. Люди знали, что Элементалы постоянно следят за ними и могут наказать за грехи или же даровать чудо за искреннюю веру.

Люди стали объединяться в общества и строить поселения для совместного труда и поклонения своим богам. Самые большие людские поселения стали строить неподалеку от обиталищ Элементалов. В одном из таких поселений группа храбрых верующих молодых людей решила отправиться в Обиталище своего бога и встретиться с ним лично. Когда они добрались до цели, их встретили сразу все Элементалы. В награду за веру, жизнь по добру и храбрость существа даровали нашим героям часть своих сил.

Герои назвали себя Стихиалами, вернулись в поселение, а вскоре решили разойтись по материку и построить новый мир, который назвали Миромилом. За ними пошли другие люди, ставшие народами. Стихиалы основали первые города и стали жить, веруя в своих богов, трудясь не покладая рук и ведя по верному пути всех людей. Так началась новая история человечества».

Несмотря на протесты религии, принято считать, что настоящая история человечества началась, когда Стихиалы, которым власть досталась от их предшественников, стали передавать эту власть в руки обычных людей. «Миромил» — так первые Стихиалы назвали материк, который они стали активно обживать и строить на его территориях свои страны. Миромил окружен бушующими океанами, наполнен разнообразными биомами и разделен шестью основными странами. Постепенно Стихиалы полностью отошли от власти и стали жить по собственным правилам и законам, позволив людям самостоятельно распоряжаться созданным ими миром. Стихиалы создали Миромил, но именно люди сделали его таким, какой он есть сейчас. Все это благодаря великим личностям, создававшим то, что двигало прогресс вперед, и постоянным войнам, которые решали множество возникших между людьми конфликтов.
История Миромила богата на события, но рассказ будет о ключевом моменте, разделившем мир на «до» и «после». Мы, авторы, записывающие эту историю, были не только свидетелями, но и участниками этих событий. Рассказ пойдёт обо всём, что происходило тогда, но, в первую очередь, об одном человеке, которого можно без преувеличения назвать главным героем. Он и стал тем самым человеком, который привёл Миромил к решению, определившему его дальнейшую судьбу.

Мы начнём историю задолго до финала и расскажем с самого начала, о главном герое, которого с гордостью называли своим другом. Слишком далеко в прошлое нашего героя и его семьи уходить не будем, а начнём с события, которое перевернуло его мир и стало первым шагом на пути к его великой истории.

Глава 2. Теоровы (719 год, месяц Ил)

Как только первые лучи солнца проникли в комнату через распахнутое окно, Соренин открыл глаза. Он быстро встал с кровати и направился к шкафу, откуда достал свою повседневную одежду, надел её и вышел из комнаты. Оказавшись на кухне, которая была ещё и гостиной, юноша захотел растопить печь, но, не найдя коры для розжига, решил воспользоваться запасным вариантом. Он вернулся в свою комнату и подошёл к книжному шкафу. На первой полке стояли книги о Стихиалах и Элементалах, которые Сорен перечитывал регулярно, а также обучающие материалы по тренировкам тела, изученные и используемые юношей каждый день.

На второй полке — книги по истории Земель Сталворд, которые он изучал вместе с отцом, несколько посвящённых религии Матери-Природы книг, которые Сорен изучал в одиночку. На третьей были те книги, которые юноша даже не пробовал читать, несмотря на просьбы отца. Взяв с третьей полки «Математику», он вырвал несколько листов и положил книгу обратно. Вернувшись на кухню, Сорен использовал эти листы, чтобы растопить печь, после чего вышел во двор.

На огороженной территории двора, помимо жилого дома, располагались: баня, несколько сараев и маленькая конюшня. Сделав небольшую разминку, растяжку и привычную сотню отжиманий, юноша вышел за пределы двора и направился на утреннюю пробежку вокруг своей деревни под названием Арипка. Его маршрут всегда был одним и тем же. Сначала он пробегал заброшенные дома и хозяйства, где ещё несколько лет назад жили семьи с детьми, с которыми Сорен играл. Затем бежал мимо жилых домов, которых в деревне остались единицы, где жили люди преклонного возраста. А заканчивался маршрут на краю деревни, где когда-то была свиная ферма, разорённая бандитами, когда Соренин был совсем маленьким. Вернувшись, юноша сразу направился в сарай, откуда вытащил различный железный инвентарь: самодельные штанги и гантели, гири и деревянный манекен, обитый кожей, который отец привез из крупнейшего города западной части страны Каменсбурга в подарок сыну на двенадцатый День рождения.

После утренней тренировки он убрал всё на свои места и направился в баню, где стал умываться ещё не остывшей со вчерашнего вечера водой. Намылив тело вехоткой, Соренин сел на полок и уставился на себя в зеркало. В свои четырнадцать лет юноша выглядел старше своего возраста, во многом, из-за того, что его высокий рост дополняли сухие и объёмные мышцы, которые он наращивал уже несколько лет ежедневными тренировками. Но, если телом Сорен действительно выделялся, то с его овальным лицом всё было проще. Короткие тёмные волосы, которые нельзя было уложить в приличную прическу, большие карие глаза, которые он по привычке слегка прищуривал, и нос с горбинкой, полученной в результате несчастного случая в детстве.
Как только с водными процедурами было закончено, Сорен вернулся в дом и собрался приготовить себе завтрак. Достав из погреба продукты: картофель, свинину, лук и капусту, а также десять куриных яиц, которые он просто обожал, юноша принялся готовить. Через час на кухонном столе уже стояла тарелка с отварными яйцами, миска с капустой и луком в уксусе и сковорода с пышущей жаром, ароматной жареной картошкой со свининой. Съев половину этого сытного завтрака, он снова вышел во двор и занялся ремонтом забора и уборкой территории.

Каждый день у Соренина был похожим на предыдущий. Подъём с восходом солнца, тренировки утром и вечером, питание минимум три раза в день и домашние дела, которые никогда не заканчивались, даже в отсутствии хозяйства как такового. И каждый день всегда заканчивался одним и тем же — баней. Вот и сегодня всё было, как всегда. Сорен затопил баню, используя для этого ещё несколько листов из книги по математике, и стал таскать в баки воду из колодца. Но, неожиданно для себя, юноша услышал знакомый голос, который быстро приближался.

— Товарищ, отворяй ворота, — кричал мужчина довольным и весёлым голосом.

Соренин тут же бросился открывать ему проезд, и, после того, как повозка оказалась во дворе, мужчина слез с неё и они крепко обнялись.

— Я так рад, что ты вернулся, отец, — улыбаясь, сказал юноша. — Но почему так рано? Ты ведь должен был приехать не раньше, чем через неделю. Что-то случилось?

— Я соскучился по тебе, — сказал мужчина, гладя сына по голове, — А ещё я привез важные новости.

— Ну так говори сейчас, раз они такие важные, — усмехнулся Сорен.

— Наш дом в Каменсбурге наконец-то достроили. Скоро мы с тобой переедем туда, — полным радости голосом сказал мужчина.

Как только юноша это услышал, с его лица сошла улыбка, и он глубоко задумался.

— Сорен, ты разве не рад? — удивился мужчина.

— Конечно, рад, отец. Только я уже стал думать, что этот день никогда не наступит. Прошло два года с тех пор, как ты получил Рубиновое гражданство и разрешение на строительство.

— Я и забыл, что прошло так много времени, — удивился мужчина, — Но, раз ты говоришь, что прошло два года, так оно и есть. С твоей превосходной памятью я спорить не буду.

Соренин уже собирался продолжить этот важный разговор, но их перебил голос старушки-соседки.

— Товарищ доктор, нужна ваша помощь.

— Что у вас случилось? — спросил мужчина.

— Мой муж приболел, кашель у него какой-то нехороший, — ответила старушка. — Глеб, пожалуйста, посмотрите его, без вас никак, — умоляла она.

— Хорошо, я сейчас приду, — улыбаясь, ответил Глеб, — Сорен, я пойду поработаю, а ты пока приготовь нам ужин. Я там привёз ещё несколько десятков куриных яиц и кое-что сладкое, — сказал отец и направился в сторону калитки.

Юноша не спорил с отцом. Сначала он отвязал от повозки лошадь и позаботился о ней, а затем вытащил из мешка, который привёз отец, несколько свёртков и отнёс их в дом. В одном из них было двадцать яиц, десять из которых Сорен тут же поставил вариться, а в другом был необычного вида овощ, который он решил пока не трогать. Когда Глеб вернулся и зашёл в дом, его уже ждал ужин. На столе были отварные яйца, жареная картошка и салат из огурца, капусты и лука. Привезённый им фрукт лежал отдельно на тарелке.

— Садись, отец, — сказал Сорен, накладывая себе еду в тарелку.

— Богатый стол, — садясь напротив сына, сказал Глеб. — Сразу видно, готовил прирождённый кулинар, — улыбнулся мужчина.

— Когда есть, из чего готовить, это не трудно, — ответил юноша, очищая яйцо от скорлупы. — К тому же, если бы я не умел готовить, то, наверное, умер бы от голода. Ведь кто мне приготовит поесть, если я почти всегда один, — ухмыльнулся он.

Сказанные сыном слова задели Глеба. Он знал, что Сорен говорит напрямую всё, что думает. Однако, сейчас он чувствовал, что сын его скрыто винит в том, что ему пришлось так много времени жить практически в полном одиночестве. Глеб понимал, что действительно виноват перед сыном, но не знал, как начать разговор об этом, поэтому просто решил продолжить есть. Но неожиданно Сорен вытащил из-под стола книгу и, открыв её на странице, где лежала закладка, принялся читать, при этом, с удовольствием поедая яйцо. Глеб присмотрелся к обложке и удивился ещё больше.

— Элементализм? Не знал, что мой сын увлекается религией, — ухмыльнулся мужчина.

— Меня не сама религия интересует, а великие люди, чья история в этой книге рассказана очень подробно, — ответил Сорен, не отрываясь.

Глеб сперва задумался, а затем вдруг вспомнил.

— Ах да, ты, наверное, говоришь о Стихиалах. Значит, ты до сих пор хочешь стать одним из них?

— Конечно, я мечтаю об этом! — Посмотрев на отца и отложив еду, сказал юноша, — Я хочу быть самым сильным в мире, а ведь нет никого сильнее их. К тому же, они могут делать всё, что захотят, — говорил Соренин с восторженным лицом.

— Не уверен, что всё у них так гладко, — покачав головой, сказал Глеб, — Но я точно уверен, что они не только самые сильные, но и, наверняка, очень умные люди. Ты у меня, сынок, очень силён для своих лет, но можешь ли ты похвастаться своим умом? — спросил он с улыбкой.

— Ну, я могу читать, писать и считать. Ещё я хорошо знаю историю нашей страны, превосходно разбираюсь в тренировках собственного тела и даже немного знаю медицину, благодаря твоим рассказам. Разве этого не достаточно? — ухмыльнулся Сорен.

— Этого мало, сынок, — серьёзно сказал Глеб. — Помнишь, мы с тобой как-то обсуждали школу?

— Я не забываю ничего из того, что меня как-то зацепило, — раздражённо ответил юноша. — Неужели, ты хочешь уговорить меня пойти в школу?

— Нет, Сорен, я уже сделал так, чтобы тебя приняли в новую Каменсбургскую школу и твоё обучение начнется, как только мы переедем.

— Что? — удивился Соренин, — Но почему ты не посоветовался со мной?

— Потому что желаю для тебя лучшей жизни и уверен, что так будет правильно, — уверенно ответил отец.

— Но ведь мне четырнадцать лет и через два года я стану совершеннолетним. Не поздно ли учиться?

— Учиться никогда не поздно, поверь моему опыту, — улыбнулся Глеб, — К тому же, школа даёт не только знания, но и возможность завести новые знакомства, а, может, и подружиться с кем-нибудь.

— Думаешь, у меня получится общаться с людьми? — расстроенно спросил Сорен. — И нужно ли мне это все? Я просто уже начал привыкать к одиночеству.

И снова слова сына тронули Глеба, кольнули в самое сердце. Он немного подумал и решил, что сейчас важно продолжить этот разговор.

— Я уверен, что у тебя всё получится, сынок. В Каменсбурге у тебя начнётся новая прекрасная жизнь, обещаю. А ещё я даю слово, что помогу тебе во всём, — с улыбкой сказал отец.

— Спасибо, отец, я поверю тебе, — слегка улыбнувшись, сказал юноша.

— Кстати, а почему ты не порезал арбуз? — спросил Глеб и указал на тарелку.

— Я никогда его раньше не видел, поэтому не знаю, как правильно резать этот овощ, — ответил Сорен.

— Это ягода, сынок, — засмеялся мужчина.

— Ягода? Где ты нашёл такую большую ягоду?

— На рынке в Каменсбурге. Вот, кстати, ещё одна причина, почему нам стоит переехать, чтобы есть разные необычные вкусности из других стран, — сказал Глеб и засмеялся, а Сорен широко заулыбался.
Спустя некоторое время после обеда, когда баня была уже готова, Соренин и Глеб Теоровы решили помыться вместе. Они поддали жару и расслабились в приятно обжигающем пару. Сорен вновь посмотрел в зеркало, на этот раз, на лицо своего отца. Нет ничего удивительного, что они так похожи. Лицо Глеба Теорова отличалось лишь прямым носом, густыми бакенбардами и большим количеством возрастных морщин, так рано появившихся в его тридцать шесть лет. Основное отличие между отцом и сыном, при высоком росте обоих, было в величине мускулов. Сорен уделял всё свободное время, которого у него было очень много, тренировкам.

Глеб много работал и всё свободное время, которого у него было очень мало, уделял сыну или книгам по медицине, поэтому был очень худым. На указательном пальце правой руки Глеб носил чёрное кольцо с большим рубином, который демонстрировал его статус в государстве. Заслужил он этот статус благодаря работе доктором. Он начал изучать медицину ещё в первый год жизни Сорена, когда его жена Ромашка Теорова заболела бушующей в то время «Чумой матерей». Эту болезнь завезли из Ветров Керуль, через заражённую конину. Глеб всеми силами пытался найти лекарство, но не успел, и Ромашка скончалась. После смерти жены Глеб не бросил медицину, а стал изучать её с ещё большим усердием. Пациенты неохотно ехали в Арипку, поэтому Доктор Теоров стал сам ездить по городам и деревням. После десяти лет такой деятельности он заслужил репутацию одного из лучших докторов западной части страны.

— О чём задумался, сынок? — спросил Глеб.

— Ты решил даже в бане не снимать своё кольцо Рубинового гражданина? — спросил Сорен. — Ты мне, кстати, так и не рассказал, как его получил.

— Оно меня ещё сильнее прогревает, — улыбнулся мужчина. — Все относительно просто: я вылечил не одну тысячу человек, и среди моих пациентов были Рубиновые граждане. Именно они и помогли мне получить этот статус как награду за мои заслуги перед страной.

— А насколько велика разница между Рубиновым и обычным гражданином? — спросил Сорен и вылил целый ковш воды на камни.

— Серьёзная разница, — схватившись за горящие от пара уши, ответил Глеб. — Обычные граждане имеют право голосовать на выборах различных глав, а я могу сам избираться на руководящие должности. Обычные граждане получают бесплатное жильё в городских районах, я получил право на частную собственность в пределах города, — сказал он и облился холодной водой из ковша. — На самом деле, стать обычным гражданином — это уже достижение, поэтому я хочу, чтобы ты учился в школе.

— А причем тут школа? — удивился Сорен и снова поддал пару.

— Для получения права на гражданство нужно образование и работа, а чтобы стать гражданином, нужно ещё и подтвердить свою законопослушность. Гражданство даёт массу привилегий и открывает множество дверей в будущее, — ответил Глеб.

— Я тебе уже говорил, отец, что знаю, каким будет моё будущее. Я стану Стихиалом.

— Не сомневаюсь, сынок, однако, прежде чем ты им станешь, может пройти много времени и лучше, чтобы до этих пор ты был достойным гражданином нашей страны, — с улыбкой сказал мужчина.

— Может, ты и прав, — кивнув, сказал юноша.

— Я уже распарился и стал красным, как наш флаг, — посмеялся Глеб. — Давай заканчивать с баней и пойдём отдыхать, завтра начнём собирать пожитки, а послезавтра отправимся в Каменсбург.

Глава 3. Учение на тракте (719 год, месяц Ил)

На следующий день сборы заняли у Теоровых совсем немного времени. Дольше продлилось обсуждение того, что они возьмут с собой при переезде. Соренин настаивал на том, чтобы забрать весь свой тренировочный инвентарь, а Глеб хотел увезти все имеющиеся в доме книги. В итоге, они сошлись на том, что ничего из этого забирать не будут, из-за чего повозку загрузили только наполовину и только самым необходимым. Спустя ещё одни сутки, ранним утром, Теоровы были готовы к отъезду. Сорен сел в повозку, а Глеб сначала закрыл дверь дома и калитку, ведущую во двор, на замок, а ключи спрятал под крышу бани. Прощание также получилось недолгим, но эмоциональным, ведь плакали отец и сын, не сдерживая эмоций. Выехав из Арипки, Теоровы оказались на поселковой дороге. Из-за ям и кочек Глеб повёл лошадь медленно, что дало Сорену возможность насладиться красотами его родины, Земель Сталворд. Земли Сталворд — государство в северо-западной части Миромила. Знаменито оно своим суровым зимним климатом, холмистой местностью, тайгой и одной из самых протяжённых горных цепей на материке, которая как бы делит страну на две части.

— Ну как, сынок? Красивая в нашей стране природа? — спросил Глеб.

— Превосходная, — ответил Сорен.

— Мне кажется, наша страна — самая красивая во всем Миромиле.

— А ты бывал за границей? Какая там природа? — с интересом спросил юноша.

— Я был в разных частях Земель Сталворд, но никогда не выезжал за их пределы. Мне приходилось лечить иностранцев, которые рассказывали о своих странах и их природе.

— В других странах такая же длинная зима, как и у нас? Она тоже длится пять месяцев?

— Везде всё по-разному. Вот скажи мне, сколько дней и месяцев в году? — спросил Глеб.

— Четыреста пятьдесят дней в году, разделённых на пятнадцать месяцев, — быстро ответил юноша.

— Сколько дней и недель в месяце?

— Три недели по десять дней. Получается, тридцать дней в месяце, — после короткой паузы ответил Сорен.

— А можешь ли ты, сынок, назвать мне все месяцы по порядку и сезону?

— Барри, Эн и Дер — это осенние месяцы; Сон — межсезонный месяц; Стал, Ворд и Кер — это зима; Уль — межсезонный; Ил, Лид и Юн — это весна; Шэнь, Джабу и Лани — это лето; и последний, Тойд, — межсезонный месяц, — ответил юноша, загибая пальцы после каждого названия.

— Молодец, — произнес мужчина и погладил сына по макушке.— В Миромиле год начинается с месяца Барри, который принято считать осенним месяцем, однако, не во всех странах так. В некоторых странах, благодаря их климату, осень начинается в межсезонный месяц Тойд. Все страны отличаются друг от друга по климату и природе. Где-то очень жарко из-за продолжительного лета, где-то часто идёт дождь, где-то очень много леса, а где-то сплошные равнины.

— Превосходно, — с удивлением сказал Сорен. — Вот бы побывать во всех странах!

— Уверен, что за свою жизнь ты сможешь объехать весь Миромил, — с улыбкой сказал Глеб.

Спустя некоторое время Теоровы выехали с поселковых дорог на Асфальтовый тракт — главную дорогу Земель Сталворд, которую с недавних пор стали строить и за пределами страны. Движение по этой дороге было куда более интенсивное. Различные кареты и повозки, пешеходы двигались то в одну, то в другую сторону. Пытаясь разглядеть всё, Сорен остановил взгляд на карете, которая выглядела гораздо дороже, чем другие. Она была выкрашена в золотистый цвет и украшена золотыми фигурками.

— Отец, неужели эта карета сделана из золота? — спросил Сорен.

— Конечно, нет, — с улыбкой ответил Глеб, — Но она действительно очень дорогая. Вероятнее всего, в ней едет какой-нибудь торговец из Лучей Иллид.

— Как ты понял, откуда он?

— На самом деле, это не сложно, если знать, на что обращать внимание, — серьёзно сказал мужчина. — На борту этой кареты висит табличка с надписью: «Торговая гильдия Патациона». Патацион — это город, а также регион в Лучах Иллид. Народ Лучей Иллид ценит свою принадлежность к определённому региону, где они живут и работают, а не к стране. Но ещё сильнее они ценят всё золотое, в том числе и деньги. В Лучах Иллид продаётся и покупается вообще всё.

— Звучит так, будто они готовы продать даже собственных родных или родину, — ухмыльнулся Сорен.

— Возможно, — сказал Глеб и пожал плечами. — Однако, иллидцы не настолько ужасны, ведь именно они создали единую денежную систему, которой сейчас пользуется весь Миромил. А также они организовали первые международные торговые и ремесленные гильдии, некоторые важные фонды и банки. Короче говоря, они умеют распоряжаться деньгами, но и показать своё финансовое превосходство не против, — улыбнулся мужчина.

Как только этот разговор закончился и «золотая» карета осталась позади, Сорен снова начал оглядываться и увидел группу необычных людей. Они были одеты в фиолетовые плащи, на спинах которых были рисунки, напоминающие звёзды с большим количеством концов.

— Отец, а это кто такие?

— Это жрецы из Искр Юншэнь, — ответил Глеб и задумался. — Что они тут делают? — спросил он сам себя.

— Ты понял, кто они, по их плащам?

— Верно. Ведь только юншэньцы стали бы надевать плащ с символикой Искр Юншэнь.

— В чем особенность их страны? — с интересом спросил Сорен.

— Они очень религиозны. Они разносят свою религию Искрюн по всему Миромилу, считая лишь её истинно верной. Те, кто уверовал в Искрюн, становится частью их народа и обязан делать всё во благо Искр Юншэнь.

— А откуда они узнали, что их религия лучше других? И что думают об этом другие религии? — удивился юноша.

— Я не знаю ответа на твой первый вопрос, сынок, — с улыбкой сказал отец. — Другие религии не обладают таким могуществом, как Искрюн, и поэтому вынуждены уступать своих верующих. Но не всё так плохо, ведь юншэньцы, по их утверждениям, больше всех стремятся к единению Миромила. Они хотят объединить наш материк, чтобы на нём не было войн и распрей. Для этого они и используют Искрюн.

— Ты веришь, что они способны объединить Миромил?

— Нет, я вообще не верю религиям. Каждая религия прикрывается добрыми намерениями, но никто точно не знает, что скрывается за этой добротой, — уверенно ответил Глеб.

Сорен ещё некоторое время смотрел вслед жрецам, пока не услышал женский крик. Какая-то незнакомая женщина била и ругала двух здоровенных мужчин, чинивших колесо кареты. Женщина ругалась и все время повторяла, что опаздывает. В ответ на это мужчины извинялись и называли эту крикунью «хозяйка».

— Почему эта женщина так ведёт себя с этими мужчинами? Они же пытаются помочь, — возмутился Сорен.

— Вероятнее всего, эта госпожа — представительница высших семей, а эти мужчины — всего лишь простолюдины.

— И что в этом такого, что она из каких-то там высших семей? Разве из-за этого она стала лучше других людей? — недоумевал юноша.

— В стране, которая именуется Воды Эндерсон, все блага получают лишь члены высших семей, а простолюдины вынуждены им служить. Для Эндерсонцев очень важно происхождение и обязательна государственная служба для всех высших семей. А ещё, во главе их страны сидит Монарх, чьё слово — закон.

— Это похоже на то, что было с нашей страной в прошлом, — ухмыльнулся Сорен.

— Так и есть, только в нашей стране изменилась система власти, а в Водах Эндерсон все осталось по-старому. Однако, это не мешает им быть главными учёными и изобретателями. Благодаря достижениям их науки прогрессирует весь Миромил.

— Интересная страна: вроде, живут прошлым, но сильнее других приближают будущее, — серьёзно сказал Сорен.

— Какие умные слова, сынок. Удивил ты меня, — с улыбкой сказал Глеб, потрепав сына по волосам.

Пока отец проявлял нежность к сыну, их обогнали две крытые повозки, которые двигались на высокой скорости. В этих повозках сидело множество темнокожих людей с оранжевыми повязками на руках, а сопровождали их несколько воинов Сталворда на лошадях и всадник со странным оружием в руках, напоминавшем маленькую пушку.

— Это военные? — спросил Сорен.

— Скорее всего, да, — ответил Глеб, неотрывно наблюдая за этим кортежем. — Я предполагаю, что это воины Огней Джабулани.

— А что здесь делают воины другой страны?

— Они наши главные союзники в Миромиле. Вероятнее всего, приехали для каких-то совместных учений. Армия Огней Джабулани — самая сильная на материке. Во многом, благодаря оружию, которое они создали. Как, например, Ружьё, которое держит в руках тот всадник.

— А зачем им такая сильная армия? Они с кем-то собрались воевать?

— Сильная армия — гарантия безопасности страны. Огни Джабулани воюют уже много лет, и вся их страна работает ради победы.

— И когда же наступит эта победа?

— Этого никто не знает, — с улыбкой сказал Глеб.

Теоровы продолжили наблюдать за военными. Кортеж свернул с тракта и заехал в поселение, которое было окружено высокой каменной стеной.

— Что это за город? — спросил юноша.

— Это военный форт, построенный для борьбы с бандитами на всех ближайших территориях.

— У нас так много бандитов?

— Это большая проблема нашей страны. Народ Земель Сталворд очень трудолюбив и законопослушен. Наши люди не терпят тех, кто отказывается работать или соблюдать закон, называя таких «неправильных» Трутнями.

— Как пчёл? — ухмыльнулся Сорен.

— Да, как пчёл, которые ничего не делают, — с улыбкой ответил Глеб. — Этих трутней мало того, что презирают в обществе, так ещё и делают изгоями, выдворяя за пределы городов и деревень. В изгнании они собираются в банды и становятся обычными бандитами. Нападают на путников, караваны и даже деревни. Страх перед бандитами повлиял и на нашу Арипку, заставив людей переезжать в города, где, по их мнению, безопаснее, — с разочарованием сказал мужчина.

После этих слов отец с сыном замолчали на какое-то время. После раздумий, Сорен сказал:

— Я и подумать не мог, насколько сложен мир за пределами Арипки.

— Да, он сложный, но очень интересный. Скоро ты окажешься в одном из главных городов не только нашей страны, но и всего Миромила, и тоже станешь частью этого сложного интересного мира, — с улыбкой сказал Глеб и обнял сына.

Глава 4. Каменсбург (719 год, месяц Ил)

Первые впечатления от Каменсбурга Сорен получил, как только увидел серые стены, окружающие город. Это монументальное строение вызывало чувство восхищения и ощущение безопасности. Теоровы въехали в город через несколько больших ворот и оказались в одном из новых районов. Здания вокруг различались этажностью, но были построены из одинаковых красноватых камней и украшены различными скульптурами из гранита. И буквально на каждом шагу и каждой крыше висели официальные флаги Земель Сталворд: чёрная трёхглавая гора на красном фоне в серой рамке.

Осматриваясь, Сорен обратил внимание на интересную особенность, связанную с окнами домов и тем, как они друг от друга отличались. На первом этаже одного из зданий деревянные створки окна были разрисованы детскими рисунками, на втором висели ярко-красные шторы, а на подоконнике третьего кто-то вырастил небольшой цветочный сад. Эта особенность удивила Сорена и заставила задуматься. После недолгой паузы он задал отцу вопрос.

— Отец, а в этих зданиях живут люди?

— Эти дома называются Общежитиями. В них живёт множество семей тех, кто приехал в город работать, — ответил Глеб, не отвлекаясь от дороги.

— Неужели они купили этот дом все вместе? — удивился юноша.

— Конечно, нет, — засмеялся мужчина, — Они живут тут бесплатно. Главное условие — чтобы все совершеннолетние члены семьи работали на городских предприятиях.

— Что такое предприятия?

— В нашей стране очень много каменоломен и шахт, а также предприятий, где обрабатывают все добытые ресурсы. Каменсбург знаменит тем, что именно здесь добывают и обрабатывают больше всего строительного камня в мире. Также тут обрабатывают гранит, которым украшают наши города, добывают множество других полезных ископаемых. В общем, работы здесь очень много и, помимо того, что за неё хорошо платят, так ещё и выделяют бесплатное место для проживания в общежитиях, которое называется Квартира. Поэтому люди со всей страны съезжаются в города, ведь тут не только безопасно, но и выгодно жить.

— Я даже не представлял, что такое возможно. Чтобы разные люди жили все вместе, — сказал юноша, задумался и после небольшой паузы спросил отца.

— А мы тоже будем жить в подобном доме?

— Скоро ты сам всё узнаешь, — с доброй улыбкой сказал Глеб.

Теоровы ещё немного проехали по главной улице и оказались рядом с площадью, на которой Соренин заметил множество маленьких деревянных магазинчиков, на прилавках которых лежали самые разнообразные товары. К одному из них, где лежали сияющие на солнце украшения из драгоценных металлов и камней, даже выстроилась большая очередь. Продавец, довольно высокий узкоглазый мужчина, громко и весело рассказывал про какую-то золотую цепочку с бриллиантами. Но Сорена больше всего привлек другой прилавок, на котором лежали фрукты и овощи разных цветов и форм. Парню даже показалось, что он чувствует их превосходный аромат. Не удивительно, что вокруг этого магазинчика была толпа народа.

— Это местный рынок, — сказал Глеб, заметив интерес сына. — Вижу, ты уже глазами пожираешь те вкусности, которые лежат на прилавках торговца из Ветров Керуль.

— С чего ты решил, что он не сталвордец? — удивился Сорен. — Разве в нашей стране нельзя вырастить подобные продукты?

— Дело в том, что наша богатая ресурсами земля очень неплодородна, — с грустью сказал мужчина. — На наших огородах мало что можно вырастить, разве что, картошку, лук, огурцы и капусту. А вот на земле наших соседей керульцев можно вырастить всё, что угодно. Даже домашний скот, — засмеялся Глеб. — На их лугах пасутся тысячи коров, овец и прочей скотины, а у нас, к сожалению, прижились только свиньи. А ещё, из их страны к нам завозят твои любимые куриные яйца, которые ты ел по несколько десятков в день, ведь только керульцы знают, как выращивать этих птичек.

— Вот как, я не знал, что наша страна так зависима от Ветров Керуль, — сказал Сорен и после паузы продолжил, — Я даже не представляю, сколько денег ты потратил, чтобы привозить все эти продукты домой, раз они из другой страны, то, наверное, очень дорогие.

— Это не важно, сынок, главное, что ты хорошо питался, — с доброй улыбкой сказал отец. — На самом деле, мы сейчас живём в мире, где все страны зависят друг от друга. Керульцы, конечно, являются кормильцами всего Миромила, но у нас, в Землях Сталворд, тоже есть ресурсы, без которых не сможет существовать ни Ветра Керуль, ни весь материк.

— Я всё ещё в шоке от того, как, на самом деле, сложно устроен наш мир, — покачав головой, сказал Сорен.

— Я уверен, что в будущем ты сможешь в нём разобраться, — сказал Глеб и положил ладонь на голову юноши. — А, может, даже изменить его, — улыбнулся отец и получил ответную улыбку сына.
Прошло ещё около десяти минут, и Теоровы свернули с главной улицы города на узкий переулок между домами и заехали во двор. Вокруг были, в основном, многоэтажные дома, а соседствовал с ними двухэтажный дом, возле которого остановилась их повозка.

— Вот наш новый домик, сынок, — сказал Глеб, обнимая сына за плечо. — Как тебе?

— Превосходно, — искренне ответил Сорен.

Дом, как и остальные здания вокруг, был построен из красноватого камня и имел несколько входов. Дверь слева была красного цвета и соседствовала с большим окном. Прямо над ней была прибита железная табличка, на которой было написано: «Клиника Теорова».

— Что ещё за клиника? — задал логичный вопрос юноша.

— Вот мы и вернулись к разговору про жилища? — засмеялся Глеб. — Тот участок земли, который я получил, мне выдали под постройку собственной клиники, где я смогу принимать жителей Каменсбурга.

— Так мы что, будем жить в клинике?

— При постройке мне никто не запретил сделать жилую зону для себя и моей семьи. Поэтому второй этаж и часть первого будут нашим домом. А работать я буду в большой комнате первого этажа, где оборудовал рабочий кабинет, — разъяснил сыну отец. — Пойдем, пора осмотреться внутри.

Теоровы зашли в дом через правую дверь чёрного цвета и оказались на первом этаже. Здесь было четыре комнаты, в которые можно было попасть из общего коридора. Первая и самая большая комната была тем самым рабочим кабинетом, который Глеб оборудовал под свою клинику. Вторая была кухней, где все необходимое для приготовления еды уже было на своих местах, включая необычного вида печь с баком наверху. Третья комната показалась Сорену очень необычной, ведь там он нашёл туалет, который, как он думал, всегда должен быть на улице. Из стены торчала какая-то лейка, её отец назвал «душем» и объяснил принцип работы.

— Неужели, вода сама течёт в дом? Как? — с интересом спросил Сорен.

— По системе труб под городом. Одни трубы берут воду из реки и направляют её в дома, а другие, наоборот, сливают грязную воду за пределы города, — пояснил Глеб

— Превосходно, — с удивлением сказал юноша.

Прежде чем зайти в последнюю комнату первого этажа, Теоровы поднялись на второй, где располагались две большие спальни, в каждой стояли двуспальные кровати с несколькими слоями матрасов. После того, как Сорен оценил мягкость своего нового ложа, они снова спустились на первый этаж и зашли в последнюю неизведанную комнату.

Как только юноша зашел внутрь, он буквально потерял дар речи. В ней находился тренировочный зал, заполненный разнообразным железным инвентарём. Также там стояло несколько новых манекенов для рукопашного боя, которые более реалистично изображали человека.

— Я решил, что в новом доме должно быть место для твоего главного увлечения. Тем более, я посчитал, что это будет хорошим подарком по случаю переезда. Поздравляю, сынок, — с доброй улыбкой сказал Глеб.

Отец получил в ответ крепкое объятие от сына, который обхватил его руками и поднял вверх, широко улыбаясь и радуясь такому прекрасному подарку.

Глава 5. Первый урок (719 год, месяц Ил)

Как только взошло солнце, и его лучи пробрались в комнату через нараспашку открытое окно, Сорен проснулся и сразу же выглянул в окно. Его сонное лицо обдуло прохладным ветром, и юноша с широкой улыбкой встал с кровати. Из-за болевых ощущений в мышцах, которые стали следствием его вчерашней вечерней тренировки в собственном зале, он решил сделать лишь лёгкую зарядку. Закончив с разминкой, Сорен оделся и спустился на первый этаж. Первым делом, он воспользовался домашним туалетом, оценив такое превосходное удобство. Затем он направился на кухню и вытащил продукты из подпола. Через полчаса комнату наполнил аромат картошки с луком и свининой, которая жарилась в сковороде на раскалённой печке.

— Доброе утро, Сорен, — зайдя в комнату и зевая, сказал Глеб. — Вижу, ты уже готовишь нам завтрак. Замечательный аромат.

— Ничего особенного, я просто пожарил картошку, — с ухмылкой сказал юноша.

— Ты даже такое простое блюдо умудряешься вкусно приготовить, — подойдя к сыну, сказал отец. — Ты так вспотел. Давай, я пока закончу с готовкой и накрою на стол, а ты сходи и прими душ.

— Хорошо, — сказал Сорен и тут же направился в дальнюю по коридору комнату.

Открыв кран, парень очень удивился, что из душа полилась тёплая вода. Юноша не сразу принялся мыться, а ещё несколько минут просто стоял под струей воды и наслаждался теплотой, полностью расслабившись. После мытья Сорен вытерся, оделся и вернулся на кухню, где отец уже закончил организовывать завтрак. Они сели за стол и принялись есть.

— Ты помнишь, что у тебя сегодня первый школьный день? — спустя минуту спросил Глеб.

— У меня превосходная память, отец, я ничего не забываю, — ответил Сорен и съел большой кусок картошки.

— Знаю я, какая у тебя память, а ещё я знаю, что ты запоминаешь только то, что тебе интересно. Рад, что школа тебя заинтересовала, — с улыбкой сказал мужчина и выпил немного воды из стакана.

— Не заинтересовала, скорее, заставила поволноваться.

— В чём же причина твоих волнений?

— Переживаю, что не смогу находиться в обществе, — честно ответил юноша. — Я так давно не общался с незнакомыми людьми и даже не помню, как правильно себя вести.

После слов Сорена Глеб тоже начал волноваться, но виду не подал. Он вновь почувствовал вину за такое состояние сына, но решил, что стоит подбодрить его.

— Я уверен, что такого замечательного юношу, как ты, примут где угодно. Тебе лишь нужно быть открытым и дружелюбным, тогда к тебе потянутся люди, — с улыбкой сказал он.

— А я буду учиться с детьми моего возраста? — с интересом спросил Сорен.

— Ты будешь учиться в специальном классе, куда принимают детей из приезжих семей, не посещавших школу в прошлом. Там обучение проходит по сокращённой программе. В основном, с тобой будут учиться дети примерно одинакового с тобой возраста. Поэтому, я думаю, ты сможешь найти себе друзей, — сказал Глеб и широко улыбнулся.

— Я надеюсь, отец, — сказал юноша и продолжил есть.
После завтрака Сорен надел чистую одежду и был готов к выходу. Возле двери его остановил отец и отдал какие-то бумаги.

— Когда зайдёшь в школу, отдай эти документы кому-нибудь из учителей, — сказал Глеб. — Удачи, сынок, — добавил мужчина и крепко обнял Сорена.

Как только юноша вышел из дома, он тут же направился на главную улицу города и, выйдя к ней, оказался в атмосфере городской суеты. Несмотря на раннее утро, по дорогам уже ездили многочисленные повозки и ходили толпы людей, спешащих по своим делам.

Сорен внезапно понял, что отец забыл рассказать ему, как добраться до школы, но юноша быстро нашёл выход из положения. Он приметил группы детей, которые двигались вместе в одном направлении, и решил просто идти за ними. На его счастье, план сработал, и уже через пятнадцать минут Сорен пришёл к школе.

Это было трехэтажное каменное здание, выкрашенное в чистый белый цвет, окна которого были украшены различными детскими рисунками. Прямо перед входом стояла большая статуя, изображающая девушку в рабочей форме и с книгой в руках. На табличке, которая была прикреплена на постаменте, было написано: «Великая Полина Бетон — учитель, учёная, строитель и герой Земель Сталворд». Зайдя в здание школы, Сорен оказался в большом зале и подошёл к первой попавшейся ему на глаза женщине. Он отдал ей документы, она сравнила их со своими и с интересом осмотрела его с ног до головы. После чего отдала документы обратно и направила Сорена на второй этаж, в первую дверь слева. Юноша зашёл в кабинет без стука и оказался в классе, который был заполнен сидящими за партами учениками, которые тут же встретили его взглядами.

— Здравствуйте. Вы к кому? — спросила невысокая девушка с распущенными светлыми волосами и очками в разноцветной оправе, за которой виднелись небольшие зелёные глаза.

Вместо ответа он отдал ей бумаги и стал ждать, пока она их прочтёт. Весь класс глазел на новенького и перешёптывался, а он в ответ осматривал их. В классе было множество детей, близких к Сорену по возрасту, однако, они сильно отличались от него физически, ведь были куда меньше и слабее.

— Соренин Теоров? — спросила девушка.

— Это я, — просто ответил юноша.

— Меня зовут Райцман Дарья Лейбовна, я буду твоим учителем, — сказала девушка и улыбнулась, не размыкая губ. — Проходи и занимай любое свободное место.

Сорен послушал учителя и, пройдя между рядами одинарных парт, сел на задний ряд, прямо возле окна. Весь короткий путь ученики сопровождали его взглядом.

— Дети, не отвлекайтесь, продолжаем урок, — сказала Дарья. — Сегодня мы с вами будем изучать историю. А, точнее, поговорим о войне 706—707 года, которая известна как «Вторая Угольная война».

— Неужели, воевали из-за угля? — подняв руку, удивлённо спросил мальчик, сидящий около стены.

— Так и есть. Уголь — важнейший энергетический ресурс в Миромиле. Его добывают только два государства из шести, но только наша страна добывает такое количество этого полезного ископаемого, что может торговать им. Чем мы благополучно занимались раньше и продолжаем сейчас.

— А если мы продавали уголь другим странам, зачем нужно было на нас нападать? — спросила довольно взрослая девочка, сидящая в центре класса.

— Другие страны решили, что будет выгоднее не покупать у нас уголь, а забрать его силой. Поэтому на нас напала целая коалиция, во главе с нашими южными соседями, Ветрами Керуль, которым помогали страны центральной части материка, Лучи Иллид и Искры Юншэнь.

— Получается, на нас напал весь мир? — спросила маленькая девочка, сидящая перед Сореном.

— Не весь, но большая его часть. Возможно, если бы в восточной части Миромила не началась другая война, против нас бы выступило больше стран. Дарья встала перед всеми учениками, поправила очки и сказала.

— Сейчас я расскажу вам об основных событиях той войны. Не перебивайте меня, пожалуйста. Если понадобится, я сама задам вам вопросы. Итак, вторжение началось по двум направлениям. На восточном фронте объединённая армия трёх стран напала и захватила наш город Углегорцк, а затем двинулась на нашу столицу Рубиноград.

В ущелье их встретила наша основная армия во главе с Маршалом Майтсом Бартусом Левоновичем. После продолжительной битвы наша армия героически победила превосходящего в несколько раз по численности противника и смогла освободить Углегорцк. В это время на западном фронте войска Ветров Керуль двигались на Каменсбург из Тавриля.

Во время пути керульцев наши разведчики постоянно атаковали их войска, поэтому к стенам нашего города пришла куда менее многочисленная армия, чем была изначально. Эта армия, конечно же, не смогла преодолеть наши огромные стены. Армия Ветров Керуль начала отступать к Таврилю, и войска под командованием Дипломара Тойрика Владмира Михайловича последовали за ними. В Тавриле произошёл бой, и наши войска снова смогли победить, вынудив керульцев принять капитуляцию. Принимал капитуляцию наш Территориал Ставин Иосиф Осипович. В результате наши территории были освобождены и даже присоединены новые, в том числе и город Тавриль вновь стал частью нашей страны и получил новое название — Южнодар.

Дарья закончила рассказ и все дети радостно захлопали, кроме Сорена, который громко задал вопрос.

— Учительница, а вы забыли рассказать о Стихиалах.

— О чём это ты? — спросила она и уставилась на Сорена, то же сделали и другие ученики.

— Вы забыли рассказать, что только благодаря Стихиалу Земли Домагору наши войска смогли победить на западном фронте. Ведь к армии Ветров Керуль в определённый момент присоединился Стихиал Ветра Тахир, и только Стихиал Домагор смог его остановить. А ещё забыли рассказать о Стихиале Луча Эрриде, которая помогла Стихиалу Домагору.

— Вижу, ты много знаешь об этой войне. Откуда? — с удивлением спросила Дарья.

— Мне отец рассказывал о ней ещё в детстве. Разве ваши отцы так не делали? — ответил Сорен, удивившись и крутя головой, оглядывая всех детей

— Не у всех есть такой отец, как у тебя, и не каждому ребёнку в детстве читают историю, а не сказки, — серьёзно сказала Дарья. — А что касается Стихиалов, я решила, что это не важная информация.

— Не важная? — возмутился юноша. — Ты с ума сошла? — закричал он на девушку.

— Не смей с ней так разговаривать, — встав со своего места на первой парте, крикнул черноволосый кучерявый парень, одного возраста с Сореном. — Наша Дарья, ученица Территориала Иосифа Ставина, лучше знает, что нужно рассказать, а что неважно.

— Не нужно, Степан, — положив ладонь ему на плечо, сказала девушка.

— Но ведь она не права по поводу Стихиалов, о них нужно рассказывать, они не меньшие герои, чем Маршал или Дипломар, — спокойно сказал Сорен.

— Какое право ты вообще имеешь срывать урок? Думаешь, раз такой большой, то тебе все можно? — продолжал кричать Степан. — Ты просто идиот.

Сорен, как только услышал оскорбление в свой адрес, встал со своего места и пошёл к своему обидчику, под затаенное дыхание своих одноклассников. Дарья преградила ему дорогу.

— Успокойся Соренин, — твердо сказала девушка.

— Я не виноват, это он меня оскорбляет, — показав пальцем на Степана, сказал Сорен.

Девушка схватила Сорена за руку, но юноша вырвал её так сильно, что Дарья упала назад.

— Ах ты, урод! — срываясь с места, крикнул Степан и рванул к ожидающему его оппоненту.

Схватка двух юношей не случилась только потому, что сидящая на полу девушка схватила Степана за руку.

— Соренин, выйди из класса, пока не натворил больших бед, — спокойно сказала она и стала подниматься на ноги. Юноша решил, что с него хватит, быстро выбежал сначала из кабинета, а затем и из школы.

Глава 6. Второй урок (719 год, месяц Ил)

Разозленный юноша всё дальше убегал от школы. Он и подумать не мог, что его первый школьный урок пройдёт настолько плохо. Он бежал и размышлял о том, как на произошедшее отреагирует его отец. Сорен выбежал на главную улицу и оказался возле торговой площади, которая была заполнена людьми. Торговцы рекламировали свои товары, покупатели обсуждали цены, и всё это превращалось в жуткую какофонию. Он пошёл между рядами, попутно пожирая глазами все вкусности, которые только видел.

— Мальчик, не желаешь купить ананас? — спросил один из торговцев. — Всего за десять Лучиков отдам.

Сорен слышал, что «Лучик» — это деньги, однако, понятия не имел, много это или мало. Живя в деревне, он не нуждался в деньгах, поэтому отец никогда не обучал его финансам. Юноша не стал ничего говорить, а лишь похлопал себя по карманам и, помотав головой в стороны, пошёл дальше.

— Эй ты, керулец! — услышал Сорен за спиной и обернулся.
Трое молодых парней подошли к торговцу, который только что предлагал купить ананас.

— Что такое, уважаемые? Разве я приношу вам проблемы? —трясущимся голосом спросил торговец.

— Ты своим существованием приносишь проблемы, — сказал один из напавших парней и схватил торговца за воротник рубахи. — Ты что забыл в нашей стране, ублюдок?

— Прошу вас, я ведь ничего не сделал, — со слезами на глазах сказал Керулец.

— Сейчас я тебе напомню, что ты сделал, — сказал парень и собирался ударить торговца, но его руку остановил один из двух больших мужчин, которые подбежали к конфликтующим.

— Что ты делаешь? — спросил мужчина.

— Собираюсь наказать его.

— За что наказать?

— За то, что он Керулец.

— Какая разница, из какого он народа? — крикнул мужчина и освободил торговца, ударив парня по руке.

Парень тут же перевёл свою агрессию на мужчину.

— Ты его защищаешь? Они ведь нас ненавидят. Сначала устроили чуму в нашей стране, а потом войной на нас пошли. Забыл, что они с нами делали?

— Это они делали! А ты, что, нацненавистником стал, да?

Мужик толкнул парня, и двое других уже собирались вступиться за своего друга, однако, их довольно быстро окружила толпа горожан.

— Где вы работаете? Сейчас пойдём к вашему начальнику и поговорим с ним о вашем поведении, — спросил у парней другой мужчина.

Трое парней, которых давила толпа, сжимая их плотным кольцом, не знали, что им ещё сказать.

— Что молчите, неужели, вы безработные? Тогда какое право вы имеете нападать на рабочих людей, трутни?

— Мы не трутни, мы просто пока не смогли найти работу, — одновременно грубо и оправдываясь, сказал один из парней.

Наконец, к огромной толпе подошла стража.

— Что здесь творится? — спросил стражник у толпы.

— Воин, — обратился к стражнику один из мужчин. — Эти трутни угрожали рабочему человеку, который продаёт у нас товары, которые он вырастил собственным трудом.

— Это так, граждане? — обратился стражник ко всем присутствующим людям.

Большинство людей ответили утвердительно, отрицали только трое парней, которые до конца боролись за свою правоту. Стражник, естественно, принял сторону большинства и под конвоем увёл этих нацненавистников подальше от толпы. Торговец в благодарность подарил мужчинам два больших ананаса бесплатно, а другим горожанам пообещал скидку на свои товары. Закончив наблюдать за этим интересным происшествием, Сорен пошёл дальше.
Спустя некоторое время юноша решил уйти с главной улицы и свернул во дворы. Пройдя через несколько довольно узких улиц, он оказался около лестницы, ведущей на крышу одного из многоэтажных зданий. Без раздумий он залез на неё и направился вверх.

Оказавшись на крыше, Сорен осмотрелся и был впечатлен видами города. Каменсбург выглядел довольно блекло, особенно, сейчас, когда небо заволокли тучи. Однако, сверху была видна колоссальная работа, которую провели строители, создав действительно огромный и развитый город, в котором могут жить и работать десятки тысяч человек.

Эти впечатления успокоили юношу и пробудили у него желание продолжить исследовать крыши. Он подошёл к краю и взглянул на соседнее здание, которое было всего на этаж ниже. Сорен оценил свои возможности, а затем, быстро решившись, спрыгнул на крышу соседнего здания. Благодаря своему опыту, полученному во время скалолазания в горах, окружавших деревню его детства, он смог правильно приземлиться. Удар был болезненным, но серьёзных травм юноша избежал.

Быстро восстановившись, Сорен решил продолжить своё путешествие по крышам, даже несмотря на начавшийся мелкий дождь. Осмотревшись, он понял, что единственный способ продолжить путь — перепрыгнуть через узкую улочку и постараться уцепиться за удобно расположенные балконы соседнего пятиэтажного здания. Недолго думая, Сорен отошёл на достаточное расстояние и, разбежавшись, рывком прыгнул вперёд, успев зацепиться одной рукой за балкон второго этажа.

Юноша подтянулся и, ухватившись обеими руками, стал карабкаться вверх. Как только он оказался на высоте четвёртого этажа, мелкий дождь превратился в сильный ливень. И только сейчас он решил, что пора слезать и бежать в укрытие.

Сорен не любил дождь ещё с детства. С тех самых пор, когда лазил по крыше собственного дома во время дождя и, соскользнув с неё, рухнул вниз, получив множество травм, включая сломанный нос. Он стал медленно спускаться вниз и, как только оказался на третьем этаже, решил перевести дух. Внезапно юноша увидел в открытом окне кровать, на которой лежали обнажённые мужчина и женщина. То, чем они занимались, было для Сорена непонятным и вызывало у него незнакомое чувство. Этот процесс настолько заинтересовал его, что он захотел приблизиться, чтобы получше всё рассмотреть. Завораживающее действо поглотило юношу и он забыл об опасности, в которой оказался. Над его головой сильно громыхнуло и, испугавшись, Сорен сорвался и рухнул вниз.

Глава 7. Третий урок (719 год, месяц Ил)

Сорен пришёл в себя в куче мусора, весь промокший от продолжающегося ливня. Всё его тело изнывало от боли, а голова была готова взорваться. Кровь лилась из всех щелей и уже впиталась в его одежду вместе с грязью. С большим трудом юноша поднялся на ноги, после чего его обильно стошнило. Он медленными шагами побрёл вперед, не разбирая дороги. Почувствовав небольшой прилив сил, Сорен ускорил шаг и побежал в неизвестном ему направлении.

В его голове сейчас была лишь мысль о том, чтобы дойти до дома. Он понимал, что самостоятельно не сможет дойти, поэтому надеялся встретить того, кто ему поможет. Сорен бежал по узким улочкам и, когда в очередной раз свернул за угол, очутился в небольшом дворе, ведущем на главную дорогу. Неожиданно перед ним оказалось двое неизвестных, в одного из которых юноша врезался, сбив его с ног.

— Углебород, ты как? — спросил худой рыжий парень, поднимая лысого мужика из лужи.

— Кто посмел? — рявкнул лысый и, поднявшись на ноги, повернулся к Сорену. — Ну ты попал, пацан, — сквозь оскал сказал он.

— Прошу, помогите мне, — сказал юноша, шатаясь из стороны в сторону.

— Помочь тебе? Ха-ха, — засмеялся рыжий. — Сейчас мой босс тебе поможет.

После этих слов к Сорену подошёл лысый и толкнул его в грудь так, что он упал на землю.

— Что вы делаете? Я же прошу помощи.

— Помогать тебе мы не собираемся, а вот наказать за то, что ты сбил меня с ног и вымазал в грязи — это легко, — сказал лысый и пнул юношу в лицо.

Лысый и рыжий, подойдя к Сорену с двух сторон, стали наносить ему удары ногами по всему телу, не обращая внимания на его беспомощность и жалобные мольбы. В определённый момент, когда юноша уже практически потерял сознание, в его голове будто бы щелкнул переключатель.

С каждым ударом он стал ощущать не боль, а нарастающий гнев, который, достигнув своего предела, вырвался наружу. Сорен повернулся к лысому всем телом и сбил его с ног прямым ударом ноги по колену. Падение лысого отвлекло внимание рыжего и дало юноше время встать на ноги. Не успел рыжий сказать и слова, как Сорен ударил его кулаком в лицо, ломая парню челюсть.

Рыжий свалился на землю, а юноша прыгнул на него сверху, приземлившись на плечо, разламывая все кости в труху. В это время лысый встал на ноги и, подойдя к Сорену сзади, схватил его за шею и начал душить. Удушение — один из главных страхов Сорена. Он приобрел его, когда, будучи совсем маленьким, убежал в сарай, где хранились различные инструменты и, играя, обрушил на себя полки.

Все, что там находилось, упало на мальчика, придавив его грудь и шею, лишив возможности дышать. Глеб успел спасти сына, когда тот уже начал синеть. В обычной ситуации Сорен бы начал паниковать, но в гневе удушение его только сильнее разозлило. Юноша схватил лысого и, наклонившись, швырнул его в каменную стену. Сорен сделал несколько глубоких вдохов, чтобы отдышаться, затем подошёл к валяющемуся и взял его лысую голову в свои руки.

Гнев настолько захватил его сознание, что он окончательно перестал себя контролировать. Юноша стал со всей силы бить лысого лицом о стену, сопровождая это действие громким криком. Спустя минуту лысый перестал подавать признаки жизни, но Сорен не перестал его бить и орать. Остановить его смог только Глеб, который подбежал к сыну и, схватив за талию, повалил на землю. Юноша не сразу понял, что произошло. Прежде чем узнать отца и прийти в себя, он нанёс Глебу два сильных удара кулаком по лицу.

— Сынок, успокойся, папа рядом, — сказал Глеб, у которого по лицу потекла кровь. — Я рядом, я здесь, — продолжал говорить мужчина, смотря сыну в лицо.

— Папа, — выдавил Сорен и заплакал.

Глеб осмотрелся и ужаснулся, увидев два лежащих без движений тела. Мужчина сначала осмотрел рыжего, а затем лысого. После чего схватил сына под руку и повёл его домой. Сначала Глеб отвёл Сорена в душ и вымыл, потом положил на кушетку в своём рабочем кабинете. Он достал все необходимые инструменты и принялся за лечение.

— Они напали на меня, когда я попросил помощи, — объяснил Сорен, когда отец перевязывал его голову. — Я упал с высоты и потерял сознание, а когда пришёл в себя, пытался найти кого-нибудь, кто отведёт меня к тебе, — ему было трудно говорить, но выговориться хотелось.

— А я решил сегодня устроить праздничный ужин, но ты всё не приходил. Я пошёл до школы, чтобы узнать, когда закончатся твои уроки. Там мне сообщили, что ты уже давно куда-то ушёл. Я стал искать тебя в городе, и начался ливень. Я решил, что ты, возможно, уже дома, и пошёл обратно. По дороге я услышал твой крик и… — Глеб прервался и, прикрыв лицо ладонями, заплакал. — Прости меня, сынок, я так виноват перед тобой. Сначала я обрёк тебя на одиночество на долгие годы, а потом просто бросил в реальный мир. Я не смог ничему тебя научить, даже не объяснил, как жить в обществе. Из меня получился ужасный отец, — сказал мужчина и уткнулся головой в грудь юноши.

Сорен сделал большую паузу, подумал, а затем начал медленно говорить.

— Ты не виноват, папа. То, что со мной произошло, это наказание за мои ошибки. Ты, на самом деле, столько всего для меня сделал. С самого детства ты обучал меня всему, что действительно необходимо и тому, что мне было хотя бы немного интересно. Благодаря тебе, я никогда не голодал и мог питаться даже очень дорогими продуктами. Ты много работал и заработал на собственный превосходный дом в городе, с удивительными удобствами, — сын поднял руку и положил её на голову отца. — Ты редко был рядом, но, когда находил свободное время, тратил его только на меня. Я ни в чём тебя не виню, а совсем наоборот, я тебе благодарен за всё, что ты для меня сделал. Ты превосходный отец.

— Я мечтал услышать эти слова от тебя, ведь для меня нет ничего важнее, чем ты, сынок, — сказал мужчина и с улыбкой посмотрел на Сорена.

Глеб встал прямо, вытер слезы и сказал:

— Я обещаю тебе, что сделаю все, что от меня зависит, чтобы ты вырос достойным человеком и гражданином, а не стал подобием тех ничтожеств, что избили тебя.

— Я убил их? — спросил юноша после короткой паузы.

— Если я не ошибаюсь, они всё ещё живы. И поэтому меня терзает противоречие. С одной стороны, я бы хотел, чтобы они сдохли. Но, с другой стороны, я не хочу, чтобы ты становился убийцей. Я обещаю, что дам тебе лучшую жизнь, чем у тебя была раньше, и прошу, чтобы ты дал мне обещание.

— Что за обещание?

— Пообещай мне, что никогда не станешь бандитом, убийцей или предателем. Пообещай, что будешь стремиться к великой и достойной цели. И, наконец, пообещай мне, что никогда больше не впадешь в состояние, в котором ты перестаёшь себя контролировать, — сказал отец и молча стал дожидаться ответа сына.

Сорен сначала осмотрел себя, а затем взглянул на папу. На его лице были кровавые пятна, которые тот получил, пытаясь успокоить своего обезумевшего сына. В тот момент юноша многое осознал.

— Обещаю, — коротко ответил он.