Элина в деревне оборотней

Элька в деревню приехала, на каникулы к бабушке. Так-то, та ей никакой роднёй не приходилась, но мамка в очередной раз замуж выскочила и выпнула её погостить у родственницы нового мужа, чтобы под ногами в квартире не путалась. На всё лето, ага… Прощайте, планы на подработку и новый компьютер. Будет теперь Элька хвосты коровам крутить и комаров кормить с лавочки. Здравствуй, жизнь деревенского жителя, полная опасного и неизведанного.

Автобус высадил её на пустой дороге, возле погнутого ветром или чужой удалью указателя с надписью «Старые дубы», и потащился дальше, постанывая и поскрипывая всеми ржавыми шестерёнками. Солнце палило сверху, трещали в траве кузнечики, а лес, неровной стеной обрамлявший старый асфальт с обеих сторон, мрачно взирал на новенькую с высоты соснового роста.

— Здрасьте, — зачем-то сказала Элина и кивнула головой приветственно. Никто ей не ответил, только чёрно-белая птица сорвалась с ветки и устремилась в небо. Она поправила лямку дорожной сумки и зашагала в направлении, обозначенном указателем. Телефон упрямо не желал грузить карту, жалостливо мигая одним делением интернета. Вообще замечательно! Остаться без связи в незнакомом месте у чёрта на куличках — задача повышенной сложности для городского жителя, ни разу не покидавшего пределов мегаполиса.

Раздолбанное покрытие вскоре сменилось укатанной грунтовкой, которая щедро припорошила пылью джинсы и кроссовки. Элька пожалела, что выпила всю воду ещё в автобусе и не оставила ничего про запас. Было жарко, душно, песок скрипел на зубах, а бесконечная дорога неровной лентой убегала вдаль и исчезала в горизонте… И вокруг — ни души.

К подобному её жизнь не готовила. Наверное, именно так странствовали добры молодцы в поисках любимых красных девиц: пешком и без провизии. У Ивана-дурака-царевича, правда, серый волк имелся, но это ему просто повезло. А вот Элина, мало того, что одна, так ещё и девушка — ей вдвойне сложнее в силу слабости пола. Но жизнь — штука несправедливая, это она ещё в семь лет поняла, когда мамка её перед гостями высмеяла за фантазии и веру в чудо.

— Такая взрослая, а в Деда Мороза веришь, — она хлопала себя по ляжкам в приступе хохота, — скажи ещё, что в реке Водяной живёт, а в лесу Леший.

На самом деле Элька об этом до той поры не задумывалась, но слова матери зародили в ней сомнения, которые с возрастом переросли в осознанное убеждение: чудес не бывает. Поэтому, когда откуда-то сзади послышался рокочущий шум мотора, она не удивилась, а развернулась и выставила правую руку в сторону. Да, она знала, что девушке небезопасно садиться в чужую машину, но жара и усталость склонили чашу весов в сторону риска.

Трактор, видавший виды и с огромными колёсами, притормозил в паре метров.

— До деревни довезёте? — закричала Элина, силясь перекрыть голосом работу двигателя.

— А что мне за это будет? — оскалился молодой парень с загорелым лицом и призывно подвигал бровями.

— Стольник наличкой, — Элька, конечно, к своим двадцати годам с девственностью распрощаться успела и даже приобрела какой-никакой опыт, но на призыв первого встречного отвечать не собиралась.

— Залезай!

Дверь распахнулась, и ей протянули руку, крепкую, густо поросшую волосами и такую же загорелую, как и всё остальное.

Элька забралась в дребезжащий салон — или как там называлась внутренность трактора — и посмотрела на водителя с близкого расстояния. Парень и парень. Молодой, сильный, загорелый. Сразу видно, не в офисе за компом целыми днями просиживает, а физически трудится на свежем воздухе. Вряд ли здесь, в сельской глуши, существовали тренажёрные залы. Разве что только шведская стенка в школьном спортзале, если они в этой дыре вообще были: и спортзал, и школа... А ещё внутри трактора почему-то сильно воняло псиной, как будто до неё тут свору мокрых собак катали. Запахом пропиталось всё вокруг, и она сама теперь будет пованивать, пока не помоется и не сменит одежду. Но хотя бы не пешком идти…

Водитель не спешил трогаться в путь и тоже разглядывал пассажирку. Ноздри его раздувались, и, если бы не правила приличия, он бы, наверное, приник носом прямо к шее. Ну, понюхай, чем может пахнуть человек, полдня просидевший в душном автобусе без кондиционера, а потом час шагавший по жаре. Уж точно не цветами и ягодами.

— Губы у тебя пересохли, — выдали ей спустя полминуты.

— Вода ещё в автобусе закончилась.

— Метров через пятьсот колодец будет. Притормозим, напьёшься.

Вскоре показалась сложенная из старых брёвен коробочка с крышей на две стороны. Посередине было насажено на вертел бревно с закреплённой на нём цепью. Ну, как в фильмах про давние времена, когда вода в колодце, стирка в проруби, а мытьё в бане, по субботам. Элька скривилась, в красках представив себе предстоящие два с половиной месяца: поближе к природе, подальше от цивилизации. Как бы не одичать в таких условиях… Она покосилась на парня, но тот диким или грязным не выглядел. Просто тракторист, возвращавшийся с поля домой. Или куда там они в сельской местности возвращались? В колхозное депо?

Водитель галантно подал ей руку, помогая спрыгнуть на землю, а потом долго-долго крутил рукояткой бревно, с которого сначала размоталась цепь с пустым ведром, а затем поднялась обратно уже с наполненным.

Вода поблёскивала призывно, а Элину внезапно сковал страх. Вдруг там, во влажной глубине, водились лягушки или ужи. Или вообще пиявки. Она эту воду выпьет, а они потом в животе заквакают…

— А вода чистая?

— Как слеза младенца, — он припал к ведру и сделал глоток. Элька проследила за движением кадыка по горлу и осталась стоять на месте.

— Ну, будешь пить? Или выливать?

— А есть другие варианты? — спросила она. — Магазин там… Или водопровод с очисткой…

— Автолавка два раза в неделю приезжает: по вторникам и пятницам. Водопровода у нас нет. Только три колодца на всё село или личные скважины у некоторых. Река ещё, но из неё пить не принято. Можно купаться или бельё полоскать.

Он склонил голову набок, ожидая ответной реакции. И так удачно расположился, хитрец, что солнечные лучи упирались ему в спину, а саму Эльку слепили, заставляя с непривычки щуриться.

— Говорят, здешняя вода настолько вкусная, что потом никакой другой не захочется, — продолжил тем временем местный житель. — Пей, не бойся. Колодцы каждый год проверяют, вся деревня из них пьёт.

Элина попробовала сглотнуть слюну, чтобы смочить пересохшее горло, но у неё ничего не вышло, потому что во рту было сухо, как в Сахаре. Она пожала плечами и коснулась губами железного обода. Вода как вода, ничего необычного. Просто очень холодная и без запаха дезинфекции. Элька глотала помаленьку, чтобы не застудить горло, а парень стоял рядом, поддерживая ведро, и не сводил с неё пристального взгляда.

— Ты к Алевтине приехала, да?

— Допустим.

— Я тебя тогда до дома довезу, чтобы не заблудилась по дороге. Мне всё равно в ту сторону.

Эля пожала плечами и ничего не ответила. Как бы ни старался, больше стольника ему ничего не обломится. Она сюда не романы крутить приехала, а отбывать повинность. Всем известно, что живые существа в неволе не размножаются. Вот и она не будет.

— Ты, главное, от дома далеко не уходи, — выкрикнул водитель в её сторону, перекрывая голосом шум двигателя.

— Это ещё почему?

— Потому что я так сказал.

— Чего? — Элька поперхнулась воздухом от удивления. — С какой это стати?

— Я тебя первым увидел, поэтому у меня приоритет.

Ехать дальше сразу расхотелось. Она уже пожалела, что смалодушничала и тормознула трактор. Можно было поднажать и ногами дойти, не развалилась и не растаяла бы. В конце концов, второе дыхание не просто так придумали.

— Тебе голову напекло, что ли? Домостроя перечитал?

— Мы разделили с тобой воду из одного ведра, — продолжал кричать водитель и выглядел при этом абсолютно уверенным в своей правоте. — Это, конечно, не молоко, но тоже имеет значение.

Элька хотела было возмутиться, но вовремя опомнилась и благоразумно промолчала. Кто знает, вдруг его из психушки недавно выпустили? И любое неосторожное слово может спровоцировать приступ… Она сложила руки на груди и отвернулась к окну, с нетерпением ожидая появления населённого пункта.