Элтерия

Лето началось спокойно, как будто весь мир наконец решил выдохнуть.

Улицы Уральска были наполнены светом, воздух дрожал от зноя, и даже ветер казался ленивым. Я сидела у окна, пила чай с лимоном и просто смотрела на город. Всё казалось обычным — дом напротив, голоса детей во дворе, редкие машины.

Но именно в этот день во мне проснулось одно слово.

Элтерия.

Оно появилось неожиданно, будто кто-то шепнул прямо в ухо.

Я повторила его вслух — и по коже побежали мурашки. Звук был мягкий, красивый, но тревожный, будто в нём скрывалась тайна.

Я не помнила, где его слышала, но ощущение было такое, словно я знала это место. Как будто когда-то жила там.

Сначала я не придала этому значения. Но на следующий день вспомнила снова. И потом ещё.

Слово не исчезало, наоборот — становилось ближе.

Я начала видеть во сне серые улицы, мокрые мостовые, башню, из которой били часы, и девочку под дождём. Иногда она поднимала взгляд — и я понимала, что это я.

Когда я рассказала родителям, мама улыбнулась:

— Наверное, где-то услышала, фантазия сработала.

Но я видела в её глазах лёгкое беспокойство.

Я решила проверить.

Села за ноутбук и набрала в поиске: «Элтерия город».

Ноль результатов. Ни карты, ни фотографий. Только странные фантазийные сайты.

Тогда я спросила у папы.

Он пожал плечами:

— Может, тебе приснилось. Или ты придумала.

Но я не придумала.

Вечером я пошла гулять. Воздух был тёплый, густой, пахло липой. Я шла без цели, пока не оказалась у старого перекрёстка.

И вдруг внутри мелькнуло чувство — *здесь должна быть улица*. Я даже помнила название — Элтерийская. Но её не было.

Просто пустота.

Я остановила прохожую женщину:

— Простите, здесь раньше не было улицы Элтерийской?

Она нахмурилась.

— Никогда не слышала.

Я пошла дальше, но холод пробежал по коже.

Почему я помню то, чего нет? Почему чувствую запах дождя, будто он остался где-то между мирами?

Ночью я не могла уснуть.

Я слышала капли на подоконнике, хотя дождя не было.

Открыла глаза — на стекле оставались следы, как будто кто-то дотронулся изнутри.

Наутро я взяла тетрадь и начала записывать всё, что вспоминаю.

Площадь. Башня. Мост. Дом с зелёными ставнями.

Чем больше я писала, тем отчётливее всплывали картины.

Днём я пошла в парк. Села на лавку, открыла тетрадь — и тогда рядом подошла девочка.

— Ты рисуешь? — спросила она.

— Нет, пишу. Про город.

Она посмотрела на страницу и вдруг тихо сказала:

— Элтерия?

Я замерла.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я тоже её помню.

Её звали Алия.

Мы долго сидели и просто смотрели друг на друга, пытаясь понять — как возможно, что две незнакомые девочки помнят одно и то же место, которого не существует.

Алия рассказала, что ей тоже снятся сны. Башня, дождь, светящиеся окна, и звук колоколов.

Иногда она чувствует, будто Элтерия зовёт её.

Мы решили искать вместе.

Сначала всё было просто. Мы ходили по городу, спрашивали у стариков, заглядывали в архивы.

Никто ничего не знал.

Но однажды библиотекарша, услышав название, странно посмотрела.

— Элтерия… — повторила она, задумавшись. — Давным-давно был слух… будто здесь, на месте Уральска, стоял город, исчезнувший после наводнения.

— И он назывался Элтерия? — спросила я.

— Возможно, — ответила она. — Но в записях ничего не осталось.

С этого момента всё ускорилось.

Мы начали находить странные совпадения: старые карты без названий, обрывки газет, где упоминался “город у реки, которого больше нет”.

На одном листке чернила почти стёрлись, но можно было различить буквы «…терия».

Я чувствовала, как что-то внутри оживает.

Будто кусочки памяти снова собираются в целое.

Однажды вечером мы с Алией пошли к реке.

Солнце садилось, отражаясь в воде.

Тишина была почти волшебной.

— Если Элтерия действительно была здесь, — сказала Алия, — может, она не исчезла. Может, просто спряталась.

— Думаешь, можно попасть туда?

Она посмотрела на меня и улыбнулась.

— Иногда прошлое не умирает. Оно ждёт, когда его вспомнят.

Мы стояли на мосту, пока небо не потемнело.

И вдруг вдалеке я увидела — над водой вспыхнул огонёк.

Он горел ровно там, где по моим снам должна была быть башня.

Ветер усилился. Волны стали выше.

А потом — один миг — и я услышала звук колоколов.

Тот самый, из моих снов.

Я обернулась к Алие — она тоже слышала.

Воздух стал густым, как туман.

Всё вокруг дрогнуло, как отражение в воде.

А за рекой, там, где была пустота, медленно начали проступать очертания города.

Мы стояли, не веря глазам.

Башня, мост, улицы — всё, как в наших воспоминаниях.

Элтерия возвращалась.

А потом ветер стих, и видение исчезло.

Но я знала — это было реально.

Алия молчала, глаза сияли.

— Значит, мы не сошли с ума, — прошептала она. — Она действительно существует.

В ту ночь я записала всё в тетрадь.

Каждое слово, каждый звук, каждый миг.

И когда дописала последнюю строчку, почувствовала странное тепло.

На обложке тетради проступили слова, которых я не писала:

«Помни нас».

Я закрыла глаза и вдруг услышала шёпот дождя.

Он звучал мягко, будто обещание.

Я знала, что это только начало.

Элтерия ждёт.

После той ночи я не могла жить по-прежнему.

Каждый день я думала об Элтерии, о том, что мы видели. Всё казалось нереальным, но следы оставались. Когда я проходила мимо реки, воздух становился прохладнее, будто город всё ещё там, за тонкой границей мира.

Алия тоже изменилась. Она стала тише, задумчивее. Иногда, когда мы сидели вместе, она вдруг замирала и смотрела вдаль, словно слушала кого-то.

— Они зовут нас, — сказала она однажды. — Я слышу их.

Я не поняла, кого именно она имела в виду. Но глубоко внутри знала: она права.

Мы решили вернуться к реке на рассвете.

Туман стоял плотный, молочный. Вода тихо шуршала, будто дышала.

Мы взяли с собой тетрадь — ту самую, где я писала всё. И старую фотографию, найденную в библиотеке. На ней были две девочки у башни. Я долго всматривалась — и чем больше смотрела, тем яснее понимала: это мы.

Я не могла объяснить, как такое возможно.

Алия сказала, что, может быть, мы уже были там — когда-то, в другой жизни, в другом времени.

Мы стояли у воды, и вдруг ветер подул сильнее. Волны дрогнули.

Тетрадь раскрылась сама собой — страницы перелистывались, будто кто-то читал.

Остановились на той, где я написала «Башня».

И тогда над водой снова вспыхнул свет.

Не яркий — мягкий, серебристый. Из тумана медленно начали проступать очертания города.

Башня, мост, улицы.

Элтерия.

Мы шагнули ближе.

И в тот миг всё вокруг потемнело, будто кто-то выключил солнце.

Мир дрогнул. Воздух стал лёгким, почти невесомым.

А потом — всё стихло.

Я открыла глаза.

Мы стояли на каменной улице.

Воздух пах дождём, но небо было чистое.

Звуки города доносились будто издалека — звон колоколов, тихие шаги, перешёптывания.

Алия стояла рядом и шепнула:

— Мы здесь.

Город был прекрасен и печален одновременно.

Дома из серого камня, мокрые стены, зеркальные окна.

Но нигде не было людей. Только ветер.

Мы пошли вперёд.

Казалось, город живёт, просто не видит нас.

На стенах я видела надписи — слова, которых не понимала, но чувствовала их смысл: память, дождь, возвращение.

Мы добрались до башни.

Та самая, из снов. Высокая, величественная, с часами, которые показывали одно и то же время — 11:11.

Алия подняла голову:

— Смотри.

На циферблате отражались не стрелки, а лица. На мгновение я увидела себя, совсем маленькую, смеющуюся под дождём.

Я вспомнила.

Мы жили здесь.

Давным-давно, до того как город исчез.

Алия взяла меня за руку.

— Нам нужно закончить то, что началось.

Мы поднялись по ступеням. С каждым шагом воздух становился тяжелее. В башне пахло старой бумагой и дождём.

Наверху стояла дверь. На ней — знакомая надпись: «Помни нас».

Я открыла.

Внутри был круглый зал. Посередине — зеркало, гладкое, как вода.

Я подошла ближе — и увидела Элтерию, как она была когда-то. Полную людей, света и звона.

И вдруг — наводнение. Река вышла из берегов, затопила город. Люди бежали, но вода поглотила всё.

Перед тем как исчезнуть, кто-то произнёс:

— Пусть они нас вспомнят — тогда мы вернёмся.

И я поняла: Элтерия жила в памяти.

В нашем сознании.

Мы — связующее звено между прошлым и настоящим.

Алия смотрела в зеркало и тихо сказала:

— Мы сделали это. Она снова жива.

Когда мы вышли из башни, город сиял. В окнах зажёгся свет, в воздухе звучала музыка. Элтерия дышала.

Но постепенно всё начало растворяться.

Башни, улицы, мосты — всё таяло в свете.

Алия повернулась ко мне.

— Нам пора.

— Мы больше не увидим её?

Она улыбнулась.

— Мы носим её в себе.

Мир дрогнул. Ветер ударил в лицо. Всё завертелось.

Я открыла глаза — и снова стояла у реки, в Уральске.

Тетрадь лежала рядом, но теперь страницы были заполнены полностью.

На последней строчке, под моим почерком, появились слова:

«Ты вернула нас».

Я подняла взгляд.

Солнце пробивалось сквозь облака, и на воде отражались едва заметные очертания башни.

Я улыбнулась.

Элтерия больше не забыта.

Она существует — между реальностью и памятью, между прошлым и сердцем.

Иногда ночью я всё ещё слышу колокола.

И знаю — это она напоминает мне, что история не закончилась.

Когда я снова открыла глаза, вокруг был свет. Не солнечный, а мягкий, тёплый, будто он исходил от самого воздуха. Я стояла на каменной улице, а рядом — Алия. Ветер трепал её волосы, и в нём звучала музыка, едва слышимая, но живая.

Элтерия.

Мы действительно здесь.

Я огляделась — город был величественным. Высокие арки, мосты из прозрачного камня, по которым текла вода, как по стеклу. Вдалеке слышался колокольный звон, а на башнях кружили серебристые птицы.

— Это… невероятно, — прошептала я.

Алия кивнула, не сводя глаз с улиц. — Смотри.

По дороге шли люди. Настоящие. Они были одеты в длинные плащи, их лица казались светящимися, будто их кожа хранила отражение звёзд. Некоторые проходили сквозь нас, как тени, другие смотрели прямо в глаза, будто узнавали.

— Они… видят нас? — спросила я.

— Не все, — ответила Алия. — Только те, кто помнит.

Мы пошли за одним из жителей. Он был стар, седой, с глазами цвета неба после грозы. Он остановился у моста и обратился к нам так спокойно, будто ждал:

— Вы пришли. Долго мы думали, кто вспомнит нас.

— Кто вы? — спросила я.

— Хранитель, — сказал он. — Меня зовут Лир.

Его голос был тих, но от него по коже прошла дрожь.

— Элтерия ждала. Каждый, кто забывает, отнимает у нас часть света. Но вы… вы вернули её дыхание.

Я почувствовала, как внутри всё замерло.

— Мы просто вспомнили название…

Лир улыбнулся. — Иногда этого достаточно, чтобы открыть дверь.

Он повёл нас через мост. Под ногами мерцала вода, отражая небо.

— Когда-то здесь жили тысячи людей. Мы были городом музыки и памяти. Но потом река поднялась. Не просто вода — это было забвение. Мир перестал в нас верить. Мы исчезли.

— И теперь вы хотите вернуться?

— Мы не можем, — ответил он. — Элтерия принадлежит грани. Между сном и явью. Но вы можете пройти глубже. Найти Сердце города. Тогда он заговорит с вами.

Я обменялась взглядом с Алией.

— Где его искать?

— Следуйте за звуком, — сказал Лир. — Только не бойтесь, когда город начнёт меняться. Он испытывает вас.

С этими словами он растворился, будто его развеял ветер.

Мы остались одни.

И тогда город ожил.

Звуки усилились. Вдалеке начали двигаться улицы, словно дышали. Лестницы, ведущие вверх, вдруг поворачивались вниз. Мосты смещались, открывая новые проходы. Элтерия была живой — и она менялась, наблюдая за нами.

— Он сказал — следовать за звуком, — напомнила я.

Из тумана донёсся тихий звон колокольчиков. Мы пошли туда.

Шли долго. Через переулки, где по стенам текла вода, через площади, где стояли стеклянные деревья. Их ветви светились, как звёзды.

На одной из улиц мы увидели детей. Они рисовали мелом на мостовой. Когда мы подошли, они подняли головы — и я увидела, что у них нет зрачков, только свет.

— Вы из Верхнего мира? — спросила девочка.

Я кивнула.

— Тогда не задерживайтесь. Ночь в Элтерии не принадлежит никому.

И тут колокольчики стихли.

Город потемнел. Свет на улицах погас. Воздух стал плотным.

— Что происходит? — прошептала Алия.

— Проверка, — ответил чей-то голос.

Из тени вышла женщина в чёрном плаще. Её глаза были как ртуть.

— Я — Вейра, хранительница границ. Не все гости достойны видеть Сердце города. Элтерия выбирает сама.

Она провела ладонью по воздуху — и вокруг нас возникли образы: воспоминания. Мой дом, школа, вечерние улицы Уральска.

— Что ты ищешь здесь, девочка из Верхнего мира?

Я не знала, что ответить. Но потом сказала:

— Память. Я хочу понять, почему я помню то, чего никогда не было.

Вейра долго смотрела на меня, потом улыбнулась.

— Хорошо. Тогда иди. Но запомни: Элтерия не отдаёт ответы — она заставляет их почувствовать.

Она исчезла, как дым.

Впереди вспыхнул свет — золотой, пульсирующий.

— Сердце города, — сказала Алия. — Мы близко.

Мы пошли на свет.

Дорога шла сквозь арку, за которой начинался сад. Всё там было прозрачным — деревья, трава, даже воздух. Посередине стоял огромный кристалл, светящийся изнутри. Его ритм был как дыхание.

Я подошла ближе и услышала голоса.

Тысячи голосов.

Они звали, шептали, благодарили.

— Это их память, — сказала Алия. — Те, кто жил здесь.

Я дотронулась до кристалла — и всё вокруг вспыхнуло.

Я видела Элтерию живой: людей, смеющихся детей, свет в окнах, песни, танцы. Я видела, как река поднимается, как город тонет, как они держатся за руки, шепча: «Пусть нас вспомнят».

Слёзы потекли по щекам.

— Мы вспомнили, — прошептала я. — Мы здесь.

Кристалл засветился ярче. Воздух зазвенел. Всё вокруг начало дрожать. Элтерия пела.

А потом я услышала голос — тот же, что звучал в моих снах:

— Спасибо, Умаира. Теперь мы можем дышать.

Свет охватил всё. Мы с Алией стояли в его центре, а город вокруг нас оживал. Люди выходили из домов, улицы зажигались, воздух наполнялся музыкой.

Элтерия вернулась.

Но я знала — это ещё не конец.

Свет медленно угасал, оставляя нас в центре площади. Элтерия снова дышала. Ветер нёс запах дождя и камня, будто город только что родился заново. Люди улыбались, проходя мимо, не замечая нас, но я чувствовала — они помнят.

Алия подошла к мосту, где под водой отражались башни.

— Мы сделали это, — сказала она.

Я кивнула, но внутри чувствовала странную тяжесть.

— Что теперь будет с ними?

— Они останутся, — тихо ответила она. — Но мы должны узнать, почему именно мы.

В этот момент воздух сгустился.

Из света перед нами возник мужчина в белом плаще. Его лицо было покрыто тенью, но голос звучал ясно:

— Потому что вы — последние, кто помнит.

Он подошёл ближе, и я почувствовала, как мир вокруг будто замер.

— Я — Хранитель Времени. Когда город исчез, я остался между мирами. Я видел, как имена Элтерии стирались из памяти, одно за другим. Но твоё, Умаира, не исчезло.

Я не знала, что сказать.

— Почему именно я?

— Потому что ты видела её во сне. И не забыла. В каждом мире есть те, кто чувствует границу — они слышат, как шепчут забытые города. Ты — одна из них.

Он посмотрел на Алию.

— А ты — её проводник. Без тебя она бы не дошла.

Алия вздохнула. — Значит, это наша судьба?

— Это ваш выбор. Элтерия может жить только, если о ней будут помнить. Но память нужно укрепить. Вы должны добраться до Башни Времени. Если она рухнет — город снова исчезнет.

Он протянул мне амулет — прозрачный, с каплей света внутри.

— Это Сердце Памяти. Оно покажет путь. Но помни: время здесь течёт иначе. День в Элтерии — это мгновение в вашем мире. Если вы не успеете до заката, дверь закроется.

Он исчез, оставив за собой мерцающие следы.

Алия посмотрела на меня.

— До заката. Тогда идём.

Мы пошли.

Дорога к башне шла через старые кварталы. В окнах мерцал свет, но нигде не было людей. Время здесь словно остановилось.

Амулет в моей руке светился всё ярче, указывая путь.

С каждым шагом город менялся. Небо темнело, здания дрожали. Мы видели, как вода снова поднимается — Элтерия испытывала нас.

Вдруг перед нами выросла стена света.

— Что это? — крикнула я.

— Испытание, — отозвался знакомый голос.

Из тумана вышла Вейра, хранительница границ.

— Элтерия не терпит слабости. Чтобы войти в Башню, вы должны отдать то, что связывает вас с прошлым.

Я замерла.

— Что значит “отдать”?

— Воспоминание. То, что держит тебя в твоём мире.

Я долго молчала. Перед глазами пронеслись родные улицы Уральска, мама, запах утреннего чая, школа, мои книги. Всё, чем я жила.

— Если я забуду это… я забуду себя.

Вейра кивнула.

— Иногда, чтобы спасти город, нужно потерять часть своего мира.

Я посмотрела на Алию.

Она не сказала ни слова, просто шагнула вперёд.

— Я отдам. Пусть возьмёт мой страх.

Свет вокруг неё вспыхнул. Она пошатнулась, но устояла.

Я шагнула следом.

— Тогда забери моё сомнение. Я больше не боюсь верить.

Стена рассеялась, открывая дорогу.

Мы вошли в Башню Времени.

Внутри всё было как в снах — стены из хрусталя, и в каждом отражении мелькали разные эпохи Элтерии. В центре стояли огромные часы, но стрелки двигались назад.

— Нам нужно остановить их, — сказала Алия.

Я подняла амулет. Он вспыхнул, и время вокруг замедлилось.

Часы звенели, башня дрожала, но мы шли вверх, к самому куполу.

На последнем этаже было окно без стекла. За ним — город.

Башни светились, вода спадала, и я видела, как Элтерия оживает окончательно.

Амулет светился так ярко, что стало больно смотреть.

— Что теперь? — спросила я.

Голос Хранителя прозвучал в воздухе:

— Отдай свет. Верни ему город.

Я подняла амулет и отпустила. Он поднялся в воздух, раскололся на сотни искр, и каждая искра упала на город.

Элтерия вспыхнула, как звезда.

Всё вокруг закружилось. Я чувствовала, как время разворачивается вспять. Башня трещала, стены осыпались, но я не боялась.

— Алия! — крикнула я.

Она схватила меня за руку.

— Держись!

Свет накрыл всё.

Когда я открыла глаза, было тихо.

Мы стояли на том же мосту, где всё началось. Город был жив, но другой — тёплый, реальный. На улицах ходили люди, смеялись дети, играла музыка.

К нам подошёл Лир, хранитель.

— Вы сделали невозможное. Элтерия вернулась. Но помните — она всегда между мирами.

Он протянул мне книгу.

На обложке было написано: «Хроники Элтерии. Первая память».

— Запиши всё, что видела. Пусть другие прочтут. Так город будет жить.

Я взяла книгу, и вдруг поняла — в ней уже были слова. Мои. Всё, что я писала, думала, чувствовала. Элтерия помнила.

— Что теперь? — спросила Алия.

Я посмотрела на город.

— Теперь мы его часть.

Мы стояли на мосту, а в небе над башнями зажигались огни.

Серебристые птицы взлетали вверх, и среди их криков звучали голоса — те самые, из кристалла. Они благодарили.

Ветер донёс тихий звон часов.

11:11.

Я улыбнулась.

— Значит, время снова пошло.

Алия кивнула.

— Элтерия живёт.

И я знала: однажды мы сюда вернёмся. Не как гости — как те, кто помнит.