Эльф для мага!

Войска Бориса, Боевого Магократа, Владыки Трёх Земель, представляли собой зрелище, от которого у обычного человека стыла кровь в жилах. На земле строем стояли Орки Хаоса — десять громадин в латунных доспехах, испещрённых рунами и шипами. Их мычание теперь звучало на октаву ниже и было похоже на перекаты грома. В небе кружили Виверны, на которых восседали обычные орки, с тупым восторгом смотревшие вниз и периодически ронявшие на своих товарищей то копьё, то съестные припасы. Или просто плевавших.

А в центре этого парада ужаса стоял сам Борис. Рядом — Иви, его верный рыцарь, с привычным выражением «когда уже резать?», и Воркин, бес, с гордостью взиравший на это детище боссовских амбиций.

— Ну что, — Борис с суровым видом окинул взглядом свою армию. — Остался последний оплот. Снежные эльфы. Их лидер — магократ Дретс. Говорят, он двухголовый. Если снежный, значит он повелевает холодом и вьюгой?

Он указал посохом на север, где за горами лежали владения эльфов. Стоял прекрасный летний день, пели птицы, пахло хвоей и мандаринами.

— Снежные эльфы, — переспросила Иви, прищурившись. — А почему тогда у них растут кокосы?

— АХАХАХА! — залился Воркин, катаясь по воздуху. — Это же лучшая часть! Обожаю местные названия. Они СНЕЖНЫЕ только по названию! На самом деле они — самые дикие лентяи во всём измерении! Они так ленивы, что даже снег у себя не убирали! Ну, в смысле, если бы он у них был! А его нет, потому что им лень его вызывать!

Борис нахмурился.

— Подожди. Они снежные эльфы, но у них тепло, и они ничего не делают? Это… подвох. Однозначно. Они наверняка готовят какую-то хитрую ловушку. Мастерски притворяются безобидными.

— Босс, — сказал Воркин, утирая слёзы. — Я тебе клянусь рогами, там нет никакой ловушки. Там просто тотальная лень. Я думал, мы их первыми завоюем.

— Не верю! — упёрся Борис. — Мы усиленно подготовимся! Мы покажем им мощь истинной магократии!

Следующие недели прошли в лихорадочной подготовке. Борис, памятуя о своих прошлых провалах, действовал с невиданной доселе методичностью.

Борис лично маршировал с бронированными орками, отрабатывая построение «Железный Клин». Орки, тяжёлые и неповоротливые, постоянно спотыкались друг о друга, образуя на плацу подобие гигантской, мычащей кучи-малы. Иви, наблюдая за этим, едва не покончила с собой от смеха.

— Смотри! — орала она, держась за живот. — Твой «Железный Клин» больше похож на «Железную свалку»! Жбаны и то лучше носили броню.

— Тогда иди сюда и покажи как лучше! — Кричал Борис.

— В говно полезешь, станешь вонять — посмеялась Иви — тебе же сказано, они ленивые. Послушай. Я этих эльфов знаю. Они пью росу и одеваются в шерсть. Даже землянку не роют.

— Я понял! — Раздосадованно бросил Борис — сам управлюсь!

На следующий день была очередь авиаций.

Борис, несмотря на страх высоты, лично садился в седло к самой большой Виверне и поднимался в небо, чтобы командовать воздушными силами. Результатом обычно были его зелёное лицо и блевота, падающая с неба на головы тренирующихся орков.

Орки, впрочем, решили что это такое поощрение и принялись блевать друг в друга.

— Отлично, босс! — кричал снизу Воркин. — Враги будут повержены запахом твоих завтраков!

Когда Борис решил, что ему не хватает магической поддержки, он выбрал самого умного орка (тот мог складывать 2+2, правда, с помощью пальцев на двух руках и ногах) и начал обучать его шаманским практикам. После недели тренировок орк научился вызывать из посоха не огонь или лёд, а запах тухлой капусты. Но боевой дух войск от этого очень повысился.

Наконец, армия была объявлена готовой. Борис, несмотря на заверения Воркина, был уверен, что его ждёт битва с могущественным двухголовым магом и его ордами закалённых в стуже воинов.

— Говорю вам, это хитрые твари. В играх всегда так — эльфы самые коварные. А в аниме..

— Не знаю что там в твоем мире — заявила Иви — но зря ты нас не слушаешь.

Под покровом ночи Борис совершил тактическую телепортацию. То есть, дрожа от страха, он переместил себя, Иви, Воркина и десяток орков хаоса прямиком в сердце вражеской столицы, ожидая града стрел и ледяных шипованных шаров.

Их встретила… тишина. И запах травы, мандаринов, лаванды и чего-то жареного.

Магократ и орки стояли на центральной площади города. Города, который был больше похож на гигантский курорт. Бамбуковые виллы с колоннами, фонтаны с вином, гамаки, растянутые между пальмами. И повсюду эльфы. От снежных у них были светлые волосы и все.

И все женщины. Очень красивые, стройные, с серебристыми волосами и голубыми глазами. И все они… ничего не делали. Одни лежали в гамаках и лениво жевали какой-то салат. Другие грелись на солнышке, подставив спины. Третьи с полным безразличием смотрели на внезапно появившуюся орду монстров.

— Э-э-э… — растерянно произнёс Борис. — Мы… мы пришли вас завоевать.

Одна эльфийка, лежавшая ближе всех, лениво повернула голову.

— Ага… — сказала она безразличным тоном. — Только, пожалуйста, потише. У меня голова болит с похмелья.

Иви вытаращила глаза. Она сделала самое страшное выражение лица.

— Вы что, не видите? Мы — армия вторжения! У нас орки! Броненосные! Летающие ящеры!

— Мило, — зевнула другая эльфийка. — А у вас есть что-нибудь поесть? А то трава уже надоела.

— Вот видишь — ответила Иви — я же говорила. Им лень. Никакой войны босс.

В этот момент из самой большой виллы вышел Дретс. Он и правда был двухголовым. Одна голова была мужской, с бородкой и всклокоченными волосами. Другая — женской, с изящными чертами и спадающим на лицо локоном. Обе головы выглядели сонными.

— Кто тут шумит? — пробурчала мужская голова.

— Опять эти коммивояжёры с их «вечными двигателями»? — добавила женская, не открывая глаз.

— Я — Борис! Магократ! Я пришёл, чтобы сразиться с тобой за эти земли! — провозгласил Борис, стараясь придать своему голосу грозные нотки.

Обе головы Дретса наконец-то разом открыли глаза и с интересом посмотрели на него.

— Сразиться? — переспросила мужская. — Ой, нет, это слишком утомительно.

— Абсолютно, — согласилась женская. — Руки поднимать, заклинания шептать… Ужасная морока.

— Знаешь что? — мужская голова улыбнулась. — Забирай. Наши владения. В подарок. Только отстань.

Тут уже Иви и Воркин замерли в полном ступоре. Орки хаоса переминались с ноги на ногу, не понимая, кого им надо крушить.

— Вы… вы отдаёте мне свои земли? — недоверчиво переспросил Борис. — Без боя?

— Конечно! — сказала женская голова. — Мы тут всё равно ничего не делаем. А ты выглядишь таким… деятельным. Будешь тут всем управлять, что-то строить, завоевания какие-то устраивать… А мы… мы просто полежим. В тени. Если не жалко.

— То есть… вы просто… ленитесь? — окончательно охренел Борис.

— Мы не ленимся! — обиженно сказала мужская голова. — Мы… э-э-э… практикуем философию осознанной пассивности!

— Да! — подхватила женская. — Это очень энергозатратно!

С этими словами Дретс развернулся и поплёлся обратно в виллу, бормоча: «Надо бы поспать… А то уже устал с утра так много разговаривать…»

Хлопнул портал. Дретс исчез в нем.

Борис стоял посреди райского сада, окружённый бездельничающими эльфами и своей грозной, но теперь совершенно ненужной армией. В его груди закипела ярость. Вся его подготовка! Все его тренировки! Все его страхи! Всё это оказалось никому не нужным! А главное тогда, когда он подготовился.

— ТАК! — заорал он, в ярости топая ногой. — Я НЕ ПОЗВОЛЮ, ЧТОБЫ МОЯ ПОБЕДА БЫЛА ТАКОЙ… ЛЕНИВОЙ! ОРКИ! ВЗЯТЬ ИХ! ПРИНЕСТИ ВСЕХ В ЖЕРТВУ! ПОСЛЕДНИЙ РИТУАЛ ВЕЛИКОЙ МАГОКРАТИИ!

Орки радостно замычали и потянулись за оружием. Но в этот момент Иви и Воркин синхронно вцепились в него.

— БОСС, ОПОМНИСЬ! — завопил Воркин, повиснув у него на руке.

— ДУРАК! — орала Иви, хватая его за другую. — ТЫ ПОНЯЛ, КОГО СОБИРАЕШЬСЯ ЖЕРТВОВАТЬ? СНЕЖНЫХ ЭЛЬФОВ!

— И ЧТО? — рявкнул Борис, пытаясь стряхнуть их.

— ЕСЛИ ПРИНЕСТИ В ЖЕРТВУ СНЕЖНЫХ ЭЛЬФОВ — ГРЯНЕТ ВЕЧНАЯ МАГИЧЕСКАЯ ЗИМА! — просипел Воркин. — ВСЕ РЕКИ СТАНУТ ЛЬДОМ, СОЛНЦЕ ПОГАСНЕТ, УРОЖАИ ВЫМЕРЗНУТ! ТЫ ХОЧЕШЬ ПРАВИТЬ ЛЕДЯНОЙ ПУСТЫНЕЙ? ЭТО УЖЕ НЕ МАГОКРАТИЯ, А МАЗОХИЗМ! ДУМАЕШЬ, ПОЧЕМУ ИХ НИКТО НЕ ТРОГАЛ?!

Борис замер. Вечная зима. Ледяная пустыня. Его цитрусовые рощи… Его тёплые пляжи… Его запасы эля…

Он медленно опустил посох. Ярость отступила, сменившись полным опустошением.

— Значит… я их просто… принимаю в состав империи? Без жертв? Без мощи?

— Именно так, — вздохнула Иви, отпуская его. — Иногда победа — это не когда всех порежешь, а когда тебе просто… отдали ключи от города, потому что ими лень пользоваться.

Борис посмотрел на по-прежнему безмятежных эльфов. Одна из них, не открывая глаз, протянула ему бокал с прохладительным напитком.

— На, правитель… Не напрягайся так.

В этот момент воздух затрепетал, и появился Аргист Сияющий. Он окинул взглядом идиллическую картину: Бориса с поникшим посохом, Иви и Воркина, отдышавшихся после борьбы, и орков, которые уже начали с интересом разглядывать эльфиек.

— Поздравляю, Борис, — торжественно произнёс старый маг. — Путь был долог и извилист, но ты достиг цели. Ты — единственный Магократ на всём материке. Отныне и навсегда. Никто не имеет права оспаривать твою власть здесь. По крайней мере, по законам Высшего Совета.

Магистр протянул Борису сияющую хрустальную сферу, внутри которой плясали молнии.

— Награда. Артефакт «Сердце Материка». Он усилит твою связь с этими землями. И… — Аргист многозначительно посмотрел на эльфов, — даст тебе силы терпеть… это. Когда соберешь силы, можешь начать воевать против боссов.

— Боссов? — Поинтересовался Борис.

— В этом мире больше нет магократов. Но остались огромные монстры. Их называют боссами. Их около десятка. Самый страшный из ник Иккон, король синих драконов. Но ты нескоро с ним увидишься.

Борис взял сферу. Она была тёплой и пульсировала в такт его сердцу. Маг чувствовал каждую травинку, каждое дерево, каждую… спящую эльфийку на своих новых владениях. Он был правителем. Единоличным.

Но это не приносило радости. Это приносило лишь чувство… глубочайшей, всепоглощающей усталости и лёгкого абсурда.

— Ну что ж, — сказал он, глядя на своих соратников. — Победа за нами. Магократия… восторжествовала.

— Ура, — без энтузиазма пробормотала Иви.

— Фух, наконец-то, — выдохнул Воркин.

А в это время один из орков хаоса, подойдя к эльфийке, тыкнул в неё пальцем в латной перчатке и спросил:

— Ты… враг?

Та лениво открыла один глаз.

— Ой, какой ты большой… и блестящий… Нет, я не враг. Я просто… отдыхаю. Иди тоже отдохни.

Орк, повинуясь неведомому импульсу, грузно уселся рядом на землю и уставился в пространство. Возможно, это и был истинный триумф. Когда даже орки хаоса заражались философией осознанной пассивности.

Борис смотрел на это и понимал — его приключения не закончились. Они просто перешли в новую, очень, очень ленивую фазу. Магократия продолжалась. Но теперь её девизом было: «Не шевелись, и всё будет твоё».