Тронный зал заливало ярким полуденным солнцем, в тонких лучах которого можно было разглядеть парящие в воздухе пылинки. Седые брови короля сдвинулись к переносице, губы плотно сжались в тонкую полоску. Он хмуро смотрел на смертную женщину, восседая на каменном, заросшем мхом троне.

— Таков будет мой вердикт, — эхо от его голоса звенело в ушах. – Я, король Эльфийского королевства, изгоняю эту смертную в мир людей и запрещаю ей ступать на мои земли под страхом смерти.

На пушистых ресницах женщины заблестели слёзы, однако, когда она начала говорить, голос её не дрогнул:

— В чём моя вина, Ваше величество? В том, что вы боитесь потерять корону и насиженное место? – после этих слов король отвернулся и нервно махнул в её сторону рукой, мол, скорее уведите. – Ты трус! Трус и подлец, который вместо любви ставит на первое место власть! – эмоции захватили смертную с такой силой, что она даже не заметила, как перешла на «ты». Несмотря на острое желание избить короля до стёртых в кровь костяшек, женщина не оказала сопротивления, когда двое стражников с заострёнными ушами повели её прочь из зала.

— Да будешь же ты проклят за своё равнодушие! Проклинаю тебя! ТРИЖДЫ ТЕБЯ ПРОКЛИНАЮ! – последнее предложение она кричала уже из коридора, с ненавистью глядя на закрывшиеся прямо перед носом двери.

Король бабские проклятия всерьёз не воспринял: какой вес могут иметь словечки, брошенные в порыве ярости? Он лишь снисходительно наблюдал за убитой горем смертной, не испытывая жалости или тоски. И уж точно не подозревая, что спустя год после этой ситуации его отравят.

Загрузка...