Эмигрант в Австралии

Шилов рос в пору пятилетних планов и все его окружение пыталось заставить его жить, как и вся страна - по плану.

- А кем ты хочешь стать, когда вырастешь?

- А когда ты планируешь поступить в аспирантуру?

- А как ты планируешь обеспечивать семью?

- А у тебя есть генеральная цель жизни?

Однако ни один долгосрочный план Шилова не воплотился в жизнь. Хотя планировать он начал рано, причем предельно конкретно. Когда в пять лет папин приятель задал ему тот самый вопрос «А кем ты хочешь стать?», маленький Шилов без колебаний ответил:

- Генерал-лейтенантом!

Папин приятель обиделся. И это понятно: ведь он был генерал-майором. Если бы мальчик ответил, что хочет стать генералом, то это бы дало другу папы возможность гордо спросить: «Как я?». А так получалось, что парнишка вроде как посчитал его недостаточно успешным.

Кстати, в военном билете Шилова последняя запись была "старший лейтенант запаса". Так что его первый жизненный план так не стал реальностью.

А потом пошло-поехало. Годам к восьми родные ему сообщили, что у него есть аналитические способности. С чего они это взяли, непонятно. Впрочем, в этом возрасте он уже уверенно мог сказать, что если хлопнула дверь и в квартиру никто не вошел, то это значит, что из квартиры кто-то вышел. Наверное, с этого начинают все аналитики.

Позже, под влиянием родителей, карьерные планы Шилова, стали выглядеть так: кандидатская – к двадцати семи, докторская – к тридцати пяти, член-корр – к сорока пяти.

Дальше никто не заглядывал, ведь даже программа партии планировала всё лет на тридцать максимум.

К концу школы карьерные планы изменились принципиально, ибо у родителей появился блат в МГИМО. Сначала, правда, Шилов уперся: ему нравилось видеть себя в будущем не дипломатом, а молодым профессором, окруженным молодыми аспирантками. Логика у него была железная: неженатых дипломатов в природе не бывает, а жениться до тридцати лет – глупость.

Но родители победили, и планы были переписаны. А потом опять переписаны обратно – сразу после того, как он завалил вступительные в МГИМО. Ну, не то чтобы завалил, а просто получил одну четверку вместо пятерки. Для беспартийного абитуриента после школы этого было достаточно, чтобы не пройти по конкурсу. И планы были переписаны снова в пользу ученой карьеры ровно за один час восемь минут. Столько времени занимала тогда дорога от МГИМО до дома.

План не жениться до тридцати рухнул как подкошенный: к тридцати у Шилова было двое сыновей, причем старший уже ходил в школу. Правда, кандидатскую он все-таки защитил – и даже всего лишь с годичным отставанием от плана. Но зато о защите докторской у него даже мысли не возникло – на дворе в то время гремела Перестройка и профессорская зарплата выглядела смешной. Особенно по сравнению с заработками в бизнесе. Ну, а относительно молодых аспиранток... К тому времени он уже понял, что женщин искать не надо. Надо искать деньги. Если вам удастся найти деньги, то женщины найдут вас сами.

Итак, гремела Перестройка, и планы опять были переписаны. Теперь его целью стало приобретение глобальной известности и открытие филиалов своей фирмы во всех крупных городах союза нерушимого. Фирма Шилова занималась тренировкой памяти, скорочтением, аутотренингом, гипнозом и прочей чертовщинкой. И ведь планы сначала начали осуществляться! Були открыты несколько филиалов, Фирма стала мелькать на телевидении и в газетах, и в ней уже работало более сотни преподавателей...

Нетрудно, догадаться, чем это кончилось. Союз оказался совсем не нерушимым, а свободы приняли какой-то угрожающий вид. Когда из той самой школы, куда ходил сын Шилова, похитили ребенка с целью выкупа, а спустя несколько дней он с женой услышали автоматную стрельбу во дворе, то понял, что планы опять надо переписывать.

Новый план был рассчитан всего на двенадцать месяцев и был краток: надо уезжать! Вопрос, куда уезжать, не вставал; ответ на него знали. Дело в том, что у близкого друга Шилова - Андрея, в сортире висела политическая карта мира. Трудно сказать, что она там делала – может, это протест такой был своеобразный. Семья исповедовала диссидентские взгляды, хотя папа Андрея получал иногда государственные премии за известнейшие кинофильмы.

Но суть не в этом, а в том, что Шилов частенько заходил к Андрею после школы, да и в выходные тоже, и эту политическую карту лицезрел регулярно. И вот когда oh устраивался поудобней, то континент Австралия был точно на уровне его глаз. Он чуть ли не каждый день глядел на этот континент! Сами посудите, могли ли в его голове нарисоваться, после принятого решения уехать, очертания какой-то другой страны. Плюс, он хотел жить у моря.

Туда они и уехали в итоге. И этот план был одним из немногих, который осуществился. Может, потому что он был краткосрочный? Если бы план был рассчитан на пять лет, черта с два они бы уехали.

С тех пор Шилов долгосрочных планов не строил. Даже на работе, хотя там заставляли. На своем веку он потрудился в нескольких фирмах и не один раз наблюдал, как в кресло босса садился новый управляющий. Абсолютно каждый новый шеф начинал с разработки новой стратегии! Причем, что любопытно, каждый из них всегда делал две вещи: а) менял структуру подчинения и б) менял телефонную компанию. А некоторые еще и офис меняли – как правило, перетаскивая фирму поближе к своему дому. Но с появлением нового шефа прежние стратегии всегда шли прямиком в мусорную корзину.

В конце концов это Шилова так достало, что он уволился и стал работать на себя и планов больше чем на три недели не строит. И прекрасно себя чувствует!

Кстати, даже планы, рассчитанные на один день, не всегда сбываются. Бывает, только он сядет работать по плану, как звонит мама:

- Ты знаешь, мне надо срочно съездить в банк....

И он едет. И никто пока не смог его научить, как бы это объяснить маме, что у него другие планы.

В общем, Бог с ними, с планами.