Энергия для Нового Горизонта

Меня зовут Гектор. Я — шахтёр. Если ты читаешь это в инфосети, значит, сегодня пласт не схлопнулся и «синий желатин» пошёл в контейнеры.

В 2098 году химические движки остались в музеях. Теперь мы летаем на квантовой пене — двигатели Казимира–Шестакова выжимают энергию из пустоты. Но чтобы запустить эту чёртову пустоту, нужен катализатор. Мы называем его «синим желатином». Официально — глубинный коллоидный экзо-гелий. Он рождается там, где плиты трутся друг о друга, на глубине четыре километра.

Моя вахта — Курильская дуга, штольня семь. Спускаемся в бронескафандрах, потому что автоматика дохнет от радиации и температуры. Здесь давление такое, что сталь становится мягкой, как мясо. Мы вручную вскрываем карманы с топливом. «Желатин» — густая синеватая слизь. Одна капля на кожу выедает мышцы до кости. Мы собираем её в титановые контейнеры, грузим на маглев-платформы и отправляем на поверхность.

Дальше — автопоезда. Они ползут по бетонке четыреста километров до космодрома. Везут наше добро к ракете. Её зовут «Новый Горизонт». Стоит на стартовой плите, готовая жрать.

Заправка — это отдельный ад. Мы подсоединяем шланги прямо к хвостовым бакам. Давление такое, что у меня лопаются капилляры в глазах. Если порвёт шланг — меня сотрут с плиты вместе с бетоном. Но я стою, держу, потому что утечка «желатина» стоит дороже моей жизни. Контракт подписан кровью, и это не фигура речи.

Потом «Новый Горизонт» уходит. Двигатели разгоняют корабль до долей скорости света. Благодаря нашей синей слизи люди долетели до Тау Кита за одиннадцать лет. Колонии там жрут энергию, которую мы выкачали из квантовой пустоты.

Польза? Вы там смотрите на звёзды. А я смотрю на ржавые шланги и думаю, как бы не обосраться от страха, когда пойдёт подача.

Вклад? Я вложил в этот движок четыре сломанных пальца, два ожога и постоянный звон в ушах от инфразвука насосов. И я готов продолжать. Потому что кто-то должен стоять внизу, пока «Новый Горизонт» летит к звёздам.

Сейчас моя смена.