Энтропия Харпера

— Нам нужен модер. Хороший модер.

С этой фразы Босса началось утро рекрутинговой компании «Селекшн Про».

Команда собралась в переговорке: аналитики близнецы Вачовски, кризис-менеджер Герман, стажёрка Кристина, и он, Харпер Нил — главный хедхантер агентства.

Герман, попивая кофе, пялился на коленки Кристины. Кристина в безупречном офисном костюме выглядела прелестно. Что уж греха таить — Харпер и сам поглядывал. Близнецы как всегда пребывали в своем космосе и их рассеянные взгляды на хорошенькой стажерке не фокусировались.

— У нас полно работы по “Парадизу”! Месяц им саппортов ищем! — заныл Герман.

Харпер молчал, уступая ему заботу сбить планку Босса с недосягаемых высот до рабочих вариантов. Герман ещё не подводил.

— И мы все прекрасно знаем, на кого работают хорошие модеры. Маски хорошо присматривают за своими кадрами. Ты точно хочешь, чтобы мы работали в этом направлении?

Босс поморщился. В переговорке повисла пауза.

— Их юристы нас размажут, — протянул Харпер, дожимая.

— Ладно, — Босс сдался. — Не надо хорошего. Просто найдите приличного. Но быстро.

— Крупный клиент? — уточнил Харпер.

— “Массив Инжиниринг”.

Герман присвистнул. Кристина нервно перекинула ногу на ногу. Близнецы очнулись и захлопали глазами, как встревоженные сычики.

— Да, парни… эм… и девушки. Если дело выгорит, мы закроем финансовые дыры. И, возможно, не вылетим с рынка.

Харпер поднял ладонь.

— Беру на себя.

У него была парочка на примете. Но нужно было убедиться, что хотя бы один дотягивает до уровня “приличный”. А с этим у Харпера последнее время случались осечки.

— Босс, Харпер сейчас — не лучшая идея, — попытался возразить Герман.

Босс задумчиво на него взглянул, но отрицательно мотнул головой.

— Ты с парнями добиваешь “Парадиз”. Харпер ищет модера. Возьми с собой Кристину. Ей пора в поля.

Кристина просияла. Герман с досадой покосился на Харпера. Под столом Харпер показал ему средний палец.

— Работайте, бродяги, — закончил планёрку Босс.

Первым и самым перспективным в списке Харпера значился Никита Кобаяси — недавний выпускник Глобал Юниверсити, успевший набрать некоторую популярность в соцсетях, позиционируя себя как модератор реальности. В своих видео Никита демонстрировал интересные эффекты: заставлял бутоны раскрываться, приводил разбитые кружки в первозданный вид и даже превращал воду в вино. Последнее видео завирусилось, но скорее из-за хейта оскорбленных верующих, а не по причине его оригинальности или признания выдающихся талантов Кобаяси.

Он скептически пролистывал ленту Кобаяси. С тех пор как Сфера перестала быть философской метафорой энергетического поля знаний и стала научно подтвержденным фактом, мир помешался и спекуляции на этой теме только продолжали расти. И пока блогеры имитировали с помощью ии чудеса, корпорации вроде “Массив Инжиниринг” вели охоту на тех, кто обладал реальным доступом к полю знаний. Медиаторов. Посредников, между двумя пластами реальности, способных добывать знания, генерировать уникальные идеи, прогнозировать, влиять на ход событий и даже менять материю.

Поиском медиаторов и занимался Харпер. И считал, что хорош в этом. Потому что и сам был им.

Стеклянный атриум лаунж-зоны, где Харпер назначил встречу Кобаяси напоминал оранжерею без растений. Светло, тихо, практически стерильно. Кристина присела на низкий бежевый диванчик.

— Хорошее место. Ничто не отвлекает. — оценила девушка, — Будет инструктаж перед “полевыми” работами?

Харперу, разумеется, было что рассказать. О тонкостях погружения, настройке перцептивности, о практиках контроля. Но главное — о страхе перед бездной.

Новички ломались на раз-два. В их профессиональной среде это называлось “словить коллапс”. Кто-то сравнивал Сферу с ледяным океаном, кто-то с лабиринтом архивов, в котором бесконечно блуждаешь, как в ночном кошмаре. Психика просто отказывалась добровольно погружаться в этот кошмар. Харпер долго считал, что его это обошло стороной. Пока однажды не заглянул в бездну глубже, чем обычно. Там, в глубине, не было монстров. Только не поддающаяся осмыслению, чистая космическая энтропия, которая напугала Харпера до икоты.

— Харпер? — напомнила о себе девушка.— Ты в порядке?

— Да. Просто ныряй за мной. Потом сравним наблюдения по кандидату.

— Харпер Нил? — к их столику подошел Кобаяси. Яркий, румяный и самоуверенный. Харпер кивнул и они обменялись рукопожатием. — Наслышан.

— Моя помощница, Кристина, — Харпер кивнул на девушку.

— Очарован, — бросил Никита, скользнув по ней взглядом. Кристина вежливо приподняла уголок губ.

— Не будем терять время? Продемонстрируете нам что-нибудь?— Харпер сразу перешел к делу.

— Без проблем. Смотрите внимательно на вашу спутницу.

Харпер много раз видел как медиаторы подключаются к Сфере. Кобаяси не отличался от большинства — он просто прикрыл глаза, откинувшись на спинку стула. Харпер глубоко вдохнув, нырнул следом, краем глаза заметив, что взгляд Кристины остекленел. Хрустнула тонкая корочка льда разделявшая две реальности. Харпер на миг закрыл глаза — а когда открыл их, мир уже был дополнен данными из Сферы. В этом состоянии медиаторы для Харпера различались по мерцающему контуру: чем ярче контур, тем выше потенциал.

Харпер сфокусировался на Никите. Контур Кобаяси едва заметно искрил. Парень напрягался, пытаясь зачерпнуть из Сферы каплю энергии необходимую для преобразования. С большим трудом это ему удалось. Серый шелк безупречного офисного костюма Кристины начал местами наливаться ярко-алым.

Кобаяси кое-что умел. Но приложив некоторые усилия, практически любой мог бы менять цвет платья или, допустим, гнуть ложки. Это был уровень фокусника. А “Массив Инжиниринг” платили не за фокусы.

Харпер едва успел это понять, когда вновь произошло то, чего он опасался. Ужас перед бездной накрыл его с головой, выбив из легких последний кислород. Пару мгновений он еще пытался справиться с паникой, но безуспешно.

Харпер вылетел. По спине стекал пот, пальцы подрагивали. К счастью, Кобаяси выглядел не лучше и не заметил состояния хедхантера. Костюм Кристины снова был серым — фокус Кобаяси продлился всего пару секунд и рассыпался с потерей концентрации медиатором.

Никита самодовольно откинулся на спинку, ожидая аплодисментов или, как минимум, оффера с шестизначной цифрой.

— Молекулярный сдвиг пигмента, — сказал он, вытирая испарину со лба. — Неплохо?

Харпер выровнял дыхание. Он медленно выпрямился, возвращая лицу маску профессионала.

— Неплохо, мистер Кобаяси. Но, боюсь что ваших компетенций недостаточно для запроса нашего клиента. Удачи с вашим блогом.

Улыбка сползла с лица Никиты. Он поднялся и, не прощаясь, зашагал к выходу, обиженно вскинув подбородок.

— Не наш парень, — сказала Кристина.

В отличие от Харпера она выглядела абсолютно спокойной, только смотрела настороженно. Он бы пожалел, что не успел оценить возможности самой Кристины, если бы не чувствовал себя так паршиво.

Раньше он мог оставаться в Сфере столько, сколько требовалось. Сегодня он продержался меньше минуты.

— Не наш. Возвращаемся.

В офисе Герман встретил их едкой ухмылкой.

— О, охотник вернулся! Как успехи? Опять фейл?

Харпер прошел мимо, не глядя на него, но Герман не унимался. Он вскочил, преграждая путь.

— Молчишь? Тогда я скажу за тебя, раз у тебя не хватает смелости признать правду. Правду о том, что ты потерял нюх, Харпер!

— Герман… — предупредил Харпер, — Не стоит.

Но Германа было уже не остановить.

— Отчего же? Неловко? Это мне неловко смотреть на цифры финансовой отчетности! Неловко всем оттого, что ты тянешь агентство на дно, пока Босс держит тебя из чистой жалости!

Харпер не помнил, как выкинул руку — просто почувствовал костяшками удар об челюсть Германа. Герман вцепился в его пиджак и приложил Харпера затылком о стену. Близнецы, вынырнув из своего «космоса», с неожиданной силой разняли их, удерживая Харпера за плечи.

— В кабинет! — громоподобный рык Босса из дверей заставил всех замереть. Герман, вытирая кровь с губы, первым шмыгнул к шефу, бросая на ходу ядовитый взгляд.

Харпер остался в коридоре, тяжело дыша.

— Что имел в виду Герман? — спросила Кристина, дотронувшись до его плеча.

— Неужели кто-то ещё не в курсе? — Адреналин в его крови ещё бурлил, но его уже сменяла тупая тоска.

— Кто бы мог мне рассказать? Босс? — сухо заметила Кристина. — Или близнецы? Не уверена, что я вообще слышала их голоса. С ними я должна была сплетничать о тебе?

Братья выдали синхронные ухмылки.

— Ты и сама все поняла.

— Я хочу услышать от тебя. — она прямо посмотрела Харперу в глаза — Это правда?

Харпер выдохнул. Больше не было никакого смысла скрывать.

— Правда. Я словил коллапс.

— Но ты же понял, что Кобаяси не подходит?

— Не нужно иметь выдающийся дар чтобы отличить мастера от фокусника. К тому же я по-прежнему что-то чувствую.

Харпер горько усмехнулся.

— А был одним из лучших. Я их чувствовал как акула кровь за милю: генеров, модеров, саппортов… Герман прав. Мы процветали, а теперь от прежнего штата у нас только близнецы. И появился кризисный менеджер.

Харпер поморщился. Затылок ныл.

— Акулы не задерживают дыхание, когда плывут. — вдруг сказала Кристина.

Харпер с недоумением на нее уставился.

— Что?

— Герман сказал, что ты потерял нюх. Но ты просто задерживаешь дыхание, когда ныряешь. Перестань.

Вачовски дружно закивали как будто Кристина сказала что-то очевидное. Девушка удалилась, покачивая бедрами.

— Какого?... — изумился он, глядя ей вслед.

— Харпер! — гаркнул Босс из кабинета, — Зайди!

Харперу снилось море. Он меланхолично погружался на дно, наблюдая как проплывают над ним прозрачные медузы и хищные акулы. Кислород закончился и бездна тянула его вниз в свои жуткие объятия. Он дернулся наверх к свету, но вдруг передумал. Вместо этого он плавно перевернулся и посмотрел вниз. Но “вниз” попросту не было. Он увидел прозрачную толщу воды с проблесками солнечных лучей и силуэтами рыб. Точно такую же как и “наверху”.

Харпер проснулся с чувством созревшей идеи.

Встречу второму соискателю он назначил в баре “Кривая Корона” — заведении многолюдном, шумном, с неоднозначной репутацией. Больше никаких тихих и приятных мест. Никаких перемигиваний с бездной.

— Ты не обязана была приходить, — сказал он Кристине, когда они уселись за столик.

— Формально ты еще в штате. А последнее своё распоряжение Босс не отменял. Так что я продолжаю работать с тобой “в полях”.

Девушка сегодня надела длинное лаконичное платье с разрезом до бедра и манящим декольте, в которое и уставился явившейся на встречу соискатель — неопрятный, бородатый парень, имя которого Харпер забыл.

Из-за столика, где они сидели было видно танцовщиц гоу-гоу и игорный зал, где за несколькими карточными столами шла игра. Шум, проблески стробоскопов, декольте Кристины — все это осложняло задачу кандидату, безуспешно пытавшемуся заставить салфетку левитировать.

Харпер же решал свою задачу и эти факторы уже его не тревожили.

Не задерживать дыхание, не отводить взгляд. Он нырнул.

На привычной глубине все было как всегда. Подгрузилась знакомая картинка дополненной реальности, которой обычно хватало, чтобы выполнять работу. Харпер не стал ждать, когда его настигнет коллапс и нырнул глубже.

Нейроны в голове вспыхнули миллиардами искр, воспринимая чудовищный объем Сферы. А потом вспышки стали не такими интенсивными и болезненными. И то, что однажды так напугало Харпера, вдруг предстало перед ним в своём первозданном великолепии. Энтропия на этой глубине была миллионами вероятностей, ждущими импульса, чтобы реализоваться. Хаос — миллионами бутонов новых смыслов, готовых раскрыться, зародышами идей, что мир ещё не видел. И он мог коснуться их. Выбор был только за ним.

Когда Сфера для него стала лишь средством? Когда исчез тот живой, детский восторг и любопытство перед невероятным? Когда он стал выбирать путь наибольшей определенности? Когда его ум настолько закоснел, что бездна неизведанного и хаос неопределенности начали его пугать, а не мотивировать к открытиям?

Харпер подумал о Вачовски. О том, что их исследовательскому уму в Сфере представляются колоссальные возможности, несравнимые с повседневной реальностью. Хотя… Что для них повседневная реальность? Возможно ли, что для аутичных братьев Сфера — это норма? А ныряют они наоборот — в его, Харпера, реальность?

Эта мысль так его поразила, что он захотел немедленно поделиться ею с Кристиной. Он повернулся к девушке и замер.

— Ты сверкаешь! — восхитился он. Контур девушки горел ярким неоновым светом.

Кристина смотрела на него снисходительно.

— И всё-таки ты тупица, Харпер. Как думаешь, каким вижу тебя я?

Харпера затопила благодарность. Он шепнул одними губами “Спасибо”. Кристина чуть заметно кивнула.

Пора было вернуться к делу. Харпер снова огляделся — уже глазами охотника.

Бородач прекратил мучить салфетку и с любопытством на них глазел. Без всякого сожаления Харпер констатировал отсутствие у него всяких способностей.

Зато над игорными столами висело зарево.

За одним из столов сидел очень сильный медиатор. Парнишка — игрок в покер, на вид совсем юнец. Но то, что он делал, заставило Харпера почувствовать профессиональный азарт.

Парень управлял игрой. И не просто модерировал себе руку — он держал весь стол: все карманы игроков и борд. Харпер наблюдал как тонко он работает. Вероятности миллиметр за миллиметром смещались в пользу модера. Парень сильно рисковал. В игорном бизнесе не любили медиаторов.

— Смотри, — сказал он Кристине.

Девушка повернулась и с минуту тоже наблюдала игру.

— Это наш парень, — выдохнула она, — Тот, кто нам нужен!

До выигрыша оставалось пара раздач, когда Харпер понял, что у парня сейчас будут неприятности.

У дальнего входа в зал остановились двое из службы безопасности. Они не делали ничего особенного — просто стояли, переговариваясь с менеджером зала. Но смотрели они не на зал. А на тот же покерный стол, что и Харпер. Крупье тоже начал нервничать. Он дольше обычного тасовал колоду и дважды пересчитал фишки банка, поглядывая на охрану и как будто ожидая отмашки.

Юный медиатор на секунду поднял глаза. Во всем зале он поймал взгляд именно Харпера. В глазах паренька плескалась паника.

Охрана двинулась к столу. Времени не оставалось.

Харпер перегнулся через стол, прихватил бородача за грудки и зарядил ему смачную оплеуху.

Вышибала пинком придал Харперу ускорение и он приземлился аккуратно между мусорных баков. Он перевернулся и сел, но не спешил вставать, разглядывая тусклый фонарь и улыбаясь.

Бородача вывели следом, но более аккуратно. Он с ужасом посмотрел на сидящего Харпера и ретировался.

— Мы вам перезвоним! — крикнул ему вслед Харпер.

Через несколько минут застучали каблуки. Неспешно подошла Кристина.

— Мне нравится твой стиль, Харпер. Ты сидишь в грязной луже как последний неудачник, но при этом улыбаешься как победитель. Может, это именно то, чему мне нужно научиться? — девушка тоже улыбалась.

— У меня отсюда отличный вид, — Харпер прошелся взглядом по разрезу ее платья.

— Вижу, ты возвращаешься к жизни.

— Ты узнала, как зовут этого парня?

— Да. Не волнуйся, он — наш. И очень благодарен за помощь. Он взял банк в тот момент, когда охрана добралась до тебя. Акула снова в деле?

— Я не акула.

Он посмотрел в темноту неба, вдыхая полной грудью густую, бесконечную ночь.

— Я — море!