Эритроциит

Кент плюхнулся в освободившееся место, зажав рюкзак между ног. Двери захлопнулись и вагон, ускоряясь, понёс его по кольцу.

Молния никак не поддавалась и, похоже, собачку заклинило окончательно. То ли от мороза, то ли от старости она встала колом и никак не хотела двигаться дальше пройденных семи-восьми сантиметров. Чёрт.

Он снял перчатку и, сжав пучком замерзшие пальцы, протискивал кисть в образовавшийся надрез. Сначала пальцы, теперь проворачиваем кисть.. отлично. Рука ощупывала внутренности проклятого рюкзака в поисках пауэрбанка.

Попался! – Кент начал тянуть, и зубчики замка впились в кожу. Он повернул рюкзак боком и, не теряя касания, сжал коробочку с внешней стороны. Теперь, аккуратно освобождая левую и поддавливая правой, нужно было вытолкать её из брюха. Вроде как делать приём Хаймлиха обмякшему, смертельно пьяному карлику, только медленно.

Вот уже второй угол показался на свет и он, вцепившись, потянул зарядник на себя. Отлично, доктор! Карлика, видимо, придётся потом довспороть и зашить. Но это потом.

Телефон начал подавать признаки жизни. Сообщений не было, до дома оставалось 29 минут. Уровень заряда пополз вверх и Кент, закрыв глаза, откинулся. Пятно влажного холода коснулось капюшона и медленно расползалось по затылку. Всё хорошо, Кент, это просто твоя нервная система. Он начал глубокий вдох, расслабляя мышцы предплечий, напряжение в которых было уже хроническим. Видимо, это твоя норма.

Двери периодически хлопали, знакомый с детства голос продолжал объявлять станции. Вибрации несущегося вагона расходились по черепу, оседая гулом во внутреннем ухе. Он просто маленький эритроцит, которого вместе с миллионами других несёт стальная кровеносная система. Несёт по кольцу, в начале которого они напитываются кислородом и доставляют его в самые отдалённые уголки. А раздав всё до последнего атома, возвращаются в начало – потоками тёмной, почти мёртвой венозной крови. Возвращаются за новыми глотками.

В вагоне было сыро, влажное пятно уже промочило волосы. Сняв капюшон и выпрямившись, Кент огляделся. Всё как всегда – обычные лица, с закрытыми, полузакрытыми, открытыми глазами. Знакомый из морга рассказывал, будто всего существует где-то десять тысяч лиц, точнее, комбинаций черт. Иногда ему кажется, что он видал их все.

– Простите, пожалуйста, Вы можете мне помочь? – Девушка справа чуть пододвинулась, протягивая руку с телефоном.

– С чем именно? – Кент замешкался. Черный экран, сжатые губы, сильный спазм в районе надбровных дуг. – Понял. Секунду.

Его телефон уже показывал двадцать два процента, и он протянул ей коробок.

– Боже, спасибо Вам, спасибо!

– Без проблем. Ваш разрядился?

– Я... Я его потеряла.

– Сочувствую. Одиннадцать часов, не знаю, получится ли где сейчас взять новый.

– Мне только добраться, там что-нибудь придумаю. Я буквально..

– Да-да, конечно, заряжайте. У меня еще минут двадцать – двадцать пять. Вам далеко? Понял.

Из какой-то странной вежливости он отвернулся от реанимационных мероприятий и начал разглядывать плакат у дверей, совершенно его не читая. Её лицо показалось знакомым. Да, десять тысяч, но он точно откуда-то её знал. Может, на одной из работ? Младший персонал? Нет, не похоже, слишком длинные ногти. Еще макияж, точно не из медсестёр. Может, из сервисников, ресепшн или что-то около такого? Хотя вряд ли, слишком профессиональный. Забудь.

Кент снова прикрыл глаза и начал глубокий вдох. Длинный, секунд на десять, сильно растягивая грудную клетку, чтобы проветрить даже нижние отделы. Больше некуда, три секунды паузы, долгий выдох. Снова вдох, надут как барабан, пауза, выдыхаю.. Выдыхай, Кент, выдыхай этот день.

* * *

От станции до дома было примерно десять минут, да, ему повезло. Вдоль маршрута было три больших магазина, но только один из них сейчас работал. Убрав телефон в карман, он нырнул под вывеску. Где корзинки? Хотя не надо, в руках поместится. Почти никого не было, и он быстро лавировал между углами отделов, сверяясь с вывесками. Мясо – нет, рыба – нет. Вот и заморозка. Соус? Соус не нужен, соус есть. Три минуты, цель захвачена; он, срезая путь, двигается к выходу, как когда-то ребёнком играл в стрелялку.

Уже ночной воздух, триста метров прямо и три дома направо, по переулку. Немного скрипучая лестница, третий этаж, пикаем замком. Но замок не сработал. Кент проверил приложение – всё было в порядке. Пикаем ещё раз... зелёная, отлично.

Не разуваясь, он прошёл на кухню и бросил рюкзак с пакетом на стол.

– Свет, новости.

– Чайник.

Чайник начал шуметь, пока он искал перчатки. Перчаток нигде не было, поэтому пришлось окончательно разорвать молнию рюкзака. Пока прихвачу нитками, завтра разберусь.

Отмывание микроволновки всегда успокаивает. Этот ритуал чем-то напоминал ему выкладку инструментов перед операцией. Если младший персонал не успевал или халтурил, он никогда их не отчитывал и старался выложить сам. Такие операции почему-то всегда шли спокойнее.

В новостях не было ничего примечательного, можно было включить какое-нибудь шоу. Отмытая микроволновка была загружена, чай заварен.

– Финансовый отчёт.

– Текущий счёт: восемьдесят пять, сберегательный: четыреста восемнадцать тысяч...

– Прогноз на завтра, сколько можно перечислить на сберегательный.

– Минуту. Вот мой прогноз с учётом расходов первой половины дня.

– Переведи всё за вычетом плана на завтра.

– Фраза подтверждения?

– Муза, ска­жи мне о том мно­го­опыт­ном муже, кото­рый дол­го ски­тал­ся с тех пор, как раз­ру­шил свя­щен­ную Трою.

– Успешно.

– Отчёт по работе, запрос на завтра.

– Текущий рейтинг: отличный, статус назначений: вне очереди, коэффициент оплаты: три. Предложен выходной.

– Отклонить, запросить двенадцать часов.

– Компания уведомляет Вас о критическом уровне переработки, Ваша непрерывная серия смен превышает двести пятьдесят.

– Уведомление принято, продолжить.

– Продолжить текущий контракт или запросить варианты?

– Текущий.

– Назначена смена: клиника Ханнингтон, хирургическое отделение, с восьми до двадцати двух часов. Зачитать график перерывов?

– Нет.

Боже, этот день наконец настанет. Завтра он завершит серию и сможет перейти на постоянный режим. Память на имена, возможно, придётся сделать более долгосрочной. Постоянщиков немного, но это всё-таки знакомства. Жаль, что эта сестра вряд ли задержится. Бетани, да.

– Бетани. – Кент проговорил имя вслух. Может, как заклинание, способное завтра снова столкнуть их вместе. Сегодня был отличный день, во многом, из-за неё. Она очаровательно смеётся, с этими умилительными ямочками... Как будет, так будет. В конце концов, он часто сталкивается с другими сменщиками – и многих уже неплохо знает. Просто когда снова её встретит, нужно меньше тупить, хотя бы обменяться номерами.

Микроволновка противно пропищала. Выставив контейнеры на стол, Кент машинально открыл холодильник и предсказуемо быстро закрыл его. Выбрав видео, он достал из рюкзака любимый соус и обильно полил им второе. Ужин и спать, в душ лучше утром.

Плотный ужин быстро делал своё дело – глаза буквально слипались. Вытянув ноги, освобождённые от обуви, он наслаждался ощущением кровотока, особенно от колен до икр. Как там говорил его русский коллега, спать без задних ног? Бред какой-то. Почему задние? Бог с ним, может смысл в том, что их не чувствуешь. Я вот отлично сейчас чувствую, прекрасно вообще.

Он повернулся на бок, укрывшись одеялом и вставил наушник. Это очень плохо, но быстро заснуть без какого-то негромко бубнящего голоса давно не получается. Кент даже интересовался у профильных коллег – насколько плохо, но его успокоили. Что-то вроде сказки, на уровне инстинкта из детства. Поставлю что-нибудь про космос, под это моментально вырубает. Набросав подборку, он потянулся к выключателю ночника, но в последний момент взял фотографию.

Обычное фото в рамке, каких тысячи. Мама, папа, мальчик – все, как и положено, улыбаются. Стекло, которое он поглаживал большим пальцем, будто отделяло две реальности. Как в инфекционном боксе. Да, пап, ты был во многом прав. Кент вернул рамку на тумбочку, фотографией вниз, и выключил свет. В правом ухе, почти спрятавшемся под одеялом, забубнило.

Когда-то ему рассказывали про монахов, что переворачивали миски перед сном, на случай, если не проснутся. Какие-то буддийские монахи. Стивен, вроде, рассказывал...

* * *

– Девять тридцать! Твою мать, девять тридцать!

Кент резко вскочил, судорожно соображая, что делать.

– Рабочий запрос! Рабочий запрос о задержке! По уважительной причине!

Он заталкивал всё в рюкзак, на душ нет времени, быстро умыться. Чёрт, чёрт, чёрт!

– Запрос отправлен. Статус: на рассмотрении.

Ну как же так, Кент?! Грёбаный год, псу под хвост.. может, серия не успеет обнулиться, у него высокий статус. Да, нет, это не может быть так тупо, он обязательно разберётся с поддержкой.

Новые носки.. чёрт с ним, пойду в этих. Сколько там часов должно пройти? Соус, соус забрал. Закрыть аренду.

Кент бросил карлика на пол у двери и, затягивая шнурки, командовал:

– Закрыть аренду!

– Выполняется проверка...

– Закрыть без проверки!

– Тариф будет изменён

– Закрыть без проверки!

Готово, где зеркало? Он быстро пригладил вихры и натянул капюшон. Слева от зеркала висело фото. Та же пара с мальчиком лет восьми. Странно, что не забрали. Он перевернул фотографию на тумбочке, надо, наверное.. нет времени!

К метро он бежал, хоть станция и была близко (помнишь, Кент, как тебе вчера повезло, помнишь?!). Так, я опаздываю на два часа. Остаётся час – доехать успеваю, но надо успокоиться. Тебе точно надо успокоиться, в таком состоянии тебя не допустят, посмотри на руки! За сотню метров до станции он заставил себя перейти на шаг, стараясь успокоить тяжёлое дыхание. Постой две минуты, отдышись. Все будет нормально, это всё кортизол.

Он остановился и, зачерпнув снега с обочины, протёр им лицо. Выдыхай, переключись. Снег, как и вчера, еле шёл. Солнца, как и вчера, не было. Но на улице казалось непривычно светло. Монотонный гул машин, спешащие прохожие, видеоэкраны с рекламой – днём она выглядела как-то иначе.

Внутри что-то глухо дёрнуло. Наверное, так они себя и чувствуют, когда что-то вонзается. Ещё нет боли, ещё даже нет понимания. Только первые нейроны запускают насосы везикул, чтобы прокричать новость соседям.

Он смотрел на неё, а она него. Та, чьё лицо он точно встречал. «NES», сбережения с подневным пополнением. «Забудьте об аренде вдвое быстрее!» – беззвучно говорила она с экрана. Плохое предчувствие расплывалось пятном по сознанию.

Кент достал телефон – предчувствие не обмануло. Черный экран.

Ты вырубился и вылетел из вагона, чуть не проехав свою станцию. Ты не забрал у неё зарядку. Помнишь звук? Это она кричала тебе вслед.

Придурок, ты проспал всю ночь под всякую хрень, даже не вспомнив об этом. У тебя в бумажнике карта, ты расплатишься ей. Но ведь ты ускоренно закрыл аренду по другому тарифу. А разница спишется с текущего счёта, Кент. Или уже списалась.

Он побрёл к турникетам. Отличные сбережения с подневным пополнением, Кент, так держать! Ты же не можешь оставлять себе больше чем привык, да, бро? Вперёд, валяйте, доктор, прикладывайте!

Звук.

От автора

Много пасхалок