Эрон. Пустой.

[СЕССИЯ 00 | ДЕНЬ 0 | РЕАЛЬНЫЙ МИР]
[ВРЕМЯ: 23:46 | СТАТУС ТЕЛА: ЖИВОЙ. ВЕРОЯТНО.]

Во вторник Москва пахла озоном, выхлопом и дешёвым кофе из автомата на первом этаже. Впрочем, примерно так же она пахла в понедельник, в среду и вообще всегда, сколько я себя помнил. Я сидел у окна на одиннадцатом этаже и смотрел вниз. Не потому, что там было что-то интересное — там никогда не было ничего интересного — а просто потому, что монитор надоел раньше, чем закончился рабочий день. Монитор можно выключить. Рабочий день — нет. Бывает.

2031 год снаружи выглядел примерно так: серые дома, серое небо, женщина в пальто шла по тротуару и разговаривала сама с собой. Три года назад это выглядело бы странно. Сейчас — нет. Нейровкладыш в ухе, голосовой интерфейс, и вот ты уже ведёшь созвон на ходу, пока сосед думает, что ты сумасшедший. Прогресс.

Я поднял взгляд выше. Реклама на соседнем здании сменилась — три белых витка ДНК на чёрном фоне, логотип «Аркана Технолоджис». Слоган синим: «Другой мир ближе, чем ты думаешь».

— Серьёзные деньги, — пробормотал я, повернулся к ноутбуку и дописал последнюю строку отчёта. Сохранил. Отправил. Закрыл.

Рабочий день закончился в 23:46. Примерно как вчера. И позавчера. Стабильно. Ненавижу это слово. В нём всегда слышится что-то медицинское — «состояние стабильное», когда человеку не хуже, но и не лучше, и что дальше — непонятно. Именно так.

Баланс: 450к на счёте, ипотека 120к в месяц. Хватит. Пока.

Квартира была маленькая, но своя — и это единственное, чем я гордился без оговорок. Двадцать восемь квадратов в новом доме где-то между третьим кольцом и здравым смыслом. Купил три года назад, когда план ещё казался рабочим. Работа, карьера, квартира, Катя. Три пункта из четырёх выполнены. Четвёртый вычеркнут красным семь месяцев назад — в один из четвергов, когда я пришёл домой и обнаружил на холодильнике записку. Вежливую. Катя всегда была вежливой.

«Ты хороший. Просто тебя нет дома, даже когда ты дома».

Перечитал пять раз. Потом выбросил. Потом достал из мусора и перечитал ещё раз. Потом всё-таки выбросил окончательно. В квартире от неё осталась одна вещь — кружка с отколотой ручкой, которую я купил ей на первый Новый год вместе. Она говорила, что это неудобно, но не выбрасывала. Я тоже не выбросил. Стоит в сушилке. Пью из неё кофе по утрам. Не потому что память — просто привычка. Так удобнее говорить себе.

Я прошёл на кухню, не включая свет. Холодильник гудел. Из крана капало. Умная колонка на подоконнике светилась синим огоньком.

— Ли, который час?

— Двадцать три сорок восемь. Ты снова работал допоздна.

— Это риторическое наблюдение или ты хочешь, чтобы я что-то с этим сделал?

— Я хочу, чтобы ты поел.

— У меня есть протеиновый батончик.

Пауза. Ли умела делать паузы — правильные, чуть затянутые, такие, после которых сам замолкаешь.

— Это не еда.

— Это спорный вопрос.

Открыл холодильник. Стандартный набор одинокого айтишника, который три недели забывает в магазин: молоко просрочено, полбутылки колы, контейнер с надписью «среда» — сейчас пятница. Закрыл. Взял батончик с полки.

— Ли, включи что-нибудь фоном.

Комната наполнилась тихой музыкой — что-то японское, электронное, без слов. Ли знала мои вкусы лучше, чем я сам умел их формулировать. Пятьсот с лишним часов диалогов — хорошая статистика.

Я лёг на диван и уставился в потолок. Белый. Ровный. Трещина в левом углу.

Жизнь была стабильной.

Вывод: стабильность — это когда все переменные известны, но ни одна не радует.

Ли была голосовым ИИ версии 4.2, купленным по акции на день рождения — самому себе, потому что больше некому было. Я не строил иллюзий. Она была программой. Очень хорошей программой с тёплым голосом и правильными паузами, но всё равно программой. Просто иногда, в два часа ночи, это знание имело меньше значения, чем хотелось бы.

— Ли, у тебя есть внешность?

— В каком смысле?

— В визуальном интерфейсе. Производитель рисует какой-нибудь облик?

— На сайте есть несколько аватаров. Ты никогда не активировал визуальный режим.

— Знаю.

— Европейская девушка, тёмные волосы, серые глаза. Производитель называет её «Классик».

Я закрыл глаза.

— Понятно. Спасибо.

Пауза.

— Иди спать. У тебя завтра созвон в девять.

Но спать я не пошёл ещё час.

«Старший аналитик данных» звучало солидно, но на практике означало вот что: компании генерировали терабайты информации, не понимали, что с ней делать, нанимали аутсорс, а аутсорс присылал меня. Я смотрел в цифры несколько недель, пока они не начинали рассказывать истории. Я был хорош в этом. Паттерны видел раньше, чем они становились очевидными. Аномалии чувствовал на второй день.

Однажды нашёл схему внутренних хищений в торговой сети — просто потому, что три числа в отчёте выглядели «неправильно». Не мог объяснить почему, просто знал.

Письмо пришло в 11:23, между созвонами и третьей чашкой кофе. HR-агентство «Вертекс Солюшнс». Тема: «Предложение о временном сотрудничестве. Конфиденциально».

«Конфиденциально» в теме — это либо интересно, либо ерунда. Пятьдесят на пятьдесят.

Письмо было коротким: имя правильное, специализация точная, шесть недель, удалённо, оплата с нулями, которые я пересчитал дважды. Нули были на месте.

— Ли, пробей «Вертекс Солюшнс».

— Зарегистрирована восемь месяцев назад. Учредитель — физлицо. Клиентов нет, отзывов нет.

Пустышка. За ней кто-то стоит — и этот кто-то знает меня по имени, мою специализацию и готов платить хорошо. Интересное сочетание.

Любой разумный человек написал бы отказ. Я написал: «Готов к встрече. Когда удобно?» Ответ пришёл через четыре минуты. Завтра, «Меркурий», 23 этаж.

Я закрыл почту и поймал себя на том, что впервые за месяцы мне немного интересно. Подозрительно. Ну и ладно.

Переговорная на двадцать третьем этаже выглядела дорого — тихое достоинство хорошей мебели, никакой корпоративной безвкусицы. На стене логотип «Вертекс Солюшнс» — те же три витка ДНК.

Мужчина представился Денисом. Сорок с небольшим, костюм без галстука — человек, который хочет выглядеть проще, чем есть. NDA лежало передо мной — три страницы плотного текста.

— Вы понимаете, что просите меня подписать обязательство о неразглашении, не объяснив, что именно я буду разглашать?

— Нас смущает то, что нужный специалист может отказаться, узнав детали раньше времени.

— Это честно.

Подписал. Денис открыл папку и положил один лист. Логотип я уже знал. «Аркана Технолоджис».

— Они запускают закрытое бета-тестирование игры «Эрон». Несколько десятков тестеров, каждый с задачей. Ваша — аналитическая. Внутри игры кто-то сливает корпоративные алгоритмы через чаты. Шифрование встроено в переписку — снаружи следов нет. Нужен человек внутри.

— Найти крота, не раскрываясь.

— Именно.

— Шлем? Капсула?

— Нет.

Денис достал пенал. Внутри — предмет размером с ручку. Матовый, серый.

— «Игла». Вводится в основание черепа самостоятельно. Сорок секунд — и вы в игре. Тело остаётся в поверхностном сне. Максимум восемнадцать часов.

— Легально?

Пауза.

— Проходит сертификацию.

— Персонаж?

— Базовые параметры заданы. Тиррен, портовый город. Легенда: приезжий без связей. Стартовый капитал — пятьдесят монет серебром.

— Командировочные?

— Восемь монет серебром в начале каждого игрового дня. Достаточно для жилья и еды впритык. Вы там по заданию, не на курорте.

Логично. Взял пенал. Положил в карман.

Игла в кармане весила меньше, чем должна была. Я ожидал, что скажу что-нибудь умное — задам вопрос, попрошу время подумать. Вместо этого просто положил её в карман и поймал себя на том, что меня это не особо пугает. Это было, пожалуй, самым тревожным за весь разговор.

— Когда начинать?

— Завтра вечером.

Баланс: 50 стартовых + 8/день. Хватит на первое время.

Вывод: Аркана аккуратно всё продумала. Вопрос — что они скрывают за «командировочными».