Этот фальшивый мир (Том-1)

Сумерки, приятно обволакивающей дымкой, опустились на замок. День заканчивался и его краски становились все бледнее. Под тиканье часов они расплывались и казалось, что день, как кубик льда, тает. Солнце склонялось за горизонт и также постепенно уходило, забирая с собой минувшие события, отводя их в прошлое. В свете последних, багровых лучей, небо окрашивалось разными цветами и заполнялось множеством мерцающих огней. Наступающая ночь не казалась такой уж мрачной и одинокой, какой ее принято считать. Она, словно крадущийся маленькими шагами вор, укравший солнце, имела свое очарование.

Не долго небо было светлым. Мерцающие под лучами заходящего солнца, шпили на башнях теряли краски и приобретали серые, темные очертания. И вот, спустя мгновение, был виден лишь темный силуэт. Стихло траленье птиц, заменяя собой, уханье сов. Пришло их время, чтобы поохотиться, как и для остальных ночных обитателей леса. А за яркой вечерней зарей чудилась какая-то таинственная жизнь.

Когда-то в самой дальней, северной части замке даже ночью можно было услышать заливистый смех вперемешку с музыкой и звоном дюжины бокалов. Сейчас это крыло было заполнено оглушительной тишиной, где не только шаги на скрипучих половицах, но и дыхание казалось безумно громким.

Чистоту поддерживали регулярно, потому, на первый взгляд, нельзя было сказать, что это место заброшено. Лишь остановившись, вслушавшись, можно было застать траурную тишину, которую даже заливистыми трелями не выгнать. Сколько бы король не принимал в своем дворце гостей, в этом крыле никогда никого не размещали.

Время от времени, можно было услышать перешептывания прислуги. Те посвящали новичков в курс дела всех слухов и сплетен, гуляющих по замку. Больше всего интерес вызывала северное крыло. То, что там когда-то жили люди, вне всякого сомнения, сундуки, с оставшейся одеждой и прочими вещами, тому доказательство. Те до сих пор были расставлены в каждой комнате на втором этаже. Ничего не выкинули… А сами комнаты всегда готовы, словно вот-вот должны прибыть званные гости, но они по какой-то неведомой причине задерживались.

В этом месте когда-то жили самые преданные люди короля, почитаемые народом не только в столице, но и за ее пределами. Они не отличались какими-то выдающимися способностями, не обладали невероятной красотой, было то, что влюбляло простого человека – уважение, отзывчивость и доброта. Но вот вопрос: «Где же теперь эти добряки?». Там, где больше никогда не взойдет солнце, не пропадет луна. Там, где укрывает сырое и землистое покрывало. Где всегда глубокий, вечный сон.

Сейчас, рядом с дверью, ведущей к северной башне, была отчетливо слышна возня прислуги: кто-то заканчивал свои дневные обязанности, а кто-то с спокойной совестью шел отдыхать, не забыв перед этим зайти на кухню, где собирались остальные любители сплетен. Они все старались как можно быстрее закончить с делами и получить заслуженный отдых, готовься к очередном трудному дню.

— Нет там никаких приведений, Сюзан, как минимум, потому что замок находится под защитным заклинанием и ни одна нечисть не может сюда пробраться. Тебе не стоит воспринимать все сплети за чистую монету. – экономка рукой указала на массивные деревянные двери, державшихся на ржавых петлях. – Иногда слухи это всего лишь слухи.

Тонкие пальцы постукивала по деревянной ручке тележки, набитой тряпками и чистым постельным бельем.

— Но Эльп рассказывала, как сама видела приведение и … – молодая девушка покосилась на двери, сжимая в своих маленьких руках белый фартук, хорошо видневшегося на черном платье в пол. Ее голос дрожал.

Молодая девушка заложила руки за спину и схватила себя за запястье.

— Не стоит воспринимать все ее слова за истую монету. Слухи – это лишь домыслы людей и как правило не всегда они правдивы.

Про себя же экономка подумала, что следует поговорить с Эльп и пригрозить, чтобы та перестала распространять слухи и пугать девушек.

Двери заскрипели от мощного порыва ветра, созданного гуляющим сквозняком. Сюзан в испуге подскочила и рефлекторно схватилась за платье рядом стоявшей экономки, опасаясь, что та в испуге убежит, а ее оставит одну на съедение монстру. Каштановые волосы девушки, от резкого движения, выбились из прически и пара прядок проглядывали из-под белого чепчика.

— Это просто ветер. Если ты намереваешься пугаться любого шороха, то тебе стоит сразу покинуть этот замок. – женщина одернула руку Сюзан и, поправив свою одежду отличающейся лишь по цвету и отсутствию белого передника, глубоко вдохнула.

— Нет-нет!

– Через несколько день в замке будет проходить празднество в честь дня рождения Его Высочества. Гостей будет много. Хоть в эту часть замка вряд ли кого-то поселят, все же мы должны навести и там порядок. Горничных, пока что, не хватает из-за объема работы, так что сегодня я буду с тобой, а завтра назначу тебя к кому-то в пару.

— Мисс Баджо… - дрожащей рукой Сюзан поправила свой головной убор, больше мешающий нежели помогающий убрать волосы.

— Здесь побираются раз в неделю, так что с первым этажом мы с тобой за пару часов управимся. А вот когда будешь на втором этаже, там то тебе предстоит настоящая работа. На случай, если ты найдешь что-то ценное, в каждой комнате около дверей стоит сундук, складывай туда. Если уж так выйдет и тебе что-то приглянется – забирай. Для тебя же лучше, если при этом я ничего не узнаю.

— Я слышала от другой горничной, что если взять хоть что-то, то можно накликать на себя беду.

— Если боишься, тогда не бери. Все довольно просто. – Мисс Баджо тяжело вдохнула и прикрыла уставшие глаза. – Скорее всего ты уже слышала три самых распространённых слуха, по которому слуги стараются избегать эту часть. Первый – это то, что на северную часть наложено заклинание, которое не позволяет кому-либо безнаказанно вынести что-либо. Все, кто взял хоть монету, в течении недели загадочно пропадали и больше их никто не видел. Конечно, в это я особо не верю, потому как они могли набить себе карманы и сбежать. Уж в этом слухе мистического точно ничего нет, банальная жадность.

Второй … Второй слух о том, что здесь обитают призраки, когда-то живших в этих спальнях. Они удерживают человека до рассвета и каждый показывает ему свою смерть, заставляя пережить тоже что и они когда-то. Будь это один призрак, ладно, два, с ума не сойдешь, но параноиком точно станешь. Но речь ведь идет о дюжине.

Когда мисс Баджо заговорила о втором слухе, ее голос изменился. В твердом и уверенном послышались нотки испуга. Сюзан обратила внимание на дрожащие пальцы экономки, и сама невольно вздрогнула. Было все-таки что-то, что пугало и такого опытного человека, как мисс Баджо.

Сюзан напряглась. Только рассказов о трупах ей не хватало для счастья. И без того было страшно, но нужда в деньгах не позволила ей даже задуматься о том, чтобы уйти, поджав хвост. Платили здесь более чем достойно, как думала сама девушка, чтобы удержать людей. Уж больно много слухов ходило об этом замке, а потому мало кто горел желанием идти туда на добровольной основе.

— Третий слух до банальности скучный и неинтересный. Люди просто устали от своей прежней жизни и покинули службу у короля.

— И все же, это довольно странно, что это место столько лет пустует …

Мисс Баджо пожала плечами. Она не знала, что было в голове короля, и почему он желал оставить это место, держать в порядке и оставлять пустым.

С каждым сделанным шагом в сторону двустворчатых дверей, еле державшихся на старых петлях, сердце Сюзан билось все быстрее. Ее должно было успокоить присутствие опытной экономки, но страх увидеть призрака был куда сильнее. Дрожащей рукой, горничная взялась за железную ручку и дверь с омерзительным скрипом поддалась вперед. Здесь не то, что жить, банально дышать было тяжело. Спертый воздух резко ударил в лицо от чего Сюзан сморщилась и прикрыла нос рукавом.

— Начни с этой комнаты. А я окна открою. Пусть проветриться, а то дышать нечем. – Мисс Баджо кивнула в сторону ближайшей к выходу двери в спальню, и подошла к высокому окну. – Дверь подопри чем-то, чтобы пустить сквозняк.

— Поняла. – девушка кратко кивнула и принялась за работу.

Она завезла тележку, набитую чистым постельным бельем и тряпками, необходимыми для уборки. В углах комнаты висели покрытые темной пылью паутины. Казалось бы, комнаты на первом этаже убирали минимум раз в неделю и, на первый взгляд, казалось, что чисто, но присмотревшись, становилось понятно, все самое сложно доступное никто не трогал и теперь Сюзан придется с этим возиться.

Заканчивая с одной, горничная с помощью экономки переходила к другой и так, постепенно, дойдя до самой дальней комнаты, расположенной около лестницы ведущей на второй этаж. Туда Сюзан пойдет завтра, но уже не с экономкой, а какой-то другой, менее приветливой, горничной.

— Пока приступай к последней, на сегодня, а я пока еще раз проверю предыдушие и тоже открою там окна чтобы проветрить хотя бы на ночь. – Экономка зашла в первую спальню и скрылась за приоткрытыми дверьми.

Сюзан подошла к двери, приоткрыла ее и остановилась на полушаге. Сквозь щелочку, горничная смогла разглядеть людей, стоявших в пустой комнате.

«Странно. Кто они и что тут делают?» - подумала Сюзан, не обратив внимание, что спальня была совсем без мебели.

***

— Мне нужно уйти, понимаешь? Я не смогу вынести эту боль…

— Он тебя не отпустит.

Два силуэта стояли в дальнему углу комнаты, где единственным источником света было тусклое сияние луны. Мрачное место, полностью подходило для тайных встреч, заговоров, и того, чтобы излить душу. Здесь отсутствовала какая-либо мебели, только по пыльным следам на полу, можно предположить, что когда-то комната была обставлена. Это место находилось в северной части замка, которую из года в год собирались перестроить или полностью разрушить, возведя новые стены. Настолько давно тут не было слуг, что обои отходили от стен и кусками свисали без должного присмотра, а скрип половиц под ногами отражался об пустые стены раздаваясь эхом. Единственный источник света, мельком выглядывающий из-за облаков, старался охватить как можно больше, но этого было мало, для того чтобы разглядеть лица присутствующих. По телосложению это были обычные люди. Один силуэт, в сравнении со вторым, явно принадлежал женщине.

Она казалась такой хрупкой, как фарфоровая ваза на пьедестале, готовой разбиться от малейшего дуновения ветра. В серебряных лучах, скользнувших в окно, длинные волосы, заплетенные в тугую косу, не давали ответного сияния и выглядели такими блеклыми, безжизненными, как солома. Вид был болезным, чего нельзя сказать про второго человека. Мужчина, стоявший рядом, выглядел на ее фоне, как великан готовый одной рукой разломать почти безжизненное тело, словно это обычный прутик. Ему принадлежал второй силуэт в, пропитанной сыростью, комнате. Мускулистое, выточенное годами тренировок, тело было твердым как камень и даже десяток человек не смогли бы сдвинуть его с места. А аккуратно зачесанные назад волосы ловили лунное сияние, изредка проглядывающее из-за туч, и переливались как золотые нити.

Женщина говорила еле слышно, почти шепотом, но в такой пустоте и этого было достаточно, чтобы быть услышанной. Голос дрожал как от холода, но наворачивающиеся слезы на ее глазах давали понять, что дело вовсе не в ветре, гуляющем по этой части замка, а в чем-то ином, в чем-то личном и с каждый вздохом становилось труднее их сдерживать. Она собиралась с силами перед тем, как вновь заговорить. Ее тело экономило остатки энергии чтобы хоть как-то еще продержаться и не сломаться до конца. Больше не было сил терпеть эту жгучую боль внутри себя и изо дня в день корить в случившемся. Оставалось только бежать. Бежать как можно дальше. Забыть все что было здесь. Забыть всех. Забыть прежнюю себя.

Ветер, разгуливающий по заброшенным коридорам, не давал возможности полностью расслышать, о чем говорили эти двоя, но обрывки фраз проскальзывали сквозь небольшую щелочку в дверном проеме, желая поведать историю. Женщина чувствовала присутствие третьего, но она говорила лишь общеизвестное, о своей боли, потому и в защитном заклинании не было смысла. Сейчас любое колдовство с ее стороны могло нанести вред и без того покалеченному телу. Последние частички она припасла для своего последнего путешествия, для своего последнего колдовства.

— Если хочешь бросить все и уйти, заключи со мной сделку и я выполню твое желание, а взамен ты будешь мне должна совсем пустяковую услугу. Стандартное предложение для нашего мира. Ты прекрасно знаешь, что по-другому я не смогу... —Мужчина говорил уверенно, даже с легкой усмешкой, но его движения были скованы и каким-то неуверенными.

Нотки горечи проскальзывали в его голосе, которые сложно было оставить незамеченными. Ему жаль видеть ее в таком состоянии, но сделать что-либо было не под силу.

— Не захочу тебя отпускать… - последнее предложение он произнес уже без той игривости, которая была его визитной карточкой, без той усмешки, почти шепотом.

Девушка посмотрела на своего соратника глазами полными боли, с которой не могла жить, тоски, по людям которых придется забыть и слезами, которые подводили итог.

Мужчина наклонился к ней, вдыхая запах ее волос, и приблизился к уху, согрев своим горячим дыхание, прежде чем его губы легонько коснулись мочки. Он прошептал на одном дыхании боясь еще раз почувствовать столь чарующий аромат, от которого у него мутнел рассудок. Еще немного и он не отпустит ее, а запрет в комнате с мягкими стенами, куда никогда никого не будет пускать.

— Ну что, договорились? – В голосе мужчины слышались нотки нетерпения в пересмешку с тревогой.

Он боялся, что у него не получится убедить короля отпустить ее. Боялся, что здесь она сойдет с ума и покончит с собой, потеряв смысл жизни. Боялся, что в новом мире она полностью забудет о нем. Боялся, что еще чуть-чуть и сам передумает не в силах отпустить самое дорогое, что было у него в руках впервые за долгую жизнь. Только сделка заставит его пойти на поводу.

Прежде чем ответить мужчине на его предложение, девушка сжала в руках свое нежно розовое платье, в котором тонуло ее истощенное тело, словно лепесток розы под водопадом. Либо услуга, либо пожизненное заключение самой себя в клетке из безжалостно комбинации: боли, горечи потери и ненависти к самой себе. Сейчас она не хотела умирать, но и терпеть было невмоготу, а потому выбор был сделан. Душевная боль была намного сильнее, чем физическая, к которой она привыкла за долгие годы службы у короля.

— Согласна. Однако мы внесем небольшую поправку в договоре. Я также хочу забыть обо всем что тут было. Хочу забыть всех и даже тебя. – На сей раз девушка говорила решительно, без ноток сомнения.

Она сделала свой выбор в пользу себя. Первый и последний раз.

— Что ж, будь, по-твоему.

***

Сюзан смотрела через слегка приоткрытую дверь на людей и не понимала, были ли это те самые призраки, о которых ее предупреждала Эльп или же настоящие, реальные люди. А может это была игра ее воображение.

Деушка чувствовала себя скверно, словно только что подслушала тайный разговор, и теперь не знала, что с этим делать. По-хорошему стоит рассказать экономке об увиденном. Пока горничная пребывала в раздумьях, женский силуэт оглянулся назад, устремив свой взгляд на Сюзан и печально улыбнулась уголками губ. Это движение заставило ее прийти в себя и, побросав все, рвануть к мисс Баджо крича что-то не разборчивое.