Эва и Пенис

Эва и не просто Пенис

Не совсем то, но всё-таки…

Сенсация.

Вот так, как-то раз, в знойный денёк ласковый, некий рыбачок окинавский собрался половить мойву океанскую, забросил сеть свою рыболовецкую, а вытащил пенис какой-то оторванный...

И закричал на весь пляж во всеуслышанье: "Ой-ёй-ёй, а что мне тут попалося – вовек не догадаетесь!". Все туристы прибрежные, особенно американские, побросали «Плейбои» с голыми иллюстрациями, прихватили свои "Полароиды"* и прибежали к баркасу этому самому рыбацкому.

*«Polaróid Supercolor» — фотоаппарат одноступенного фотопроцесса, выпускавшийся по лицензии фирмы Polaroid (США).

Рыбак пойманный "пенис"* аккуратно из сетки вытащил, ножку свою отставил, голову повернул в три четверти (для лучшего ракурса горделивого), а его никто и не фотографирует – все, как ни есть, на "пенис" нацелились и слепят его вспышками. А он извивается, совершенно не привык к такой популярности, норовит найти каку норку тёмную, потому что он не поверхностный вам какой-то, а чисто илистый.

*«Рыба-пенис» (penis fish) - Urechis unicinctus (лат.) — вид морских червей из подкласса эхиурид, как и прочие эхиуры, обитает в норах в песке и грязи.

Во всех мировых СМИ-изданиях напечатали эти фотографии и подписи под ними очень загадочные – типа "Кто ответит – оторвано или всё правильно?», "Дамочки в восхищении", "На Окинаве отыскалось чудо-расчудесное!".

Народ иностранный сразу же на Окинаву ринулся, всем хочется до такого чуда дотронутся или хоть одним глазком увидеть воочию.

Тут же гейши набежали всевозможные – чай разносят в расписных чашках на подносиках, а некоторые, вообще, приглашают принять участие в чайной церемонии «Цветущая Сакура», в отдельной фанзе, как водится. А после фанзы гейшиной, обычно, туристы заезжие забывают, куда и зачем бежали сломя голову. И тихонько идут в свои номера гостиничные, собирают вещички багажные и отбывают к себе на родину согласно самолётному расписанию.

По пляжу гордые самураи расхаживают, с мечами, в полном облачении и фотографируются на память со всеми желающими всего за 25 йен (15,41руб.) – копейки сущие!

И кружкИ сразу пооткрывалися разные для всяких интересов пригодные: "Юный каратист", "Сумоисты натуральные», «Джиу-Джитсу за 3 часа!" и прочие.

Экономика окинавская воспряла от такой международной сенсации и сразу же сделала скачок невиданный, а население японское тут же порешило Референдум создать по вопросу включения элемента пениса в национальный герб Японии.

А вот на вопрос "Что же это такое на самом-то деле?" никто ответа вразумительного не отвечает, все кивают на профессоров-знатоков заслуженных, а они, в свою очередь, посылают всех в Академию. И в Академии тоже молчат и даже повесили вывеску – "Не беспокоить – мы все в отпуске!".

Но ажиотаж околопенисовый всё большее и большее – тогда решили в Высшем Совете Создания (попросту говоря в Высшей Канцелярии) направить туда Эву для полного исследования и установления Истины.

А по результатам проверочным требуют у неё предоставить «Итоговый Отчёт» обязательно – «и, вообще-то, в конце концов, пришло время отчитаться за весь последний Этап Эволюционного Совершенствования!». Вот ведь чем обернулась находка эта пенисовая, зараза этакая!

И вот как тут предоставить точную документацию с фактами и описаниями находки Urechis unicinctus, когда повсюду сплошные следы гейшиевые вперемешку с самураевыми?

Где тут отыскать теперь Истину? И все свидетели не вызывают доверия полного, особенно которые с запахом саке и нежной сакуры...

Но сверху требуют и требуют – нужно, говорят, ускориться, дорогуша, а то, сама знаешь, что бывает за подобное промедление...

Села Бабушка Эва прямо на песок перед шхуной рыбацкой и стала горевать с подвывами, посмотришь сбоку – ну чисто Белуга (Белуха*) плаксивая, ревёт-надрывается.

*Белуха – полярный дельфин, относящийся к семейству дельфинов подотряда зубатых китов. Эти белые полярные дельфины способны издавать несколько десятков различных звуков — свист, визг, щебетание, клекот, скрежет, пронзительный крик, а также низкий, звучный рёв.

Гейши эмпатийные сразу забегали, чай престали разносить, к Бабушке со всех сторон устремились с целью утешения (их так обучали в школе гейшиной) и всё вежливо, с шуточками-прибауточками японскими.

А, глядя на них, и Самураи суровые перестали изображать хладнокровие и решительность, изменили свою тактику поведения, вынули из-за пазухи платки носовые чистые и устремились к Старушке, звеня амуницией.

Вот ведь японцы, какие люди хорошие!

Похныкала Бабушка Эволюция от души и немножко полегчало ей от такого доброго участия и заботливого отношения японского населения к случайным бабушкам, на песке плачущим.

Ручки на груди сложила, как положено, и покланялась всем на все 4 стороны.

Размышления Бабки Эвы. Грустные.

И снова уселась на песочек прибрежный, чтобы подумать, как следует над созданием глобального итогового документика – досконально обдумать, так сказать, всю дальнейшую плановую стратегию и тактику.

Значит так, суть-содержание нужного документика, предназначенного для ознакомления в Высшей Канцелярии – «ОТЧЁТ» за все Периоды Развития – от Кембрийского до самого, что ни на есть, нашего, Кайнозойской Эры, Четвертичного Периода.

Включая Девонский, Пермский, Триасовый, Юрский, Меловой периоды, а также Кембрийскую, Ордовикскую, Силурийскую и Каменноугольную периодику. Уф-ф-ф…

Вообще-то, в основном, Эва уже много чего понаделала: разобралась с млекопитающими, с насекомовидными всевозможными, с разными птичьими классами и подклассами, рыбами, головоногими и прочими беспозвоночными…

И сталось-то сущая безделица – коррекция бесхвостых земноводных, просмотреть разных змеек из подотряда класса пресмыкающихся отряда чешуйчатых, немножко с головоногими товарищами тему прояснить, ну и линия развития Хомо Сапиенса дальнейшая. Нда-а-ас…

Да, не совсем уж и безделица получается, тут сам чёрт ногу сломит, особенно с Хомо Сапиенсами – кто-то так у них напортачил с отделами Выделения, что с наскока и не разберёшь схему взаимосвязи с центрами Контроля и Выброса, да и с отделом Входного Восприятия для правильного всовывания и высовывания – такая же «петрушка» получается.

Эх, задать бы им трёпку настоящую, этим разработчикам безответственным – ведь это вам не просто какой-то пещерный гомункулус-эректус, а Хомо Сапиенс Разумный, что называется!

Можно сказать, образец-венец труда наикропотливейшего, многомиллиарднолетнего наследия! А взять, к примеру, его недоработанную оптику, слабую зубную, коленно-чашечную, желудочно-секреционную конструкцию – у-у-у! Сплошь всё проблемное.

Взгрустнула Бабка Эвочка и вздохнула в унынии.

Вот недавно ведь совсем, как только появились эти разработки новые по усовершенствованию Разума – сразу все забросили-покинули работы по улучшению функционала системы жизнеобепечения и давай-давай – занимаются, в основном, вопросами сознания-подсознания. Конечно, им это интересненько, а вот кто за них будет всю эту рутину клоачно-вегетативную разгребать – говорят, ищите дураков, авось отыщутся и смеются, подлецы этакие...

Молодёжь, что с них взять – один сквозняк в голове наблюдается, всё гоняются за популярностью, да друг перед другом выпендриваются-выхваляются – "А я вот так сумел, а я этак-то". И пошла гонка – кто кого переплюнет в показушном дизайнерстве, а про функционал надлежащий, совсем и не думают – это, мол, пускай Бабушка Эва думает, у неё это хорошо получается...

Так всё и застыло без обновлений, как по мановению волшебной палочки.

А я вам что – волшебница какая-то? Моё дело – зафиксировать нарушение, провести первичный осмотр, масштаб определить и пути исправления-развития наметить, а всё остальное – это уже там, в Отделах Творческого Осмысления, будьте добры, корректируйте и додумывайте: всякие новейшие дополнения конструктивные, обновляйте защитно-маскировочное, палитру раскраски надлежащую, оснащайте боевыми средствами по результатам моих рекомендаций жизнью подтверждённых и мной, Эволюцией, задокументированных.

А я уж потом готовое изделие в деле проверять буду – тут главное, чтоб не нарушить связи жизненные, а то, бывало, Изделие – просто заглядение, а покушать ему и нечего – и то нельзя и это, а от мясного рвота у него начинается…

То-то же – это вам не палочкой волшебной махать – это наука целая!

Так что сейчас в итоге получилося – пустили всё развитие органическое самотёком по пути дальнейшего бесконтрольного самосовершенствования. И что? Кому от этого лучше стало-то?

"И отчего оно всё хреновее и хреновее?"– подумала Эва неутешительно и даже платочек вытащила из сумочки дерматиновый, чтобы вызвать у окружающих к себе сочувствие и проявление простой эмпатии.

А кто такое "оно" совершенно и непонятно простым обитателям – может это "оно" вообще в каком-то мировом значении, а может быть, какое-нибудь определённое явление или личность какая-то конкретная.

Вообще-то, вокруг никто и не обращает никакого внимания на эвины переживания – всяк занят своими делишками: муравейки, вон, всё в дом себе тащат без устали, им нет никакого дела до постороннего наболелого – своих проблем-забот хватает с утра до позднего вечера.

А если где-то и услышали эвины стенания – просто быстренько сделали общее собрание, чтобы не реагировать на такие вопросы неопределённые.

Засунула Старушка платочек снова в сумочку, вытащила «Чупа-Чупс» обсосанный и уныло стала его полизывать-посасывать.

Сидит, пригорюнившись на обочине, а мимо всякие создания проносятся – гоняются за добычей насущной и постоянно хвастаются друг перед другом своими новшествами, добытыми путями совсем неправедными или просто сидят в кустах, заманивают, кто кого выберет – кто жертву ротозейную, а кто – подружку-самочку.

И всё звучит в её ушах пеня-жалоба* старого собакина – «Понаделала, понимаешь, бабушка, ты этапов развития генетических, а что хорошего-то с этого получилося – я вот с рождения зубами всё маюся, а у Акулы, говорят, аж 3 ряда клыков понатыкано по твоей милости. И у Верблюда тоже красиво всё получается. Мы вот маемся по твоей милости, а ты тут себе разъезжаешь на автобусах – иди лучше сама посмотри на всё, совершённое твоими помыслами». Было уж давно такое дело, а вот всё помнится…

* Пеня - жалоба, сетование, укор (устар.). – «Для бедной легковерной тени... не нахожу ни слез, ни пени». Пушкин. «Ты песне вверли жалобы и пени». Брюсов. «Смешны твои мечты и легкомысленные пени». Некрасов.

Значит, что-то не так сделала, не досмотрела, не исправила вовремя, а ведь могла-бы быть и дальновиднее, рассчитать всевозможные последствия – эх, стареть, что ли, стала преждевременно.

А эти умники молодые из Отделов Творческого Проектирования никак не угомонятся, всё друг перед дружкой выпендриваются, да таланты свои демонстрируют. Вот надысь какой-то недоросль творческий сделал Жучка панкового (Excastra albopilosa )*, а для чего, спрашивается – а просто так, говорит, чтоб было весело. Эх, молодо-зелено…

*Excastra albopilosa (excastra можно перевести как «из палаточного лагеря», а albopilosa — «белый и волосатый»). Представитель отдельного вида жуков-усачей.

А разгребать на месте всю проблематику, чуть-что – кличут её, Эву незаменимую, потому что опыт имеет немеряный по всем вопросам настоящего, прошлого и будущего.

У Старушки всегда от таких мыслей начинало брюхобульканье и кишкоброжение – попросту говоря – кушать хочется.

Поэтому она всегда носила с собой в сумочке свёрточки с едой в старые газеты завёрнутые.

Подкрепилась Бабушка сушёными кузнечиками и немножко воспряла в смысле настроения.

Общее Собрание.

"Значит так, будем начинать с коррекции и поголовной аттестации на ассимиляцию-адаптацию к нынешним природным вызовам», – вот такое приняла Эва твёрдое решение и уверенно направилась к ближайшему моржовому лежбищу, и сразу же заловила что-то совершенно головоногое цвета оливок испорченных и с запахом прокисшего жигулёвского.

– Это чё ж такое непонятное? - спрашивает бабушка. А То, головоногое – брыкается, изворачивается, но совершенно молча, лишь пыхтит тяжело и слюну сплёвывает. Но сильное оказалось, чертяка этакая!

Пришлось-таки выпустить – не совладала с таким стервецом отчаянным, но свою печатку-меточку «Э» на щеке толстомордого успела поставить всё-таки.

Ладно, потом с ним разберусь обязательно, а сейчас просто необходимо самым скорейшим образом приступить к выяснению всех обстоятельств пенисового вылова и вообще узнать, откуда такое чудо вдруг появилося.

И решила не откладывать, а сразу начать с этого сектора окинавского – выбрала недалеко от пляжика моржового местечко безлюдное, собрала всех местных обитателей, проверила по списку присутствие и начала осмотр аналитический всех по очереди.

И все такие недовольные, смотрят на Пениса хмуро и цыкают, но особенно Медузы возмущаются, выражают своё нетерпимое язвительно-стрекательное отношение – вот дернуло тебя нечистая вылезти! Чо тебе не сиделось в норке -то, хрен моржовый?

А Пенис смотрит взглядом отрешённого праведника, покашливает слегка и своё твердит: «Никакой я не моржовый, а донно-илистый, как и положено».

Но они всё равно шепчутся возмущенно: «Ведь всё так хорошо было – сами потиху развивались по своим собственным понятиям и неплохо вроде получалося – спросите у любого окинавского рыбака торгового!

Да всё было так чудесно, пока этот оторватый хрен из норы своей не выполз – видите ли, ему не хватало освещения – он там что, комиксами любуется?».

– А действительно, сынок, чего это ты вылез-то, чего тебе не сиделось в норке своей, куда тебя понесло, какого лешего?

– Да тут, Бабушка, этого рыбака чёрт принёс с сеткой забористой... а у сетки ячейка такая мелкая, что выскользнуть не было возможности. Обычно эти рыбаки закидывают сети с ячеей крупной, всегда выскальзывать получалось, а тут вот почему-то с мелкой закинул, видать, в Окинавторге не было поступлений базовых сеток с ячеей калибра крупного… – Ну вот, теперь у тебя, дороженький Пенис, и промторг, и сеть, и рыбак виноватые, а сам-то чего из норы выперся? Чего тебе дома не сиделось-то?

– А я вот захотел по-маленькому сходить где-нибудь у кустика Актинии, а то в норе уже всё провоняло от моего мочеиспускания и вот такое неудачное стечение обстоятельств произошло в виде рыбака окинавского, с его сеткой мелкоячеистой.

Вот была бы сеть с ячейкой крупною – обязательно я смог бы выскользнуть без ажиотажа и сенсации, как все нормальные донные Пенисы.

– Ну-у, конечно, ты ведь у нас такой удалой молодец донно-илистый, что из любой каверзы высклизнешь, а тут вдруг, раз – и облом выскочил, и все вокруг виноватые...

Оглядела Бабушка со всех сторон этого Пениса, помяла слегка, пощупала и никак в толк не возьмёт – к какой же его записать категории в реестре новосамоделанных.

И решила на месте проживания этого комика поискать какие-нибудь ответы по этому поводу –может, найдёт какие-то подсказки или свидетелей такого нежданного чудо-явления.

Глянула на всех собравшихся для аналитической аттестации, слегка подумала и сделала общее объявление: «Вот что, мои хорошие, давайте пока погуляйте тут, поищите себе развлечения – сходите куда-нибудь по надобности или на экскурсию, а я вот с товарищем Пенисом пройдусь ненадолго, посмотрю на его местожительство. И давайте обойдёмся без неудовольствия и прочего проявления своего поганого характера… Ты меня слышишь, Каракатица? Я кому сказала – без мата всякого! А то, вишь, распустились тут, как какие-то жуки навозные, что хотят, то и делают» …

Квартирка Пениса.

И отправилась вместе с Пенисом посетить пенисово место проживания, чуток правее Рифа Кораллового на самое дно Низины Илистой.

Идёт потихоньку, дно прощупывает между кораллами колючими, Актинии поглаживает и зорко оглядывает хозяйство донное – удивляется, сколько тут уже всего понастроили нового, в её молодости всё только начиналося – лишь какие-то комочки бурые слегка под ногами бухтели-шевелилися, а какой простор был первозданный нетронутый!

А тут, глянь-ка – вокруг чего только нет: всякие мелкие и средние, крупные и крупнющие, и крупнее крупнющих, и все друг за другом гоняются – видать, время обеденное начинается.

И ведь как красиво-то, какое разнообразие немыслимое – наверное, и сюда добралась мысль молодая дизайнерская, это ж надо такое нафантазировать! Нет, определённо, талантливая нынче молодёжь в ОТП (Отдел Творческого Проектирования) работает. Надо им это сказать при случае.

А бедолага Пенис плетётся в унынии вслед за Эвой, покашливает и всё своё твердит: «А может, не надо, Бабушка, там у меня норка наглухо закупорена и не прибрано, и пахнет не самым лучшим запахом, может, как-нибудь другим разом заглянете?».

– А зачем, дружок, норку наглухо закупорил-то?

– А на всякий случай, чтоб не залезла какая-нибудь наглая Мурена без разрешения.

А сам всё покашливает и покашливает…

– А чего ты покашливаешь всё время?

– Да это в горлышке першит немножко, с непривычки, от такого ландшафта чистого.

Пришли наконец на самое Дно-днищево, Эва вокруг огляделась внимательно, вытащила из консервной банки-утопленницы какого-то крабика замусоленного, оглядела его внимательно и обратно в банку засунула, потом вздохнула и хмыкнула: «Ну, давай, хозяин, показывай свои владения».

Делать нечего – забежал «хозяин» наперёд Бабушки, что-то успел кое-как поправить поаккуратнее и выкинуть совсем уж протухшее...

Зашла следом Эва осторожненько в жилище норковое, огляделась придирчиво, стенки ногтем поколупала и поморщилась: "Да-а-а-с.…", только и смогла выговорить.

Кое-как выбралась из этой тесноты однокомнатной, отряхнулась от налипшей слизи пенисовой и решила сделать для бедолажки Пениса одолжение – поработать над его совершенствованием.

Совершенно бескорыстно, из чистой благотворительности. В общем, понравился ей Пенис своей скромностью и обаянием неназойливым.

– Вот что, милок, мы счас с тобой отправимся в небольшой круиз на своих двоих (Тут Эва оглядела ещё разок Пениса с некоторым налётом скепсиса) для твоего, так сказать, лучшего дальнейшего развития, а за время нашего променада будем с тобой беседовать на темы разные животрепещущие.

– А животрепещущие – это когда внутри уже или всё ещё снаружи болтается? – очень заинтересовался Пенис таким выражением.

– Да, понимаешь, дружок, это такая речь фигуральная, не совсем отображает то, что следует… Ну, да ладно, вот чего я подумала – Пенис – уж очень для тебя такое имя солидное, давай-ка сделаем тебе имечко как-то поуменьшительнее-поласкательнее. А? Что ты на это скажешь?

– А какое оно будет новое?

– Ну, к примеру – Пенисок, Пенисик, Пенисюрик, Пенисейка, Пениска, Пенисёнок, э-э-э, ну ещё можно как-то типа на английский манер уменьшительно – Пенни какое-нибудь… Что скажешь?

– Ну ладно, пускай будет Пенисик, мне даже нравится. И Пениска тоже хорошее, даже такое задорное.

– Вот и хорошо, вот и ладненько, теперь всё у нас с тобой как следует и очень я к тебе расположена – приглянулся ты мне своей какой-то необычной формой и наивностью нездешнею. Ты что-нибудь можешь мастерить-то, как ты дальше жить-то собираешься – кушать ведь каждый день, наверное, хочется?

– Ну да, Бабушка, конечно, хочется. А я вот норки хорошо рыть умею и меня иногда просят вырыть на заказ нору просторную.

– А кто просит-то?

– Ну, в основном, Угорьки всякие, Пескожил Многощетинковый* и ещё Черви Желудёвые**, но эти иногда просят, когда срочно надо, а у них времени на это нету – вообще-то они сами очень хорошие копатели.

*Пескожил (Arenicola marina) - вид многощетинковых червей.

*Желудевые Черви – Enteropneusta - класс полухордовых беспозвоночных, состоящий из одного отряда с тем же названием.

Ателье японское.

Идут себе вот так неспеша, Эва Бабушка с Пенисиком, беседуют разговоры душевные и не заметили, как выбрались из глубин океанических и уже по травке шлёпают.

– Так, дружок, послушай – счас пойдём в ателье местное и закажем пошить тебе одёжку маскировочную типа балахончик для таксика, чтоб не напугать кого твоими формами необычными, понял меня, Пениска?

Ну, конечно, Пенисик всё понял и головкой кивнул в знак понимания полного.

На том и порешили, и отправились в ателье окинавское местное, и уже заказ делают на пошив собачьего балахончика особенного покроя для нестандартной фигурки.

А молоденькие закройщицы, обмерки делают и всё в кулачки пырскают, успокоятся немножко, а потом снова пырскают – что-то им очень смешное всё кажется.

Вот так под девичье японское пырсканье и сшили балахончик Пениске по-быстрому, да ещё лапки фальшивые пришпандорили и хвостик на ПВА приклеили. А ещё сзади лейбл настрочили –«Сделано в Японии» называется.

Нарядили-натянули балахончик на заказчика и всем стало очень весело, стали в ладошки хлопать и даже притащили бутылочку шампанского отметить такой удачный пошив новой модели для таксиков.

А потом Бабушка Эва с Пенисиком поклонились немножко и «Аригато́ (спасибо)» сказали портнихам-закройщицам и в ответ получили «Мондайна́й (пожалуйста)», всё, как в Японии принято, и дальше пошли себе потихонечку.

Ведёт Эва своего Пениса на поводке для таксиков и делится с ним наболелыми своими мыслями, изливает проблемы душевные – он хоть и не понимает ничего, но деликатно потявкивает и хвостиком помахивает.

А Бабушка всё делится и делится безостановочно – добралась, наконец, и до Дарвина.

– А этот Чарлз Ро́берт Да́рвин* – был такой деятель научный, напридумывал на мою голову всякой несуразицы, а граждане почему-то ему сразу взяли и поверили, а мне теперь всё время подстраивайся под его фантазии и измышления, чтобы совсем уж не испортились отношения научные с общественными организациями.

* Дарвин Чарли (12 февраля 1809 — 19 апреля 1882) – ну, тот самый, который придумал про стадии развития и происхождения в результате естественного отбора, а теперь, вот, Эва всё это расхлёбывает.

Это же какой сильнейший мезозой в голове должон был случиться у товарища английского учёного, чтобы такое понапридумывать безо всякого зазрения совести?

Вот, спрашивается, зачем понесло его совать свой нос, куда совсем не следует – и в Тасманию сунулся и в эту, как её… Патагонию.

Да ещё успел и про Сапиенса начирикать пару опусов – ну, вот кто его просил, спрашивается, про это-то чирикать в своих опусах: мало ли о чём хорошего на перо просится – про замужних изменщиц или изменщиков, да ещё про правильные навозные пропорции удобрения огородного или про инсектициды новейшие. Нет – обязательно нужно было испортить людям настроение своим влезанием в сферу совершенно запретную.

А вот где теперь набрать мне косточек всяких для ископаемых дриопите́ков и неандертальцев, не говоря уже про самих хомо сапиенсов? А? Что скажешь Пенисик мой?

А Пениска и не знает, что ответить Бабушке, семенит рядышком и потявкивает вполголоса, да всё думает про свою однушку заброшенную и про то, что сейчас как раз время обеденное.

Пикники на Болоте.

Вот так, побалтывая и потявкивая добрела эта парочка до бамбуковой рощицы с болотцем илистым и трясинкой, сплошь покрытой Росянками-Мухоловками всевозможными.

Пениска сразу же свой фирменный балахончик сдёрнул и в болотную жижку бултыхнулся, даже не дослушал, что там Бабушка крикнула про какие-то «воба», в которые смотреть надобно…

А на самом краю этого болотца живописного какие-то местные окинавские отоларингологи пикничок себе устроили – кого-то там удачно от шума ушного вылечили, а теперь вот песни поют и шашлыки жарят на кострах из сучьев бамбуковых, ну, и конечно, пиво рекой импортное – жигулёвское.

И всем прохожим гражданам хвастаются, как их завотделением тов. Накамура-сан ловко поймал какое-то удивительное существо-животное невиданное, не разбери что – приманил на стаканчик пива импортного, а потом бесстрашно ухватил за подмышки самые и скрутил приёмчиком джиу-джитсовым. И они очень рады демонстрировать эту диковину всем желающим.

И всё время без устали выкрики кричат про славные победы в области развития японской отоларингологии и вообще всей японской медицины и экономики. Ну что с них взять – пива выпили и не дерутся ведь, не буянят по-чёрному, покричат-покричат и успокоятся.

– Ну-ка, ну-ка, – говорит Бабушка, – господа отоларингологи, покажите, пожалуйста, что у вас там поймано.

Окинавские отоларингологи, как известно, люди не жадные, очень рады поделиться своими открытиями и находками – пожалте, Бабуся-сан уважаемая, полюбуйтесь на диковину воочию, а руками лапать не советуем ввиду опасности заражения, да и просто покусать может, а в пасти у неё полно неизвестно какой инфекции…

Эва, как водится, очки на личико нацепила, рассмотрела контрафактное изделие и сразу же увидела свою печать-отметину «Э» на гигантской Жабе Бломберга*, у которой на спине пристроился А́дский Кальмар вампи́рический**, известный бездельник и пройдоха бессовестный. Вот, значит, кто так удивительно вонял прокисшим жигулёвским и брыкался почище бычка-производителя.

*Жаба Бломберга (лат. Rhaebo blombergi) — очень крупный вид жаб.

*А́дский Кальмар-вампи́р (лат. Vampyroteuthis infernalis), — небольшой глубоководный головоногий моллюск-детритофаг из семейства Vampyroteuthidae.

Эва только усмехнулась такой удивительной случайности и анализ провела очень внимательно – всё точно так, как она и думала: происходит поголовная анархия с нарушением Норм и Кодексов, каждый индивид изощряется в силу своей прихоти и фантазии и несётся вскачь – куда ему вздумается и как ему захочется. Гуляй, Вася-сан!

И под этим лозунгом – «Долой Эволюцию, даёшь Вседозволенность!», снюхались эта парочка каким-то образом и устроили они симбиоз самым диким образом – теперь вот и скачет по камышовым зарослям невесть что такое, для глаз беспощадное и жрёт всё подряд, даже зародышевое.

Тут же захотела Эволюция разобраться с таким самодурством, как учили на курсах рукоприкладного самосовершенствования – р-раз и готово, было одно, а стало аж двое. Но отоларингологи заартачились – стали лопотать всякие просьбы слёзные гортанные, показывать свои гланды удалённые и взывать к милосердию эвинову – уж больно по душе им пришёлся такой необычный товарищ по выпивке.

Пришлось Эве плюнуть с досадою и посидеть в сторонке, подождать, когда Пенис из болота вынырнет.

А на другом краю болотца, прямо в зарослях бамбуковых, Сумоисты свой пикничок устроили по случаю победы над дзюдоистами, с блинами и разными начинками, но совершенно без пива, саке и других каких-нибудь горячительных – так, чисто блинов покушать и побеседовать на темы бытового насилия.

Просто уселись посреди лужайки с Росянками-Мухоловками*, сами блины лопают, а мясной начинкой Росянок** угощают совершенно безответственно.

*Рося́нка (лат. Drósera) — род плотоядных растений семейства Росянковые (Droseraceae).

**Вене́рина Мухоло́вка (лат. Dionaea muscipula) — вид хищных растений из монотипного рода Дионея.

Эва увидела такое дело и решительно говорит: «Товарищи сумоисты, попрошу минуточку внимания! Подумайте немножко – своими безответственными действиями вы можете развратить целую колонию растений-хищников. На них какая задача возложена? А? Ну-же, милые, давайте подумаем ... ну, кто додумался?

А сумоисты смотрят друг на друга и пОтом покрываются.

– Ну, вот, давайте, вместе подумаем, какое у них название? Кто сказал Мухоловки? А почему, спрашивается, называют их Мухоловками? А? Правильно, товарищи – так их прозвали за то, что они наловчились на мушиную добычу охотиться.

А вы сейчас, сами того не ведая, приучаете их к паразитическому иждивенчеству, а им ведь после этого жить по старинке уже как-то не захочется… И что же делать прикажете?

Вот вы тут погуляете, да и разбредётесь по своим фанзам, кушать суши Нигиридзуси да сашими из угря Саёри какого-нибудь, а этим бедолагам что делать прикажете, как им после этого смотреть в глаза мушкам нежеланным, замордованным по инстинктивному побуждению?

Сумоисты покраснели и бахрому на повязках набедренных перебирают, а потом Сумо-бригадир откашлялся и попросил прощения от лица всех присутствующих за необдуманные свои действия.

И стали потихоньку палочками вынимать своё мясное угощение прямо из ротиков-утроб мухоловкиных. Очень осторожненько, чтобы не испортить систему захлопывания.

А потом собрали весь мусор за собой тщательно, чтобы ни сориночки после них не осталося и ещё раз всей компанией попросили «Сумимасэн*, пожалуйста, Бабушка!». И тихо-тихо, на цыпочках, чтоб Мухоловки к ним с просьбами не цеплялися, отправились по своим фанзам дневной рацион-порцион докушивать.

*Сумимасэн (Sumimasen) – “Прошу прощения”. Вежливая форма. Извинение из-за свершения существенного проступка.

Опасности обеденные.

А Пениски всё нет и нет, Бабушка уже начала беспокоиться – не случилось ли чего с её «таксиком»?

Наконец вылез – со всех сторон шриланкийскими мелкими пиявками облепленный, как ёршик кухонный или ёлочка маленькая новогодняя, но довольный и улыбается: «А я теперь знаю, что такое «воба» – это когда пиявочки на тебя со всех сторон кидаются».

Старушка Эва палочкой бамбуковой с Пенисика всех пиявок аккуратно назад в болото счистила и спрашивает: «Чего это ты там долго так валандался-канителился? Ну что, милок, отыскал что-нибудь съедобное?».

А Пениска только головой кивает в знак согласия, покашливает и отрыжки издаёт сытые – переел, видать, планктону болотного.

Поикал-покивал и ответил с некоторой шепелявостью: «Да так, понемножку всякого – планктону чуток отыскал, а в основном инфузории, туфельки, живчики комариные и всякое другое мелкое...

А вообще-то богатая там Фауна, скажу я вам, Бабушка, особенно хищные – Пиявки всякие запомнились и Личинки Гигантские стрекозиные, очень опасные».

Удивилась Эва и спрашивает: «А Тихоходок-то хоть видел?».

– Нет, не видел, Бабушка – честно признался Пенисик, – вот чего не видел – того не видел, уж очень они мелкие.

– Ну, хорошо, а что это у тебя с шепелявостью слова разговорные получаются?

– Ну, так это, я и говорю – запомнились Личинки Гигантские стрекозиные, совершенно опасные и хищные. А теперь вот, после запоминания, у меня и образовалась некоторая шепелявость речи невнятная.

– Понятненько, эт ты ещё Богомолов не видел, дитятко … А вы, Пенисы, значит, так без зубов и остались? Ох, недоглядела что-то я вас, норчатых – видно занята была какой-нибудь яркой Каракатицей или хищным Завром, очередным беспредельщиком.

Вот что, дружок, надобно тебе попробовать сменить профессиональные навыки – не век же тебе заниматься норковым производством, надо попробовать и что-то другое, более интеллектуальное.

А тут, как раз, в Центре городском, в самом лучшем жилом помещении, открыли новую Порно Индустрию и набирают новых исполнителей для съёмок фото и видео эротического содержания.

Порешила Старушка Эва зайти туда – попробовать пристроить Пенисана подработки разовые, а если понравится, то и вообще, сделать постоянной профессией.

– Ну, давай-ка, одевайся поскорее – надо нам прогуляться ещё по окрестностям, посмотреть, как тут обстоят дела с жилыми помещениями.

Натянул Пениска с трудом одёжку таксиковую, прицепил поводок обмусляканый и говорит: «Ну, давай, Бабушка, веди меня маршрутом неведомым, какой для изучения наметила».

Порно Студия.

Пошли они, значит, Дорогой Дальнею – окружающие диковины рассматривать, а по Дороге Дальней в это время как раз Табор Цыганский переезжал с места на место. И так всё время безостановочно, чтоб не мешать «Мицубиси» и «Тойотам» проезжающим.

Подошла Бабушка Эва с Пениской-таксиком к самому Табору и попросилась на подвоз до ближайшего лучшего жилого помещения. В Таборе, ясное дело, сначала заартачились, начали рассказывать про низкую ихнюю рождаемость и различные респираторные заболевания, для наглядности вытащили из мешка полиэтиленового огроменного КальмароЖабоВампира Адского с явными признаками алкогольного отравления, которого им только что господа отоларингологи за 50 йен продали.

Но Эва насыпала им кулёчек снетков сушёных – и в Таборе сразу же приняли мудрое решение, и довезли до лучшего в городке жилого помещения.

А это помещение лучшее и оказалось Студией Порнографической – как раз то, что Эве и хотелося – побывать в гуще всяких страстей и наклонностей и пристроить Пениску к чему-то новому рукодельному.

Заходят они в эту Студию, говорят: «Коннитива, до: дэс-ка? (Здравствуйте, как дела?)», как принято, а там хозяин Магнат-порноделец сидит, нога на ногу, сигарой попыхивает и очень серьёзно так спрашивает: «А вам чего, гражданочка?».

Бабушка Эва робко так и говорит: «Вот тут у нас мальчонка способный – может, Хозяин, посмотрите?».

Магнат из кармашка пенсне вытащил, нацепил на глазки узкие и просит снять всю одёжку таксикову, вплоть до голого состояния.

Посмотрел внимательно, спросил сколько лет «мальчику» и слегка поморщился, но всё-таки на пробную съёмку дал своё магнатское согласие.

Тут заходит в Студию, совершенно без стука и традиционного приветствия, Начальство Местное с подарками для порно девушек и с выпивкой – как раз выдался перерыв обеденный и хочет Начальство провести этот перерыв с пользой и отдыхом, обнимается Местное с Порно Магнатом по-дружески и спрашивает, когда обед у девчат намечается.

– А вот, прямо сейчас и сделаем небольшой перерыв обеденный, проверим кино-фотогеничность вот у этого молодого порно создания.

Привели, значит, Пениску к девчатам японским в Студию, а девчата как его увидели – сразу же верещать принялись – видно задел он их за живое какое-то.

Вот они полчаса поверещали и успокоились, а потом сделали все пробы с разных ракурсов со вспышками и ещё дополнительно – видео бытового характера для использования в рекламных роликах.

Посмотрел Магнат всё пробное фото-видео и пришёл в невиданное восторг-возбуждение –предлагает тотчас подписать Контракт на крупную сумму в долларах и Условия самые Лучшие.

Бабушка Эва отвела Пениску в сторонку и спрашивает шёпотом: "Ну, как тебе – понравилось в Студии? Хочешь сменить норку свою на Лучшие Условия?"

Потупился слегка Пенисик.

– Простите, Бабушка – ой, да совсем-совсем не понравилось – всё время какие-то звуки посторонние и постоянно командуют, что делать: то лечь, то встать – совсем замучили.

– Да, да, я тоже это заметила. Хотя в объявлении и написано, что работка не пыльная, но лучше уж в иле копать, чем с этими девчатами- верещалками тут валандаться.

Счас скажем им "Саё: нара" (До свидания) и пойдём себе по-тихому.

И Эвочка сказала всем в Студии: "Дэва о-даидзи -ни (Всего хорошего)", а Пенисик ничего не сказал, а просто вильнул хвостиком.

Ну и пошли Пениска с Бабушкой на улицу, а девчата опять верещать начали и всхлипывать…

А эти девчата студийные, кстати, – все, как есть, приезжие из Киото и провинций киотовых, потому что местные отказываются в Студии работать порнографической.

Говорят девушки местные: «Мы тут выросли, нам стыдно потом по улицам и паркам прогуливаться, все будут у нас всякие студийные подробности спрашивать и вопросы задавать всякие нескромные, так что – нет и нет».

И уходят по-быстрому, даже обычное «Саё: нара» (До свидания) не говорят вежливо. Вот такие проблемы-трудности, оказывается, есть и в порноиндустрии, а не только в радиоэлектронике или тяжёлом машиностроении.

Прощание

Идут, значит, Эва с таксиком своим, Пениской, по Дороге Дальней, мимо всякие «Мицубиси», «Тойоты», «Ниссаны да «Сузуки» проносятся…

А вот Табора Цыганского так и не встретили – наверное, где-то в больничке лечатся от последствий перегара КальмароЖабоВампира Адского.

К вечеру дошли до перекрёстка четырёхдорожного, где обычно главные герои-персонажи прощаются, Эва по голове Пениса погладила и сказала ему на прощание слова задушевные: «Ну вот, прощай и ты дорогой дружок, спасибо тебе, милок, за душевную кампанию. И как я только проглядела такое чудное создание – всех помню наизусть, а тут – совершенно полнейшее беспамятство».

– А это мы, Бабушка, миллионы лет по норам прятались от внешнего воздействия и прочих опасностей излишнего наблюдения.

– Послушай, мой тебе совет – почаще проветривай свою норку-каморку-то и вытирай со стеночек лишнее накопившееся, тогда и кашлик у тебя закончится.

– Хорошо, Бабушка, обязательно всё сделаю по вашим советам и рекомендациям.

– Вот, не знаю даже, что тебе подарить на добрую память – может, зубки-жевалы или иголку ядовитую потайную от всяких хищников надоедливых – будет защита надёжная.

– Да нет, спасибо, Бабушка, вот, если можно, поговорите с Начальством Местным, чтоб в Промторг больше не завозили сетку с мелкой ячейкою, а только с крупною 3-х дюймовой, тогда всё наше пенисовое сообщество будет вам благодарное на веки вечные.

Да-а-а, кхе-кхе – легче организовать производство нового вида мембраны клеточной или подвида Геккона Якусимского*, чем договориться с упрямыми Хомо Сапиенсами, да ещё, к тому же, местными начальниками. Ну, да ладно, пойду попробую, а если начнут клянчить бабло взяточное – выложу в интернет YouTube-видео, где они с девчатами киотскими на обеденном столе перерыв празднуют.

*Геккон (лат. Gekko gecko) — ящерица из семейства гекконов.

– Ну бывай, Пениска, живи без изменения и радуй нас своими формами первозданными. Дэва о-даидзи -ни! (Всего хорошего)

– Аригато (Спасибо), Бабушка!