Фанат

На протяжении всей своей сознательной жизни я слушал «QUEEN». В школе, в университете, и будучи взрослым. Эта группа была со мной всю жизнь. Вот уж действительно – испытание временем было пройдено на все сто.

Услышав в совсем еще новом возрасте «Bohemian Rhapsody» и «We are the champions», «QUEEN» навсегда запали мне в душу. Не знаю, сколько раз я переслушивал каждую из их песен. Десятки… нет, сотни тысяч раз.

А, быть может, и больше.

Если вы спросите, чем же так сильно мне полюбилась эта группа, то я могу дать вам развернутый ответ, проговорив несколько часов.

Но сейчас у меня осталось не так-то и много времени, поэтому буду краток.

«QUEEN» были для меня всем. Каждый из членов группы был по-своему великолепен. Это действительно нечто редкое. Каждый из «великолепной четверки» дополнял друг друга. Великолепный гитарист Брайан Мэй, изумительный барабанщик Роджер Тейлор, и, конечно же, скромняга Джон Дикон, написавший одну из моих любимых композиций группы – «Spread Your Wings».

Да, каждый из группы был по-своему прекрасен.

Но не стану скрывать, что именно Фредди Меркьюри стал для меня самым настоящим кумиром. И дело здесь было не только в его великолепнейшем голосе. Я раз за разом прокручивал записи с концертов группы, и постоянно восхищался его харизмой. Невероятная энергетика, феноменальная связь с аудиторией. Одним своим сногсшибательным взглядом старина Фредди мог загипнотизировать стотысячный стадион.

Такие личности рождаются раз в столетие.

Фредди Меркьюри стал для меня самым настоящим духовным наставником. Слушая «Love of my life» в его исполнении я каждый раз грустил, вспоминая гибель моей жены в автокатастрофе. И именно эта песня помогла мне пережить утрату, не сойти с ума, и найти новый смысл в жизни.

А, включая «Who wants to live forever», я каждый раз вспоминал о своих родителях. И благодарил судьбу за каждое Рождество, которое я еще мог провести вместе с ними.

«Teo torriatte» научила меня ни о чем не жалеть, и наслаждаться каждым мигом. Моя жена была японкой, поэтому эта песня особенно запала ей в душу.

Я зарабатываю себе на жизнь писательством, и каждый раз, заканчивая очередную книгу, включаю «We are the champions». Это стало своего рода неотъемлемой традицией в моем творчестве.

В каждой из композиций «QUEEN» я нашел для себя нечто родное, откликающееся в моей душе. Слушая их песни, я переносился в какой-то совершенно иной мир.

Я испытывал поистине непередаваемые эмоции. Смесь любви, счастья, грусти и надежды.

И каждый раз, когда я смотрел на записи концертов группы, и камера оператора улавливала заполненный до отказа стотысячный стадион «Wembley», я не мог представить, насколько счастливыми были люди, вживую побывавшие на выступлении «QUEEN».

Догадывались ли они в тот миг, насколько великие люди перед ними выступали?

Думаю, да.

Они прекрасно это знали.

Я всю жизнь мечтал побывать на концерте в полном составе группы, включая феноменального Фредди. Да, возможно, вы примите меня за самого настоящего безумца. Быть может, так оно и было. Но я всей душой жаждал испытать все те эмоции фанатов, воочию увидев любимую группу. Группу, значившую для меня так много.

К сожалению, не все мечты сбываются.

По крайней мере, так я думал всю жизнь.

Но одним предрождественским вечером, когда я поднял взгляд на раздвоенный хвост пролетающей кометы на ночном небе, я загадал желание.

Я думаю, вы уже догадались, о чем оно было.

Всю свою жизнь я не был суеверным человеком. Агностицизм наиболее точно выражал мои взгляды на мир. Но то, что произошло дальше, до сих пор кажется мне лишь изумительным сном.

Тем вечером, когда я уже улегся в постель, во входную дверь постучался незнакомый старик. Он был в поношенной серой рясе с заплатками и капюшоном на голове. Впалые щеки, морщины по всему лицу. Я никогда прежде его не встречал. Было в нем что-то такое, отчего до жути сковывалось все нутро.

Но в тот вечер на улице стоял ужасный мороз, да и к тому же, на носу был священный праздник. Рождество. Так что я просто не мог оставить его мерзнуть снаружи.

Я пригласил его в дом, и старик даже не стал отнекиваться. Ну еще бы. Он и так уже весь дрожал.

Накормив его остатками спагетти с фрикадельками, мы выпили по бокалу красного вина, и проговорили до двух часов ночи. Мы трепались обо всем на свете. Старик рассказывал мне о тонкостях охоты на оленей, о красотах Исландии и даже поведал рецепт идеального какао.

– Никакого сахара, и всего одна щепотка корицы, – подмигнув, сказал старик с добродушной улыбкой.

Наверное, мы проговорили бы так до самого утра, если бы старик внезапно не поднялся на ноги. Поблагодарив меня за гостеприимство, он раскланялся и направился к выходу. На все мои уговоры остаться на ночёвку, он ответил решительным отказом.

Уже у самой двери, старик резко обернулся и с легкой улыбкой на губах спросил:

– Чего ты желаешь больше всего?

На какую-то долю секунды я впал в ступор. Столь неожиданный вопрос просто выбил меня из колеи. Вглядевшись мне прямо в глаза, старик довольно закивал и широко улыбнулся:

– Можешь не отвечать, – просипел он, – ещё раз спасибо за твою доброту.

Проводив старика, и, улёгшись, наконец, в постель, я ещё долгое время не мог заснуть. Неожиданный визит столь странного гостя никак не давал мне покоя. А особенно – его вопрос о том, «чего я желаю». Ведь всего за час до прихода старика я загадал желание, глядя на комету.

Что это было? Простая случайность?

После пережитого я бы уже не был так уверен.

Беспокойно проворочавшись без сна ещё какое-то время, я наконец-то заснул.

После гибели моей жены мне ничего не снилось. За три года ни единого сна.

Но этой ночью все изменилось.

Я раскрыл глаза от громоподобного рева гитары.

Вместо своей спальни я оказался на стадионе «Wembley» в тот самый день – 11 июля 1986 года. Один из лучших концертов «QUEEN».

Я стоял среди бездонной толпы, неистово рукоплескавшей вышедшей на сцену «великолепной четверки». Фредди Меркьюри, в своей легендарной желтой куртке в стиле «милитари» уже вовсю зажигал толпу. Он носился по сцене, словно ураган.

Но я до сих пор не мог поверить в происходящее. Я щипал себя, шлепал по щекам, жмурился, пытаясь проснуться, но все было бесполезно.

В тот миг казалось, что все происходящее – наяву.

А, даже если это был столь долгожданный сон, мне было все равно. Когда Фредди, исполняя «Love of my life», начал жестами управлять стотысячной толпой, я начал подпевать вместе с остальными.

Внутри меня все сжалось. По моим щекам покатились слёзы. В тот миг я был самым счастливым человеком на свете.

По правую руку от меня стояла молодая пара. Широко улыбнувшись, черноволосая девушка протянула мне белый шарф с золотистой надписью “QUEEN”.

– Спасибо, – все, что я мог ответить в тот миг. Но, кажется девушка меня уже не слышала, потому что на сцене заиграла «Bohemian Rhapsody».

Полтора часа концерта пронеслись для меня всего за пару минут.

Когда заиграл гимн Великобритании, и Фредди Меркьюри вышел на сцену, облачившись в красную королевскую мантию и корону, я был готов поклясться, что он посмотрел прямо на меня.

Я был готов разрыдаться от обуревающих меня чувств, но уже в следующий миг я проснулся.

Учащенно дыша, я лежал в кровати своей спальни. С меня градом струился пот. Пижама промокла насквозь, сердце в груди бешено стучало.

За окном уже занимался рассвет.

Вы не можете себе представить, насколько разочарованным я был в тот миг. Как будто меня вырвали из самого счастливого момента жизни, не считая встречи с моей женой.

Но в ту же секунду я понимал, что это был один из самых счастливых снов в моей жизни.

Потихоньку придя в себя, я встал с постели, и только в тот момент заметил, что в руках я сжимал шарф.

Тот самый белый шарф с золотистой надписью «QUEEN».

***

С того загадочного и незабываемого вечера прошло уже два года. Но я до сих пор не знаю, что это было.

У меня было несколько шарфов с эмблемой группы, но белого с золотистой надписью – я никогда не покупал.

Я никому не рассказывал о произошедшем.

Да и зачем? Никто мне не поверит. Да ещё и сочтут сумасшедшим, ведь мои друзья и так знали, насколько я был одержим «QUEEN».

Два дня назад зайдя в минимаркет за чипсами, я встретил того самого старика, навестившего меня загадочным предрождественским вечером.

Он ничего мне не сказал. Лишь улыбнулся своей скромной добродушной улыбкой, и сдержанно кивнул.

Не знаю, кем он был, и как провернул подобный трюк. Быть может, это был просто самый реалистичный сон в моей жизни.

Но белый шарф с золотистой надписью «QUEEN» уже два года висит над портретом моей жены.