Фанфик! По фильму "Серебряные коньки" - "Партной"

-Здесь занято.

Раздраженно бросает граф Трубецкой, размешивая уже давно растворившийся сахар в чае.

-Что же это ваш спутник так долго задерживается?

Мурлычет парень, присаживаясь рядом.

В пустом заведении было прохладно. Свежий чай не согревал руки, поэтому полная кружка просто покоилась на столе в окружении рук мужчины.

-Я все равно не хочу, чтобы ты тут сидел.

Скрипя зубами и отводя взгляд, ему даже противно смотреть на парня было, проворчал Трубецкой сжимая хрупкий фарфор, того и гляди скоро лопнет.

-Да ладно вам, Аркадий Григорьевич, я пришел сюда, чтобы зарыть топор войны.

Алексей Тарасов, не снимая свою постоянную треуголку, развалился на соседнем стуле. Аркадий, как офицер, как граф уважаемой фамилии должен был немедленно схватить наглеца, связать и отправить в карцер. Руки так и чесались это сделать, но он не мог.

Прямых доказательств воровства этим молодым человеком или его шайкой не было, а кто он такой чтобы без весомой причины сажать людей за решетку.

Вот и сегодня, на очередном патруле мужчина увидел знакомую фигуру в толпе. Алекс не мог пройти такое событие стороной, но как бы пристально граф не наблюдал, никак не мог уловить момент изъятия чужой собственности из карманов столичных жителей.

-Топор войны? С чего бы это?

У Алекса щеки от мороза пакраснели, и эта маленькая деталь делает его таким живым, не таким искусственным и серым, как кукла.

-Мы все таки с вами по одну сторону. За Россию матушку воюем, зачем нам враждовать?

От такой наглости аж дыхание спирает. По одну сторону? Да что этот нелепый мальчишка о себе возомнил?

-Ну что ж, раз теперь мы с вами друзья.

Противно улыбаясь Алекс резко потодвигается ближе, видя зарождающееся раздражение офицера.

-Всегда хотел поинтересоваться.

Тонкая кисть ложится на плечо. Странно, но это движение, этот Алекс, это напряжение не дает ни сдвинуться ни вздохнуть.

-Кто шьет вам камзол?

Ниже, проводит по вышитому орнамента, пуговицам, замирает на середине груди.

-Как зовут мастера?

Лишь кончиками пальцев, по застежкам к краю пояса. Слишком близко к... К позору офицера, он перестал дышать, тугой узел затягивается в животе и тяжким грузом пробивает к стулу. Перед глазами лишь серые, холодные глаза, как зима Санкт Петербурга

-Что ты?

Еле слышно выдыхает Трубецкой, сам себе удивляюсь, такой реакции на простое любопытство. Конечно любопытство, а ради чего же ещё этому паршивцу так его доставать?

-Ну что ж! Раз вы не помните!

Исчезает Алекс так же быстро, как и появился, оставив Трубецкого наедине с неповоротливыми мыслями и онемевшим телом.

Следующий раз они встречаются на ярмарке. Яркое солнце ослепляло, поэтому пришлось скрыться в тени одного из дальних мостов. Видно отсюда было почти все, а вот самого графа заметить было тяжело.

-Я еле вас нашел!

Аркадию хочется выть от таких подлянок судьбы. Он не поворачивается, лишь слегка вздрагивает, когда спины касаются чужие руки.

-Так вы вспомнили имя мастера?

Под легкий шум коньков Алекс предстает перед Аркадием во всей своей красе. Розовые щеки и нос, постоянная дурацкая шапка.

-Опять пришел поживиться?

Старается не смотреть на паренька, поверх, на ярмарку и покупателей.

-Обещаю, что сегодня, ничего не пропадет.

Граф вздрагивает, когда холодные руки касаются шеи. Он хватает Тарасова, но по какой-то глупой причине не отводит, лишь придерживает, контролирует.

С секундной заминкой, Алекс двигается дальше, нарочно задевая чувствительные места. От разницы температур бросает в дрожь.

-Еще чуть чуть.

Парень наклоняется ближе и шепчет совсем близко. Аркадий лишь за запястье держится, как за спасительный круг. Да что этот мальчишка себе позволяет?

-Рубецкой!

Отстраняется с гадкой ухмылкой на лице.

-Я узнал как зовут вашего портного. До свидания, граф.

Трубецкой погоны готов поставить, что прозвучало это с издевкой, насмешкой и вызовом. Поправляет воротник, коснувшись пальцами пришитой подписи портного.

-Какого дьявола ты здесь делаешь?

На бал к самому императору не возможно попасть просто так. Сам Трубецкой выведывал это приглашение пол года, каким образом Алексей Тарасов смог здесь оказаться.

-Обижаете. Моя мама, между прочим, великих кровей.

Граф не выдерживает. Хитрого, надменного взгляда, легкого касания по плечу. Хватает парня за руку и ведет в один из удаленных коридоров.

-Что тебе от меня надо!?

Припечатывает карманника к стене, игнорируя болезненное шипение.

-Что же так грубо! А еще сливки обще...

Рядом с головой прилетает кулак, от стены отлетает небольшой кусок штукатурки.

-Хватит придуривается!

-Чтож, я просто хотел вас поблагодарить.

Такое дезориентирует, но граф не отходит и руку саднящую от стены не убирает, запечатав так Алекса на одном месте.

-За портного.

И вновь улыбается, будто что-то смешное произошло. Только вот трубецкому не весело.

-Подшил свое пальто, а то уже совсем износилось. Не то что ваше.

Легкими движениями пальцев, Тарасов пробегается по груди мужчины, касаясь совсем новой ткани.

-Да чтоб тебя!

Аркадия достали эти игры, он не маленький мальчик, не дама, с которую можно вот так легко засмущать.

Одним рывком, он прижимает карманника к себе.

Губы в губы, без возможности сопротивлялся. Да и Тарасов не собирается, сам подается на встречу, борются за первенство пытается, нот лишь капитулирует, позволяя себя направлять.

-Портной значит?

Между вздохами интересуется Трубецкой.

-Самый лучший.

Улыбается Алекс и тянется за новым поцелуем.