Фанфики к циклу "Грозовая Охота"

От гладкой нежности гранита
Парит тепло.
Опять Последняя убита
Не повезло.

И не спасла от пораженья
Родная кровь.
Не те слова, не те решенья
Всё вновь и вновь.

Залитый кровью стонет Север -
Не допусти!
Не хватит сил тебе, Великий,
Всех нас спасти…

Захвачен злобной сворой Тварей,
Пылает Керн.
Нет больше горцев и алари -
Повсюду тлен.

Живой не выйти из могилы -
Кругом стена.
Но снова десять станут Силой -
Придёт одна.

Сир Кастус Блау, Глава Клана и Владения Блау, с неудовольствием смотрел на свой стол. Стол был прекрасен, изящная работа резчиков по дереву из Хаганата, но его портили разбросанные в некотором подобии порядка сшитые листы бумаги, завязанные шёлковыми шнурками пергаменты, и пирамидки разного цвета и размера. Каждая из них, казалось, кричала: «Прочти меня! Просмотри меня!» Сир Блау устал. В представлении сира Кастуса поместье Блау должно быть подобно магическим саням: дотронулся до артефакта – послушно прибавили скорости, повернул руль – послушно вошли в поворот. Но в реальности оно было похоже на необъезженного архарца-малолетку: захочет – несётся бешенным аллюром, не захочет – стоит и жрёт рыбу, и плевать ему на всех сиров в Пределе…

С одной стороны, ничего необычного в поместье не происходило. С другой… Горцы мутили воду, надеясь поймать в мутной воде золотую рыбку. Аларийцы под прикрытием Клятвы пытались провернуть свои хитрые делишки. Даже крестьяне, обычно вполне довольные жизнью в Блау, замерли в ожидании чего-то неизведанного. В добавок – шахта с кристаллами, и неожиданно вылезшая из могилы тень Республики, и внезапно усилившийся интерес Имперской Безопасности… И дети.

После скандала, который устроила Аурелия малышке Вайю, Кастус никогда не произносил этого слова вслух. Даже после того, как Аурелии не стало. Но разве это что-то меняет… Данд, Аксель, Вайю – это его дети, которые постоянно добавляют сиру Главе головной боли. Данд – хороший парень, который создаёт проблемы одним лишь своим существованием. Аксель, будущий Наследник, унаследовал порывистость и бесшабашность отца, но ни в коей мере – его стратегическое мышление. Кастус пытался представить Акселя на своём месте, перед вот этим самым заваленным бумагами столом – сразу хотелось закрыть глаза и завыть псакой. Вайю…

В данный момент Вайю беспокоила Кастуса больше всего.Пигалица умудрилась свалиться в какую-то дыру к скорпиксам, еле выжила. Всё-таки выздоровела - и тут же попыталась прибить своих домочадцев (с её третьим Кругом, ага), приняв их за чью-то Иллюзию. И, наконец, распрощалась с сиром «круче, чем Лирнейские» Квинтом, причём выразила это такими словами, что Кастусу пришлось намекать обиженным сирам на «последствия болезни», пряча ухмылку в усы. А потом – всё, как отрезало. Вайю превратилась в бледную тень самой себя – шарахалась от людей, скрываясь то в Алтарном Зале, то в конюшне, общалась только со своей ненаглядной толстозадой аларийкой. Советы Наставника ей не помогали. Ничего, похоже, не помогало. Это беспокоило обычно невозмутимого сира Кастуса Блау, пытающегося разобраться, что происходит…

Кастус как раз подумывал бросить на время опостылевшие бумаги и попробовать поговорить с Вайю, когда в дверь кабинета постучали знакомым стуком – два слабых удара, потом один сильный. Ну, на ловца и Тварь бежит - сейчас он получит ответы на свои вопросы: «Заходи, Вайю». Вайю зашла в кабинет, подошла к Кастусу. Её глаза… С таким взглядом или вызывают на Поединок, или прыгают с крыши без защитных чар. «Дядя, я – Избранная», - сказала Вайю. Лицо её искривилось, словно она хотела или зарыдать, или по-плебейски плюнуть на пол. Но Вайю не сделала ни того, ни другого. Она начала рассказывать – выделяя важное и отбрасывая второстепенное, как её учил Наставник.

Сир Кастус слушал и старался поверить. Смерть Императора, война Наследников, отделение Севера, многолетнее противостояние с метрополией, горцы, мирийцы, аларийцы, серые… Псаков запутанный клубок! И – смерти, смерти, смерти. Смерть Акселя на площади, смерть всех Хэссау, смерть Вайю под пытками… Его собственная бессмысленная смерть в подземельях Левенсбрау. Нет, такого просто не может быть! Кажется, последнюю фразу Кастус произнёс вслух. Вайю слабо улыбнулась: «Меня для того и вернули, дядя, чтобы этого не произошло».

Вайю продолжала рассказывать – уже не про события в будущем, а про само будущее. Про новое оружие и защиту от него, про легионы и госпиталя, про придуманные магами плетения и сконструированные мастерами артефакты… «Мне ничего не позволили принести оттуда. Но кое-что я могу показать. Чтобы тебе было легче поверить…» И Вайю швырнула плетение. Его должны были отразить кольца, но не отразили. Потому что это было не боевое, а диагностическое плетение!

Кастус смотрел на сменяющиеся колонки цифр, выползающие иероглифы таблиц и объёмную проекцию организма, в которой красными маячками указывались повреждённые зоны. Глава клана следил за своим здоровьем, но какая-то информация была для него внове. А кое-что он и вовсе не стал бы показывать другим, даже своей семье. Но дело не в том. Такое плетение требовало максимум второго Круга – даже «грязным» хватило бы сил на него. Сил бы хватило, но не умения – Глава при своём официальном восьмом Круге не мог не только повторить, но и сходу разобраться в комплексном, предельно сложном плетении. А его практически без подготовки бросила четырнадцатилетняя школьница!

«Дядя, теперь ты мне веришь? – девчонка смотрит в глаза, и нельзя отвести взгляд, - если хочешь, я могу повторить свой рассказ у Алтаря». Вот и момент истины, Кастус: прими правильное решение и дай ей свой ответ. Впрочем, на самом деле выбора нет: Блау всегда хранят Блау. «Я верю тебе, Вайю. И постараюсь сделать всё возможное, чтобы изменить будущее к лучшему – спасти нашу семью, наш клан. А заодно и весь Север, - усмехнулся Кастус, - ведь мы Блау, мы можем и не такое».

Из Вайю как будто вытащили стержень – она рывком пробежала эти несколько шагов, уткнулась ему в камзол: «Спасибо!» И всё-таки зарыдала. Кастус гладил дочку по голове, давая ей возможность выплакаться, разделить тяжёлую ношу с близким человеком. А сам думал о будущем. Тренированный разум Мастера-Артефактора уже выискивал возможности, которое открывает перед ними рассказ Вайю. И доходы, которое оно может принести клану. Новые плетения, невиданные артефакты, никому не известные методики и технологии. Если эти знания правильно использовать, то можно получить не меньше прибыли, чем от той самой шахты с кристаллами. Можно рассмотреть союз с Тирами: богатство Тиров и идеи Блау – ничто на Севере не устоит против такой силы. Хейли будут уничтожены, Фейу и Асти потеряют своё влияние, что уж говорить о всяких Му и Бартушах. Наконец-то Блау займут подобающее им место, перестанут быть кланом Заклинателей, которых терпят только по необходимости. А уж если разыграть имперскую карту – подыграть одному Наследнику против другого в обмен на частичную независимость Севера... Да, опасно, но зато каков выигрыш!

***

В большом зале глубоко под землёй по гранитному камню забегали огоньки. Вспышки складывались в прерывистые линии, словно кто-то хотел использовать свет, чтобы… Предупредить ?.. Предостеречь ?.. Исправить ошибку ?.. Но в Алтарном зале никого не было. Никто не видел огней, никто не услышал печального вздоха, почти стона, раздавшегося в зале. Огоньки погасли, камень снова был таким, как и несколько мгновений назад. Только его поверхность больше не грела, стала холодной, как снег.

***

Поздней ночью сир Кастус Блау продолжал разрабатывать хитрый план. Кажется, всё учтено, только… Как быть с Вайю? Раскрыться полностью, сделать её своим соратником? Привлечь к исполнению мелких поручений, не раскрывая стратегических целей? Держать в неведении до самой победы? «Бедная девочка исстрадалась, - думал Кастус, - легко ли ей пережить свою собственную смерть. Наверное, лучше не напоминать ей о несостоявшемся будущем, которое уже никогда не случится. Пусть проживёт свою вторую жизнь счастливо: закончит школу, выучится на лекаря в Академии, выйдет замуж». Кастус помнил о недавно вернувшемся из Столицы Наследнике Тиров: «Раз Квинт ей больше не интересен, то возможны другие варианты. Особенно если можно скрепить будущий союз Блау и Тиров». Сир Блау злорадно усмехнулся: «Зря уважаемые сиры Хейли били вазы - у меня уже есть план на жениха».

Арт от Censura Morum