Феодал. Том 5

Неудивительно, почему Нобу с такой лёгкостью «щёлкал» других фехтовальщиков своего ранга. Он давно его перерос. Требовался какой-то внешний импульс — убийство некроманта почти в одиночку и спровоцировало скрытый талант активироваться.

— Ну что там? — спросил снизу заскучавший Склодский.

— Всё в порядке, мы спускаемся, — ответил я ему.

— А что с Азом?

— Нету его больше.

— Как нет? Погоди, ты хочешь сказать, что наш Нобу… Да ты чокнутый малый, — Леонид похлопал по спине сбежавшего по стене японца и скрестил руки на груди. — Эх, жалко моя магия на этих уродцев не действует. Ты обязательно должен всё рассказать в подробностях, слышишь? С меня бутылочка отборного…

— Не расслабляйся, — прервал я его. — Нам ещё зачищать город.

— В общем, мы договорились, — подмигнул Склодский и посадил на плечо Нобуёси зелёную пчёлку-элементаля, она усилила эффект стяженя и лицо воителя немного разгладилось от мрачных морщин.

Японец посмотрел вблизи на мохнатого жужжащего врачевателя, потом на Склодского и легонько кивнул.

— Хорошо.

— Вот и славно, — сразу повеселел Леонид и достал с пояса ракетницу. — Раз уж справились, пусть остальные видят.

— Запускай, — согласился я, разведчикам не помешает знать, что мы победили, а заодно сюда возьмёт курс подмога на вивернах, всё же с воздуха удобней колдовать.

Как только зелёный фейерверк взорвался в небе, сразу раздались победные возгласы с другого конца городка. Лёлик и второй глипт доставили нас к людям Абросимова. Издалека я поймал тревожный и сосредоточенный взгляд Юры и кивнул ему так, что он понял: это всё правда. Лицо ротмистра озарила хищная улыбка.

— Не расслабляться! Влад, возьми свой десяток и займись южными вратами. Внимание всем! Очистите каждый дом, загляните в каждый подвал. Здесь не должно остаться в живых ни одной твари! Всë ценное сносим на площадь.

Несмотря на строгий тон графа, остальные всё поняли. Работа пошла веселей. Через какое-то время прибыл и летучий отряд, началась уже откровенная бойня. Сверху на город летели заклинания, выкашивались целые улицы — наездник на виверне снижался и проходился магией по своему сектору, потом разворачивался и повторял процедуру и так помножьте на двадцать.

За эту экспедицию не только Нобуёси поднялся как воин, я подошёл к Потапу и пожал ему руку.

— Поздравляю.

Тот посмотрел на меня с подозрением, а потом и на остальных наших ребят, собравшихся отдохнуть в одной компании.

— Это какая-то шутка? С чем ты меня поздравляешь? И что вы так смотрите? Ну давайте, ругайте дурака, опять вам всё испортил…

— Да не ной ты, лысый, — Мефодий опустил ему руку на плечо, сграбастал и потёр костяшками по голове. — Наудачу, а-ха-ха! — разразился он громогласным смехом, когда Новиков каким-то чудом, пыхтя, смог выбраться.

— Это уже ни в какие ворота! Я не позволю так с собой обращаться, — его дрожащий голос прибавил в громкости.

— Я только хотел сказать, что ты стал магом, поздравляю. Теперь ты можешь колдовать и без неё, — показал я на перчатку-линзу на руке Потапа.

— Как магом? Ты серьёзно?

— За кого ты барона держишь, а? Раз сказал маг, значит, маг — ему виднее, — грубовато вставил Мефодий.

Для человека, пережившего недавно столь ужасные ранения, он был подозрительно бодр. Я присмотрелся внимательней и всë же заметил в его глазах тень пережитого, которую не скроешь никаким бравурством.

— И то, правда, — добавил я.

Толмач снял артефакт с ладони и присел к земле. Простенькое заклинание, прорастившее травинку, подтвердило мои слова, и Потап взволнованно поднял к нам голову.

— Сработало! Сработало! — повторил он, вскакивая на ноги.

— Поздравляю, нелегальный адепт, ха! — Мефодий в этот раз без всяких фокусов и кривляний уважительно протянул ему руку, и Новиков её пожал, также поступили и остальные.

Потап Харитонович Новиков

Отвага (37/100)

Амбиции (63/100)

Мечник (D), Вор (D)

Следопыт (B), Боевой маг (E)+Новая профессия!

Преданность к «В. Д. Черноярскому» (35/100)

Трудолюбие (12/100) -1

Счастье (44/100) -5

Достигнуто ¾ предельного уровня развития.

Скрытые таланты — «Звериный толмач» (особая связь с живым миром)

Маг растений после таких известий и признания стал как-то собранней, что ли, приосанился. Всё это время тиран Гио шпынял его, заставлял полностью тратить магическую энергию каждый день, заваливал домашними заданиями и наказывал за любой прокол в знаниях или умениях. Это была настоящая пытка для того, кто привык к сладкому вкусу свободы. Ежедневные упражнения, заучивание теории наизусть и колдовство до изнеможения окупились.

Он взял всего лишь первую ступеньку, но сколько гордости было в его глазах. Тут не столь важен масштаб успеха, как осознание, что он способен на изменения, что он может!

Выгнавший его взашей дядя надолго зародил сомнения в собственных силах. Потап был бесполезен как мечник, физически слаб и в какой-то мере даже глуп. Да, барон откопал в нём дар общения с живыми существами, но это досталось без усилий, как некий подарок судьбы.

Тень дяди повсюду за ним следовала и нашёптывала всякие гадости, но сейчас…

Сейчас даже самый едкий и уверенный в своей правоте голос не сможет сбить его с толку. Успех заложил фундамент. Потап, улыбаясь, сжимал и разжимал кулак, держа в другой руке перчатку-линзу, и чувствовал разливающееся по груди странное чувство, как будто в нём что-то расплавленное формировалось в единый прямой стержень и скоро должно было остыть.

— Не будешь отлынивать, сможешь официально стать боевым магом, — заверил я его.

— Разве это возможно? Я ведь только-только до уровня слабенького адепта дотянул, а там ещё посещать академию надо…

— Не надо, — перебил я его. — Я подам ходатайство. Если сдашь все экзамены, тебе выдадут документ и без посещений.

— Правда? — неверяще посмотрел он на меня.

— Ну конечно. Думаешь, в дружинах аристократов ждут по пять лет, пока их маги выпустятся из академий? Как же. Они на практике всё постигают, потом готовятся и сдают экзамены. Если так всех распускать, некому воевать будет, это только богатенькие детки могут себе позволить, не спеша входить в курс дела, а таким, как ты одна дорога — на поля сражений, а вечером за учебники.

— Слышал барона? Смотри, не посрами нас, за тебя десять тысяч готовы выложить, — протянул Склодский, со скрещенными на груди руками наблюдая, как разведчики сносят на площадь трофеи.

— В смысле десять тысяч, ты о чём?

— Одна попытка стоит десять тысяч, дурында, а ты думал это бесплатно? Держи карман шире!

Новиков выпучил глаза и потом сглотнул.

— А может, ну его?

— Ты чего, лысый, коленки задрожали? Сопли подобрал, сдашь всё как миленький, — «успокоил» его Мефодий, всем своим видом намекая, что не стоит даже думать о провале.

— Справишься. Гио — отличный учитель, попрошу его углубленно с тобой поработать.

— А-а-а-а, так-то было не углублено? — я заметил в его глазах странный блеск едва зарождавшихся слёз.

Мы заржали в унисон. На толмача без сожалений нельзя было смотреть. После короткого просветления он снова стал тем, кем всегда был: капризным ленивцем, которого всё надо заставлять делать.

«Главное, что справляется», — подметил я про себя. — «Ноет, но шагает вперёд».

Пока ребята подшучивали над Потапом, я подведëл краткий итог всего случившегося. В экспедиции мы потеряли 29 глипт из 100. Треть лучших из лучших на данный момент.

К бабке не ходи, умерло бы ещё больше без тренировок. Пока что магзвери научились выполнять простейшие команды, будучи в одной группе. Их личные боевые качества тоже улучшились, но пока что рановато говорить об их готовности воевать с теми же людьми. Маги от глипт и мокрого места не оставят.

«Но это поправимо, они быстро учатся».

Полученный боевой опыт передастся следующим поколениям, но тренировок это всё равно не заменит. Каждый магзверь индивидуален и требует времени на укрепление мышц, связок, рефлексов и прочих важных штук. Это выглядит, как если бы мы пересаживали сознание воина в новое тело — хоть он и знает многое, но сопричастность с физической оболочкой слабая.

Благодаря самоотверженности камнекожих разведчики потеряли всего двух человек. Раненых вышло десять, из них тяжёлых — двое. Всех поставил на ноги Склодский.

Из стащенных в общую кучу ценных находок особо выделялся плащ-хамелеон, артефакт IV поколения. Прохладная на ощупь ткань меняла свой оттенок в зависимости от окружения. Как только застёжка в виде чёрной жемчужины прикусывала край, владелец мгновенно «исчезал» из поля зрения. Признаться, меня жаба задушила такое отдавать императору, но что поделать — долг есть долг.

Артефакт-розочка, которую себе повесил Склодский, переводила иностранную речь. Обнаружилось это совершенно случайно, когда в компании разведчиков кто-то вставил пару французских фраз. Симбионт мгновенно их перевёл в голове Леонида. Уникальность трофея заключалась в малом расходе магической энергии, можно было носить украшение круглосуточно. Отлично подойдёт какому-нибудь послу или царедворцу.

«Оно бы и мне пригодилось», — облизываясь, подумал я.

То есть моим людям. Сам-то я имел приличный лингвистический багаж. Слава Аластору, что занимался со мной в детстве.

Последним впечатляющим экспонатом оказалась механическая птица размером с ладонь. По словам сержанта Влада, управление ею «съедало» сразу чуть ли не пятую часть запасов мага. Зато можно с огромной высоты окинуть взором округу и оценить обстановку. Симбионт давал «глаза» в небе.

Были и другие артефакты, но эти самые полезные, как по мне. Свыше пятнадцати IV поколения и двадцать семь III-его. Богатый улов. Бо́льшую часть мы получили в захваченном городе. Юра обмолвился, что его восстановят и укрепят как новый форпост.

— Переселим сюда передовой гарнизон, да и для витязей отличный перевалочный пункт, — по-хозяйски расписал граф.

Маги-земельники вместе с глиптами закрывали сейчас проходы, чтобы мертвецы случайно не забредали. Получалась идеальная синергия: одни подтаскивают тяжёлые, каменные блоки, другие соединяют их раствором. Ничего лишнего, только быстрота, качество и эффективность.

— Значит, в расчёте? — спросил я Абросимова, когда четыре виверны подхватили груз и полетели в колонию.

— В расчёте, только… — он с туманной задумчивостью в глазах посмотрел на меня, — только есть пара моментов, которые я хотел бы прояснить…

— Погоди, Юр, — вставил я, догадываясь, что речь пойдëт об Остроградском. — Некромантов мы убили?

— Да, но…

— А сверху ты ещё и город оттяпал, верно?

Теперь в нём считывалось некоторое разочарование.

— Хочешь за это отдельную плату? Можешь выбрать из артефактов, скажу ребятам держать язык за зубами, — подобным жестом он рисковал своей карьерой.

Императорский дворец не потерпит разбазаривания законной добычи экспедиционного корпуса.

— Заманчиво, но я не про то. Давай поступим следующим образом: у меня могут быть свои секреты, об одном из них я не желаю сейчас говорить. Ты понял о чём я. Пусть это и будет дополнительной платой.

Юра потопал носком ботинка по земле и задумался.

— Я уважаю твоё право на молчание, но… Это серьёзные вещи, и ты сказал «сейчас» не можешь говорить. Я правильно понял, что в будущем ты готов всё раскрыть?

— Да, — кивнул я, — когда придёт время, ты всё узнаешь.

Абросимов поморщился, ему не нравилась сложившаяся ситуация, однако я не мог ему напрямую сообщить об измене графа Остроградского — это подставит под удар и меня. Появится много лишних вопросов. Нужно, чтобы ротмистр сам проводил расследование.

— Хорошо, — устало сказал он, — никаких претензий. И позволь поблагодарить тебя от лица империи: спасибо за службу, — он протянул мне руку и, пожимая, добавил, — и от себя лично: спасибо за жизни моих ребят. Трое убитых некромантов и мы почти никого не потеряли, потрясающий результат.

— Да, неплохо вышло, — ответил я, наблюдая парочку свеженьких золотистых надписей, всплывших перед глазами.

Параметр дипломатия +5, повысился до (45/100)

Параметр командная работа +3, повысился до (19/100)

Мы значительно расширили зону контроля колонии «Чёрный-4», и теперь у РГО и разведчиков впереди кропотливая работа по закреплению на захваченных участках. Трудиться предстояло много, так что в ближайшее время меня точно не дёрнут в экспедицию.

В следующие два дня мы помогали расчищать округу города, выгоняя мертвецов подальше. На меня легла обязанность по полному их уничтожению, потому что ничего лучше меча Аластора не справлялось с этой задачей. Пришлось согласиться на небольшую задержку.

После прибытия пятисот человек подкрепления, состоящего из витязей и разведчиков, мы своим отрядом снялись со стоянки и, попрощавшись со всеми, отправились домой.

По пути мы встречали отдельные сборища витязей из других стран: были среди них и азиаты как Нобу, и чернокожие, и квадратнолицые немцы, европейцы, самодовольные американцы, зачем-то носившие здесь широкополые ковбойские шляпы, и многие другие народы.

Наша победа расширила область их охоты, но надо понимать, что новые «угодья» таили в себе опасность наткнуться на других некромантов. Если до этого было понятно: туда не ходи — убьёт, то сейчас границы будут прощупываться методом «тыка».

Каждый боялся за свою жизнь, а кто не боялся — дешёвый притворщик. Оттого и столько бурлений — в толпе профессиональных убийц шанс вернуться выше. А двигала ими старая добрая жадность — слухи о богатой добыче быстро распространились. Теперь все бредили артефактами IV поколения, за которые империя готова была отвалить солидный куш.

Когда мы прошли через врата в свой мир, Потап, Склодский и Нобу оторвались вперёд вместе с глиптами, показывая документы боевым магам храма. Из подземелья нас выпускали только с досмотром, чтобы ничего лишнего не протащили. Я так подозревал это маленькая месть от Остроградского. Пока мой лекарь ругался с этими бюрократами, мы с Мефодием отошли в сторону.

— Хотел попросить у тебя прощения, — начал я, наблюдая за сценой ругани за плечами здоровяка.

— За что? — искренне потупился берсерк, его грубые, вытесанные на коже черты лица всегда были открытой книгой.

— Когда Аз, то есть Раэль, боролся с твоей некромантской хворью, у меня был выбор убить её или ту мясную дрянь. Я мог вылечить тебя, ты бы сейчас был абсолютно здоровым, смог бы жить бок о бок со своей семьёй, но я отнял у тебя эту возможность.

— Понятно, — просто сказал Куликов.

— Я подумал, что ты должен это знать — я плохой человек. Я использую людей и заставляю их делать то, что мне нужно. Сила твоей татуировки, твоё практически бессмертие — это оружие, без которого мои планы сойдут на нет. Я специально это сделал.

Мефодий нахмурился, но ничего не сказал.

— Поэтому я прошу у тебя прощения. Я обещал вылечить твой недуг и сдержу слово, но не сейчас. Твоё безумие слишком ценно, чтобы им разбрасываться. Вот такая я дрянь. Вперёд можешь высказать всё, что обо мне думаешь, и даже уйти. Считаю справедливым сказать тебе всё прямо.

Берсерк поднял грозно подбородок вверх и положил свои тяжеленные широкие ладони мне на плечи. Я еле сдержался, чтобы не пошатнуться. Нобу в этот момент инстинктивно оторвался от созерцания орущего Склодского, и внимательно на нас посмотрел.

— ПХА-ХА-ХА-ХА! — оглушительный смех раскатился по подземной комнате с вратами, заставив всех недовольно обернуться, в то время как японец, наоборот, отвëл взгляд.

— Потише там, горилла, это тебе не базар! — раздражённо прикрикнул на него главный храмовник, и все вспомнили о своих делах.

Берсерк вытер подступившую от смеха слезу и пробасил.

— Смешной ты, Владимир. Может, ты и считаешь себя умником, да только одного так и не понял — мы тебе не враги.

— Что ты имеешь в виду?

— А то и имею. Не надо оправдывать каждый свой шаг. Мы давно не чужие люди. Если ты посчитал нужным, что не время лечить, значит, не время. Вот и всё.

— Так просто?

— Да. Так просто. Ты мой друг, и Нобу тоже так считает, и Потап, и Гио, да все наши, даже вон тот патлатый важный индюк, — он показал за спину больши́м пальцем на Склодского. — Как я могу уйти от тебя, когда ты дал мне всё? Я с ребёнком и женой вижусь в пять раз чаще, чем раньше, а эта штука, — он показал на артефакторный браслет на щиколотке. — Залог, что они не пострадают. Для того чтобы быть друзьями не нужны условия, понял? — в первый раз я слышал в его голосе такой поучительный тон, как если бы медведь надел очки и, взяв указку, строго провёл ей по грифельной доске.

На секунду я вернулся в шкуру того самого мальчика в деревне, что искал признания окружающих, пытаясь логически осмыслить их неприятие и отстранённость. Как будто можно обменять их уважение и любовь на что-то конкретное, как будто для этого нужно постоянно подносить «дары» в вечно голодные рты. Ты мне, я тебе и по-другому никак.

— Понял, — ответил я, ощущая, как внутри ослабло вечно натянутое напряжение, стало вдруг легче дышать.

— Вот и славно, что-то я проголодался. Сейчас бы харчеваться у Лукичны, от треклятой солонины кишки пучит.

— Идём, они почти закончили, — сказал я. — Ах да, вот что ещё хотел спросить: я слышал, что после смерти некроманта все его татуировки прекращают своё действие. Ты говорил, мол, разведчики твоего прихлопнули. Однако проклятие почему-то не спало, оно только ослабляется со временем. Может, подробностей каких подкинешь?

— Подробности, хмм, — мрачно буркнул Мефодий. — Нет, всё, что помню, то и рассказал.

— Хоть что-то, любая деталь сгодится.

— Ну вот убили они, значит, урода этого, я сам всё видел — на куски разорвали и сожгли, хотя… — призадумался здоровяк и остановился.

— Что такое?

— Да не, не имеет значения. Сдох он и поделом.

— Мефодий, — строго произнёс я.

— Да что? Слышал я позже, что голову не нашли. Сержант сказал, разорвало её на куски, да и храмовники подтвердили смерть. Уж, они-то разбираются.

— Выходит, голова бесследно пропала?

— Да размазали её, там столько заклинаний разом полетело, чуть не ослеп. Три сотни разведчиков — это тебе не шутки.

— Понял тебя, спасибо, — кивнул я.

Хоть какая-то зацепка. Пока что татуировка берсерка — единственная в своём роде. Мы не встречали столь же сильных носителей, как Мефодий. Обычно они уступали ему как в мощи, так и в скорости. Да и умирали без проблем, в отличие от той живучей твари, что жила в нём.

«Что же он с тобой сделал?» — подумал я, поглядывая в спину здоровяку, когда нас всё-таки пропустили наверх.

Известие о прибытии дружины Черноярского облетело весь первый этаж. Стоило войти, как всех встретил шквал рукоплесканий. Бородатые суровые воители хлопали здоровенными ручищами, глядя на нас. В толпе я заметил знакомого одноглазого витязя, тот одобрительно кивнул мне.

Прожжённые боевые маги тоже не остались в стороне и проявили уважение, лишь несколько лекарей изобразили символическое касание холёными ладошками, как если бы были высшими аристократами в обществе смердов.

Размещавший моё объявление мелкий адепт Мишка сиганул кому-то на шею и одобрительно показал большие пальцы. Воин сначала выругался, но скидывать мальчишку не стал. Его товарищи расхохотались с этого.

— Получишь ты у меня, пацан.

— Я тоже буду убивать некромантов, когда вырасту!

— Волосы-то отпусти, сопля, — прорычал витязь в шрамах, когда в порыве эмоций восьмилетний адепт схватился за них двумя маленькими, но цепкими ручками. — Всё, надоел, слезай.

Он спустил мальчонку на пол и собрался было выдать поучительную тираду, подкреплённую подзатыльником, но стоило отвлечься на секунду, как адепта и след простыл — проворно уполз на четвереньках через лес ног. Толпа собралась немалая.

— Вот почему ты денег не видишь, Марк, хлебалом вечно щёлкаешь.

— Да пошёл ты.

— Ах-ах-ах!

Боевая группа витязей, как и остальные собравшиеся были в отличном расположении духа. Когда убивали очередного некроманта — это становилось всеобщим достижением, ещё одним шагом человечества на пути покорения сложных чёрных миров. Все были в курсе, насколько сложно убивать этих непобедимых живучих монстров и бесконечно чтили память павших в этой борьбе. На сей раз умертвили сразу трёх — есть, чем гордиться, оттого и собрались посмотреть на виновника торжества.

Барон Черноярский. Вот уж от кого не ожидали. Звезда этого молодого аристократа так стремительно взлетела, что вдохновила многих юношей податься в витязи. В нынешнем году от новичков отбоя нет — польза оттого великая. Отряды принимали свежую кровь и крепли: больше добычи сдавали в храм, больше денег шло в казну города, больше налогов получал государь.

Удача любит смелых, за удачливым лидером хочется идти, хочется, чтобы он заметил тебя, похвалил, признал. В сиянии его силы черпается уверенность, она согревает как солнце — только не тяни руку вперёд, обожжёшься. Не спеши. Сражайся с собой и со всем внешним миром, ничего не бойся. Знай, есть в нашем мире кто-то, кого не пугают даже самые могущественные твари, кто-то, кто не дрогнул перед лицом смерти и повёл за собой людей. И этот кто-то на вашей стороне.

От автора

Из 50-летнего мужика в тело задохлика-графа, сосланного в глушь. Отличный шанс начать всё с начала: восстановить усадьбу, раскрыть свой дар и найти место в этом мире https://author.today/work/548490