Я снова слышал этот металлический скрежет.
Тихий, но, весьма отчетливый.
Словно кто-то вскрывает тупым ножом консервную банку.
Только я знал, что на самом деле вызывает этот жуткий звук.
Иногда, он переходит в тихий рокот.
Словно колючая проволока оживала, и ползала по темным коридорам, сплетаясь с другой такой же проволокой.
Этот звук напоминал мне жутких механических змей.
Только это были не змеи.
Намного тоньше, острее, и опаснее.
Эта проволока скатывалась в ком в конце коридора.
То затихала, то снова рокотала, словно бы предупреждая об опасности.
Она подчищала за собой следы преступлений, оставляя лишь липкие пятна.
Отсюда никто не решался бежать уже давно.
Последний раз, я видел того беглеца прямо в ее оковах.
Эти змеи с жутким скрежетом и рокотом перемалывали его на части, окрапляя все вокруг багряными каплями.
Не осталось даже того, что можно было бы схоронить.
Человека больше не было.
Не было и его личности.
Ничего.
Только брызги на стенах, которые снова придут стирать безликие люди в униформах.
Теперь, эти змеи снова скользили вдоль обшарпанного плинтуса, задевая двери нарочито, чтобы напоминать всякий раз о себе.
Я только закрывал глаза, и прятал лицо в ладонях, надеясь на то, что однажды я перестану слышать эти мерзкие звуки.
Они до сих пор заставляли все мое тело покрываться мурашками.
Но... Я снова слышал этот металлический скрежет. Тихий, но, весьма отчетливый.