Фраусарский штурм

Удар, дрожащие руки впиваются в лазган. Секунда, и сигнальный огонь валькирии загорается красным, свидетельствуя о том, что десантный борт подлетает к месту высадки. Ещё удар, и сидящий рядом брат тихо выругивается. ПКО мерзких ксеносов пытается достать их, но Он хранит своих верных слуг от несущейся со скоростью звука синей смерти. Райский мир... Предатели, мерзкие бесхребетные твари, что сдали свой мир Тау. Они поплатятся! Все они сдохнут у разорванных тел своих хозяев, все они будут молить о пощаде... Пощаде, которую они не получат. Ганс Шпеер стиснул под шлемом зубы, в предвкушении будущего штурма. Перед его глазами начала проноситься вся жизнь. Мать с отцом, что были простыми работягами на средних уровнях одного из ульев столицы системы Фраусар - Ноксилум Прайм. Детство, типичное для ребёнка выросшего в улье, и юношества. Именно будучи ещё подростком, Ганс узнал о «Чëрной Страже» благородного дома Флакс. Храбрые, отважные и почти не испытавющие страха наëмники, чья слава простирается далеко за пределы системы Фраусар. Именно тогда, парень решил как именно он будет служить бессмертному Богу Императору, и стал прикладывать поистине титанические усилия для того, что бы стать тем самым войном стражи, что будет с неистовой яростью карать врагов Императора, и своего нанимателя в частности. И свет Золотого Трона не оставил его старания без ответа, Шпеер стал бойцом «Чëрной Стражи», и даже попал в новосозданный 1-й Фраусарский полк Имперской Гвардии, который лично возглавил Рыцарь Эктор Кейдж «Флакс». Оторвавшись от воспоминаний, боец повернул голову в сторону другого борта Валькирии. Там, за этой тонкой перегородкой и листами пласталевой обшивки, летели другие борты, в одном из которых наверняка такой же пред боевой мандраж, испытывал и сам упомянутый рыцарь. Это их первый бой, они просто не могут проиграть... Снова удар, в этот раз Валькирию начало матать из стороны в сторону, а по еë обшивки застучали малые осколки шрапнели. И вот, по воксу раздаëтся голос командира его взвода, что немного наигранным басом велит им приготовиться к высадке. Тут же бойцы начинают в крайний раз проверять своë снаряжение, и состояние карапасной брони. Спустя ещё несколько десятков секунд, до ушей Ганса начинают доходить отдалëнные взрывы, чей шум по всей видимости уже не могут заглушить двигатели Валькирии. Мгновение, и рядового Шпеера вжимает в десантное кресло, после чего борт плюхается на поверхность этой прекрасной планеты. Секунда, и красная лампочка перестаëт гореть на какие-то миллисекунды, после чего тут же сменяется зелëной. Спустя ещё секунду, аппарель открывается с ужасным, металическим звуком, предоставив взору Ганса сине-зелёную траву. В тот же миг гвардейцы отточенными движениями принялись отстëгивать себя от десантных кресел, после чего в заранее определëнном порядке выскакивать из борта. Как только Ганс вступил на мокрую почву этого мира, звуковые сенсорны его шлема принялись тут же передовать хозяину все происходящие вокруг звуки. Вдалеке гремела канонада, а в небе виделись разрывы ПКО противника. Коротко оглядевшись вокруг себя, он понял что все вылетевшие с их корабля Валькирии, достигли место назначения. Он видел как в далеке приземлился непонятный и неведомый для него ранее шатл странной формы, в красной расцветеке и знаком Механикус на борту. Видел, как несколько идентичных тем, что привезли его полк Валькирий, сели на край поляны, и извергли из своих десантных отделений несколько десятков гвардейцев, что были одеты в странную зелëную форму с плащами, которые тут же куда-то побежали в лес. Видел он так-же и бравых кадианцев, что выгружали свой личный состав и технику из больших десантных шаттлов. Так продолжалось ещё несколько минут, в течение которых он стоя на колене и просматривал вверенный ему сектор. По истечению этого времени, по воксу поступила команда на начало движения в глубь леса. Пройдя первую сотню метров, Ганс разочарованно вздохнул. Где же враги? Где война? Они что, сбежали или прячутся как трусливые собаки?! Ответом на этот вопрос стал негромкий звук, который разнëсся по округе. Ганс повернул голову на его предположительный источник, и увидел как один из его сослуживцев валится на землю с огромной дырой на месте нашлемного визора. Спустя ещё мгновение, началась бойня... Выстрелы, крики и взрывы стали слышаться по всей деревни вокруг. Системы карапасной брони получая информацию с офицерских ауспексов, принялись выдовать информацию о местоположение противника, который был буквально повсюду. Ганс Шпеер заняв удобную позицию под корнями одного из деревьев, принялся выпускать смертоносные красные лучи в мерзких ксеносов, облики которых он даже не видел. На частоте то и дело проскакивал бас сера Рыцаря, что взывал убить каждую из синемордых тварей.

"Как будто мы сейчас занимаемся чем то другим..." - пронеслось в голове у Шпеера, который в тот момент менял очередную батарею лазгана.

Периферийным зрением он видел, как в бой начинают вступить всё новые и новые Имперские силы, что высаживались вместе с его полком. Вот, светофильтры его шлема в мгновение ока затемнили обзор, после того как один из скитариев, вроде бы так назывались эти шестерëнки, выстрелил из чего то многоствольного разом так, что находившиеся в двухсот метров от него кустарники, вспыхнули белым пламенем. А спустя несколько секунд, из этого пламени стали выбегать «люди»... Нет-нет-нет, не люди, а мерзкие предатели человечества облачëнные в чëрно-жëлтую флак броню с мерзкими метками ксеносов. Эти твари неистово орали, пока белый огонь прожигал их до костей. Шпеер мог бы выпустить короткую очередь из своего лазгана, прервать адские мучения предателей... Но он не стал этого делать, ведь Император обвиняет. Воодушевлëнный этой мыслью и с небольшой улыбкой на губах, он продолжил посылать лучи в те места, куда указывал ауспекс. Через несколько минут ураганного обстрела позиций противника, что были так наивны устроить глупую по своей задумке засаду, оставшиеся ксеносы сбежали, а их жалкие шавки сдохли настигнутые Его карой. Ганс Шпеер отточенным действием поставил лазган на предохранитель, и ответил на произведëнную его лейтенантом перекличку. Странно, но семеро из его взвода так и не ответили... Неужели они все погибли? Стараясь больше не думать над этим вопросом, гвардеец принялся ожидать дальнейшей команды, как вдруг увидел в десяти метрах от себя подрагивающий кустарник. Доложив об этом по воксу и получив от лейтенанта команду на проверку движения, Шпеер аккуратно двинулся вперëд. Дойдя до указанного места, он увидел своего сослуживца, что нервно перебирал руками и задыхался. Ганс тут же прокричал по воксу о ситуации, сам не замечая того, что его голос дрогнул. После он подскачил к раненому товарищу, которого уже опознал как Нарвиля Рера, и принялся оказывать ему первую медицинскую помощь. Правда, даже имея самые поверхностные знания в медицине он знал, что Нарвиль умрëт... Дыра, что в данный момент зияла на месте его левого лëгкого не оставит ему и шанса. Немного помедлив, Ганс снял сначала его, а затем и свой шлем, после чего посмотрел в лицо умирающего.

"Рер, всё хорошо... Ты хорошо сражался... Император, он... Он примет тебя." - начал говорить Шпеер всматриваясь в бледное лицо перед собой. Его голос окончательно потерял твëрдость, а внутри начинались проявляться рвотные позывы.

В этот момент подбежал их взводный медикай, и быстрым пинком ноги оттолкнул Ганса от раненого, после чего начал его осматривать. Упав на землю, Шпеер больше не сдерживался... Весь тот сытный и очень питательный обед, что был им нещадно употреблëн не за долго до высадки, в данный момент вылетал из желудка гвардейца как из шланга.

"Вот это и есть война?! Мы же ещё не дошли до этого фракофого космопорта?!" - метались в голове мысли у гвардейца, за которыми он почти не слышал как очень знакомый голос начал читать литанию принесения быстрой смерти.

Выстрел. Ганс Шпеер застыл как вкопанный, после чего быстро повернулся на источник шума, чтобы лицезреть ротного комиссара, выстрел болт пистолета которого оборвал жизнь уроженца Гелиокасты. Суровый и абсолютно железный взгляд человека в чëрной шинели, заставил гвардейца тут же подхватить оружие и встать по стойке смирно.

"На позицию гвардеец." - со сталью в голосе проговорил комиссар, после чего всунул в руку Гансу его шлем.

Не медля ни секунды, Шпеер бросился занять своё место в формации подразделения, ощущая как постепенно его перестаëт мутить. Да, он слышал рассказы от инструкторов на Ноксилум - Прайм, что вместе с рвотой уходит и страх. Видимо они не врали...

"Воздух! Огонь по этим фраковым тарелкам!" - прокричал по общему воксу Рыцарь Кейдж, после чего округу наполнили залпы имперского оружия.

Ганс Шпеер тоже стрелял, хоть его руки и не сразу перестали дрожать после увиденного. Правда, парящим в небе дронам Тау, что в своей бездушной машинной извращëнности, было всё равно на внутренние переживание людеи под ними. Они беспощадно осыпали имперцев потоками импульсных зарядов и ракет. Вот, один из «зелёный гвардейцев», как про себя окрестил уроженцев кажется Белентара, при попытке поменять позицию был буквально разорван залпами ксеносов. А вот, ракета выпущенная дроном поразила «Химеру» кадианского полка, чей экипаж тут же горящими факелами покатился по земле. Какафония криков и стонов, вперемешку с лазерным и стаберным огнëм заполняли всё пространство вокруг, заставляя автоматические беруши шлема Ганса постоянно быть активными. В какой-то момент, ему начило казаться то, что мерзкие жëлтые диски не заканчивались. Он уже сбил шесть таких, или нет... Резкая очередь импульсов врезавшихся в землю перед ним, заставили гвардейца упасть на спину. Удар, воздух вылетает из груди заставляя его одной рукой схватиться за грудь, что сейчас была закрыта нагрудником, по горизонту которого проходила глубокая оплавленная борозда от импульса. Ещё не успев понять насколько же близко смерть была к нему, фраусарец с наполненым болью криком выпустил оставшуюся батарею от лазгана в дрон ксеносов, что уже заходил на второй заход в машинной жажде убийства. Взрыв, почерневший от пламени диск свалился в метре от Ганса, заставив его спешно перекатиться в противоположную сторону, чтобы наконец услышать радостные крики начавшие радоваться со всех сторон. Это были крики гвардейцев, что наблюдали как последние дроны ксеносов валяться обажжëной грудой металла. Окрылëнный этой новостью, Шпеер даже перестал чувствовать боль в груди, которая впрочем вскоре дала о себе знать. Когда до него дошла очередь, всё тот же медикай осмотрел его, после чего сообщил о обширной гематоме на груди.

"Император защищает. Могло быть так..." - с небольшим смешком произнëс медикай, после чего указал на тело фраусарца, что в данный момент уносили двое его сослуживцев.

Первый же взгляд на труп дал понять Гансу, что тот был практически рассечён на пополам точной очередью дрона. Карапас броня, вот то единственное, что ещё скрепляло в едино две части.

"Император защищает..." - медленно проговорил Ганс, после чего сложил аквилу на груди.

Перегруппировавшись, Имперские силы двинулись дальше. По дороге им ещё встречались несколько засад, но фактора неожиданности у них уже не было, и поэтому продвижение гвардии не замедлялось. Значительно поредевший взвод Ганса Шпеера двигался практически в самом центре формации наступающей группировки. В перемешку с силами его полка двигалась кадианская техника, по бокам от которой шла пехота. Интересно... Ганс всё время думал, что у всех кадианцев фиолетовые глаза. Правда, у этих кадианцев они были совершенно обычные. Оторвавшись от своих мыслей, гвардеец услышал как сбоку от него капитан Алекс, что был заместителем рыцаря Флакса, что-то активно обсуждает с техножрецом, кажется каким-то «аквизитором». Расслышав от капитана слова, про «жену кадианку», на лице Шпеера появилась небольшая улыбка. Правда, скоро она сойдёт с его лица... Примерно через час, Имперские силы вышли на оптимальное для атаки растоянии к космопорту, что бы даже не вооружённым взглядом видить ту мерзость, что посмела на поселиться. То что раньше очевидно было ВПП, теперь огораживало жëлтое строение ксеносов, наверняка выполняющие роль стены. За этой стеной, возвышались несколько одиноких башен, чья форма была отвратительна в своей чуждости. А самое главное, всю территорию космопорта покрывал мерзкий аналог пустотного щита, что не давал силам Империума нанести по нему удар с орбиты. Хотя, Ганс Шпеер и не слишком много понимал в тактике, его знаний с лихвой хватило, чтобы понять дальнейшие их действия. 1-й Фраусарский не зря именовался штурмовой пехотой. Ох не зря...

"Интересно, о чëм же он так сильно спорит?" - спросил сам у себя Ганс, наблюдая как в нескольких десятках метров от него, рыцарь Кейдж активно машет руками в разные стороны, а офицеры других полков и комиссары лишь напряжëнно потирают переносицы.

Да-а, теперь он понял... Ползя на брюхе по мокрой от влаги земле, он понял какой план предложил великолепный бастард дома Флакс. Подобраться как можно ближе к противнику, после чего начать резкий штурм его позиций, с последующим подрывом стен, и обеспечение прохода внутрь техники. Фраковый план, но его никто не спрашивает... По бокам от него ползëт его взвод, впереди виднеется стена. Сколько ещё им удастся проползти, до тех пор пока их не заметят? Хах, ответ нашëл его очень быстро... Мгновение, и звуковой сигнал пронëсшийся за стенами базы, оповестил фраусарцев о том, что их заметили. Спустя ещё мгновение, рыцарь Эктор Флакс поднялся в полный рост, после чего по общему воксу раздался крик:

"За Императора и Дом Флакс! На штурм!"

Секунда, что кажется продлилась целую вечность, и на Тау обрушивается смерть в чëрно-серебристой броне. Ни дроны охраны, что взмыли в воздух спустя несколько секунд после включения тревоги, но обранительные турели, что дали залп импульсов по наступающим, не смогли остановить гвардию Императора, что в потоке праведной ярости ворвалась на немногочисленные укрепления ксеносов перед стеной. Началась резня....

"Да здохни ты мразь!" - прокричал Ганс, выпустив половину батареи в ксеноса в чëрно-жëлтом тяжëлом снаряжение, после чего ударил штыком тому в шею.

Пнув теперь уже точно мëртвого ксеноса ногой, Шпеер очистил рукой визор шлема напротив, после чего вышел из ДОТА Тау. На пороге перед ним лежал медикай, что яростно матерясь пытался затянуть жгутом левую руку... Вернее еë обрубок, ведь руки там давно уже не было. Быстро затащив раненого внутрь, Ганс помог тому наложить жгут, после чего ввëл медикаю морфин. Выбросив красный шприц из рук, гвардеец пошёл на выход.

"Император защищает... Ха-ха... Больно!" - стоная от боли шипел медикай, провожая взглядом Шпеера.

"Сейчас прибегут твои колеги, лежи пока... Император защищает." - проговорил Ганс, после чего улыбнулся под шлемом.

К этому времени, основная масса турелей противника была уничтожена, а оставшиеся без их прикрытия ксеносы за стеной умерли. Доложив о раненом по воксу и соединившись со своим взводом, от которого теперь правда осталось всего полтора отделения, Шпеер приготовился к дальнейшему прорыву. Его руки ещё раз провели по глубокой борозде на нагруднике, давая напоминания о том, что Владыка Человечества взирает на него. И поэтому, он должен убивать мерзких предателей и ксеносов. Он будет убить!

"За Императора!" - прокричал их ротный комиссар после того, как несколько направленных взрывов сложили участок стены ксеносов.

Но не пробежал комиссар и десяти метров, как залп импульсного дробовика оборвал его жизнь прямым выстрелом в голову. Кровь полилась. Ганс Шпеер высадил в ксеноса перед собой несколько точных зарядов в туловище, после чего успел отклонится от удара прикладом лазгана, что попытался нанести предатель. В этот момент неистовая ярость вспыхнула в душе гвардейца, ему захотелось размозжить голову мерзкому предателю. Но он не успел... Рëв цепного меча, что зазвучал где-то слева от него - опередил его. Удар, «гуэвеса» заходится в истошном крике падая на землю с кровоточащими обрубками место рук, после чего ревущая цепь врывается ему в грудь буквально выпотрашевое то, что когда-то раньше считалось человеком. Переведя взгляд на владельца меча, Ганс с трудом опознал в нëм своего командира - рыцаря Флакса. Вся его карапас броня была покрыта кровью, в перемешку с грязью и пылью.

"Что застыл боец?! Забыл как надо убивать врагов Его?! Врагов надо убивать вот так!" - прокричал рыцарь, после чего выхватил свой плазмо пистолет, и высадил несколько зарядов в окно одного из зданий, откуда по наступающим вëлся огонь.

Хоть Шпеер и не был точно уверен в том, что в этом огне хоть кто-то находился, сейчас ему было на это наплевать. Крикнув типичное «так точно сер рыцарь», Ганс побежал дальше.

Его взводу была поставлена задача штурмовать одно из направлений, что вело к «пустотному щиту» и фраусарцы усиленные кадианской техникой, неумолимо шли вперëд. Вот, при штурме очередной укреплëнной позиции противника, на ауспексах подразделения вспыхнули новые отметены. Странно, но это были живые сигнатуры которые приближались к ним. Интересно, всё таки у мерзких синекожих есть те, кто не боится сойтись в рукопашную. Это даже забавно...

"А-а-а-а... Круты!"

Последующие выкрики лейтенанта по воксу утонули в крови, что хлынула у него из-за рта. Мерзкий примитивный ксенос, что стремительно вынырнул из тени развалин, пронзил шею офицера подствольным когтем своей винтовки, после чего радостно загорлотал. Но радость ксеноса продлилась не долго... Шквал огня из лазерного и стаберного вооружения, разорвал на клочья Крутов, вынуждая оставшихся в страхе разбегаться. К тому времени, когда взвод Ганса продолжил движение к цели, у него оставалось лишь две полных батареи к своему лазгану, и взятый из мëртвых рук лейтенанта мельтоган.

"Может пригодиться..." - с улыбкой про себя отметил Ганс, даже не догадываясь о том, как он в тот момент был прав...

Взрыв, кадианская «Химера» вспыхивает алым пламенем, после чего начинает детонировать весь боекомплект перевозимый в ней. Удар, Шпеера откидывает ударной волной в ближайшую стену, заставляя на несколько мгновений потерять сознание... А мгновений ли? Открыв глаза и сжав зубы от мгновенно накотившей боли, гвардеец нащупал лежащий рядом мельтаган. Вокруг него творился настоящий ад... Взрывы, разряды импульсов и смерть со всех сторон. Только сейчас он заметил, что на пути продвижения его подразделения находился боескафандер Тау, что в данный момент с невероятной точностью и грацией маневрировал на узком участке, уничтожая имперцев одного за другим. Не до конца осознав ситуацию вокруг себя, и практически не разбирая слова, что в данный момент беспрерывной матной руганью текли по воксу, Шпеер пополз на четвереньках к одной из развалин, которая могла стать отличной огневой позицией для него, а могла стать и могилой... Но он отбросил эти пустые мысли, отбросил боль в груди, что выворачивало его при каждом движении, он отбросил саму жизнь. Только цель, только убить эту мерзость... Убить!

"Ещё... Немного... Фрак!" - с болью шипел Ганс, забираясь в руины какого-то Барака.

Доползя до намеченной позиции, Шпеер со стоном упал на живот, после чего начал наводить мельтаган на цель. БСК ксеносов тем же временем медленно отступало в сторону Шпеера, переодически уворачиваясь от связок крак гранат и растреливая тех, кто посмел их бросить. Взрыв, залп плазмагана прилетевший с неизвестной стороны, заставил машину ксеносов повернуться точно спиной к Гансу.

"Ха-ха... Император обвиняет..." - в ярости прошипел гвардеец, после чего нажал на спусковой крючок.

Сконцентрированный сгусток смерти вылетел из ствола, в мгновение ока достигнув спины мерзкой машины. Вспышка, за которой последовало падение БСК. Победа...

Очнулся Ганс Шпеер уже вечером, находясь в импровизированном хирургениуме. Рядом с ним лежали гвардейцы трëх полков, а в отделение штабелями были выложены тела. Сделав вдох, что тут же отдался болью в груди, он почувствовал что-то странное. Да, он смог разобрать запах медецинских препаратов, запах горящего прометия и древесины. Но было что-то ещё...

"Это запах победы..." - произнëс появившийся из за спины рыцарь Кейдж, в ответ на немой вопрос гвардейца. Про себя Ганс отметил, что голос рыцаря был весьма наигранным, впрочем как всегда...

"Ну что гвардеец, как тебе твой первый бой?" - всё таким же наигранным голосом спросил Флакс, лицо которого было обожжённо.

В этот момент, Ганс Шпеер посмотрел на происходящее вокруг. Его сослуживцы собирали трупы трупы своих и сжигали трупы врагов. Кадианцы с помощью тягачей утягивали сгоревшие остовы техники, а белентарцы занимали наблюдательные позиции по краям космопорта. Где то по середине базы, уже знакомый раннее аквизитор тащил своими железными щупальцами труп Крута, а в аугментированных руках нëс сине-зелёные цветы этого мира, и кажется был вполне счастлив. Просмотрев на это всё ещё несколько секунд, Шпеер перевëл взгляд на рыцаря, после чего немного хриплым голосом произнëс:

"Я заеблся сер рыцарь..."

В этот момент, на гвардейца обрушился самый суровый взгляд, который он когда либо видел в своей жизни. Рыцарь Флакс стоял перед ним, и как думал Шпеер сейчас устроил бы выговор слишком честному гвардейцу. Но... Лицо Эктора тут же смягчилось до неузнаваемости, и он весьма мягким голосом произнëс:

"Я тоже... Капитан! Где моë шоколадное молоко?!"

С этими словами рыцарь ушёл, оставив Ганса Шпеера на едине с собой. Гвардеец смотрел в небо, и думал о том, как-же сильно ему хотелось есть.

А что война? Война никогда не меняется... И на этом мире, что пренадлежит лишь Бессмертному богу Императору - она только начинается...