Футболист с системой сумоиста. Том 3

На новый год мы чуть не сгорели из-за дяди и салюта, но обошлось благодаря наличию Воли Мира и её тотема-помощницы, принявшей человеческий облик. Первая вырубила свидетелей-людей, благо дети спали, вторая быстро потушила пламя. К сожалению не хоботом, что я так хотел увидеть, а всего лишь огнетушителем.

Если Алтея была миниатюрной рыжей девушкой, её тотем имел различные воплощения, но больше всего любил облик девочки-подростка с дредами. Учитывая, что она в зверином облике якобы мамонт, которого я так хотел увидеть, это мне казалось чем-то логичным.

Здесь же они были в качестве Алевтины (дальней родственницы Медведевых) и её пятнадцатилетней дочери Марты.

Кроме того за столом был кто-то из родственников тёти Авроры, престарелые мужчина и женщина, а также кто-то из коллег тёти Кати, последние привели с собой дочь трёх лет, которая стала дополнительной аудиторией для Аглаи, читавшей сказки Ане.

В целом можно назвать прошедший праздник удавшимся, мне подарили классный фонарь и футбольный мяч.

Аля получила куда больше, одних книг сразу пять, но всё померкло перед подарком от Воли Мира, подарившей ноутбук.

Вот только о нём сестра узнала только утром 1 января и очень долго радовалась, пока не узнала, что интернет к нам провести сложно и дорого, а от заявки до установки пройдёт минимум месяц, а то и того больше, так как в Костроме нет нужных деталей и оборудования для спутниковой связи.

В общем, пока Аглая получила в своё распоряжение диски и дискеты с играми, но выбор под вкус Воли Мира явно не устроил мою сестру.

– Я попросила продавца что-то популярное, – развела руки в стороны Алтея-Алевтина.

– И что дали? – уточнил я, глядя на хмурое лицо сестры.

– Космические стратегии, битвы на роботах и что-то там звёздное. В том числе про Юпитер.

– Вы снова начинаете? – проворчал я.

– Ещё ДиВиДи о горных мышках с Марса. Миша, я ни на что не намекаю, это просто подарок от тётушки Алевтины! – всплеснула руками Воля Мира

Аглая тем временем повертела-повертела игры, после чего подошла к нам.

– Спасибо тётя Аля, – обнимая рыжую девушку, заявила моя сестра, после чего добавила: – Только игры Вы явно подбирали под вкус мальчиков, но нет игр, связанных с футболом. Всё это Мише не подходит!

– Ноутбук подарили только тебе, – повернулся я к сестре, – мне она хотела самокат, но не срослось, они до 90 килограмм.

– Но ведь так нечестно? – удивилась Аглая.

– Я потом что-нибудь придумаю, – заявила Воля Мира, не став опровергать мою версию, самокат она думала подарить, но даже передача мне вещей оказалась под некоторыми ограничениями наших способностей.

А вот дарить моим родственникам всё кроме денег было вполне возможно. Ограничения, похоже, были в каких-то ценностных ориентирах или понятиях. Еду у Алтеи я мог взять, а вот самокат натурально рассыпался в алюминиевую пыль, которую я собрал и подумывал использовать, только требовалось понять: как? Вот колёсики и пластиковые детали почему-то остались в отличие от металлических.

– Ладно, а точно нет какого-то метода, как найти скрытое пространство? – через некоторое время уточнил я у Воли Мира на одном из иностранных языков, чтобы окружающие нас не поняли.

– Я уже говорила: инфополе. Если оно в курсе – я в курсе. Иначе надо проверять по местам, где Арфа и Малявка создавали коридоры между мирами, но я уже поняла, что без побега оттуда монстр или мага с заданием их найти я не могу. Это правила Истинной Ветви по сокрытию волшебства. Я точно знаю, что под Будапештом есть вход в один из Дворцов, точно знаю три колонны в катакомбах, где он может находиться, но обнаружить так и не смогла. А внутрь попасть можешь только ты или моя проекция вместе с тобой, – проворчала объевшаяся Алтея после рождественского ужина.

– Понятно.

– А почему тебя интересует поиск… нет, почему ты так стремился в Казань и искал там Дворец? – всё-таки заметила мои вопросы рыжая девушка, кутаясь в кофту-толстовку.

– Малявка сказал, что там есть средство, позволяющее то ли сделать человека магом, то ли вообще бессмертным, – не стал в этот раз скрывать я, всё равно идей поиска волшебного пространства у меня не было.

– Вот же стервец, – фыркнула девушка, но добавила: – Пока он ни разу нам не соврал. Я это признаю, но его методы обучения мне не нравятся. Но… если это поможет Клаве… я попробую изучить тот город, но обещать ничего не могу. Арфа настаивала на том, чтобы сокрытие было максимальным. Каждое пространство между вариантом и нашим миром исключительно: его строение и течение времени внутри различно…

– Скажу сразу, в Венгрию я не хочу. Я слышал, там советских людей не очень любят, – быстро проговорил я, но добавил: – Но, если это как-то поможет, я готов.

– Не любят там всех иностранцев, там реваншисты-последователи одного из попаданцев, который проводил союзническую политику с немцами. Удивительно, что подобный политический строй оказался экономически устойчив во многом благодаря соседним странам. Ладно, неважно, – произнесла Алтея и посмотрела в окно, где её тотем играл с моей сестрой и остальными детьми. – Помочь Клаве, твоей бабушке, время есть, не могу знать точно сколько его осталось, инфополе показывает несколько вариантов, но… если всё получится, о внуках я ей не расскажу.

– И не надо, – буркнул я. А потом вспомнил ещё одну вещь: – Тогда, когда Малявка нас атаковал туманными руками, Вы сказали, чтобы я стал новой Волей Мира. Это как?

– Если умру, тотем передаст знание. Иначе нельзя.

– Понятно, надеюсь, такое не понадобится, – честно сказал я.

***

Вскоре я уехал в Москву на кубок по сумо.

Его формат не изменился, но само проведение переехало на задворки Москвы. Со Степанидой я в итоге не пересёкся, она уехала на какой-то турнир, а вот с её дедушкой встречался несколько раз. Сначала передал ему гостинцы, а затем он посещал мои выступления в финальный день.

Однако моя повторная победа в любительском дивизионе до 100 килограмм и в профессиональном до 15 лет не дала мне никаких бонусных баллов к характеристикам. А ведь соперники были в этот раз куда сильнее, участвовало немало ребят не только из РСФСР, но и из других республик, в том числе с серьёзной школой национальной борьбы, схожей с сумо.

– Я уже говорила: каждая способность отличается. Ты же получил деньги за победы от неё? – уточнила Воля Мира, когда я вернулся в Кострому.

– Да, по 10 тысяч за каждую победу, билеты туда и обратно тоже были, как обычно. Но прогресса самой способности нет, – проворчал я, хотя Алтея и так была в курсе. – А других заданий давненько не было.

– Вот и хорошо. Значит, мир движется в верном направлении, – заявила моя собеседница, после чего сообщила: – Я побывала в Казани, заодно проверила её на наличие скрытых магов: не нашла. Равно как намёков на вход в подземелье. Я думала призвать Малявку, но у нас платы нет.

– Ясно.

– Кроме того для призыва требуется какой-то артефакт или материал достаточной силы, у меня из них в запасе остался последний, о котором я точно знаю, что он подойдёт.

– А что за артефакт? – уточнил я на всякий случай.

– Почему-то ему нравятся предметы из пространства, где вместо монстров были механизмы типа роботов, но с магией. У меня остался только глаз, а ту щель зачищала не я, а кто-то из моих предшественников тысячелетия назад, – сообщила Воля Мира.

– Роботы? Типа терминаторов или ещё кого? – спросил я.

– Не знаю, по запчастям сложно понять, – пожала плечами девушка и сразу же исчезла.

Между тем кроме сумо без стоящей награды в моей жизни появился ещё один отрицательный момент.

– Значит так, я – Сан Саныч Шишкин. Теперь я главный тренер «Волги». А потому сообщаю, что вольницы, как при моём предшественнике не будет! – заявил низенький усатый мужчина в пиджаке перед строем футболистов.

Когда он заметил меня, его лицо вытянулось, скривилось, после чего он подошёл и спросил:

– Ты кто ещё?

– Медведев, Михаил Потапович, – ответил я.

– Тоже что ли в составе?

– Так точно, – заявил я, пытаясь понять, как отвечать новому начальству.

Мужичок достал телефон и рявкнул в него:

– Тащи сюда записи этого Заречного, проходимец какой-то. И дела на футболистов, здесь творится что-то странное!

После вечерней тренировки я оказался в кабинете этого Шишкина.

– Значит так, юно… мальчик. Смотри сюда: бывший президент Крюков позволял творить Заречному разные махинации. Новый президент Крюков, его брат и настоящий владелец ПФК «Волга», нанял меня для результата, выделил деньги на футболистов, чтобы мы вышли из «болота» хотя бы в Первую Лигу.

– Ясно, – кивнул я, – на попадание в состав могу не рассчитывать?

– Контракт мне запретили с тобой разрывать, ты какой-то приблатнёный, но я ваших костромских порядков не знаю, просто говорю: на поле до 14 лет не выпущу, а к тому времени тебе надо подрасти и сбросить вес.

– Доступ к тренировочной базе, отработка стандартов и функция воспитанника на скамейке за мной останутся, Александр Александрович? – уточнил я.

– Если не будешь мешать взрослым, базу можешь посещать. Я подумаю о твоём переводе в команду спортивной секции соответствующего возраста. Всё-таки я вижу официальную статистику: голы, голевые и предголевые в официальных матчах. Поможешь юниорам, заодно сбросишь вес, а там посмотрим, – заявил главный тренер, даже не глянув на меня в деле.

Спорить я не стал, по лицу было понятно, что после попытки пойти наперекор я буду лишён и текущего доступа. Кроме того я понимал, в состав пришло восемь человек, уже игравших в первой или даже высшей лигах, а место в старте теперь было не гарантировано даже Плуту и Осипову, хотя почему-то Фантомас, вечно привозящий голы, остался.

Место воспитанника не было закреплено за мной, эту функцию ещё месяц мог на самом деле выполнить Свинопасов, пока ему не исполнится 18 лет. Далее на скамейку требовалось посадить игрока младше 18, кто мог считаться прошедшим подготовку в «Волге».

Собственные юниоры нужного возраста были, но весной у них был какой-то региональный турнир, после которого они могли попасть на кубок страны в своей возрастной категории, проходящий каждое лето.

Именно на это время я мог быть «затычкой», но только на домашних матчах. При этом на выездах эту функцию должен был выполнять сын Арнольда Павловича, бывшего президента клуба и нынешнего вице-президента. Если я верно понял, по задумке своего отца он должен был понять дух футбола и его подноготную, чтобы затем руководить клубом.

Ну, я с этим младшим Крюковым вообще не пересекался, только с его сестрой Дашей и двоюродным братом Алексеем. Да и изучать логично с тренировок и домашних матчей…

Между тем в школе из-за гриппующей классной руководительницы, некоторое время пятым «Д» руководил сам директор. Вот только из учеников был только я, который обогнал программу достаточно, чтобы на занятиях мы просто играли в шашки или шахматы сразу, как только я сдавал отчётные работы, которые на самом деле уже были готовы и лежали в учительском шкафчике. Фактически я просто выполнял уже готовое заново на новый листочек.

В марте же произошло странное для меня событие: по телевизору вышел сюжет обо мне.

Короткая заметка с фотографиями с прошлого и этого кубка по сумо, интервью физрука из началки, который не взял меня в футбольную секцию, этот мужчина заявил:

– Да, это всё наша работа! Мы воспитываем чемпионов!

При этом о том, что я №49 в ПФК «Волга» упомянуто вообще не было, исключительно сумо. В конце репортажа была информация о том, что этот вид рассматривается для вхождения в перечень Олимпийских Игр. На этом всё.

Я не особо понял смысла этого сюжета по телевизору, но этот репортаж был на всю область, а потому в автобусе теперь на меня смотрело и оглядывалось больше людей. Неприятно.

Между тем в класс вернулась девочка-актриса по фамилии Сыч. Теперь директору Писаренко было чем заняться.

– Анжелика, ну почему сорок семь? Семь на семь сколько? – возмущался он, глядя на листочек с ответами на тест.

– Сорок семь… восемь? Шесть? – недоверчиво уточнила моя одноклассница.

– Сорок девять. Что ж, Сыч, начнём с таблицы умножения, – проворчал Цезарь Цезаревич

Анжелика Архангеловна отвернулась и оскалилась, улыбаясь, словно для рекламы.

Такой финт с Юлией Цезаревной у неё тоже получился, но ненадолго. Вот она и радовалась повторной удаче, пока директор не проговорил, словно в сторону:

– Эх, жаль тебя с Долотовым будет разделять по разным классам. Вы, говорят, друзья детства, да, Анжелика?

– В смысле «разделять»? – уточнила девочка.

– А как иначе? Таблица умножения это первый класс. Такими темпами ты останешься ещё на год в пятом, чтобы нагнать программу. И это при всех послаблениях для пятого «Д». А вот Долотов, пусть и не на «отлично», но неплохо справляется с программой. Его отчётные тесты минимум на «четыре». Он перейдёт в шестой класс.

– Семь на семь – сорок девять. Девять на восемь – семьдесят два. Сто на сто – десять тысяч, – надувшись, словно хомяк, процедила Сыч.

– Вот, умница. Так что переходим к сложению?

– К дробям, у меня с ними сложно, – вздохнула одноклассница.

Я же задумался, мне многие темы давались просто из-за того, что я маг и получил бонусные характеристики или же изначально был умным?

Тотем обзывал меня «студентом перед сессией», когда я был в первом классе, тогда мне это показалось каким-то замысловатым оскорблением, как и другие эпитеты. Но вдруг я гений?

Ха-ха, нет конечно. В нашей семье такая разве что Аля.

– Медведев, чего лыбишься? – процедила Сыч, когда директор зачем-то вышел.

– Скоро весна, зимняя рыбалка мне вообще не понравилась, – заявил я, хотя это были далеко не все планы.

– А моему папе больше зимняя нравится. Он с друзьями уезжает на выходные или даже неделю, как-то меня брал, потом чуть в лесу на озере не забыл. Наверно из-за его рассеянности они с мамой и развелись. Но он продолжает меня иногда брать с собой, только теперь привязывает к колышку.

– Ну, бывает.

– Да шучу я, ты что, поверил? – рассмеялась Анжелика.

– В нашем мире многое возможно, – пожал я плечами.

– Ха-ха, вот ты доверчивый! Но болтливый, не то что Толя! Он всегда молчит и различает правду и ложь!

– А как ты это понимаешь, что различает?

– Потому что он умный!

– Ясно, – сказал я.

В этот момент вернулся директор, обучение девочки продолжилось.

Примерно в этом же духе прошёл месяц, а в конце марта, когда выздоровел Юлия Цезаревна, впервые пятый «Д» оказался в полном составе.

Долотов, баскетболист, второгодник, внук балетмейстера и прочее, прочее приехал со сборов. Кажется, он вырос ещё сильнее, но куда заметнее было развитие мускулатуры, теперь он не напоминал собой молодое деревце, а казался… нормальным, что ли?

Однако его-то я уже видел не раз.

В новинку мне были близнецы-акробаты. Они занимались спортом, цирковым искусством и снимались в некоторых телепрограммах.

Два мальчика (Игорь и Артём), а с ними ещё и девочка (Барбара), им всем уже стукнуло двенадцать. Из-за одинаковой причёски и очень похожей фигуры по росту и развитию, можно было перепутать всех троих, если бы не юбка у девочки с не самым обычным именем. Ну и она была на пару сантиметров ниже братьев.

Их фамилия была забавной: Петрушкины.

Вот только стоило занятиям кончиться, как все трое встали около моей парты.

– Ты же Медведев? Пошли выйдем. Надо разобраться с иерархией! – заявила девочка, стукнув ладонями по столу.

Сидевшие немного в стороне Сыч и Долотов опустили глаза в парту.

Похоже, они уже были знакомы с акробатами.

Однако главное, что передо мной светилось:

ВНИМАНИЕ! Получено задание!

От автора

Волею судьбы обычный школьник Гера становится капитаном космического корабля. В книге, реальные музыкальные события переплетаются с фантастическим жанром повествования https://author.today/work/512153