Гадание

Записка 2.

Чтобы в новь поговорить с ним мне пришлось выехать за город, в старый не большой домик, что стоял по среди леса. Я вновь приехал к гражданину с окраины.

Дом уже совсем прогнил, подходя к нему можно было сразу понять, что за его внешним видом никто не следит. На улице уже вечерело, дул прохладный, свежий, лесной ветер. Солнце спряталось за облаками. Под моими ногами заскрипели половицы, я постучал в дверь.

Грубый голос мужчины дал мне добро, и я вошёл внутрь.

Он сидел у горящего камина, в его руке покоился стакан с какой-то жидкостью. Искоса он глянул на меня после чего сразу отвернулся, в лице его как всегда не было радости, вместо неё, в глазах было столько грусти, что не передать.

- Присаживайся – сказал он мне, указывая на 2 кресло, стоящее на против камина – Снова ты – продолжил без радости в голосе, когда я уселся – пришёл за очередной историей.

Он отпил. За всё это время он ни разу не взглянул на меня. Я понимал, что он не рад мне, но также знал и то, что он не выгонит меня, ведь он был совсем один и поговорить мог лишь только со мной. А как известно, человеку тяжело быть долго без общения. Так что это был в своём роде такой союз, он мне какую-то историю, а я ему, в свою очередь, возможность высказаться и поговорить.

- Я видел прошлую историю, что ты написал- продолжал он, не выпуская стакан из руки – хорошо написал – тихо подытожил он, спустя какое-то время, вливая в себя оставшуюся жидкость.

Затем наполнив бокал и подождав пока я открою блокнот, заговорил…

- Я тогда молодой совсем был, жил в общежитии, ходил на учёбу. Пытался вышку закончить. Тогда то и свела меня судьба с девчонкой этой. Худенькая такая, стройненькая. Приехала она к нам из деревни какой-то, пыталась, как сама говорила, в люди выбиться. Ну так, как и у большинства девчонок, ветер в голове, мысли о мальчишках, а тут ещё и подружки её новые всё о гаданиях рассказывают, да о том, как это всё невероятно и интересно. Ну вот однажды она всё же решилась. Пришла домой, села перед зеркалом, дождалась сумерек, свет везде потушила и сидит перед зеркалом да при одной свече, а за спиной часы ходят: «тик так», монотонно так, «тик так». Ритуала я самого не знаю поэтому и тебе не скажу, но вот что важно: жуткий страх на неё нахлынул, хоть суженного она своего и не увидела. Одним скачком она включила свет в квартире. В комнате стало светло и тихо, лишь часы по-прежнему нарушали эту тишину.

С тех пор и началось, той же ночью она уснуть не могла, всё ворочалась и ворочалась. Ей казалось, что где-то, совсем рядом, есть ещё кто-то, но никого по близости она не видела. Следующей ночью всё ещё хуже стало, как сама рассказывала: «лижу я значит в потолок смотрю, да уснуть не могу, внутри как-то не спокойно и страх не понятно от куда взявшийся просто рвётся наружу, я лижу, а из глаз слёзы льются. Я перевернулась на один бок к стенке, пытаясь успокоиться и тут чувствую, что что-то смотрит на меня, оборачиваюсь и тут то и пробрал меня смертный ужас. Сидит перед моей кроватью нечто уродливое, тёмное и злое. Сидит, смотрит, не отводя взгляда, и улыбается, а в глазах его я злобу читаю. Больше ничего не помню». Так сказала она мне. Но я помню в кокой истерике она была даже утром. Тем же днём она отправилась в храм, и они долго там молились за спасение её души, да за освобождение, её, от духа нечистого, что привязался к ней. Как сказал тогда священник: «дух он ведь не к месту, а к телу привязывается, никому кроме одного бога не дано знать будущего, но, гадая, ты связалась с силами нечистыми, а им, кроме как твою душу погубить, больше ни чего и не надо»

На этом его рассказ был окончен, его взгляд был по-прежнему направлен в камин, в руке лежал пустой стакан, а левая рука немного подрагивала.

- Гражданин с окраины.