Галактические Хроники. Варяг

Яркая вспышка озарила темный тоннель угольного забоя. Времени на раздумье не было. Масса шахтеров уже рванула в сторону клети. Мерцали молнии телескопических электрошоковых дубинок, но охрана ничего не могла поделать. Измученные и озлобленные люди растерзали немногочисленную стражу в считанные секунды.

Освещение отключилось и Юсуфу пришлось приложить все усилия, чтобы не упасть. Упавших ждала неминуемая и мучительная смерть. Поток, наконец, вынес к вагонеткам, но те не работали. Тут до шахтеров начала доходить тяжесть сложившегося положения. Всеобщее безумие угасало, а вместе с ним и сумасшедший ор. Администрация наверняка уже знала о стихийном, беспощадном бунте, охватившим шахту. Бригадир, до того, как кто-то проломил ему голову кайлом, успел подать сигнал тревоги. Вспышки неповиновения за последние годы случались часто и механизм подавления давно отладили.

Люди в нерешительности галдели, обвиняя друг друга. Ощущение неотвратимости наказания дергало за самую тонкую, но ощутимую нить – чувство самосохранения. Порой, даже самые смелые и стойкие духом поддавались соблазну отрешения от ответственности.

Юсуф тяжело вздохнул. Не такого результата он ожидал. Плоды нескольких месяцев кропотливой и напряженной работы таяли на глазах. Напрасно что ли он рисковал шкурой организовывая подполье и вербуя костяк сопротивления… Ну нет. Сейчас или никогда!

Грубо расталкивая столпившихся, Юсуф прорвался к вагонеткам и взобрался на крышу бригадирского модуля, который успели разграбить. Вокруг валялась одежда и кухонная утварь.

– Братья! – выкрикнул парень, воздев над собой руку. – Братцы! А ну тихо! – ближайшие смолкли и постепенно шахтеры успокоились. Повисла гробовая тишина. – Они уже знают, что произошло, – Юсуф указал на своды шахты черным от угольной пыли пальцем. – Сейчас там собирают охрану и полицию, чтобы снова забить нас палками. Загнать в норы, как зверей. Мы для них крысы, которые копошатся под землей.

Бунтовщики молчали. Лишь некоторые ответили оратору тяжелыми, хриплыми вздохами.

– Сегодняшний обвал унес десятки жизней, – продолжал смелый, низкорослый паренек. – Разве не сообщали мы о необходимости откачки газа? А?

– Говорили… – отозвался кто-то из проходчиков. – Было дело.

– Раз десять бригадиру указывали, – выкрикнул один из комбайнеров.

– А толку, братцы?!

– Нету толку! – соглашались шахтеры. – Плевать им на нас. Администрации давно известно, что забой проблемный, – голоса рабочих становились все более увереннее.

– Нашими потом и кровью они миллиарды кредитов заработают, а нам что? Два гроша на брата, да на кремацию оплата.

– Верно! Плевать на нас хотели! Им бы только выработку больше!

– Мы работаем на пределе, берем двойные смены, задерживаемся, приходим раньше. Пашем без выходных! Здоровье в шахте оставляем. И что? – Юсуф развел руки в стороны. – Мы все равно нищие. Хватит терзать нас! Довольно!

– Да-а-а-а!!! – сотни измазанных копотью и черной пылью кулаков высились над шахтерскими головами. – Довольно! К черту их!

– Хватит наживаться на наших жизнях, – Юсуф поднял красную каску над головой. – Разобьем оковы. Положим конец угнетению. Вперед, братья! Вперед на поверхность. Погибнем, но больше не будем рабами!

Он повел их за собой. Шахтеры смогли запустить генераторы. Свет озарил стены шахты, укрепленные бетоном. Рабочие заняли вагонетки и скоро грузились в клеть. Поднимаясь на поверхность, шахтеры молчали. Каждый думал о тяжелой жизни, о семье и о детях, которым уготована судьба невидимых кандалов нужды. Юсуф слышал полицейские команды наверху. Слышал, как стучат друг об друга щиты и взводятся лазерные винтовки.

Клеть остановилась. Зазвучали механические голоса громкоговорителей. Шахтеров призывали выйти и сложить оружие. Обещали отпустить по домам, если выдадут зачинщиков. И снова рабочие застыли в нерешительности, столпившись у клети. Столетнее угнетение, обещания и грозный вид вооруженного и хорошо экипированного противника, внесли сомнения в их души.

Юсуф понял, что если сейчас ничего не предпринять, то восстание закончится. Мысли упрямо строили в голове образ сестры. Он боялся потерять самого близкого и родного человека. Но больше всего боялся того, что она останется одна. Суровая жизнь не пощадит ее чистое сердце… Парень вышел вперед на три шага, держа в правой руке красную каску, а в левой обломок ржавого лома. Шахтер слышал, как полицейский приказывал бросить оружие, но вместо этого поднял правую руку над головой и ринулся на стену щитов.

Юсуф не пробежал и десяти шагов. Горячая струя ужалила в грудь. Красная каска покатилась по выжженному песку.

Умирая паренек думал о прожитых годах, которые не принадлежали ему. Он вынужденно продал их, продал время и труд, чтобы заработать кусок хлеба. Ему стало до горечи обидно за то, что так поздно осознал рабское положение… Народ планеты Гулл являлся товаром, который покупали и выбрасывали, когда он изнашивался.

Топот шахтерских сапог и отчаянные крики донеслись до сознания за минуту до смерти. Слабая улыбка медленно поползла по смуглому лицу. Юсуф понял, что рабочие смяли ряды полиции и охраны. Нажав на кнопку сигнального маячка, висевшего все это время на шее, он подумал, что сегодня подходящий день для смерти. День, когда человек становился человеком.