Гамбит

— Марсель! Сюда!

Услышал парень, выходя из грузового лифта, поднявшегося на вершину Стены Очищения.

— Диего, твои старые кости ещё служат? — крикнул молодой человек и побрёл к смеющемуся мужчине средних лет, стоящему у парапета.

Марсель — высокий, весьма симпатичный и молчаливый молодой человек — был одет в строгую белую форму, утвержденную на всей Стене. Диего же, хотя и был одет в такую же форму, выглядел более неряшливо и просто, от него так и сквозило беззаботностью.

— Ты сегодня у меня? — спросил молодой человек, подойдя к мужчине и протянув тому руку.

— Так точно, сэр Марсель! — нарочито выделив «сэр», ответил Диего и пожал руку.

Эта пара знакома с тех пор, как парень попал на Стену в качестве помощника бдящего. И именно мужчине выпала доля познакомить молодого человека с бытностью и традициями местных.

— Прекращай, Диего. Итак уже тошно от Стены и безделия, — облокотившись на парапет, проговорил Марсель, на что собеседник лишь громко рассмеялся.

— Тут и правда делать практически нечего. НО! Ты посмотри вокруг, какие просторы нас окружают, какой вид открывается с высоты! Ахххх, прям за душу берёт!

— Переигрываешь, — со вздохом сказал парень.

— Та ну. Не будь таким серьёзным. Отсюда же действительно невероятный вид.

— Тут трудно поспорить, но даже от невероятной красоты порой устают глаза, — склонив голову на бок, подтвердил Марсель.

— Ба, какой вредный! Вот я считаю, что, пока здесь тихо-мирно, всё прекрасно. И слава Богам, что нам не приходится браться за оружие.

— Ха. Слава Богам, да? Сколько уже прошло с заключения мира?

— Хммм. Несколько тысяч лет минуло. Не, не, не так. Несколько тысячелетий здесь царят мир и спокойствие.

— Хотя бы здесь они есть, — со смешком обронил Марсель.

— Эхххх, молодой ты, вот и смеёшься. Я же считаю, что это вообще не повод для смеха. Я искренне благодарен, что мне не приходится вновь браться за арбалет, — хлопнув себя по груди, сказал мужчина.

— Да-да-да. Только ты же тоже сюда пришёл после заключения договора.

— Я разве не говорил? Хах, странно, вроде, столько знакомы, — пробормотал Диего и, вздохнув, продолжил. — Мне, к сожалению, довелось видеть порченных один раз.

Брови мужчины дёрнулись от неприятных воспоминаний.

— По правде говоря, кто вообще захочет о них вспоминать. Можно было бы ещё у военачальника поспрашивать, но искренне сомневаюсь, что он с улыбкой будет вспоминать о встрече с ними.

— Давай рассказывай, раз уж начал.

— Да что рассказывать. Я пришёл сюда потому, что здесь платят больше, плюс уже тогда говорили, что наступает спокойствие, что вот-вот всё закончится, что не будет больше сражений, — начал рассказ Диего, оперся на парапет и пристально всмотрелся в бесшовную стену.

— Тогда Стену как раз заканчивали возводить и исписывать рунами. Порченные не нападали. Вот я и подумал, что неплохая идея подписать контракт подороже, а потом получать свои кровные, сидя в мире и спокойствии. И таким я был не один, многие хотели того же. Добравшись сюда из родных земель, мы с радостью приступили к работе. Поначалу ничего странного и не происходило, всё было действительно так, как я и хотел, мы с товарищами уже были готовы планировать, как будем отмечать подписание мирного договора и наш билет в хорошую жизнь.

Однако же, жизнь работает не так. То был обычный день для нас, мы вышли на позиции и обсуждали скорое завершение строительства, но среди всего этого чувствовалось некое нарастающее напряжение. В конце концов, никто из нас не был полным глупцом — мы понимали: да, осталось немного; да, столкновений не происходило весьма давно; да, да и ещё раз да. Вот только насколько это успокаивало и давало надежду, настолько же вызывало тревогу и сомнения. И вот, где-то в полдень, начиная от горизонта, земля стала искажаться и напоминать... — Диего задумался, пытаясь подобрать нужные слова. — Гниющую живую плоть что ли? Не знаю. Но она словно начала дышать, выплёвывать порчу, заражая всё вокруг, даже воздух становился тяжелее с каждым вздохом. Честно, отвратительное зрелище. К тому же это произошло настолько резко для всех нас, что только военачальники ближних участков Стены среагировали и передали запрос помощи, а на нас уже надвигались волны порченной земли.

Мужчина прервал свою речь, и затуманенным взглядом посмотрел вверх.

— Ты пойми, когда я говорю «волны», я имею ввиду именно такие, о которых рассказывают те, кто видел моря или владения Океана, они были настолько высоки, что покрывали небо над нами. Казалось, нас прямо сейчас погребёт под всей этой толщей плоти. Всё это душило, сдавливало, вызывало страх. Да даже не столько страх, сколько некое отторжение что ли — мы столкнулись с чем-то, что не в силах понять, не в силах осознать, всё будто плыло перед глазами, превращалось в нелепую картину в черных тонах... А у меня не было сил даже сделать шаг назад или хоть что-то, что отсрочит мою смерть... Хотя это ведь и смертью не назовёшь, я ведь стал бы частью всего этого. От этого не легче...

Пустые глаза Диего смотрели на трясущиеся руки в тщетных попытках остановить дрожь. Так продолжалось ещё немного, прежде чем мужчина смог успокоиться и продолжить рассказ.

— Почему жизнь тогда не оставила меня? Да мне просто повезло. Точнее, нам повезло. Трижды. Во-первых, недалеко от нас находился Святой. Во-вторых, да, руны ещё не были закончены, но уже тогда могли предоставить минимальную защиту и при этом не рассыпаться. В-третьих, основное нападение пришлось не сюда. Слева, через три участка, там порченные напали во всю силу, защита рун треснула через несколько мгновений, а, в конце концов, не осталось никого, даже в подземном городе, все стали частью порченных, а Стена начала разваливаться, словно песочный замок. Если бы не Святой...

Мужчина сложил руки перед собой и уткнулся в них лицом, вспоминая то, что он пережил в тот день. Марсель же не торопил своего товарища и лишь молча смотрел вверх.

— Всё это произошло быстро, но говорить об этом можно долго. Уже потом я услышал, что хоть на том участке никто не выжил, но с соседнего видели каких-то существ в массе плоти, но, чтоб меня, я не знаю, кем нужно быть, чтобы рассмотреть хоть что-нибудь в таких обстоятельствах, — вздохнув, продолжал Диего. — Затем, словно в насмешку над всеми нами, через несколько дней было объявлено о заключении договора, на «увиденных существ» начали скидывать на них вину за все действия порченных, мол: «Это их самоволие!», «Они пытались помешать заключению мира!», «Их действия не говорят о желании всей расы!» и прочую чушь. А ведь это отстаивала даже Церковь. Ну, их можно понять, они очень долго бились с ними, очень много их людей умерло в попытках остановить порчу. Но, как ты понимаешь, убедило это не всех. У многих были родственники, жены, мужья, дети, которые находились не в злосчастном подземном городе. Вот они первые и начали кричать о необходимости уничтожить порченных, несмотря ни на что. Идиоты, конечно, идиотами, а их всё-таки тоже можно понять. Как же хорошо, что их не послушали и не нарушили мир. Иначе я и не могу представить, сколько жизней бы унесла с собой порча.

— Прошу прощения, что напомнил, — сказал парень после нескольких мгновений молчания.

— Знаешь, Марсель... Сколько ни думаю, не могу понять, зачем ты сюда пришёл.

Молодой человек опустил взгляд с неба и посмотрел на мужчину.

— О чём ты?

— Нууу, ты явно не.... Как сказать-то, не здешний что ли, — нахмурившись, рассуждал Диего. — Я, хотя и не отличаюсь проницательностью, могу заметить, что ты здесь не из-за денег или чего-то высокоморального. Может интерес к порченным?

Марсель вновь посмотрел на небо, оставив вопрос без ответа.

— Тоже не похоже. Ну нет в тебе тяги к той стороне. Или я просто её не замечаю. Может кого-то оскорбил и был сослан? С твоими-то возможностями и это должно быть не страшно. В общем, не важно. Твоё дело. Но, пожалуйста, не оставайся тут надолго. Знаешь, эта Стена живая, — шёпотом начал говорить мужчина. — Это может показаться бредом, но... Меня же самого здесь ничего не держит, а я переподписываю контракт снова и снова, провожу тысячелетия, опираясь на её парапеты и смотря в ту сторону. А как только приходят мысли, что нужно уходить, так сразу же словно что-то отговаривает: «Оставь эти мысли. Разве можно бросать своих товарищей? Им будет одиноко, им будет страшно. Здесь же мирно, оставайся. Не бросай их». Фламмунар меня подожги, пока говорю, всё больше убеждаюсь, что мне не за чем тут оставаться. Закончу контракт, заберу жену и вместе с ней рвану отсюда подальше. Она же всегда мечтала посетить Хистофоллис и услышать, о чем говорят величайшие умы истории. Представь, а ведь может быть, хотя бы малюсенький, но у нас будет шанс коснуться артефактов. Ахахахах, только представлю, как «историки» будут локти кусать, узнав, что я попал туда раньше них, так сразу на смех пробивает. Хаааа, да я и сам уже не против такой поездки, — закончил довольно мужчина.

— Хорошая мечта у Люсѝ, — с улыбкой сказал Марсель. — Ты не так уж и не прав, Диего. Каждый из нас делает то, что должен. Вот и всё.

— Тск. Как обычно, немногословен. Эххх, молодёжь, мог бы и утолить любопытство старика.

— Да брось! Ты не намного старше меня, просто сохранился похуже, — товарищи рассмеялись.

— А? Марсель, смотри, — мужчина прищурился и указал на горизонт, где начинала проглядываться какая-то тень.

— Два дилижанса?

— Разве поставки сегодня?

— Нет, такого точно не запланировано. Ещё и белые... — Задумчиво проронил молодой человек.

Пока два товарища обдумывали, что принесут неожиданные гости, из башни вышел человек.

— Марсель! — Крикнул басом вышедший мужчина. На его крик обернулись не только Диего с молодым человеком, но и все остальные, стоящие на Стене. Высокий рост, здоровое тело, острые черты лица, проседь волос и такая же белая форма — именно так выглядел крикнувший человек.

Обернувшись, Марсель сразу узнал обладателя голоса — Георгий, бдящий за Стеной, местный военачальник. Его называли по-разному, но для всех здесь он был примером истинного стража Стены.

Мужчина кивнул головой Марселю и пошёл в сторону башенного лифта.

— Тебе, кажется, пора, — сказал Диего.

— Похоже, что так, — проговорил молодой человек и начал уходить. Не успел он сделать и пары шагов, как обернулся и сказал:

— Эй, Диего, уходи со Стены. Прямо сегодня иди разрывай контракт, несмотря ни на что. В конце концов, как ты сам однажды и сказал: «Не стоит отдавать свою жизнь за Стену, если тебе ещё есть, что терять». Бывай, — молодой человек махнул рукой и пошёл к бдящему.

Диего мрачными глазами провожал отдалявшегося Марселя, пока тот вместе с Георгием не зашел в лифт. После чего вздохнул и пробормотал: «А ведь я такого не говорил».

Георгий и Марсель были похожи характерами, что один, что второй предпочитали молчать и слушать больше, чем говорить. Потому их поездка в лифте проходила в тишине. Лишь трение канатов создавало шум, пока сослуживцы были в своих мыслях. О чем думал Георгий? Пытался понять, зачем к его участку приехали нежданные гости. Марсель же лишь наблюдал за мелькающими проходами в Стене. И каждый раз, пользуясь лифтом, молодой человек ловил себя на мыслях о том, сколько сил и жизней ушло на постройку Стены. Ведь её начали закладывать ещё в разгаре Священной Войны.

Сама структура Стены была особенной. Внешне она походила на что-то вытесанное из камня, такая же бесшовная и монолитная, но высотой своей она подпирала небо. Однако же тех, кто знал чуть больше нескольких баек, больше всего поражало другое: по сути используемыми площадями Стены были только вершина и башня, ведущая вниз к подземному городу. Всё же остальное, все полости и проходы в Стене, были исписаны невероятным количеством рун, служащих самым разным целям, некоторые из которых так и оставались загадкой для молодого человека. Но даже просто такое количество рун представлялось невозможным всем людям когда-то посещавшим Стену, ведь, учитывая, что Стена полностью окружала земли порченных без каких-либо брешей и ещё уходила под землю, здесь было столько рунных надписей, словно ради них пришлось обокрасть всю Вселенную.

Пока оба были в своих мыслях, раздался гудок, ознаменовав прибытие на первый этаж. Покинув лифт, мужчины оказались в замкнутом помещении, освещённом лишь тусклым светом нескольких фонарей, здесь не было ни входа в Стену, ни выхода из неё. Георгий пошёл к стене, которая вела на «чистую» сторону, достал из внутреннего кармана небольшую металлическую карту, затем порезал палец об острый край и поднял над головой. Прошло несколько мгновений, прежде чем всё помещение озарил яркий белый свет, и стена перед военачальником начала становится всё прозрачнее и прозрачнее, пропуская свет из внешнего мира.

Стоило сослуживцам пройти через проход, как Георгий опустил руку, и тот закрылся.

Товарищи отошли от Стены и стали ждать гостей, с напряжённым интересом рассматривая последних. Дилижансы уже успели подъехать ближе и можно было увидеть, что ни один из них не был никем запряжён и только у первого снаружи сидел извозчик, который смотрел на Стену, как на что-то диковинное, но не удивительное. Теперь на каретах можно было увидеть небольшой герб, символизирующий Церковь Чистоты, что впрочем не удивило ни Марселя, ни Георгия.

Вскоре на расстоянии в пару десятков шагов гости остановились. Открылась дверь первого дилижанса, и из неё вышел статный мужчина преклонных лет в белой монашеской рясе, на которой красовался всё тот же герб.

— Георгий Дан, бдящий за участком Стены Очищения под номером 3827. С кем имею честь разговаривать?

— Как официально, уважаемый Дан. Меня можете называть Саурус, в церкви имею сан Святого, — ответил вышедший старик.

— Это честь для меня разговаривать с Вами, Святой Саурус. Чем могу быть полезен и какова причина Вашего визита к нам?

— Ничего серьёзного. Мы бы хотели проверить всё ли в порядке с рунами на близлежащих участках, поэтому не нужно беспокоится. Ах, только прошу вас, помогите мне и моим людям с местом для сна, я пока не уверен, насколько мы здесь задержимся, поэтому пожалуйста.

— Я искренне рад приветствовать Вас на участке под моей юрисдикцией. Вы планируете брать с собой дилижансы?

— Нет, что вы. Они отправятся обратно, там они пригодятся с большей вероятностью, нежели здесь.

— В таком случае, прошу Вас, пройдемте.

Из двух дилижансов вышло шестнадцать человек, одетых так же, как и Святой, а затем кареты развернулись и отправились обратно. Пока все шли к Стене, можно было увидеть, как вдали, на вершине Стены, собрались солдаты и, сложив руки перед собой, поклонились неожиданным посетителям.

Георгий завёл всех внутрь Стены, произведя те же процедуры, что и при выходе.

— Мне не хочется вас отвлекать, уважаемый Дан. В конце концов, ваша служба проходит не здесь.

— Вы правы, Святой Саурус. Позвольте представить моего сопровождающего. Марсель де Луи, мой заместитель. Марсель, проводи гостей к дому для священнослужителей и оформи им пропуск в Стену. После будешь свободен. Я отправлюсь после вас.

— Как прикажете, бдящий. Прошу вас, многоуважаемые гости, следуйте за мной, — сказал молодой человек и повёл посетителей к лифту, который повёз их ещё ниже.

Внизу же было практически такое же помещение, только здесь уже была собрана охрана, и стояла небольшая каморка с окошком.

— Прошу вас, подождите пару минут, — сказал Марсель и пошел к окошку каморки. Пока он шёл, парень успел перекинуться взглядом с охранниками.

— Марсель де Луи. По приказу бдящего должен проводить гостей в город к их месту проживания и оформить пропуск в Стену, — сказал молодой человек, подойдя к каморке.

Простояв пару минут в тишине, Марсель получил из окошка металлическую карту, а стена рядом начала исчезать, открывая проход. Вернувшись к гостям и отдав им полученную металлическую карту, Марсель повёл тех внутрь подземного города.

Подземный город, хотя и назывался таковым, представлял собой всего лишь небольшое скопление жилых домов для солдат с семьями и нескольких административных зданий. Одно из последних и было тем, куда приказали отвести людей из Церкви Чистоты.

— Я думаю, Вы ознакомлены с правилами подземного города и входа в Стену и, соответственно, выхода из неё.

— Вы правы, уважаемый Луи, можете себя не утруждать ненужными объяснениями. Меня больше интересует, как давно вы здесь служите?

— Около полуторы тысячи лет назад поступил на службу под командование сэра Георгия. С тех пор работаю под его непосредственным подчинением.

— Вы же такой молодой, почему решили сюда поступить на службу?

— Прошу прощения, могу ли я воздержаться от ответа? Это немного личное.

— Понимаю. Не буду заставлять отвечать.

— Благодарю Вас, Святой Саурус. Вот ваше место жительства, пока вы пребываете у нас в гостях, — молодой человек указал на дом с тремя этажами и повел гостей внутрь. — На первом этаже расположены гостиная, кухня и несколько санузлов, на втором и третьем — жилые помещения. Если Вам что-то потребуется, в гостиной есть камень связи с обслуживающим персоналом подземных городов, они вам помогут. Через них также можно связаться со мной или с бдящим Георгием.

— О-хо-хо, даже не знаю, как вас отблагодарить, уважаемый Луи.

— Ваши люди уже построили Стену, а это лучшая благодарность для каждого из нас.

Перекинувшись ещё несколькими словами, Марсель оставил гостей и пошёл к себе. Дойдя до одноэтажного дома, стоящего через несколько улиц, и зайдя в гостиную, Марсель включил свет, скинул с себя верхнюю одежду на вешалку в углу комнаты и свернул в кухню. На ней он достал салат из холодильника и сел за стол.

Диего в чем-то был прав, что Стена, что подземные города — гиблые местечки. В силу своего положения и цели эти места крайне ограничены в плане развлечений и вариантов отдыха, а связь с внешним миром происходит или через бдящего на каждом участке, или раз в 60-70 дней, когда повозки привозят всё необходимое для жизни и всё, что заказывают солдаты. Практически всё. Вместе с продуктами привозят и новости о происходящем во Вселенной, поэтому в эти дни все становятся возбуждёнными, начинают обсуждать и сплетничать о всём, о чём только могут. Но долго новостями сыт не будешь, посему дальше люди делятся на несколько групп по развлечениям: кто-то пьёт, кто-то увлекается азартными играми, кто-то стремится стать сильнее, а кого-то ничего и не волнует, они просто хотят проспать все свободные минуты. Марсель же, как ни странно, очень полюбил готовку, пока жил на Стене. Готовка — непростое занятие, особенно если хочешь приготовить хорошо, а не просто как-нибудь. Молодой человек видел искусство в том, что готовит, и испытывал такое удовольствие, когда блюдо получалось вкусным, что на мгновение забывал о собственных обязанностях. В общем, готовка — единственное, в чём он находил отдушину, пока выполнял приказы и задание. Сейчас же в его уже размеренную жизнь вмешалась переменная, с которой он ничего не мог поделать. Это начало настолько угнетать, что даже еда казалась пресной.

Доев и помыв посуду, Марсель пошёл в свою комнату, где должен был отправить отчёт своему контрактнику. Но, как и было сказано ранее, появилась переменная, и с минуты, как он ушёл от гостей, за ним постоянно наблюдал один из них, молодой человек мог определить примерное расположение следящего и даже попробовать избавиться от него. Однако оно того не стоило.

Марсель сел за рабочий стол, поднял в воздух книгу Сутью и начал читать, пока его руки лежали друг на друге и большой палец правой ритмично давил рядом с сухожилием, набивая сообщение на передатчике внутри руки.

Это продолжалось, пока на улице не погасла половина фонарей, а значит наступила ночь. Учитывая, что приходилось менять положение тела и совершать лишние нажатия, сообщение получилось небольшим. В нём можно выделить несколько основных пунктов: 1) прибытие Святого Сауруса, 2) предположительная цель, 3) переход на ежедневные отчеты, пока ситуация не изменится.

Убрав книгу, Марсель решил — для него сегодняшний день закончен, поэтому сходил в душ, умылся и лёг спать. Хотя чужой взгляд и действовал на нервы, но он не помешал заснуть в весьма короткие сроки.

——————

С дня прибытия людей из Церкви Чистоты прошло несколько суток, которые для Марселя протекали так же, как и обычно. Дом, Стена, дом... Никто из церковных его не искал, а со второй половины второго дня слежка и прекратилась вовсе. Для молодого человека стало ясно: его не посчитали угрозой или же просто отложили разбирательство с ним на чуть позже. Но, что они нашли на него практически всё, он не сомневался, ему уже приходилось работать с людьми Святых.

Гости же действительно занимались осмотром рун на внешних сторонах Стены, по крайней мере, те шестнадцать человек, прибывшие в первый день. «Сколько прибыло потом?» — хороший вопрос, на который никому не ответят. Благодаря их одеяниям руны не так сильно ограничивали их на Стене, они — единственные, кому были разрешены заклинание полёта и другие, служащие для удобства перемещения, ведь без них осмотр рун превратился бы в сущий кошмар.

Вот и сейчас Марсель наблюдал, как церковные парят и выполняют свои обязанности, полностью увлечённые своим долгом. Хотя самого Святого не было видно ни разу, обстановка на участке Стены оставалась спокойной и умиротворяющей.

Тут к молодому человеку подошёл один из солдат, передав тому, что военачальник требует присутствия, и Марсель пошёл в башню, где по лестнице поднялся на верхний этаж к кабинету бдящего.

— Войдите, — сказал Георгий, услышав стук в дверь.

— Вызывали?

— Присаживайся.

Кабинет был обставлен просто: книжные полки, рабочий стол, за которым сидел бдящий, журнальный столик и пара диванчиков рядом с ним.

— Вас всё ещё называют военачальником, — сказал Марсель, садясь на один из диванчиков.

— Война уже закончилась, а они всё продолжают. Хаааа... — потирая лоб, проговорил Георгий. — Диего просил передать, что он уедет с первым караваном.

— Это хорошо. Хотя бы что-нибудь успеет увидеть в своей жизни.

Из бдящего вырвалась волна Сути и окутала барьером комнату, предотвратив возможность подслушивания снаружи.

— Есть какие-нибудь новости о той стороне? — Вставая к окну, выходящему на безопасную сторону Стены.

— Я же здесь как раз для того, чтобы собирать их. А всё, что знаю я, знаете и вы, сэр Дан.

— Да... Глупый вопрос. Однако же. Что скажешь о прибытии Ордена Очищения?

— Вы знаете о них? Не ожидал, — с удивлением сказал Марсель.

— В последние годы войны один из Святых Ордена вёл бой против порченных на наших участках Стены. Многих спас. Но с заключения перемирия никто из них, насколько я знаю, не приходил к Стене.

— Официально не приходили, но Орден и сам по себе не очень отсвечивает, на них всё-таки лежит вся грязная работа Церкви. Скорее всего, они много раз проходили на ту сторону, просто аккуратно и тихо. У них должны быть свои маршруты для таких задач.

— Значит мне не показалось, — подумал вслух Георгий. — Недавно я почувствовал, что кто-то проскользнул через Стену, но мне представлялось это невозможным, учитывая защиту рун.

— Вы меня всё сильнее удивляете, сэр. Мне не известен ни один бдящий настолько чувствительный к окружающему миру. Что вы вообще здесь забыли? Ладно, не отвечайте, не моё дело. Но ваша правда, в первые две ночи после прибытия Святого на окружающую территорию приходило ещё больше членов Ордена, хотя они и сразу проскакивали к порченным. С ними, кстати, пошёл и сэр Саурус. Но вот остаётся вопрос: зачем приходить официально и оставлять в тылах шестнадцать человек? — Оперевшись на стол, задал вопрос Марсель. — Есть несколько вариантов, вот только последствия каждого из них не желали бы видеть ни я, ни вы. Например, взять вариант...

Марселя перебили торопливые шаги, раздававшиеся с лестницы в коридоре. Они с Георгием повернули головы к двери, и последний развеял барьер. Через мгновение раздался громкий, торопливый стук в дверь.

— Войдите.

В кабинет влетел солдат и, не дожидаясь вопроса или разрешения, сказал:

— Сэр бдящий, заместитель Луи, со стороны порчи была замечена человеческая фигура, идущая к Стене.

— Что? — Марсель и Георгий быстро переглянулись и рванули мимо солдата. Несмотря на то, что Стена запрещала заклинания и техники перемещения, чистую физическую силу ограничить трудно даже ей, поэтому уже через несколько секунд они выбежали из башни и увидели солдат, столпившихся у парапета.

— Расступиться! — Рявкнул Марсель, и солдаты, услышавшие голос, сразу начали освобождать проход для бдящего с его заместителем.

Посмотрев на человека, идущего вдалеке, у Марселя и бдящего проскочила одна и та же мысль: «Святой...». Действительно, именно Саурус шёл к Стене. Нахмурившись, Георгий посмотрел на своего заместителя и бросил небольшой рунный камень.

— Ты знаешь, что делать, — сказал бдящий, а затем, не дожидаясь ответа, пошёл к лифту.

— Внимание! Всем занять свои позиции и приготовиться к возможному столкновению! — Поймав камень, распорядился Марсель.

После этих слов солдаты начали с волнением разбегаться на позиции у парапета. Их форма начала сиять и окутывать светом каждого из них, а в руках материализовывалось оружие.

Форма же самого Марселя сияла немного тусклее. В его руках не было оружия, у него была другая роль.

Тогда же лифт опустил Георгия на низ Стены, где он увидел мужчину в белой рясе.

— Думал я, что спокойно досижу свои годы как привратник, а тут... Эххх, за что мне всё это?

— Прошу прощения, хранитель. Мне нужна Ваша помощь с выходом из Стены, — слегка поклонившись, извинился бдящий и пошёл с мужчиной к одной из стен.

— Кто там?

— Святой Саурус, — услышав это, брови хранителя дрогнули, и лицо исказилось в неприятной гримасе.

— Ты же понимаешь, что это практически невозможно? И где твоя яруза?

— У Марселя. Он сразу разрушит её, если всё примет худший оборот событий, — подойдя к стене, Георгий достал карту из кармана и повернул голову к мужчине. — Пожалуйста.

Вздохнув, хранитель скинул рясу до пояса, раскрывая грудь, исписанную рунами и геометрическими фигурами.

— Надеюсь, ты ошибаешься, — сказал хранитель и разорвал свою грудину, обнажая внутренности с такими же рунами.

«Я тоже» — подумал Георгий.

Руны на теле хранителя начали выделять белую прозрачную Суть, отделяя часть с бдящим от внутренних помещений Стены. Георгий посмотрел вперёд и порезал палец.

——————

На вершине Стены Марсель смотрел, как глава участка выходил за пределы барьеров. Внимательно наблюдая за каждым движением идущих навстречу друг к другу людей, молодой человек бессознательно сжал кулаки. В его голове роились десятки мыслей о том, что происходит и что уже произошло.

Каждый из солдат нервозно смотрел вперёд, а некоторые успевали переговариваться с товарищами и делится идеями, почему за Стеной оказался Святой.

Внезапно все голоса и мысли прервались звоном щита, ударившегося об пол.

— Заместитель, что, что со мной происходит?

Марсель посмотрел в сторону говорившего и увидел, как на него смотрит гниющее лицо ещё недавно светлого человека.

— Почему я ничего не вижу? — Солдат потянулся руками к лицу.

Уже и форма человека начинала гнить, а свет ею испускаемый совсем истончился и исчез. Молодой человек видел, как от неловкого прикосновения рук от лица начали отваливаться куски плоти и падать на пол, всё ещё дергаясь, словно живые. Подобное происходило везде на Стене. С характерным звоном жизни людей расплывались гноем по полу. Вид всего этого вызвал бы ужас у любого наблюдателя. Марсель не стал исключением. Оглядываясь с молчаливым отчаянием, смотря на муки кричащих и визжащих товарищей, молодой человек заметил что-то в углу зрения и обратил взгляд на свою левую руку, плоть на которой начала бурлить, чернеть и разрываться, а края формы гнить.

«Даже моя форма» — подумал Марсель с тяжестью и посмотрел в сторону лифта, откуда раздался шум. С визгом днище лифта пробила грязно-серая рука, вслед за которой вылезла огромная масса плоти, переносимая десятками подобных. Каждая из рук была непропорциональной и постоянно меняла свою форму. Сами же руки росли отовсюду: сверху, снизу, справа, слева — а посреди нескончаемого количества пальцев проглядывалось бьющееся сердце, с каждым громовым ударом которого от существа разбрызгивался гной и споры, заражающие и разрушающие каждый уголок башни.

Раздался треск, вся Стена зашаталась. В тот же миг молодой человек резко оторвал взгляд от существа и повернул голову в сторону, куда шёл Георгий, но весь обзор ему преградила порченная дышащая масса грязи, травы и плоти, поднявшаяся с земли. Внутри неё виднелась насмехающаяся голова Сауруса, преодолевшая всю защиту Стены.

Марсель принял решение мгновенно: взмахнул правой рукой, прочертив линию между собой и существом порчи, отскочил к другой стороне Стены и в полёте сломал рунный камень, данный Георгием. Из линии в небо ударил свет, начавший сжигать порчу. Или так должно было быть в соответствие с тем, что знал каждый из стражей Стены. Однако появившийся свет просто лёг на порчу, сдерживая её, не в силах навредить. Приземлившись на ноги, парень услышал скрипучий низкий голос, раздавшийся из головы уже бывшего Святого.

— Давно не виделись.

Услышав речь, в глазах Марселя проскочило понимание и вся Суть в его уже наполовину сгнившем теле разбушевалась, скрутилась, переплелась и взорвалась, разорвав тело молодого человека и уничтожив всё, что у того было.

Голова Святого тцыкнула в разочаровании и плоть всех солдат начала сливаться в существо, напоминающее гусеницу.

Саурус посмотрел в сторону башни, и тамошнее существо прекратило разрушение и, взвизгнув, резко побежало по Стене в сторону другого участка. Тогда же сформировавшаяся из солдат гусеница поползла в противоположную сторону.

Осматривая окружение, порченный задержал свой взгляд на обрушивающейся Стене. В его взгляде не было ничего, кроме спокойствия. Он не испытывал ничего по отношению к сделанному, он просто сделал то, что считал нужным. Вот и всё. Дальше он будет делать так же. Остальное его не волновало и не заботило. Тело Святого, если эту массу можно назвать телом, разделилось на двое и двинулось вслед за существами, продолжая начатое.

Пока порченный покидал участок, из-под земли с грохотом полезли тысячи существ порчи, двинувшиеся к ещё не тронутым землям, стремясь всё обратить в себя.