Гарри Шпроттер и Рыбнадзор

Гарри Шпроттер был настолько суров, что чистил зубы не щёткой, а ершом, причём живым. Он жил в Ленинском районе Саратова в шкафу для обуви, где делил территорию с парой старых калош и тараканом по имени Иннокентий, который считал себя эльфом-домовиком.

Его приёмные родители, Дуршлаковы, были помешаны на запретах.
— Запомни, Гарри! — орал дядя Вермишель, размахивая половником. — В этом доме никакой магии! И никакой рыбы! Даже шпроты на Новый год мы открываем только в противогазах, чтобы не заразиться твоим фанатизмом!

Но судьбу не обманешь. В полночь, когда трубы в подвале завыли «Шизгару», в дверь постучали. Да так, что из калош Гарри вылетели шнурки. На пороге стоял Хариус — мужик настолько огромный, что его куртка была сшита из трех палаток и одного чехла от танка.

— Слышь, Шпроттер, — пробасил Хариус, вытирая лицо живым лещом вместо платка. — Хватит в калошах спать. Ты — великий браконьер!
— Я? Но я же даже кильку в томате открыть не могу без травм! — пискнул Гарри.
— Это потому что у тебя палочки нет. Спиннинговой! — Хариус протянул ему ржавую арматуру, на которую была намотана синяя изолента и леска из волос единорога (на самом деле — из бороды соседа-алкоголика).

В этот момент в дом ворвался Первый Отряд Спец-Рыбнадзора. Они спустились с потолка на удочках, крича:
— Стоять! Руки за голову! Предъявите червей на досмотр! У вашего таракана есть разрешение на хранение крошек?

— Бежим, Гарри! — крикнул Хариус. — Прыгай в мой летающий мотоблок «Беларусь»! Мы летим в Хогвартс... то есть в ХОХОТВАртс — Высшую Школу Подводного Хохота!

Они вылетели в окно, а вслед им летели штрафы за неправильную парковку мотоблока в воздухе и крики дяди Вермишеля: «Верни сковородку, ирод!»