Где мой дом?

Спокойствие северной долины... мне бы его хотя бы на чуть чуть. Но вместо этого мой мир вновь оросился красным, липким фонтаном не сбывшихся надежд. Кто бы знал, что именно сегодня трактирщик решит подчинится воле террористов и устроит это.

Я никогда не ведал других краев, кроме Новой Земли - островка в виде дуги недалеко от основного континента, от которого первый когда-то откололся. Мы с большой, многодетной семьей жили возле края сердца острова. Приезжие из очень теплых экваториальных земель сравнивали наши снежные, наполненные жизни, но все же - пустоши, с песчаными мертвыми пустошами песков. Было и вправду ужасно: вековой ледник, и вдруг - похож на пустыню.

с самого детства моим увлечением были: рыбалка, езда на санях, охота за дичью и даже немного единоборства. Им меня научил мой дед. Мама и бабушка не обошли стороной и обучили готовке, стирке, вышивке и прочим делам девиц заодно с сестрами.

Помню, сильно нравилось смотреть на айсберги, которые кочевали в море, и представлять, что это огромные корабли, о которых мечтали мои братья и сестрички. Они так хотели покинуть давно почивший - в их глазах - и вечно холодный край Новой Земли. Называли её новой напрасно: основные, составляющие Первое племя роды жили здесь испокон веков.

Воспоминания проносились то рекой, то снежным севером*, то хлопьями неспешного снегопада. Вот приезжают "первопроходцы", забирая у старейшины племени символ начальства. Белые люди другого света -так мы их назвали - явно хотели взять нас измором, предусматривая измену. Да. Так и случилось . Мои дорогие сестры ушли за соблазнительно красивыми - ну, мне так не казалось, - мужчинами белокожих людей. Братья - за девушками тех "первопроходцев". Остальных Стариков, мужиков, парней и мальчишек племени споили, связали и положили бревнышками в какие-то железные коробки...

Я хотел тогда вылететь, всех спасти. А главное - у меня были силы. Но мать, чудом оказавшиеся в очередной раз в нужном времени и месте, потащила за рукав, и, прошипела со слезами и яростью на белых людей другого света, чтобы я никогда в жизни не попался им на глаза. "убьют и не заметят" - добавила она.

Помню, как сидел дрожа. маленькая, еще совсем ребенок, сестра, свернувшись озябшим калачиком, говорила, что это наш трактирщик по кличке "Безымянный", выдал людям другого света все данные за несколько банок спиртного. Как это подло, думал тогда я. Да и сейчас так думаю. Точнее, думал бы...

Вспомнились айсберги, холодное Карское море, первоцветы, воскресающие в краю Вечного льда. Мирное, словно посапывающие небо, серебристое утро, называемое гордым "полярный день", и не развеваемое свежим прибрежным ветром. А теперь этого больше нет! Проклятые белые люди другого света. Они унесли то, что нельзя было уносить. Они унесли с собой свободу Новой Земли. унесли и даже не заметили, что сотворили. Почему? Сердца их жестоки. Они уже не внимают зову. Зову Севера.

Все старейшины слышали этот зов и передавали легенды о нем потомкам. Еще наказывали - "когда зов умолкнет, умолкнет и жизнь." А ведь так и случилось. Почему? - это уже будет вопрос не знающих. Тех, кто не слышал Зова Севера. Тех, кто думает, что все хорошо и "храбрые белые люди" всех спасут, дадут владений и наделят неземным богатством их и ихних потомков.

В этот раз Зов был совсем рядом. Будто внутри меня. Сестренка встала, улыбаясь. Я поднялся за ней. "теперь мне ничего не страшно, когда рядом - дух Севера. " Она почему то посмотрела на меня. Я обнаружил, что и впрямь напоминаю самому себе какого-то из свитков в доме старейшины.

Сестра даже не заметила, что я отбивался с рваной раной на груди. В тот момент она была похожа на жреца-фанатика, которому удалось призвать несуществующую силу.

Этот мир окончательно запорчен. Я про мир Северных долин. Мир, который был островком с оазисами посреди пожара, горящего на поленьях лжи. А душа тех краев бродит по миру, пытаясь найти кого-то еще, чтобы высказать немым языком свою печаль и горькую ярость.

*север-ветер, дующий в северной направлении.