Генетический материал

- Слушай, а маньяка-то того, из Озерово, поймали в итоге?

- Нет. Но и новых убийств уже пару лет как не было. Может, переехал. А может, переквалифицировался в управдомы, - смеюсь я, запихивая в рот пиццу.

У меня в гостях сидит бывший одноклассник Витек. Работает в Нижнем журналистом, изредка наведываясь к нам родителей навестить. Заодно подкармливается у меня свеженькой информацией из нашего ОВД. Не ахти какие громкие новости получаются, но все же эксклюзив. Например: «В Каменске задержаны цыгане, продававшие несовершеннолетним спиртные напитки». Или: «Умершего от гепатита таджика его соотечественники закопали в лесу, чтобы их не обвинили в убийстве». Или «Сбитый на трассе Каменск - Мошары мужчина оказался мотоциклистом. Его мотоцикл с места аварии украли местные жители». Ну а я черпаю эти сведения со стола моего коллеги, помощника районного прокурора по уголовным делам. Сам-то я в прокуратуре занимаюсь природоохранкой – кто где леса на делянке перерубил, или канализацию в озеро сливает, или береговую полосу того же озера забором перегородил. Не сказать, правда, что работа моя сильно эффективная – ни одного забора мы до сих пор не снесли - но бумажки я произвожу исправно, и по судам бегаю… Впрочем, сейчас не об этом. Короче, и хотел бы я порадовать Витька чем-нибудь экзотическим, типа тройного убийства послушниц в монастыре, или на худой конец людоедом-некрофилом, но, как назло, у нас даже завалящего серийного насильника не сыщется. Самое большое – бытовые убийства по пьянке. Но они ни то, что неинтересные – от них такая тоска берет, что самому впору повеситься. Как вспомнишь эти испитые рожи в лужах крови и мочи... уфф. Другое дело Озерово! Вот уж кому повезло. У них в течение пяти лет орудовал самый настоящий маньяк. Реально в страхе всех держал – это не преувеличение. Квартиры в городе подешевели, так сильно народ свалить хотел. Вот, помнится, Ванька Теплов хотел свою двушку продать, так прикинь…

- А напомни, кого он убивал? Проституток? – лениво перебивает Витек, отхлебывая чай.

- Нет, это ты с ангарским маньяком путаешь. И вообще это типовой стандарт для всех маньяков. А у нас, то есть в Озерово, был преступник нестандартный, - говорю я не без гордости. - Творческая, можно сказать, личность. Хотя бы потому, что не устраивал дискриминации по половому признаку. Убивал и женщин, и мужиков. Точнее, одного мужика. А женщин - двух.

- А, точняк, что-то слышал. А скольких всего он убил-то? – Витек оживился.

- Я ж говорю, троих. Две тетки и один мужик. Извини - масштабы, конечно, не те, что у ангарского. Там, кажется, было 89 жертв. Но у нас все-таки глубокая провинция...

- Тем не менее, дискриминация получается. Мужик-то только один.

- А ты попробуй мужика-то убей! Не знаю, может, ему разнообразия захотелось. Или просто удачно подвернулся. Но, кстати, именно после этого мужика все три дела объединили в серию. До этого двух теток расследовали отдельно. И довольно вяло расследовали.

Витек посерьезнел, отставил чашку.

- А почему решили, что убитый мужик – тоже его?

- Потому что и отпечатки пальцев на месте преступления совпали с предыдущими эпизодами, и генетический материал – словом, все.

- Какой генетический материал?

- Ну, сперма. Он, видать, импотент, к нормальному половому акту не способен. Поэтому он сначала, извиняюсь, дрочил на глазах у жертвы, а потом уж убивал. Или наоборот. Сначала убивал, а потом уж... Короче, этот самый генетический материал везде на полу, на земле и находили. И в этот раз тоже. Ну и в пальцах все истоптано. И почерк сходится.

- Почерк - в смысле, что он всех душил?

- Как раз нет. У него было два приема, и он их комбинировал. Первую задушил, а вторую сначала задушил, а потом заколол заточкой. Штук двадцать ударов нанес. Как и тому мужику, последнему. Потому-то, кстати, двух первых женщин сперва не объединили. И генетический материал тогда тоже почему-то не сопоставили. Наверное, потому, что между двумя первыми разница по времени была 3 года. А у оперов наших память, как у рыбок гуппи. Вообще об этом сто раз писали. Имена все известны, надо погуглить.

- Мне не гуглить интересно, а из первых рук получить, - сощурился Витек.

- Да из каких первых? Вторых, а то и третьих. Ты же знаешь – я не в этой теме. И вообще, младше меня в прокуратуре только кот.

- И все-таки. Раздобудешь инфу?

- Ну, само дело мне конечно отфоткать не дадут, но что-то относительно несекретное посмотреть могу. Да зачем тебе это? Все стоящее давно твоим коллегам слили. Сенсации не сделаешь.

- С меня – завтра обед с шашлыками во «Вкусе Востока». Идет?

- Блин, ну ты и привязался. Уж не рад, что заговорили. Ладно, попробую! Шашлыки давай заказывай, ха-ха…

Но никакого ужина во «Вкусе Востока» назавтра не случилось. Утром следующего дня у меня как никогда был повод убедиться, что мысль материальна. А уж тем более досужая болтовня. Когда я только подходил к конторе, уже почувствовал, что что-то не так. Какое-то нервное возбуждение пронизывало воздух. Наш старый вахтер, который обычно глаз не поднимает от телефона, такой ленивый, и тот был на ногах и суетливо переминался взад-вперед. В коридоре мимо меня промчался тот самый коллега, который по-дружески сливал истории про цыган и сбитых мотоциклистов. А сейчас будто не заметил. Наш кабинет жужжал, как переполошившийся улей. Все говорили разом, а начальника - прокурора - не было. Оказалось, смотался на срочный выезд.

- Ты что, не в курсе? – изумленно вскинул брови коллега, наконец-то меня узнав. – Убийство! Маньяк вернулся! Причем не в Озерово, а к нам! Вот, блин, счастье-то привалило...

«Озеровский душитель», «Маньяк с заточкой» - интернет в тот же день запестрел сочными заголовками. Вот что значит уметь сдавать СМИ оперативную информацию! Да в сравнении со сливщиками из ОВД я – ребенок, которого даже упрекнуть не в чем. Короче, на рассвете сего дня была найдена четвертая жертва. Снова женщина. И теперь у нас, в Каменске! Вот я и дожаловался, что у нас маньяков нет. Теперь есть. Погибшая - молодая, 27 лет. Обнаружили рыбаки у озера, посреди пустых бутылок и объедков. Сразу опознали Ларису Короткову, кассиршу из «Магнита». Который недалеко от моего дома, кстати. Я туда часто ходил. Случалось даже с кассиршей парой слов шутливых перекинуться. Блин, вот ведь... Не сказать, конечно, что погибшая была образцом строгих нравов, но все же не алкашка какая-нибудь. Хотя, как выяснилось, в друзьях у нее были кадры колоритные, все синие и в тюремных наколках. Что делать – одинокая, а никто лучше, видно, не подворачивался. Я вот не подвернулся...

Всех этих ее дружков в течение суток подняли на уши – всех, кого смогли. Двоих не удалось – один умер неделю назад, а второй записался в армию и находился в учебке в известном регионе. Стопроцентное, в общем, алиби. Но алкашей наши коллеги шустрили скорее для проформы, потому что сразу бросились в глаза знакомые приметы - те, что по части СК. Убийца сначала придушил ее, а потом уж обработал заточкой. Но и по другим признакам сходилось, что это привет от нашего давнишнего клиента. Ларису в тот вечер видели голосующей на улице. Она сказала знакомой, которая мимо шла, что на автобус опоздала. Камер в этом месте нет, поэтому какая машина ее в итоге подобрала, неизвестно. Но очевидно, что «маньяк с заточкой» решил тряхнуть стариной. Кстати, вторую и третью жертву он тоже, вероятно, подвозил, потому что их нашли в удаленных местах – одну в заброшенном сарае в лесу, другую (как раз мужика) в старой бытовке на краю садоводства. Но в этот раз он даже особо не прятался. Озеро Круглое у нас популярное, летом там много народу отдыхает. Как он решился в такое людное место пойти убивать, ума не приложу. С другой стороны, сейчас ведь не лето, а конец сентября, да еще и будний. Стемнело рано. Отдыхающих не было. Вероятно, убийство произошло около десяти вечера.

- Не прятался? Вот уж не думаю, - спорил Пашка, мой источник информации по цыганам. - Наоборот, по-моему, он здорово прокачался. Ни одного пальца не оставил!

Это правда, и в этом было основное отличие от предыдущих убийств. Хотя ночью шел дождь, который частично смыл следы, он не смог бы стереть отпечатки на той части ремешка сумочки погибшей, которая была развернута к земле. А преступник точно ее касался - сумочка была отброшена. И, кстати, выпотрошена. Значит, пальцы стирал сознательно. Умный стал. Возможно, кстати, по этой же причине он отказался от своего фирменного стиля - мерзкого плевка «генетическим материалом». Впрочем, его мог и дождь смыть.

А ведь семь лет назад каким был неуверенным: шел за девушкой по платформе станции, спустился по ступенькам, пересек пути, прошел один перелесок, потом гаражи, потом другой, пока, наконец, не решился напасть и завалить в кусты. Убивал неуклюже, долго. Бедолага с ним намучилась. Во второй раз был уже ловчей. Появились зачатки профессионализма. Перед третьим эпизодом почувствовал уверенность в себе. Решил попробовать новенькое - грохнул мужика. Но, видимо, не понравилось: мужик, как показала экспертиза, оказал яростное сопротивление. В итоге наш маньяк два года думал, надо ли продолжать, или завязать лучше. Может, и завязал бы, да увидел голосующую Лариску на улице. И не выдержал. Зверь прямо на ловца шел, да еще и улыбался при этом вишнево накрашенным ртом. Вишневая помада стерлась не полностью. Только чуток размазалась по щеке, придав трупу неуместный румянец.

Понятно, оперативники проверили всех городских и иных таксистов. Даже тех, кто вроде не таксист, но хоть раз был замечен в подбирании случайных пассажиров. И конечно, все по нулям. Он возрос над собой неимоверно, этот озеровский маньяк, решили мы нашим небольшим коллективом младших помощников, обсуждая дело в столовой. Но боюсь, серьезные дяди из Москвы, которые, как коршуны, примчались на следующий день к нам за славой, чинами и наградами - как информация в сеть просочилась, столичный СК сразу возбудился - так вот, боюсь, они знали об этом деле не больше нашего. А знали лишь то, что преступник неглуп, хитер и научился ловко заметать следы.

Три дня полиция и прокуратура кипела - пытались перехватить убийцу по горячим следам. Буря затронула даже наш скромный кабинетик. Почему-то начальство считает, что наинадежнейший способ продемонстрировать служебное рвение - это сорвать с места весь наличный состав и отправить его толпой сопровождать следственные действия. Так мы бесцельно три дня и мотались, вызывая нездоровый интерес у подростков, которые тыкали в нас телефоны и снимали видео. Меня и коллегу Пашку, как самых бесполезных, отправляли их гонять. Единственный смысл этих трех дней - я со многими из опергруппы перезнакомился. Ну и побывал на местах всех эпизодов.

Наконец, последние горячие следы остыли (впрочем, их почти и не было). Угас пыл и у начальства. Оно умыло руки - мол, мы сделали все, что могли - и предоставило операм потеть в одиночестве. Нас отпустили по домам. Впервые за три дня я вернулся домой не за полночь. Успел даже помыться, а то уже провонял весь. С наслаждением залез в постель, натянул одеяло. Упс - на тумбочке завибрировал телефон. Кто и какого хре... Витек! Вот это телепатия - прочухал, что я наконец-то расслабился, и именно тогда позвонил. Что? Шашлыки завтра? Блин, я вообще-то устал, как черт. А хотя, знаешь, заманчиво. Ну ладно, можно. Завтра воскресенье, на работу вроде не вызывают.

За истекшие три дня все уважающие себя федеральные СМИ отметились подробнейшим разбором нашего маньяка (теперь он был уже полноправный наш, запросто объединив силовые структуры Озерово и Каменска, что раньше никому не удавалось). Журналисты разжевали все четыре эпизода, представили чуть ли не биографию каждой жертвы. Мне даже добавить было нечего. Витек, правда, сразу сказал, что он писать статью не собирается, а просто так, посидеть-потрещать. Впрочем, если какие материалы есть - тащи, посмотрим.

Ну я и притащил краткую сводку по всем убийствам, которую нам раздавали, и плохонькие фото с мест преступлений. Честное слово, в интернете можно было получше найти.

Часов в двенадцать мы уже сидели во «Вкусе Востока». За окном снова лил дождь (он как зарядил в ночь убийства, так и не собираться заканчиваться), а из динамика над прилавком ползла заунывная восточная музыка. Фото растерзанных жертв я разложил в хронологическом порядке между двумя рядами тарелок с шашлыками, салатиками и чебуреками.

- Это Инга Истомина, 18 лет? Красивая была, - Витек задумчиво ткнул пальцем, предварительно его облизав, в крайнее левое фото.

- Ну да. Согласен, она даже мертвая ничего. Это его первая. Семь лет назад, 15 мая 201..-го года. Вот смотрю на нее и думаю - а почему ж я с ней не знаком был? Знаешь, когда человека уже нет - и главное, если ты его не знал - то кажется, что она была какая-то особенная. Очень хорошая. И обязательно бы что-то из вашей встречи получилось...

- Ну, как минимум, ты бы ее в тот вечер на станции встретил, и маньяк бы убил кого-нибудь другого, хе-хе. Ладно, давай без лирики. Как я помню, она на выходные домой к родителям возвращалась? Училась в области?

- Ага, в медучилище. Снимала там комнату, а раз в две-три недели ездила на выходные домой. В этот раз припозднилась, поехала на последней электричке. А предупредить родителей не смогла - телефон сел. Они и решили, что раз не звонит, то наверное не поедет. Тем более, что она за неделю до этого уже была. А она возьми и соберись. ...Нашли тело на пустыре, который между гаражами и развалинами хлебокомбината. Знаешь ведь? Это был кратчайший путь к ее дому. Вообще странно, что она там пошла так поздно. Место в темноте неприятное. Поздно там никто не ходит, все предпочитают обход - по Володарского, потом по Советской. Там хоть фонари горят, до полуночи всегда прохожие есть. Но идти в полтора раза дольше. И она почему-то решила срезать...

Витек нахмурился, разглядывая фото.

- Пальцы на ней, говоришь, были?

- Были, но не очень четкие. Тогда по ним никого не нашли. Следователь уверен, что маньяк в первый раз еще не планировал убивать. Случайно, мол, вышло. Увидел девушку. Понравилась. Не зная зачем, пошел потихоньку за ней. Потом как-то сам собой зверь в нем проснулся. А когда дело сделал, перепугался, и решил задушить, чтобы свидетеля убрать. А может, она начала его оскорблять - мол, импотент, ничего у тебя не выходит - ну он и озлобился. Потому что, судя по всему, свой сок он вылил уже на мертвое тело. Вот, тут видно - сперма даже не размазалась.

На фото почти ничего не было видно, но Витек кивнул.

- Камер в электричке, понятно, не было?

- Ну какие у нас камеры, золотце? Это же тебе не Нижний. Контролерша прошла по составу один раз, а потом мирно задремала в первом вагоне. А убийца и Истомина ехали, вероятно, в последнем. В Озерово, если помнишь, с дальней стороны платформы просто лесенка вниз, и сразу начинаются заросли. Идеальное место для маньяков. Но он не сразу напал. Долго морально готовился, ха-ха. Смотри: вот платформа, а вот тут тело лежало. - Я повозил пальцами в телефоне, раздвигая карту.

- И как я понимаю, тогда взяли двух молодых таджиков?

- Да, их видели в поезде, а потом недалеко от места преступления. Работали на частной стройке, коттедж строили. Но в итоге пришлось отпустить, потому что генетический материал не совпал. И потом, они после того раза уехали, а убийства продолжились.

- Кого-нибудь еще?

- Допрашивали с пристрастием путевого рабочего Николая Елашкина. Он как раз был на смене. Точнее, сидел в будке недалеко от конца платформы. Распивал там спиртные напитки в компании уборщицы Валентины Клинцовой. Она и обеспечила ему алиби. Алиби, конечно, сомнительное… Но с генетическим материалом и он мимо.

- Фактически, это убийца им всем обеспечил алиби. Хороший какой.

- Ну как бы да... Да, и был еще один интересный персонаж. Его не задерживали - только допросили. Бывший парень покойной, Иван Пономарев.

- О, я как раз хотел спросить, был ли у нее кто-то.

- Был, но она незадолго до смерти с ним рассталась. Бедняжка. Переживала, говорят, очень. Может, от одиночества и решилась на ночь глядя поехать к родителям. А тут такое.