Геншин: я не герой

— А здесь красиво...

Парень стоял на краю обрыва и смотрел вниз, туда, где раскинулись зелёные луга и тянулись к горизонту густые леса. Картина была завораживающей, словно вырванной из сна. И всё же это зрелище не принесло ему покоя — только на миг заглушило мысли о том, что он не должен быть здесь.

— Как я сюда попал? — голос Александра звучал тихо, почти шёпотом, будто он сам не верил, что говорит.

Мысль мелькнула внезапно и пугающе проста: а что если прыгнуть?

Он сделал шаг ближе к выступу, и в этот миг порыв ветра хлестнул его по лицу. Под ногами хрустнула осыпь, голова закружилась. В груди холодной змеёй зашевелился страх.

— Нет... Нет, Сань... — парень отпрянул, едва не потеряв равновесие. — А вдруг это всё по-настоящему?

Он заставил себя отойти от края. Сердце билось быстро, дыхание сбивалось. Александр понимал: поспешные решения ещё никогда не приносили ему ничего, кроме проблем.

Он глубоко вдохнул, пытаясь собраться.

Нужно идти. Нужно понять, что это за место... и почему он здесь.

— Кажется, там впереди город... — Александр прищурился, всматриваясь в даль. На горизонте, среди туманной дымки, действительно вырисовывались очертания стен и башен.

— Надо добраться туда. Возможно, там я найду ответы.

Он понимал: путь будет долгим. До города, возможно, предстояло идти не один день, а может и дольше — расстояние может быть обманчивым. Если бы не его острое зрение, он бы и вовсе не заметил этого силуэта.

Александр невольно усмехнулся: везёт же мне, что хоть глаза не подвели. Но вместе с тем в душе зародилось беспокойство — кто ждёт его там? Люди? Опасность? Или новые вопросы, на которые у него всё так же не будет ответа?

Он поправил одежду, глубже вдохнул свежий воздух и сделал первый шаг с твёрдым намерением: идти вперёд.

Склон холма тянулся вниз длинными полосами травы, местами перемежающимися колючими кустами. В воздухе витал запах сырой земли и зелени: недалеко начинался густой лес. Птицы перекликались в кронах, а где-то в стороне послышался треск ветки — будто за ним кто-то наблюдал.

Голод пока не мучил, но он понимал — рано или поздно еда станет проблемой. В карманах оставалось лишь сквозная дырка и хрен с палку, что, по самым скромным подсчётам, хватит дня на три. Тогда начнётся обезвоживание.

Если не найти провианта... можно умереть. Эта мысль кольнула неприятно.

И тут, словно в насмешку, прямо перед ним из кустов выскочил кабан. Зверь с шумом пронёсся мимо, даже не обратив на него внимания. Земля дрожала под тяжёлыми копытами. Александр едва успел отшатнуться.

Но удивление быстро сменилось ужасом: следом за кабаном, тяжело волоча своё дрожащее тело, из кустов выползла огромная слизь — по размерам не уступавшая самому Александру. Она переливалась под солнцем влажной, полупрозрачной поверхностью, словно состояла из живого синего желе. Субстанция казалась упругой и вязкой одновременно, и каждое её движение сопровождалось отвратительным, липким чавканьем. Внутри этой массы что-то шевелилось — обрывки костей, клочья шерсти и то ли обглоданные конечности, то ли неразличимые обломки чьих-то тел.

И всё же самым жутким было другое: завершала картину этого кошмара нелепо-милая мордочка. Простая, словно срисованная со смайлика в интернете — двоеточие и скобка.

И это существо размером с Александра вовсе не шло за кабаном. Нет. Оно уже выбрало себе новую цель — куда более крупную.

— Что за чёрт... — выдохнул Александр, машинально отступая назад.

Слизь никак не отреагировала на его голос. Мгновение — и вся масса, подрагивая и распрямляясь, вдруг взмыла вверх. Она словно подпрыгнула, но с большой скоростью и силой, траектория падения вела прямо на Александра.

— Что за херня! — заорал он, бросившись в сторону. Ветви хлестали по лицу, кусты рвали одежду, но страх был сильнее боли.

Он бежал и бежал.

Слизь не отставала.

Пусть она двигалась медленнее, но её преимущество было в другом — она не знала усталости. Александр же чувствовал, как с каждой секундой дыхание сбивается, лёгкие жгло, а ноги тянулись вниз, словно налитые свинцом.

Каждый раз, когда он замедлялся или пытался перевести дух, мерзкая масса вновь прыгала вперёд, сокращая расстояние.

— Что же, чёрт возьми, делать?! — почти захлёбываясь в собственных словах, прохрипел он. Паника мешала думать.

А слизь всё прыгала и прыгала, оставляя за собой блестящий влажный след. После каждого её удара о землю трава на месте соприкосновения превращалась в кашу, будто растворялась. Казалось, что сама природа не выдерживала её присутствия.

Александр заметил ещё одну деталь: на пути слайм жадно поглощал всё, что попадалось. Трава, листья, мелкие ветви — всё исчезало в его массе без следа. И если он промедлит, то сам станет ужином.

И тут взгляд Александра зацепился за нечто необычное. Впереди, в глубине леса, среди зелени росло странное растение. Яркие, крупные цветы возвышались над землёй, а вокруг них трава покрывалась инеем. Лёд расходился кольцом, будто сама жизнь боялась подойти ближе. Сами они были синего цвета, а внутри открытого бутона, был хрусталь льда.

— Цветы?.. — прошептал он, ошарашенный.

Именно в этот момент в голове Сани мелькнула мысль: может быть, это шанс.

Он рванул вперёд, будто сам Усэйн Болт гнался за рекордом. Никогда в жизни Александр не бежал так быстро. Каждая секунда тянулась вечностью, мышцы горели, дыхание хрипело в груди, но впереди уже виднелись они. Цветы.

Вокруг них воздух изменился — стал резким, ледяным. От земли поднимался туман, а дыхание тут же превращалось в белое облачко. Саня почувствовал, как по коже побежали мурашки: холод здесь был ненормальным, колющим, почти болезненным.

— То, что нужно... — выдавил он сквозь сжатые зубы, борясь с болью.

Сзади раздалось мерзкое чавканье — слизь прыгнула ещё раз. Она приближалась, а у Александра не оставалось сил для этих изматывающих кошек-мышек, если план не сработает.

— Цветочки, не подведите... — пробормотал он, дрожа всем телом. — Чёрт, как же холодно...

Пот, стекающий по лбу, почти мгновенно превращался в тонкую корку льда. Пальцы закоченели так, что едва слушались. Он едва удерживал равновесие, но упрямо стоял.

Прыжок.

Слизь метнулась к нему, вся её масса с противным звуком взвилась в воздух, нацелившись прямо на Александра. В этот миг в нём проснулся какой-то странный азарт. На лице появилась злая, почти безумная улыбка.

— Ну давай... выкуси, сраный урод! Никогда не любил желе!

В последнюю секунду Александр отпрыгнул в сторону. Липкая туша слизи пронеслась мимо и обрушилась прямо на цветок.

Произошло нечто невероятное: слизь как всегда попыталась поглотить растения, как тут же всё её тело начало стремительно покрываться инеем. Лёд расползался изнутри, словно жадные кристаллы находили новую пищу. Мгновение — и вся слизь, ещё недавно прыгавшая на свою добычу, застыла посреди цветков огромным ледяным комком.

Тишина накрыла лес.

Александр тяжело дышал, лёжал на земле, и наблюдал, как его враг превратился в неподвижную ледяную статую.

— Сработало... — выдохнул он с облегчением и нервным смешком.

— Цветочки, я вас люблю...

Выдохнул Александр, переполненный адреналином, и в каком-то безумном порыве попытался обнять ближайший стебель, опустившись на колени.

— Чёрт! Холодно! — он отдёрнул руки и рассмеялся. — Ладно, понял, чувства не взаимные.

Смех вырвался живой, радостный, почти истеричный.

— Я выжил... Я победил! Фух.

— А теперь, что делать... похоже я забыл в какую сторону город.

Александр посмотрел по сторонам, но лес казался одинаковым.

— Ладно. Ничего. Главное выйти из леса, а дальше будет легко.

Покрайней мере он на это надеялся.

— Ну что, Сань... вперёд и с песней, — пробормотал он, чувствуя, как от усталости язык заплетается. — Вместе весело шагать... по просторам...

Он рассмеялся, понимая всю абсурдность — один, посреди дикого леса, поёт глупую песенку. Но это значило, что он ещё жив. И умирать не собирается.

---

Александр шёл долго.

Ветер шумел в кронах деревьев.

Впереди лес начинал редеть, и между деревьями показалась узкая тропинка, ведущая к низине. Там, где туман постепенно рассеивался, отчётливо вырисовывались очертания узкой реки, блестящей на солнце серебряной лентой.

Александр с любопытством замер у края леса: вода в ней была кристально чистой.

— Интересно… — тихо сказал он.

С другой стороны, мысли о пище вновь закрались в голову. Путь был долгим, а запасы у него — хер с дыркой.

Александр остановился и попытался прикинуть, куда идти дальше. Самым разумным вариантом казалось двигаться вдоль реки. Он помнил: город, если он не ошибся в своих наблюдениях, находился возле водоёма. Вдруг именно эта река и приведёт его туда? «Попытка не пытка», — подумал он, уже собираясь шагнуть вперёд.

Но внезапно взгляд зацепился за деревья на берегу. На одних росли крупные красные плоды, один в один похожие на яблоки. На других — оранжевые фрукты овальной формы, которые Александр прежде никогда не видел.

— Что за зверь ты такой?.. — пробормотал он, потянувшись к ближайшей ветке.

Он сорвал один оранжевый плод. Тот оказался неожиданно тяжёлым, но упругим, словно сочная груша. Пальцы оставляли лёгкие вмятины на кожуре.

— Джекпот... — выдохнул он, приподнимая брови.

Однако радость быстро сменилась настороженностью. Слишком уж «чисто» и идеально выглядели эти плоды. Совсем не походили на дикие фрукты.

— Будто селекционные... — пробормотал он. — Хотя... слизь, ледяные цветки... — Александр покачал головой и усмехнулся. — Вопросы снимаются. Магия. Будем думать так. А то я точно с ума сойду.

Он повертел плод в руках, разглядывая его на свету.

— Хотя... безопасно ли это есть? — задумчиво произнёс он вслух. — Хм... нужно проверить. Животные яд точно не станут есть... хотя, стоп. Нет, это так не работает. Кто сказал, что у них та же реакция на токсины? Да и на ком проверять буду? На кабанах? Эти прожорливые сволочи сожрут любую дрянь, ещё спасибо скажут.

Он вздохнул и покачал головой.

— Похоже, придётся проверять на себе. Только не на этой странной груше... — он скосил взгляд на оранжевый плод, который казался подозрительно сочным и заманчивым. — Начнём с яблока. Оно хотя бы выглядит знакомо.

Александр подошёл к другому дереву и сорвал крупное, наливное яблоко. Кожура поблёскивала на солнце, словно его только что натёрли воском.

— Так... эксперимент номер один, — пробормотал он, проткнув кожицу пальцем и поднеся плод к носу.

Он осторожно вдохнул аромат.

— Хм... пахнет, как яблоко. Ничего необычного.

Сжав фрукт в руках, он выдавил несколько капель сока и тщательно растёр их по коже предплечья. Подождал, прислушиваясь к ощущениям.

— Никакого жжения... вроде обычный фрукт, — сказал он вслух, словно докладывая сам себе.

Второй этап. Маленький кусочек. Александр глубоко вдохнул, прижал зубы к кожуре и осторожно откусил небольшой ломтик. Секунда ожидания. Потом ещё одна.

Он замер, прислушиваясь к телу, словно ждал, что сейчас его скрутит в судорогах. Но ничего не происходило. Наоборот — вкус оказался сочным и знакомым, сладко-кислым, как у самого обычного яблока из магазина.

— Да блять... это же обычное яблоко! — воскликнул он, и облегчение в голосе прозвучало почти как смех. — Слава богу!

Александр сел прямо на траву, держа плод в руках, и с аппетитом сделал ещё один, на этот раз уверенный укус.

— Получается, зря всё это делал... — пробормотал он сквозь жевание. — Со стороны я наверняка выглядел, как полный псих: нюхаю, мажусь соком, потом кусаю...

Саня доел яблоко до самого сердцевины и, не задумываясь, швырнул огрызок в сторону.

— Ну что ж, с едой вопрос вроде как решён, — пробормотал он, вытирая липкие пальцы о штаны. — По крайней мере, могу набить карманы фруктами, а часть понесу в руках.

Фрукты решали сразу две проблемы: и голод утолить, и жажду сбить. Хоть немного, но всё же лучше, чем пить из реки. Вода там выглядела чистой, прозрачной, заманчивой, но доверия не вызывала.

— Ну её, — Саня мотнул головой. — Не хочу в этом мире нарваться на понос и паразитов. Ещё не хватало убегать от монстров, зажимая живот.

А солнце уже клонилось к закату, окрашивая небеса тёплыми переливами алого и золотого. Воздух становился прохладнее, и для Александра это означало лишь одно — приближение ночи.

Он двинулся вперёд, как и планировал, но путь по реке обернулся неожиданностью. Она вела к небольшому водоёму, В центре которого, на островке, возвышалась величественная статуя.

Александр остановился. Каменное изваяние изображало человеческую фигуру, с капюшоном, скрывающим лицо. За спиной возвышались крылья, словно у ангела, а руки были протянуты вперёд так, будто фигура собиралась что-то даровать миру.

Кто же был этот человек, удостоенный столь необычного памятника? И человек ли вовсе? Может, это образ какого-то древнего героя или божества, о котором он ещё не знал? Александр ощутил лёгкий ветерок по коже.

Впереди, слева от статуи, простирался густой лес, тёмный и тихий, к которому вела протоптонная дорога.

Также неподалёку от леса стояла… фигура. Гуманоидная? Человек?

— Только странно одет… — пробормотал Александр, прищурившись. — Точнее, вообще почти не одет. Хотя… вроде на нём что-то типа трусов. Ну хоть так.

Он поморщился:

— Чёрт, а вдруг это какой-то местный извращенец? Вот это будет знакомство… Первая встреча с разумными — и сразу фиаско.

Саня, недовольно цокнув, решился подойти ближе. Силуэт постепенно становился отчётливее. Телосложение мужское: плечи хоть и узкие, но мускулистые. Однако с каждым шагом у Александра росло странное, липкое чувство неправильности.

Первое, что бросилось в глаза — рост. Невысокий, даже для подростка. Александр прикусил губу:

— Скверный характер уже обеспечен…

Следующее — кожа. Она была серой. Нет, Александр не расист, просто это выглядело чересчур странно. Да ещё и вкупе с остальными деталями. В руках «человека» оказалась дубина. Тяжёлая, грубо обтёсанная, как у первобытного дикаря.

Но самое главное — голова. Лица за маской видно не было. Маска не деревянная и не кожаная — скорее кость. Белая, со странными узорами. Глазниц тоже не было, сплошная поверхность, и всё же казалось, что существо смотрит прямо на него. Но и это было не самым жутким. Волосы — густые, будто покрывали всю голову, превращая её в меховой куст. А уши… длинные, словно у кролика.

— М-да… чем дальше, тем меньше мне это нравится… — пробормотал Саня, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

Он уже хотел незаметно отойти в сторону, но было поздно. Существо резко вскинуло голову, издав звериный рёв, и сорвалось с места, размахивая дубиной.

— Блять, так и знал! — выругался Александр и рванул прочь. — Карликам доверять нельзя!

Ноги сами понесли его, но нападавший оказался быстрее, чем он ожидал. Топот земли, хриплый рёв и свист рассекаемого воздуха с каждым мгновением приближались.

— Эй! Слушай, давай договоримся! Я не хотел тебя обидеть! — выкрикнул Саня на бегу.

Ответа не последовало. Только яростный вой и гулкий топот.

Александр резко остановился, склонился, схватил с земли толстую увесистую палку.

— Ладно… я не хотел доводить до такого… — выдохнул он, развернувшись лицом к нападавшему. — Но, похоже, выбора нет.

Он крепче сжал импровизированное оружие и крикнул — скорее для храбрости:

— С детства палкой махал! На моём районе лучше меня никого не было!

Масочный гуманоид лишь ускорил бег. Когда расстояние сократилось до пары шагов, Александр изо всех сил махнул палкой. Удар пришёлся прямо в лицо. Раздался хруст, глухой стук, и существо взвизгнуло, рухнув на землю.

Саня застыл, сердце бешено колотилось.

— Ну и знакомство, твою мать…

Он недолго думая поднял с земли дубину существа.

— Эй, мужик? Ты жив? — осторожно спросил он, присев рядом.

В тот же миг гуманоид дёрнулся и, взвыв, метнул кулак в лицо Александра. Удар сбил его с ног. Существо повалило Саньку, попыталось вцепиться в горло. Но тот успел врезать кулаком по морде и оттолкнуть его прочь.

Схватив дубину, Александр вскочил и, тяжело дыша, начал бить врага.

— Тварь! Тварь!

Удары сыпались один за другим. Дубина с гулким треском врезалась в голову существа снова и снова. Маска треснула, раскололась на куски. В следующее мгновение тело нападавшего исчезло, будто растворилось в воздухе.

Александр остался стоять, тяжело дыша, сжимая дубину. На земле валялись только осколки белой маски.

— Что за херня?.. — выдохнул он в пустоту.

Он медленно опустился на землю, устало уставился на обломки.

— Интересно… это считается за убийство?

Саня опустился на спину и закрыл глаза. Ветер налетел сильнее, трепля траву и листья. На душе стало странно спокойно.

— Всё… на сегодня приключений хватит… — прошептал он.

И позволил себе отдохнуть.