Герои забытых сражений

Идеального места не существует, потому что

там, где обретает своё начало человек

обречено на уничтожение...

Из Книги Героя Паллорака.

«Ты что, Герой?»

Мальчишка

В вечно тёмных ямах Поселения Серого Волка, располагалось известное в этих краях подземелье-тюрьма воеводы Борислава. Тюрьма была создана как личное воплощение ненависти к окружающему и недружелюбному как он считал миру.

Огромный лабиринт, проходящий почти через все Поселение, напоминал больше вековые склепы и канализации, нежели тюрьму с огромными внутренними воротами в Главные Залы. Прогнивающие и плесневелые стены, постоянный запах смрада и крови, перемешанный с тухлым запахом рыб и пресмыкающихся, обитающих во внутренних канализационных водах, вырытых примерно в пару шагах от несущих стен тюрьмы.

Тюрьма так же служила в крайними мерами: в случае осады для женщин и маленьких детей, не способных держать оружие.

А приходилось его использовать часто. С заключенными в этот момент уже не церемонился никто – всех пускали под нож, словно на забое.

Нужники и выгребные ямы почти не убирались, создавая запах, подобный не сыскать за сотни верст. Крики, переходящие в эхо бесконечных незаслуженных пыток над заключенными, доносились до всех уголков этого без сомнения проклятого места. По слухам, от туда не возвращался никто, а чтобы заслужить свободу требовалось как минимум средства и связи, коих не было у заключенных.

Или чтобы тебя не забыли.

Там и находился в данный момент Герой.

Никто не знал почему, а тем более за что посажён он был, а многие уже и забыли, так как провёл он в этом подземелье уже больше тридцати лет своего существования. Он никогда не заговаривал о себе и не искал собеседника. Он тихо умирал в каменной комнате в четырёх стенах промерзлой и влажной камеры, подвергаясь примерно два-три раза в неделю встречи с пыточником Весемилом и его помощником, имя которого от так и не запомнил.

Те, кто охранял и издевался над ним верили, что за Героем скрыта великая тайна, возможно поэтому каждый раз на пытках его спрашивали: «Ты ли есть на самом деле?», «А если нет, то кто?». В свое время Великий Князь Волков Дарен, старый уже, почти умалишённый старик лично участвовал в его заточении более тридцати лет назад, но тем не менее каждый год исправно навещал его во время пыток.

Хотя Герой так же оставался непоколебим в своём молчании, Великий Князь зачем-то рассказывал ему истории из своей жизни, что произошло в мире за целый год, месяц, день и как растут его, не менее сумасшедшие дети князя, по чем стоит баклажан в этом году и почему цены на них необходимо контролировать.

А главное – контролировать Героя.

Герой слушал его. Иногда казалось, что в его тяжелом взгляде проскальзывала улыбка, что-то лёгкое, глаза его передавали в эти моменты намного больше, чем казалось обывателю и иногда даже думалось, что рассудок у Героя ещё с ним. Непонятные улыбки Героя забавляли Великого Князя, и он будто специально продолжал свой монолог.

Возможно, Герой чего-то ждет.

Спасения?

Со временем Великий Князь ушел к своим предкам и про Героя забыли. Пытки становились все реже, а исхудалое, измученное тело старика, которого когда-то называли Героем стало никому не интересно. Наступал момент забвения. Память о нем гасла, как и его желание жить.

Но в один из обычных с виду дней, ничем не отличавшихся все эти долгие годы случилось то, что наверно не могло случится: ему, возможно случайно, подселили заключённого - с виду простого мальчугана-карманника, которого схватили и привели сюда без суда. Поймали на обычной краже яблок на внутреннем рынке, ближе к полноводной реке.

Молодому человеку на вид было чуть больше семнадцати, невысокий, подвижный, по одежде можно подумать, что происходил из бедной семьи.

Он с ужасом глядел на тюремщиков и бессвязно орал:

- Не… невиновен…. Я!….меня взяли по ошибке! Я невиновен! В-Е-Н! Лис! ЛИС! ВЕЛИКИЙ ЛИС! Помоги! Кто-нибудь! КАРАУЛ! Отпустите немедленно!

- Не ори! - огрызнулся один из тюремщиков. - Если не виновен, завтра будет суд и ты пойдёшь домой!

- Какой завтра?! Какой суд? За что? О, милостивый Лис! Помоги мне! Я же только посмотрел! Я ничего не крал! Этот купец все неправильно понял. Я случайно!

- Слушай мальчишка, мне кажется, ты Поселением ошибся. Особенно красть в этих местах, - засмеялся тюремщик. - Тут таких, мягко говоря, не чтят, а зачастую сразу рубят руку, как в южных землях. Ты пошел с яблоками от него не расплатившись, чего ты ожидал?

- Все боги одинаково почитаются в этих землях! - застонал карманник, - ты мне морковь в уши не закручивай! Я знаю порядки, как твои дома грядки! Князья Поселений….

- Так если знаешь, - прервал карманника тюремщик, - иди вперёд! И жди СУДА!

Он толкнул ногой в спину карманника и второй упал от удара на старое сырое сено, которое находилось в камере. Карманник подбежал было к двери, но тюремщик ловко перед самым носом закрыл дверь и повесил внушительный, тяжелый, самозакрывающийся скрипучий и из-за влаги ржавый замок. Карманник вцепился в дверь и закричал:

- Именем Великого Князя Зареслава, я тре…

- Да заткнись ты уже, - оборвал его тюремщик, - никому до тебя нет дела, особенно нашему нынешнему Князю. Такие как ты - ему неинтересны. А за слова о моих грядках ещё ответишь, зараза маленькая!

- Откуда ты… – начал было возражать карманник, но тюремщик покинул его, скрывшись в сырых каменных тоннелях тюрьмы. Помахивая рукой, словно прощаясь навсегда.

Карманник глубоко вздохнул и сильно ударил по решетке. Металл, напрочь испорченный влагой неприятно скрипуче лязгнул, на руках карманника оставив оранжевые пятна. Мальчишка огляделся, увидел новое своё жильё как он надеялся только на эту ночь: свет проходил в камеру только из вне, от тусклых настенных ламп, окон не было, с двух сторон располагались лежанки из сена, хотя камера казалась одноместной. Вероятно, что кто тут находится, старался просушивать хоть как-то сено, чтобы спать в более менее «комфортных» условиях.

В левом углу камеры он неожиданно для себя заметил старика. С первого осмотра он по неведомой причине его не увидел. Старик сидел и как будто не обращал совсем на него внимания, словно дремал. Исхудавшее тело и запачканные грязью, кровью и фекалиями рваная одежда – вот что увидел мальчишка, от чего невольно вздрогнул и потянуло освободить свой желудок и так от скромных запасов еды. Лица старика он четко разглядеть не мог. Собранные вместе руки и ноги старика закрывали лицо.

Старик тяжело дышал.

- Здравия и силы желаю тебе, старик! - поприветствовал старика карманник и невольно протянул свою открытую ладонь.

Старик даже не пошевелился, а так же сидел и не двигался.

- С тобой все в порядке? Ты меня не слышишь? - опять обратился карманник к старику и подошёл чуть ближе, пытаясь его рассмотреть.

Он посмотрел на его руки и увидел синюю гравировку рун, знаки, которые карманник знал.

- Так ты…. Герой? - спросил карманник и немного попятился. – Почему?

Старик ничего не ответил, но медленно поднял голову и посмотрел на карманника. Глаза старика, словно звезды будто ослепили карманника на мгновенье, но внимательно посмотрел на них и снова на руки Героя.

- Старик, ответь почему ты здесь? – не унимался мальчишка, но разговора дальше не следовало.

Как он не пытался привлечь внимание старика, ответа не следовало. Он махал, кружился, даже прыгал возле него, но старик даже не шевельнулся.

- Ясно, разговора с тобой не получится, - сделал в конце заключение карманник, - мне только ночь тут переждать, завтра суд, мне опять влепят обязательные работы, как это было в другом Поселении, по крайней мере я на это надеюсь, и я отправлюсь снова исправлялся, наверно уже в восьмой раз, ха! Жалко, конечно, что ты все время молчишь. Я видел Героев и не раз, но никогда не думал, что удивительных людей можно встретить тут, в тюрьме. Удивительно! Встретить Героя в таких местах! Уму не постижимо! По выходу нужно будет мне непременно отметить сей радостный успех! Я понял, наконец: Герои и я – мы все несовершенны. И ты, старик это подтверждение! Хотя бы имя скажи старик? Как мне о тебе рассказывать? Мне же наверно не поверят?

Старик неожиданно вздрогнул. После вытер глаза и посмотрел на него. Потом чуть привстал, поправил солому и….улегся осторожно спать, будто его тело из стекла и любое неосторожное движение может погубить.

Карманник наблюдал за действиями старика, сам так же переложил солому в удобное для лежанки место (где было не так сыро), лёг и тут же погрузился в сон, как будто отпахал на пашне целый день.

Он и представить не мог, кто находился рядом с НИМ. И тем более, что будет дальше. Он и не хотел этого знать, но судьба или случайность распорядились иначе.

Глубокой ночью карманник проснулся от прикосновения руки к его лбу. Это был старик. Его рука была настолько холодная, что лоб мальчишки онемел. Худые пальцы старика схватили и после зажали его череп, а ногти впились в молодую кожу мальчишки, от чего из-за ран пошла кровь.

Старик смотрел на него и глаза его светились ярко-голубым светом. Карманник не мог двигаться, и изначально подумал, что старик хочет забрать у него всю его жизненную силу и из-за этого попытался закричать, но ничего не вышло.

Крика не было. Только крик в пустоту.

Карманник испугался, что старик не Герой, а один из «неких» прислужников Неживого, малоизвестного ему культа, от котором он слышал только в байках и пустой болтовне в приемных дворах.

О силе Неживого и о силе, которой могут обладать Герои ходили только легенды, а совмещенное вместе.

«О БОГИ! Я погиб!» – подумал в истерике мальчишка. Безусловно его посадили сюда, чтобы обновить силы этого старика! Он обычная жертва, словно овечка или курица, загнанная в клетку к голодному волку!

Но тут же в своей голове, словно второй не его сторонний внутренний свой голос сказал: «Не беспокойся. Ты не умрешь. По крайней мере сегодня. И завтра. И ещё долгие годы, если не будешь испытывать судьбу и богов. Я уже сильно стар. Силы мои на исходе и с первыми петухами я испущу дух и отправлюсь на Справедливый Суд к моему богу - Великому Лису. Моя Книга Героя дожидается часа, когда я отправлюсь в Иной мир, она закончена, потому что закончен мой путь, но она не работает как у остальных моих таких же Героев. Она повреждена и осквернена. Она не исчезнет и не появится а Библиотеке Школы Героев. Поэтому прошу тебя. В обмен на мой перстень. Перстень Героя. Я прошу тебя принести эту книгу и отдать Верховному. Ты справишься с этим?».

Карманник смотрел так, что казалось, глаза вывалятся наружу. Тело его абсолютно не слушалось, говорить он не мог, но он собрал все свои оставшееся силы и очень слабо кивнул. Герой, как ему казалось, выбора не давал.

«Я рад, что ты поможешь старику, - голос в голове продолжил и старик первый раз легко улыбнулся, - Поверь, моя книга очень ценна именно для Школы Героев, но так же ценна и для других людей, потому что в ней есть знания, способные другим людям дать не только золото, но и власть, лучшим понимаем жизни и смерти. Она раскроет много тайн, которые я хотел бы похоронить вместе с собой, но не хочу, потому как знания эти пригодятся новым Героям и она сможет дать ответ на то, на что нет ответа ни в одной книге. Поэтому я прошу тебя: ни при каких условиях не передавай эту книгу. Книга Героя - есть память моей жизни. Ее я могу передать только сам. Я хранил и прятал её все эти долгие годы. Ее невозможно украсть, она исчезнет и появится у меня снова, продать и уничтожить всеми имеющимися способами. Моя смерть похоронит ее. И я отдаю поэтому ее тебе. Добровольно. Поэтому книга останется. Останется в руках вора, но слава Великому Лису не убийцы. Так же и ты теперь будешь распоряжаться моей книгой. Но знания, скрытые там тебе будут не подвластны, так как прочесть её может только ДРУГОЙ ГЕРОЙ. Ты сможешь продать её первому встречному, но награда, которая ждет тебя в Школе Героев несравнима. Но выбор и дело остается за тобой. Так, ты согласен?»