Герой для другого мира

Солнце медленно катилось к горизонту, озаряя последними тёплыми лучами маленькую деревню Томино. Чёрно-белые коровы паслись на полях с выкошенной травой, а гуси, гогоча, гонялись друг за другом в воде маленькой речки. Слабый ветер тревожил высокие деревья и их шелест успокаивал пожилых людей, сидящих у своих разукрашенных домов. Группа мужчин плотной полосой шла по заросшему полю с косами, медленно уничтожая заросли. По улице то там, то тут сновали люди, торопясь вернуться со своих работ домой к родственникам, где их любят и ждут. На небе проявились первые звёзды и коровы с выгула возвращались домой, громко мыча на всю улицу, чтобы хозяева забирали их обратно в стойло. Словом, жизнь в деревне шла своим, но таким похожим на все остальные, чередом.

Ближе к окраине стоял очень красивый домик. Нельзя сказать, чтобы он был большим, но и маленьким его назвать тоже язык не повернется. Хорошая деревянная усадьба с пристройкой и жилым вторым этажом. Дед ещё до смерти каждую весну вырезал новые доски для облицовки дома и переделывал фасад, чтобы здание выглядело свежо и красиво. Как только наступало лето, приезжали с города внуки и разукрашивали дом в разные цвета, в основном голубой и белый. На самой макушке красовался медный петушок, вращающийся от ветра. Даже когда не стало деда, его дети и внуки продолжили ухаживать за домом, каждый год меняя древесину жилища.

Вот и в такой же вечер в первые деньки лета, пока бабуля ласково карпела над пирожками с яйцами и капустой, внуки занимались покраской дома. Максим красил на лесах второй этаж, а Вера первый, пока Нина Федоровна занимались готовкой. Когда совсем стемнело, парень слез с лесов и позвал сестру зайти в дом:

– Пошли домой, Лер, все равно уже ничего не видно в темноте. Завтра закончим! – Девушка упорно пыталась разглядеть во мраке доски и кисть, которую она держала в руке.

Когда на деревню опускалась ночь, увидеть что-либо без искусственного освещения представлялось задачей нереальной, так как в здешних краях ночи темнее самой страшной бездны. Зато какое небо! Россыпи звёзд и красавица Луна!

– Ладно, пойдём... – Лера спрыгнула с высокого барного стула (девушка использовала его, чтобы дотянуться до верха, ведь она была маленького роста) и направилась за братом.

Дом встретил их прекрасным убранством – все поверхности как всегда застелены вязаными салфетками ручной работы, на диване лежали несколько толстых котов – Репка и Шунтик. На половину стола бабуля разложила махровое полотенце, аккуратно укладывая сверху ряды пирожков. Аромат разнёсся на весь дом, поэтому животы внуков жалостливо заурчали, прося забросить в них как можно больше еды.

– Максик, сходи, пожалуйста, за водой, будь так добр... В чайнике воды нет, а баклахи все пустые. Не из чего сделать чай! – Бабуля всплеснула руками, притворно охая.

– Хорошо, ба! – Сходить за водой дело пяти минут.

У них на заднем дворе в самом отдалении ещё дед много лет назад вырыл самостоятельно с друзьями колодец, да такой глубокий, что представить сложно, как он сделал это без помощи современной техники. Максим запрыгнул в тулуп (ночи-то холодные, несмотря на то, что днём может стоять жара) и вышел на улицу, захватив два ведра из нержавейки.

– Скоро буду! – Объявил парень, захлопнув дверь.

Без фонарей и любого света приходилось идти полностью на ощупь, поскольку светили на всю длинную улицу лишь парочка слабых фонарей. Едва проглядев тропинку, Макс бодро пошёл вперёд, уже не боясь упасть в грядки. Когда он упёрся в забор, который чуть не протаранил, оставалось лишь повернуть направо до самого угла.

Старый колодец накрыт деревянным верхом, в котором сделали дверцу для удобства. Рядом лежала веревка. Ее пришлось искать долго из-за темноты, но в конечном итоге она нашлась. Брюнет привязал один конец к первому ведру и открыл дверцу. Изнутри повеяло сыростью, плесенью, а по ушам ударил странный, неестественный вой.

– Тьфу ты! Чур меня! – Перекрестился Максим, с усилием кидая ведро в самый низ, видимо, этим пытаясь убить нечисть.

– Ай! – Послышалось снизу, когда ведро долетело до цели.

Видимо, там снизу всё-таки не только вода. Макс попытался потянуть верёвку, но этого сделать не удалось. Кто-то держал ее снизу, да так крепко, что вернуть себе ведро оказалось нереальным делом.

Дёрнув ещё раз, Максютка спровоцировал невиданную силу и некто снизу дёрнул в ответ, затем ещё раз, и ещё, с каждым новым разом всё сильнее. В очередную такую попытку Макс почувствовал, как уже перевалился верхней частью тела внутрь колодца и только ноги держали его от падения вниз, упираясь в саму конструкцию. После крайней попытки брюнет всё-таки упал вниз.

Однако он не добрался до воды. Летел, летел... Кажется, словно он попал в другое измерение. Телом своим парень чувствовал, как постепенно ускоряется в свободном падении. Под ним пустота, сверху – тоже.

– Помогите! – Крикнул он, но темнота поглотила его паникующий голос. – Кто-нибудь!

Под ногами появилась точка и медленно начала расти, увеличиваться в размере. Макс начал разглядывать резные дома, дворы с идущими людьми и огромное озеро, куда он и падал. Страх охватил юношу ещё сильнее, а гладь воды уже приближалась. Огромные брызги захлестнули Максима и вот он уже барахтается в теплой воде.

Слава Богу плавать он умел, поэтому сразу же сориентировался и поплыл к берегу, где рыбачила какая-то девушка. Возможно, она поможет парню выбраться из этого места. Догадок по поводу происшествия у Макса не было. Он попал в другой мир? Или остался в своем же, но просто переместился в другое село? Может, он вообще вне времени и пространства... Или он умер? Да не дай Боже́!

Подплыв к берегу, Макс увидел, как убежала эта самая девушка, сидящая до этого у воды с удочкой. Напугал её сильно, наверное. Ведь в воде никого не было и никто туда не заплывал, соответственно, Максим вылупился, можно сказать, из ниоткуда.

Погуляв мокрым по земле у озера и обсохнув, парень пошел в саму деревню. Здесь всё совершенно иное – чудны́е животные совсем не как в его мире, люди одеваются по-другому, а дома все одинаковые как под копирку, только таблички разные с номерами домов. На удивление, несмотря на приличное количество домов, улица оказалась безлюдной. Может быть, та девушка рассказала всем о его появлении.

– Эй, ты кто? – Окликнул Макса кто-то. – Я тебя здесь никогда не видел!

Обернувшись на двор, мимо которого только что прошел, брюнет увидел ладного юношу – высокого, кареглазого, с косой в руках.

– Я не местный... – Самое очевидное, что только смог сказать Максим.

Начни он озвучивать, как сюда попал и откуда пришел, спугнул бы и этого парня.

– То-то и видно. Не наш ты, я тут всех знаю, даже тех, кто родился только. И магию всех знаю, все заклинания каждого нашего жителя. А у тебя какая магия? – Спросил он, пристально глядя на пришельца.

– Магия? В смысле? – Максу казалось, что его воображение слишком разыгралось и на самом деле он просто заснул у колодца или потерял сознание.

– Ну волшебство! У каждого человека при рождении есть одна единственная способность. Например, у соседки Глафиры магия целебная, у другого соседа Витьки магия света, у других молнии, песка и так далее. А у тебя какая? – Незнакомцу словно не терпелось узнать ответ на свой вопрос.

Макс пожал плечами. Магии у него нет. Разве что свалился он сюда из своего мира – вот и вся магия.

– Ну, видал я таких людей. Бывает рождаются и без магии. Ничего не поделаешь. Может, попробуешь? – Незнакомец призадумался. – У некоторых магия проявляется с возрастом.

– Как попробовать? – Макс уже не верил совсем в реальность происходящего.

– Ну, попытайся подумать о том, что для тебя есть магия и первое, что придет в голову – это суть твоей магии. Например, тот же песок, свет или молния. – Объяснил кареглазый парень. – Меня, кстати, Никифор зовут.

– Максим, можно просто Макс. – Ответил парень и сразу же задумался о том, что для него есть магия; ответ созрел моментально. – Огонь!

– Огонь, значит... – Сузил глаза Никифор. – Ладно, пойдём в хату, там и потолкуем.

Максиму было интересно посмотреть, как живёт его новый, совершенно неожиданный знакомый. У Никифора, оказывается, очень большой дом, в котором он живёт, увы, один. На первом этаже несколько просторных комнат, на втором в основном спальни. Есть пристройка, баня и даже дровник. Грядки все ладные, сделанные на века. Есть беседка, обсаженная по кругу кустарниками и деревьями. В общем, жил парень хорошо, только вот непонятно, почему один? Макса терзал этот вопрос на протяжении всего их разговора:

– Итак, когда мы выяснили твой тип магии, просто представь на секунду, что ты уже в совершенстве владеешь этой магией и попробуй создать в своих руках маленькое пламя... – Никифор сел за круглый письменный стол в прихожей, приглашая пришельца сесть рядом.

– Как это? – Спросил озадаченный Макс. – Я даже не знаю...

– Просто подключи воображение! Представь в мыслях, как у тебя между ладоней появляются искры и из них рождается маленькое пламя, которое постепенно разгорается до полноценного огня. – Объяснил терпеливо хозяин дома. – Давай, попробуй!

Максим закрыл глаза, отключил все остальные мысли, которые так навязчиво мешали ему с самого прихода сюда, вытянул руки вперёд над столом. Несколько вдохов и выдохов, после этого парень стал фокусировать мысли в нужном русле. Представить огонь... Огонь... Желто-красный, горячий... Вдруг юноша почувствовал тепло между ладоней и открыл глаза. Действительно в пространстве меж его рук появилось едва различимое пламя, разгорающееся каждую секунду сильнее.

– Молодец, а теперь просто погаси его также мысленно. – Попросил Никифор и Макс выполнил просьбу.

На этот раз всё вышло гораздо быстрее – Новгородцев просто подумал о том, чтобы пламя исчезло, а в реальности так и случилось.

– В бою или в бытухе просто также используй воображение, а размер пламени регулируй потоком мыслей. Например, хочу большое пламя – думаю о большом огне, маленькое – о малом. Так у нас все делают со своими способностями... – Рассказал кратко Никифор, принося из кухни чай с ватрушками.

Хозяин радушно накрыл на стол и вместе они до самой ночи (здесь вроде время шло синхронно с земным) просидели, обсуждая всё случившееся.

– Так, значит, ты в своем мире упал в колодец и оказался здесь? – Хозяин дома погладил нижнюю часть лица ладонью, отпивая из чашки. – Мда, вот задачка-то.

– Мне нужно вернуться обратно и все дела. Вот только как? – Макс даже затаил дыхание, думая, что, может быть, Никифор знает ответ.

– Есть одна мыслишка. Тут уж, как говорится, поможешь ты нам и я помогу тебе. – Никифор хитро улыбнулся, вновь отпивая сладкий чай с малиной.

Макс нахмурился, раздумывая над его словами. Помощь может быть совершенно любой, в том числе непосильной для самого Максима.

– А какую помощь ты хочешь от меня? Что я могу сделать без магии?

– Магия у тебя есть, не бойся. Захочешь и весь дом спалишь дотла. – Засмеялся высокий брюнет. – А помощь твоя нужна в одном важном деле...

Парень прокашлялся как перед большим рассказом и начал говорить:

– Живёт у нас недалеко тёмный колдун и наделил его Господь силой льда, да такой мощной, что сам он себе дворец сделал из чистого льда. Тот дворец даже под самым жарким солнцем июля не тает, покуда жив тот колдун. Зовут его Глациалус. Всю нашу деревню он тиранит, забирает из юнцов и дев слуг к себе во дворец на услужение, а возвращаются они через несколько лет стариками – высасывает он из них всю силу и жизнь... Помоги одолеть его своей силой льда, а взамен заберёшь его волшебный посох. У этого оружия много способностей и я знаю наверняка, что есть сила перемещать человека между мирами... – Никифор тяжело вздохнул, ожидая ответа Макса.

Парень думал долго, а всё это время в комнате висела напряжённая тишина, поскольку никто из двоих не решался хоть что-нибудь вымолвить, пока молчит собеседник.

– Ладно, так уж и быть. Я помогу вам с чародеем, чем смогу, хотя ничего обещать не могу, а вы отдаете мне посох на время, пока я не вернусь домой. – Выпалил с жаром пришелец с земли.

– Спасибо, добр человек! – Лицо Никифора просияло самой широкой и светлой улыбкой.

Они убрали вместе со стола всю грязную посуду, спустили закрутки варенья и джема в подпол, а после этого Никифор, как самый радушный хозяин, постелил Максу двухместную кровать, где тот расположился на ночь.

– Ладно, спокойной ночи, братец, завтра будет у нас трудный день и даст Бог вернём тебя обратно домой к ночи. – Никифор задул весь свет и парень остался в темноте.

Мысли ещё долго терзали его голову, но тем не менее усталость от прожитого дня взяла верх и юноша заснул, погружаясь в самые сладкие сны.

Ранним утром, когда только первые лучи солнца озарили деревню, люди погнали коров пастись уже на другой луг. Почти каждый житель вставал рано, чтобы пойти на свою работу, чувствуя не только чувство долга, но и ответственности перед другими людьми, ведь в таком небольшом селе всё взаимосвязано, в том числе и все предприятия. Макс сладко спал на кровати так, как не спал у себя дома никогда в жизни. Удивительно, насколько здесь мягкая постель. Большое множество разных цветов в комнате создавали приятный аромат и насыщали воздух кислородом, поэтому спалось здесь просто замечательно.

– Просыпайся! – Крикнул Никифор с кухни. – Проснись, Максим!

Парень зашёл в спальню и потряс спящего гостя за плечо, намереваясь во что бы то ни стало разбудить того.

– Всё, встаю... Встаю... – Макс поднялся на локтях и вновь упал на подушку, смачно захрапев.

Никифор взял с полки увесистую чашу из железа и ударил по ней коллекционной ложкой прямо над ухом Новгородцева. Тот подскочил как ужаленный, заорал на всю комнату и косо посмотрел на обидчика:

– Ты чего!?

– Я же говорю – вставай! – Вскинул брови Никифор.

Макс нехотя вылез из теплой постели, оделся в холодную одежду и вышел в общую зону, садясь за стол. Посредине стояла большая сковородка с жареными яйцами, шкварками и помидорами. В чайнике заварен свежий чай, а в хлебнице красиво выложены ломти свежего хлеба.

– Ешь, нас силы нужны для дела. Выходим сразу же после завтрака. Идти до дворца колдуна два часа, я позвал наших ребят, обещали прийти двое – Велес и Ярослав. Пойдём вчетвером и до девяти утра доберёмся... – Никифор взял ломоть хлеба, откусил и проглотил сразу одно яйцо со шкваркой.

Дальше если молча, лишь изредка нарушая тишину скрежетом вилок и хлюпаньем чая. Когда трапеза подошла к концу, всю посуду убрали в деревянное ведро, Макс вызвался сам помыть посуду, но Никифор остановил его:

– Сейчас не до этого. Победим колдуна – помоем, а не победим, то она нам уже и не нужна будет... – Парень нахмурился, думая о плохом. – Пошли в сени. Там у меня всё снаряжение.

Максим удивленно оглядывал помещение, которое вчера во мраке даже не рассмотрел. На стенах висят топоры, молоты, мечи, колчаны стрел и луки. Рядом громоздятся сборники из кожаной брони, железные вставки на отдельные части тела, хорошие сапоги для дороги и боя, здесь же шлемы.

– Выбирай, что по нраву тебе, я вот этот возьму. – Никифор снял рубаху и натянул на себя другую, сверху надевая кожаный доспех и железные наплечники, железный шлем.

Взял он в качестве оружия длинный меч замечательного качества, а Макс не стал особо долго выбирать и взял такое же облачение как и у Никифора, только добавил себе побольше железных элементов – на колени, локти и грудь. Понравился уж очень сильно парню топор с узорами и взял Макс именно его, на том и закончили.

– Прежде, чем мы выйдем путь, я хочу ещё раз спросить тебе, готов ли ты к этой дороге? К бою? Потому что многие пытались одолеть колдуна, да не совладал с ним никто – все не вернулись, навсегда пропав в чертогах его дворца. Может, замёрзли, либо сжил он их со свету. Так вот, готов ли ты погибнуть в случае нашего поражения? Или хочешь свернуть? Я пойму... – Никифор положил руку на плечо нового друга, улыбнувшись, хоть и с небольшими морщинами (явно нервничал).

Макс не раздумывал ни секунды, сразу же ответив на вопрос:

– Я пойду с тобой до конца. Без посоха домой мне не вернуться, да и вам жизни не будет, покуда жив колдун. Идём!

– Хорошо! – Просиял Никифор и они мигом вышли в путь.

День благоволил их затее – ясная погода с лёгким ветром и только иногда солнце загораживали тучки, однако же ветер их сразу разгонял. За пределами двора к ним присоединились обозначенные Никифором лица: Велес – полноватый мужчина с грудой мышц, полностью закованный в железо, с загорелым лицом и пухлыми губами, а Ярослав атлетического телосложения темноволосый парень среднего возраста, немного смахивающий на хорька или бурундука, так как губы не могли скрыть его два передних зуба, из-за чего тот постоянно шепелявил.

– Ну что, мы идём? Этот с нами? – Пробасил Велес, оглядывая Макса с ног до головы и обратно. – Думаешь, он нам чем-то поможет?

– Поможет, ещё как поможет. – Улыбнулся Никифор. – У него магия огня, в бою он окажется очень полезен.

– Тогда в путь и поскорее покончим с колдуном! – Ярослав старался придать себе строгости, но его слова выглядели очень карикатурно из-за недостатка речи.

Они обогнули деревню и вышли на небольшую тропу, уходящую глубоко в лес. Первым шёл Никифор, знающий почти всю местность наизусть. За ним Макс и двое остальных. Полноватый Велес отставал от остальных, идущих бодрой походкой, поэтому пришлось слегка сбавить темп. По дороге Макс узнал много интересного про всё, что только можно: колдуну этому больше трёхсот лет и жил он когда-то как обычный человек в этой же деревне; силу маг черпает из своего жезла и навредить самому Глациалусу невозможно, только один путь – сломать волшебный посох, что, несомненно, являлось серьезным препятствием. Максим серьезно озадачен – посох нужен ему для дела, но как победить колдуна в таком случае? Никифор объяснил:

– Если твоя магия окажется сильнее его, то ты вполне можешь навредить ему и очень серьезно, а забери мы у него посох, так и вовсе уменьшим его силу в несколько раз!

– Так тогда стоило бы подождать, я бы научился управлять магией лучше и тогда... – Начал Новгородцев свою речь, но его перебили.

– Колдун каждый день уводит к себе по несколько человек с нашей деревни или с других, поэтому медлить нельзя. Каждый день стоит несколько невинных жизней, у которых колдун заберёт их время. – Поведал Велес, догнав, наконец, команду.

Дальше они шли в тишине. Максим кожей чувствовал, как воздух становится всё холоднее. Листва на деревьях начала редеть, пока не исчезла вовсе. В углублениях земли стал проглядываться лёд, появился покров снега. Чем дальше они заходили, тем хуже становилась ситуация, пока вовсе не наступил сильный мороз, сковавший всё вокруг. Видимо, до деревни силы колдуна не добираются, а в окрестностях дворца его сила создаёт настоящую, самую лютую зиму.

– Пришли... – Скорбно объявил Ярослав, глядя на шпили башен вдалеке.

Лес кончился и они вышли на пустошь около дворца. Огромное здание растянулось на десятки метров во все стороны своими колоннами, стенами и крышами – всё из чистого льда. Красота места завораживала и пугала одновременно, поскольку всё пространство до самого входа усеяно статуями людей, очень похожих на настоящие, словно их сделал непревзойденный мастер:

– К сожалению, обратно в деревню даже стариками возвращались не все. Многие остались тут навсегда, убитые колдуном... – Отрезал Никифор, уходя вперёд.

Макс вздрогнул. Так, значит, они когда-то были живыми, дышащими людьми с эмоциями и желаниями. Их так безжалостно превратили в лёд до конца дней и они, возможно, уже никогда не освободятся. Максим хотел отомстить за всех этих несчастных, хотя даже не знал их. Оправдания этому человеку, сделавшему такое, однозначно нет!

Они уже входили во дворец и парк статуй остался позади. Внутри оказалось довольно пусто, поскольку никакой мебели не водилось. Видимо, у колдуна нет в ней необходимости.

– Глациалус! Выходи! – Заорал Никифор, видимо, выходя из себя.

Его басистый голос, сорвавшийся в конце, разнёсся эхом по пустым залам. Сосульки сверху содрогнулись, пока эхо не стихло в самых дальних комнатах. Послышался звук шагов и удара посоха об пол. Колдун приближался и вместе с его приближением воздух содрогался, становилось всё холоднее... Казалось, будто температура упала ниже тридцати градусов. Макс уже не ощущал кончиков пальцев, пришлось закрыть лицо и закутаться в одеяло, чтобы не замёрзнуть. Умный Никифор взял с собой всё необходимое.

– Кто смеет нарушать мой покой? – Из-за угла одной комнаты вышел высокий мужчина, он завернул к дверям, намереваясь прийти к гостям.

Полностью одетый в меха, он шествовал по залам в гордом одиночестве, ударяя посохом о землю. Голубые одежды его знаменовали высокое значение льда для него, только одна единственная на весь гардероб колдуна была золотой корона – остроконечная, украшенная драгоценными камнями. Подпоясанный широким поясом с синим камнем, второй такой же красовался на груди, он зашёл в зал и ещё раз стукнул посохом о пол, вызвав гулкое эхо. На конце его орудия располагался феноменальных размеров кристалл, от которого исходил диковинный свет. Окружённый другими такими же кристаллами, он мог превращать все вокруг в лёд одним лишь прикосновением.

Вперёд вышел Никифор. Он, несмотря на крайнюю ненависть и злобу, держал их под контролем и говорил негромко, но твёрдо:

– Мы пришли для того, чтобы победить тебя, колдун! Много бед причинил ты нашей деревне, многих убил и покалечил. Настала пора платить за свои злодеяния!

Закончив короткую речь, парень бросился вперёд, на ходу доставая меч из ножен. Воспользоваться им Никифор не успел – колдун вызвал вьюгу настолько мощную, что брюнета отшвырнуло к противоположной стене. Велес и Ярослав также начали атаковать, не понимая всей сложности ситуации:

– Как жаль. Я надеялся, что хоть кто-нибудь из вас удивит меня. – Колдун с удивительной скоростью для замотанного в меха человека преодолел расстояние между ним и врагами, врезал по плечу неповоротливому Велесу.

Парень, дернувшись, мигом обратился в камень. Ярослав закричал и замахнулся своим оружием:

– Как легко тебя вывести на эмоции... – Молвил Глациалус, ударяя юношу под дых.

Ярослав не успел выдохнуть и холод разошелся по его телу, обращая в прекрасный, голубой лёд. Остались в комнате лишь трое, однако Никифор отключился от такого урона и лишь Максим стоял перед легендарным колдуном, который тиранил всю округу. Что он, пришедший с земли, едва знающий магию, может сделать такому сильному противнику? Как ему навредить? Использовать огонь?

– А ты что же? Не будешь бездумно атаковать меня? – Спросил чародей.

– Н-нет... – Растерянно заявил парень, отходя на шаг.

– Славно. Давай тогда поговорим что ли. Никто из приходящих сюда людей не в состоянии общаться со мной, а мне так иногда не хватает общения... Может быть, даже убивать тебя не стану, лишь заберу к себе в слуги. Что думаешь?

– Нет, не пойду я к тебе в услужение. Скольких ты убил? Не счесть! То были обычные люди, они хотели жить, дышать и ходить по земле, а ты лишил их жизни! Сколько славных детей могло появиться на свет, сколько эти люди создали бы домов, открыли бы много нового, а ты убил их! Убийца! – Максим, проникаясь чужим горем, начал говорить всё громче и громче. – Совершенно обычные люди, они умирали мучительно, ты забирал их силу, молодость, а некоторых из-за прихоти обращал в лёд! Они ничего тебе не сдела...

Не успел Макс закончить последнее слово, как колдун сотворил ледяные кинжалы и атаковал ими парня. Многие промахнулись, но даже тех двух, что попали ему в руку и бок, оказалось достаточно для начала сильной агонии и жара по всему телу.

– Ничего не сделали?! – Гнев исказил лицо Глациалуса, а за ним появились и еле заметные обида, скорбь, унижение. – Ничего не сделали, ха, мальчишка, ты и не знаешь, что они сделали со мной!

– Так расскажи, поделись со мной и я пойму хотя бы твои мотивы...

– Много лет назад я, как и все остальные, жил в деревне в том самом доме, где живёт твой дружок Никифор. Мои родители обладали почти такой же магией – мороз у матери и снег у отца. Появился на свет я с магией льда. На протяжении всей жизни моих родителей гнобили за их магию, называя их силу проявлением зла. С моим рождением людская злоба возросла, в конце концов вылилась в огромную толпу у нашего дома. Моих родителей растерзали у меня на глазах, мальчишка, что ты скажешь об этом?! Но ты не знаешь самого главного – моих родителей терзал прапрадеды твоих друзей, Никифора и тех двух, что я заколдовал. Как тебе такое?! – Колдун в гневе ходил из стороны в сторону, смотря на Макса злобным взглядом. – Что теперь ты скажешь? Я всё ещё плохой в твоих глазах? После того, как трупы моих родителей выставили на всеобщее обозрение, меня они убить не смогли, ведь мне было пять. Просто изгнали в лес, где я и провёл с тех пор почти два века, питаясь энергией этих же самых людей...

Максим никогда не испытывал таких противоречивых чувств. С одной стороны можно понять колдуна и причины его агрессии, с другой же перед законом все равны и его поступки никак нельзя оправдать.

– И с тех пор потомки тех ублюдков приходили ко мне не с покаянием, а лютой ненавистью! Каждые пол века приходили и пытались одолеть меня, всего такого злого и ужасного, а ужасный не я, а они, мальчишка. Потомок Юлиана пришел вместе с тобой и пытался также победить меня – ничего не меняется, а я всего-то хочу быть понятым!

Максим сел на колени – раны от кинжалов горели, кажется, у него сильный жар.

– Нет, я не стану применять против тебя свою магию. Я тебя понимаю и не буду идти против твоей воли, но в обиду Никифора не дам... – Голос слабел с каждой минутой, голова кружилась.

Колдун стоял на месте, буравя взглядом парня, а тот продолжил под гнётом глаз Глациалуса:

– Я прошу у тебя прощения за всё зло, причинённое тебе деревней. Я шел сюда с намерением убить тебя и забрать посох, но теперь я понимаю, насколько ошибался. Ты не виноват в том, что сделали другие, но ты виновен в смертях сотен людей. Твоя месть и обида зашла далеко, слишком далеко. Я прошу прощения у тебя, но если ты продолжишь идти по этому пути, то я одолею тебя своей магией огня! У меня не останется выбора. Я хочу помочь тебе, но и остальных давать в обиду не собираюсь. Так каков будет твой выбор?

Колдун колебался, не зная, что ответить. Макс чувствовал – Глациалус устал от такой жизни и хочет перемен, но боится пойти на необдуманный шаг, довериться тому человеку, который дружит с его врагами. Что же он выберет? Максим поднялся с места, настораживая мага, вдруг тот собирается напасть. Медленно шагая вперёд, брюнет остановился перед ледяным волшебником и обнял его, заключая в крепкие, пока ещё теплые объятия.

Колдун растаял, начал увядать и становиться меньше. Парень отошёл в сторону и увидел, как на месте молодого мужчины стоит ветхий старичок, едва цепляясь за посох. Он уже не походил на злодея и совсем не мог причинить кому-то вред. Макс попытался взять пожилого человека за руку, но та рассыпалась в снег, запуская цепную реакцию. Всё тело Глациалуса начало исчезать, приобразовываясь в снежную массу. Едва заметный снег разлетелся по всему дворцу и исчез. Посох так и остался стоять на месте уже без поддержки.

Новгородцев вновь упал на колени, зажимая раны. Сознание уже в который раз дало сбой, но нужно держаться, он обязательно вернётся домой! Ему на ум пришла неожиданная идея – юноша подполз к посоху и взял в руку. Чудо! Раны начали с поразительной скоростью затягиваться. Может быть, от этого же посоха Глациалус брал энергию, силу и молодость? А потом просто перестал черпать их и усох... Надо же.

Никифор очнулся, глядя на Макса удивлённым взглядом:

– А где... – Он не мог договорить свои слова, хватаясь за голову.

– Его нет. Я выслушал его и колдун поведал мне о том, как твои далёкие предки замучили до смерти его родителей, Глациалусу тогда было пять лет. Ты знал об этом? Ведь именно в этом причина всех ваших бед – в ненависти, бессмысленной ненависти предков...

– Как? Что?! Отец рассказывал мне, что Глациалус сам напал на деревню и начал убивать невинных. Так значит... Так вот как всё было. Это объясняет, почему он такой злой. – Никифор сидел словно в забвении. – Мы оказались так слепы и вот, к чему это привело.

– Любая ненависть должна быть искоренена, любая месть не заслуживает быть воплощённой в жизнь. Твои предки убили невинных людей, запуская колесо ненависти, а их сын бесконечно мстил, утопая в крови и ожидая, когда его поймут, попросят у него прощения. Вы же, веря на слово, продолжали бесконечную войну... Вот и всё... – Макс, преисполнившись сил, поднялся, подошёл к другу и помог ему вылечиться от сотрясения.

Они вместе пошли к выходу. Когда до него оставалось всего несколько комнат, сверху на них начал падать лёд:

– Дворец без поддержки хозяина больше не может существовать под солнцем! Он тает! Бежим быстрее! – Никифор рванул вперёд, вытаскивая за собой Макса и посох.

Едва они переступили через порог, вся конструкция со страшным грохотом рухнула вниз. Прекрасное произведение искусства превратилось в груду тающего льда и через несколько часов здесь не останется совершенно ничего.

– Смотри! – Макс указал на статуи людей.

Те таяли прямо на глазах. Видимо, пока был жив колдун, они также не могли растаять. Сейчас их судьба ясна. Расколдовать обратно их мог только Глациалус, поэтому спасти бедных жертв бессмысленной войны не представляется возможным.

– Уходим отсюда... – Скомандовал Никифор и они пошли по направлению к деревне, держа руками заветный приз – ледяной посох, не таящий сам по себе.

Сказать честно, у Макса все равно остались вопросы – была ли в статуях жизнь или изначально они были лишь льдом и стоило их вынести подальше, как они бы растаяли. Может быть, до смерти колдуна они всё ещё были живы, а по его кончине обернулись обычным льдом? Увы, это останется загадкой. Другой вопрос – почему посох, созданный из всё того пресловутого льда, не подвергался таянию? Наверное, всё дело в магических кристаллах на его верхушке.

Деревня показалась из-за деревьев, Никифор обрадовался, глядя на лица счастливых людей, встречающих их. Макс сказал другу:

– Давай я вернусь домой прямо сейчас? Подумаю о доме, бабуле и сестре, возьму и вернусь, а?

– Да, конечно! Спасибо тебе большое за помощь. Без тебя ничего бы не получилось! – Никифор обнял Новгородцева до хруста костей и отпустил.

Сфокусировав мысли на своем доме, Макс взмахнул посохом, разрезая пространство. На месте пореза появился проход между мирами и парень без тени страха шагнул прямо в него, возвращаясь в кромешную тьму родной деревни, где сейчас почему-то всё также царила ночная темнота. В разлом юноша отдал посох Никифору и проход закрылся, оставив пораженного Макса стоять посреди двора под стрекотание кузнечиков. Голос бабушки разрезал пространство:

– Максютка, ты идёшь? Тебя уже пять минут нет! Не нашел, где колодец что ли?

Как это пять минут? Это шутка такая? Максим в истерике сел на землю, а потом рывком поднялся с места и побежал к дому, спотыкаясь обо всё подряд. В проходе пристройки стояла бабушка. Парень спросил ещё раз, сколько прошло времени и получил ответ:

– Тебя не было пять минут!