Жар стальных джунглей

В 2099 году Нью-Арк был стальным адом, где небоскребы пронзали токсичное небо, а улицы дрожали от рёва байков и гудения дронов. Макс, бывший наемник с телом, выкованным боями, теперь чинил машины для подпольных гонок. Его руки, покрытые шрамами и черным машинным маслом, пахли металлом и потом. В мастерской, заваленной инструментами и обломками двигателей, он был королем — грубым, молчаливым, с глазами, в которых тлел огонь прошлого.

В ту ночь на гонку заявилась Ева — новичок с репутацией, от которой у ветеранов холодели спины. Ее байк, хромированный зверь с красными прожилками подсветки, выглядел как продолжение ее тела. Сама она была дикой: короткие черные волосы, острые скулы, кожаный комбинезон, обтягивающий каждый изгиб — от упругих бедер до груди, что дразнила молнией, расстегнутой чуть ниже дозволенного. Макс должен был проверить ее машину перед заездом, но когда она вошла, запах бензина смешался с чем-то сладким и опасным — ее духами.

— Ну что, механик, — Ева шагнула к нему, ее голос был низким, с хрипотцой, — байк проверишь или меня?

Она дернула молнию комбинезона вниз, открывая полоску загорелой кожи до пупка. Макс сглотнул, чувствуя, как кровь ударила в виски. Он бросил гаечный ключ на верстак и шагнул к ней, его ладонь легла на ее талию, грубо, но уверенно. Ева не отступила — ее глаза сверкнули вызовом, а губы изогнулись в усмешке. Их поцелуй был как удар тока: резкий, жадный, с привкусом металла и соли. Ее язык скользнул по его губам, и Макс рыкнул, прижимая ее к холодному боку байка.

Комбинезон слез с ее плеч, обнажая кожу, блестящую от пота. Ее грудь, освобожденная от тесной ткани, оказалась в его руках — упругая, горячая, с сосками, что напряглись под его пальцами. Ева выгнулась, впиваясь ногтями в его спину через рваную майку, пока он стягивал с нее остатки одежды. Его ладони скользнули ниже, сжимая ее ягодицы, а она, не теряя времени, расстегнула его пояс, освобождая его уже твердую плоть. Ее прикосновение было дерзким, почти насмешливым, но от этого он хотел ее еще сильнее.

Мастерская стала их ареной. Макс поднял ее, усаживая на байк, и раздвинул ее бедра, чувствуя жар, исходящий от нее. Ева застонала, когда он вошел в нее — резко, без церемоний, как будто они сражались, а не любили друг друга. Металл под ней скрипел, ее ноги обхватили его талию, а руки тянули его ближе, глубже. Каждый толчок был как выстрел, каждый ее вскрик — как сигнал к ускорению. Пот стекал по их телам, смешиваясь с маслом и пылью, а воздух дрожал от их дыхания. Она кусала его плечо, он сжимал ее волосы, и в какой-то момент они потеряли грань между борьбой и экстазом.

Оргазм накрыл ее первой — Ева выкрикнула его имя, ее тело содрогнулось, а байк под ней качнулся. Макс последовал за ней, рыча, как зверь, выплескивая в нее все, что накопилось за годы одиночества. Они замерли, тяжело дыша, ее голова упала на его грудь, а его руки все еще сжимали ее бедра. Стальной пол был усеян их одеждой, а тишину нарушал только далекий гул толпы снаружи.

Ева первой пришла в себя. Она спрыгнула с байка, натянула комбинезон и бросила ему лукавый взгляд.

— Байк в порядке. Увидимся на трассе, — сказала она, уходя к старту.

Макс смотрел ей вслед, все еще ощущая ее тепло на своей коже. Она выиграла гонку той ночью, разорвав финишную черту, как ураган. Но он знал: это был только первый заезд. Их игра только началась.