Жатва душ 8. Голодные звёзды

Жатва душ застала меня на филиппинском курорте с неверной женой Кариной. Инопланетяне-жнецы забрали души у 75% людей, превратив их в агрессивных зомби, а мне присвоили статус чистильщика — охотника на бездушных.

Вместо прокачки уровней я вложился в уникальный талант «Везение», собрал команду из сисадмина Макса и электрика Сергеича, столкнулся с бандой местного тирана Папаши, выжил, получив увечье, и обрел талант «Ярость». В отеле познакомился с Лизой Авербух — контролером, способной отбирать уровни и создавать новых чистильщиков.

Потом я научился управлять зомби через «Сокрытие души», скрафтил эпическую биту «Нагибатор», ночным штурмом положил Папашу. Карина погибла, Сергеич ушел вместе с Тетыщей — Костей Бергманом. В Мабанлоке нас захватили «Железные псы» и бросили на гладиаторскую арену, где я прикончил Крушителя 42-го уровня, получил шестьдесят семь миллионов кредитов, поднял восстание и вырезал верхушку банды. Новый талант «Зов альфы» позволил призывать бездушных в радиусе десяти километров.

В «Ковчеге» я узнал про Сектор 7-3-9 и познакомился с братьями Копченовыми — аутистами, которые видят будущее. Когда база оказалась под атакой, мы вернулись, я подчинил титана через «Сокрытие души», назвал его Донки-Конгом и получил полмиллиарда кредитов. Удвоение уровней от контейнера Папаши подбросило меня до 46-го, клан поднялся до третьей ступени за двести миллионов.

Потом — квест мертвого чистильщика Нкомо: исследовать Сектор 7-3-9. Внутри аномалии мы нашли разрубленный инопланетный корабль с тремя дохлыми рептилоидами. Кристалл из корабля чуть не запустил самоуничтожение, а стража разлома Го Дзи 52-го уровня мы добили — я получил 47-й, талант «Внепланетарный чистильщик» и пять рангов «Ветра», став неимоверно быстрым. С помощью того же кристалла я ликвидировал Хорхе Уя, лидера банды «Щит», вместе с элитными бойцами и двумя БТР, заманив его на космолет и запустив его самоуничтожение. В итоге — пять километров идеальной плоскости цвета мокрого пепла. Остров, считай, мой.

Как бы не так.

На базу приперлась НЕХ — четырехрукая тварь со странной системкой: «Данные удалены». Она перехватила моего Донки-Конга, промыв ему мозги, разнесла отель «Коста Бланку», бывший штаб «Щита» и испарив девушку Джехомара, который поклялся мне в верности и вступил в мой клан вместе с остатками «Щита». Из сотни человек выжили семнадцать.

Мы выследили тварь через боевую свинью Галадриэль, питомца Тетыщи, навалились, и система наконец опознала: «Зхорр Шкарр-Зхиккар, скейр. Падальщик-охотник 143-го уровня». Инопланетянин. Прикончив его, а потом и бездушного титана-Разрушителя 91-го уровня, я прыгнул до 49-го. Трофеи: эпический излучатель «Граммофон», масштабируемый под уровень владельца, и парные призрачные клинки «Каспер», которые идеально подошли Максу. Плюс квест «Источник сигнала» — затухающий биосигнал в ста двадцати километрах от нашей базы, защищенной энергетическим куполом и турелями «Страж».

А ночью коробочка Хорхе Уя, положенная рядом с модулем скейра, заговорила: «Четыре по четыре… тебе, человек… помогу в Жатве…»

Вот с этого места расскажу подробнее.

Мы с Тетыщей и Крошем полетели на починенном Дитрихом вертолете к координатам сигнала. Топлива впритык — час туда, час обратно. На безымянном острове нашли скейровский шаттл, вросший в грунт, а внутри, в энергетической клетке, — рапторианца. Двурукий ящер два с лишним метра, покрытый зеленой чешуей, с костяным гребнем от затылка до хвоста. «Активность» — 2%. Пленник убитого нами скейра.

Квест обновился: «Добить рапторианца. Награда: легендарное оружие „Абсолют" плюс один миллиард универсальных кредитов. Штраф: метка „Отступник"». Миллиард за одно нажатие спускового крючка.

Тетыща настаивал на том, что рапторианца надо добить.

А ящер очнулся и прохрипел: «Четыре по четыре кебаха тебе, человек Денис Рокотов. Клянусь отдать за тебя жизнь!» — после чего отрубился.

Я опустил оружие, скормил ему таблетку исцеления и привез на базу. Назвался он Кемой Ли-десятым — хитамом, телохранителем великого буфо Го Дзи. Того самого бездушного Стража Разлома, которого мы убили в Секторе Ноль.

На базу нагрянули два скейра — падальщики свыше сотого уровня, прибывшие на аварийный сигнал шаттла. Перехватили контроль над моими бездушными, натравили на купол Костегрыза и принялись расстреливать базу. Джехомар и Роберто рванули мне на выручку на броневике — скейр расстрелял машину в упор. Белая вспышка, черный дым. Оба погибли. Костегрыз тремя ударами убил Донки-Конга — хруст позвоночника, ниточка контроля лопнула. Купол терял мощность.

Но полудохлый Кема бросился на скейра — зубами, когтями, хвостом, чистая свирепая ярость пленника, добравшегося до тюремщика. Макс, которого накрыла аномалия «Каспера», носился с чернильными клинками. Мы навалились всем кланом — «Стражи», пулеметы, «Граммофон», — и я добил первого скейра, Ворра 111-го уровня, «Нагибатором» с «Рывком».

Второй падальщик расстреливал купол с дистанции, прячась в джунглях. Эдрик, полезший на тварь в одиночку, валялся с разорванной грудной клеткой, остался у него 1% «активности» — только Крош целительным мурчанием держал его на этом свете. Я сунул «Граммофон» Кеме в лапы: оружие масштабируемое, в руках ящера заработало вчетверо мощнее. Три выстрела — минус тридцать семь процентов «активности»! Мы дожали тварь, скейр активировал самоуничтожение — еле отпрыгнули.

За двух скейров я получил 50-й уровень и квалификацию клана на Третью волну Жатвы. До прибытия Охотников — двое с небольшим суток. Эдрика уложили в реанимационную капсулу. Парень выжил.

А потом Кема рассказал мне кое-что, от чего волосы встали дыбом. Рапторианская империя пережила собственную Жатву — «Гибах Кебусукан», «Великое Опустошение». Потеряли целые миры, но часть народа спрятали в «мертвых зонах» — областях пространства, невидимых для жнецов. Буфо Го Дзи прилетел на Землю наблюдать за нашей Жатвой и собирать данные, которые теперь зашифрованы у меня в голове — информационный отпечаток из кристалла рептилоидов. Без Кемы я их не расшифрую. Без меня у Кемы нет данных. Мы повязаны.

Если система жнецов обещает миллиард за его смерть, значит, живой рапторианец для нее опаснее мертвого. Клан проголосовал единогласно: ящера не трогаем. Деньги на том свете не принимают, как заметил Сергеич.

И тогда на полную мощность врубилась метка «Отступник»: минус 10% «активности» в час, магазин чистильщика заблокирован, раз в сутки — телепортация вражеской боевой группы ко мне. Медленная агония.

Первыми, только по Кемину душу, явились арабы — клановая группа Абдулазиза Аль-Рашида 51-го уровня. Мы их загнали к турелям и повязали, но я терял «активность» с каждой минутой, и выбор стоял простой: подыхать медленно или рискнуть.

Система подкинула альтернативу — хардкорный режим: шесть волн интервентов каждые три часа, восемнадцать часов войны. Продержусь — метку снимут. Не продержусь — смерть с ужесточенными последствиями для клана. Три минуты на решение.

Я ткнул «Да», потому что выбора, по правде, не было.

Моя первая волна — израильтянин Иссахар Мизрахи 69-го уровня в боевом экзоскелете под три с половиной метра ростом, десять отборных бойцов. Мизрахи лупил по куполу и сносил все на пути, но я на него натравил Костегрыза, а добили его перекрестным огнем «Стражей» и «Граммофоном» Кемы.

Вторая — китайцы. Чистильщик Лю Цзяньго 58-го уровня с парными дао, десять бойцов в черной форме. Эти двигались, как вымуштрованное подразделение, и их чистильщик оказался первым, кто мог тягаться со мной в скорости. Мы его прикончили, а четверо выживших — молча, одновременно — перерезали себе горло. Без крика, без гримасы. Просто нажали кнопку «выключить». Вику вырвало, да и меня, признаться, подташнивало.

Третья волна — африканцы с инопланетным оружием и продвинутой броней. Черная броня Гбенги Адеболы отражала половину урона обратно стрелку. Когда его зажали, он активировал самоуничтожение. Купол рухнул, базу пришлось латать на ходу. Самый жесткий бой из всех.

А потом раскололось пространство для четвертой волны — и из портала донеслось по-русски:

— Сдаемся!

Дмитро Репях, пятьдесят девять лет, украинец, механик-водитель. С ним — русский, грузин, казах, кореец… Все раненые, без патронов, в рваном зимнем камуфляже. Их клан «Свои» разгромили «Мародеры», их контролера убили, и когда система выкинула задание телепортироваться на мой остров, их чистильщик Ситников активировал его — не воевать, а спастись.

Репях вышел с поднятыми руками, оглядел базу, океан, пальмы и сдался.

Четыре волны из шести мы отбили. Мне осталось две. А потом — Охотники. И в моей голове зашифрованные данные о жнецах, с которыми можно не просто спрятаться, а найти тех, кто устроил Жатву.

Вот только сначала нужно дожить до утра.

Ладно, слушайте…