Железный

Дорога была похожа на содранную шкуру древнего зверя - изрытая воронками, усеянная ржавыми осколками и обломками костей. Пурпурные ядовитые кусты, шипя, извивались в трещинах, выпуская то едкий дым, то огненные струи, а над ними стелился густой желтоватый туман, скрывая стаю приготовившихся к атаке ножекрылов или колонию гнойных медуз, а то и кого-то похуже.

Железный шагал впереди. Его покрытый шипами панцирь лязгал при каждом движении, а когтистые лапы вгрызались в каменистую почву. Рядом в густом облаке пыли подобно глубоководной рыбе плыл Кир. Его чешуя переливалась синевой, жабры пульсировали, из пасти капали тонкие струйки кислоты, они шипели, попадая на ржавый дорожный мусор. Оля, похожая то ли на большую белую сову то ли на маленькую белую медведицу, шла чуть позади остальных. Ее шерсть сверкала в тусклом свете, а мощные крылья поднимали вихри, сбивая с ног мелких тварей. Четвертый - Змей напоминал огромный пожарный шланг, его чешуйчатая кожа издавала легкий шелест, когда многочисленные присоски цеплялись за изрытую шрамами землю. Последний участник этой странной группы светился призрачным сиянием, а его полупрозрачные щупальца извивались, испуская едкий дым, который, казалось, разъедал все на своем пути (тем более, что так оно и было). Все они выглядели настолько неестественно разными, как будто оторванные куски чуждых миров встретились здесь из-за какой-то чудовищной ошибки природы.

- Эй, Кир, твой яд опять мне на панцирь попал! - рявкнул Железный, стряхивая шипящие капли. - Целься лучше, или , клянусь, твой Преследователь догонит тебя уже к следующему повороту!

- Хочешь попробовать сделать это сам, а железная бочка?- жабры Кира трепетали, пока он деловито заливал кислотой рой противно жужжащих насекомых, чьи крылья сверкали, как отточенные лезвия.

- А ты хоть видел этих Преследователей? - вдруг спросил Кир.

- Своего не видел, и не горю желанием, - Железный рубанул шипастым кулаком по кусту, который как раз попытался вцепиться в его ногу. Куст противно пискнул и уполз на обочину дороги. - У бабки Глафиры был червь. Здоровенный, с глазами. Жуть.

- А у Васьки, помните - плюшевый мишка, - Оля взмахнула крыльями, отгоняя покрытую иглами тварь, что вылезла из какой-то норы. - Помню он всё смеялся, пока тот его не догнал.

- Что-то дорога мутирует слишком быстро, - буркнул Змей, извиваясь между ржавыми противотанковыми ежами. - быстрее нас. Скоро, чувствую, такие твари полезут, что и твой дым, не спасет.

- Мой дым? - Дымный хохотнул, выпуская облако в ближайший куст. Куст мелко задрожал, съежился и осыпался на землю. - Да я их всех спалю! И преследователей тоже если они сюда явятся!

Друзья шли вперед, ведя неспешную беседу. Рой насекомых налетел снова, и Кир опять заливал их кислотой, пока Оля рвала когтями медоеда-мутанта, что пытался атаковать Железного. Тот внезапно вонзил один из своих шипов в землю, поднял волну пыли и торжествующе показал друзьям гнойную медузу - тварь, наколотая на шип, все еще пыталась кого-то укусить, не осознавая что с ней произошло. Змей отточенным движением подхватил Дымного, когда тот уже падал в яму-ловушку, где копошились светящиеся криптожуки. Все шло как обычно.

***

К вечеру дорога затихла, словно устала от утренней битвы. Туман сгустился, обволакивая ржавые обломки техники и шипящие кусты, которым теперь едва хватало сил медленно шевелиться в мертвенном свете. Сырые ветки, брошенные в костер, горели плохо, свистели, испуская сизый дым. Железный присел к огню. Сегодня его небо было почти черным, звезды - лишь слабые точки света, будто готовые в любой момент погаснуть. Оля расчесывала потрепанные крылья, ее белая шерсть потемнела то ли от грязи то ли от пота. Жабры Кира тихонько мерцали чуть поодаль. Змей и Дымный молчали, глядя каждый в свои небеса. Костер потрескивал, и в тишине их голоса тоже зазвучали тише.

- Помнишь Ваську? - начал Кир, его чешуя тускло сверкнула. - мне его не хватает.

- Ага, - хмыкнула Оля. - Как не помнить? Он веселый был. Жаль, что так вышло.

- Тогда и дорога попроще была, - сказал Железный, разгладживая шип на панцире. - Широкая, гладкая. Зверье - мелочь, не то что эти твари. Я тогда думал, преследователи где-то там, далеко.

- Думали, мы их обгоним, - Дымный задумчиво выпустил кучевое облако, его щупальца лениво шевельнулись. - наивные.

- Да ну их, - буркнул Змей, скрипнув костяным панцирем. - Я видел одного. Как огонь, но холодный. Брр. Лучше не смотреть назад.

Они замолчали, глядя в костер, где испуская красноватый свет тлели угли. Каждый смотрел в свое небо, когда воздух разорвал истошный визг - стая дронов - ржавые сферы испещренные немыслимыми татуировками, вынырнула из тумана. Железный, поглощенный своими воспоминаниями, немного замешкался и один из дронов успел стрельнуть ему в бок. Дротик пробил панцирь. Кровь, горячая и металлическая, хлынула на землю. Железный качнулся и рухнул, глядя в звездное небо.

В беспамятстве он вдруг увидел себя много-много верст назад. Широкая дорога, залитая светом, где по обочинам росли яркие цветы, а мелкие серые тушканчики беззаботно прыгали, играя с ним в прятки. Железный - тогда еще просто Петька, лежал на спине и смотрел в небо, полное звезд. Радость переполняла его. И вот он собрал все силы и крикнул туда, вперед, где дорога уходила за горизонт: "Смотрите какие звезды! Я знаю - они живые!". Тогда он впервые обратился к предкам - тем, кто прошел по дороге намного дальше него. Некоторые из них даже ответили:

Такие ответы принесло ему из будущего.

И только один далекий-далекий голос прошедший кажется сотни тысяч верст ответил так:

Железный тогда ничего не понял.

***

Небо помутнело и схлопнулось в точку. А потом из точки расплылось в белую фигуру.

Она припала к нему, когтями раздвинула сегменты панциря, чтобы заткнуть рану.

Оля, тяжело дыша, тащила Железного по опустевшей дороге.

Кир, Змей и Дымный уже ушли вперед. Их далекие голоса смешивались с потрескиванием догорающего костра .

Трещины в почве дымились, испуская едкий жар, а воздух дрожал от низкого гула. Небо над Железным стало почти черным, лишь пара звездочек цеплялись за край бездны. Туман редел, но в нем чудились тени - не звери, не машины, а что-то иное, близкое, пахнущее ржавчиной и бедой. Рана в боку горела, Железный шел, стиснув зубы, чтобы Оля не видела его слабости.

Через два поворота они наткнулись на Кира, застывшего в гуще ядовитых кустов. Его чешуя, некогда синяя, поблекла, жабры дрожали, но не двигались. Кусты оплели его, их шипы впились в тело, парализуя. Кир сидел, глядя в свое небо. Голос его был слаб, как шепот ветра:

- Преследователь идет. Я чую его - соленый, как море, но не живой.

Железный бросился на помощь, его шипы звенели, пока он резал кусты, - Мы вытащим тебя. Вставай!

Кир покачал головой, его глаза были пустыми.

- Не успеете - выдохнул он. - Смотрите сами.

Железный оглянулся. На горизонте, где-то на пределе видимости медленно двигались три сгорбленные фигуры.

- Он прав, - тихо сказала Оля. - Они слишком близко.

Железный и Оля повернулись одновременно и пошли вперед, не оглядываясь назад и не глядя друг на друга. Они молчали до тех пор пока не услышали где-то позади всплеск. Небо Кира погасло.

Впереди, в дымке, показались две сидящие на земле фигуры. Панцирь Змея был покрыт глубокими царапинами Дымный, сидел, обхватив голову щупальцами и тяжело дышал. Их голоса, хриплые и злые, резали воздух.

- Ты не прикрыл меня! - шипел Змей. - Твой дым только слепил, пока эти твари лезли!

- А твои иглы? - огрызнулся Дымный. - Только мешают, ты чуть меня не проткнул!

Спор разгорался. Железный хотел было вмешаться, но вдруг почувствовал как по спине пробежал неприятный холодок. Он резко обернулся и увидел двоих преследователей. Они были совсем рядом. Огромная летучая мышь и крутящийся водяной вихрь легко обогнали странников и уже приближались к спорщикам.

***

Дорога сжалась до узкой тропы, окруженной яростной тьмой. Ядовитый пепел хрустел под ногами, ржавые шипы, торчащие из земли, сочились маслянистой жижей. Трещины в почве стали багровыми, словно вены умирающего зверя, а воздух был густым от запаха - ржавчины и чего-то неуловимо-отвратительно животного. Небо над Железным было черным, и пустым. Его треснувший панцирь покрытый коркой крови, скрипел при каждом шаге.

После следующего привала Оля остановилась. Ее когти вонзились в землю, глаза, некогда яркие, как луны, потускнели, уставившись в небо. Она медленно опустилась на колени, потом села, прижав крылья к телу, и заговорила, ее голос был тих:

- Куда мы идем, Петя?

Железный замер, его шипы противно скрипнули. И правда - куда?

Оля качнула головой, вцепилась когтями в землю.

- Посмотри на эту дорогу. Посмотри во что превратились мы сами. Куда и зачем идти?

Железный шагнул к ней. Он чувствовал, как мир меркнет - дорога, пепел, даже запах Преследователя слиплись в сплошную серую мглу. Но внутри закипела злость, горячая, как кровь из его ран.

- Вставай, - рявкнул он. - Мы идем!

- Нет, - Оля отвернулась, ее крылья обвисли. - Я жду здесь.

Железный молча шагнул к Оле, подхватил ее, взвалил на плечо, ее когти царапнули его панцирь. Оля была тяжелой, ее крылья бились, но он упрямо пошел вперед, хромая и теряя сломанные шипы. Мир в его глазах исчез, дорога превратилась в тень, но злость - чистая, яростная - гнала его вперед.

- Живым быть лучше, - бормотал он, а его голос был хриплым, как скрежет металла.

Оля замолчала, ее тело обмякло на его плече, но он чувствовал ее дыхание - слабое, но живое. Шаги Преследователей звучали все ближе, их тошнотворный запах душил.

И вдруг, сквозь мглу, он услышал крик - далекий, но пронзительный, как луч в темноте. Юный голос звучал издалека, с самого начала дороги. Чувствовалось, как он тратил все силы, чтобы преодолеть огромное расстояние.

Железный остановился, его глаза, мутные от боли, уставились в пустоту.

- Они поют, - голос Юного был звонким, но хрупким, как стекло. - Медузы в моем небе. Они танцуют и поют, такие яркие! Ты видишь их?

Железный, тяжело дыша, опустился на землю. Олины крылья слегка шевельнулись.

Он посмотрел в свое небо - никаких медуз там, конечно, не было.

- Береги их. Они прекрасны. - прохрипел Железный и пошёл вперёд.