Железный друг

Еще задолго до рассвета Маня разбудила Степана В то утро всё началось с того, что Маня отправила Степана Петровича в райцентр за справкой.

- Справка нужна. Вот тебе деньги на автобус в райцентр. - объяснила она, вручая ему деньги на дорогу и список покупок на обратном пути, - Ты давай, не задерживайся, к обеду возвращайся. И смотри мне, без фокусов!

Последняя фраза была явно лишней. Степан и сам не любил фокусов. Но они случались сами, без его согласия, и каждый раз в самое неподходящее время. Не совладать ему пока с магией, которую он обрёл совсем недавно. Делать нечего - справка нужна, без неё ты не человек, а так, одно недоразумение.

Степан Петрович надел кепку, взял старую сумку и пошёл на остановку. Остановка представляла собой ржавый столб с ржавой табличкой «Автобусная о…», на которой кто-то давно пририсовал маркером рожицу. Степан Петрович сел на лавочку, которая помнила ещё советскую власть, и приготовился ждать.

Ждал он час. Потом ещё полчаса. Солнце поднялось и начало припекать макушку даже сквозь кепку. Степан начал нервничать. Мимо прошёл Михей с удочками.

- Автобуса ждёшь? - спросил он, останавливаясь.

- Ага. - кивнул Степан. - Второй час уже.

- Не дождёшься. - махнул рукой Михей, - Сломался он. Ещё неделю назад. В райцентр теперь либо на попутках, либо пешком. А я вон на речку, тут рядом, за ершами.

И Михей ушёл, оставив Степана в глубокой задумчивости. В райцентр нужно было ехать, а пешком - это километров двенадцать, не меньше. С его спиной, с его магией, которая в любой момент могла выкинуть фортель... нет, пешком не вариант.

Степан Петрович постоял, подумал и пошёл на трассу ловить попутку. Дело это было небыстрое. Машины проезжали редко, а те, что проезжали, либо были заняты, либо делали вид, что не замечают старика с сумкой. Только через час остановился старенький грузовичок, и водитель, молодой парень с веснушками, махнул рукой: садись, дед, подвезу.

В райцентр Степан Петрович попал только к обеду. В сельсовете отсидел очередь, получил талончик, сдал документы, и когда вышел на улицу, часы показывали уже четыре. До последнего автобуса оставалось полчаса, но автобуса, как выяснилось, не было. Степан Петрович побрёл на окраину, где была стоянка, и увидел его.

Он стоял в самом углу, заросший крапивой и какими-то сорняками, которые лезли прямо из-под колёс. Это был старый ПАЗик, жёлтый, с облупившейся краской и мутными стёклами. Он стоял на кирпичах - видимо, колёса спустили ещё в прошлом веке. Рядом с ним паслись козы, и одна из них с интересом заглядывала в открытую дверь.

- Эх… - вздохнул Степан Петрович, - Была бы у меня такая техника… Я б тебя в два счёта...

И тут он чихнул.

Чихнул мощно, от души, видимо потому, что крапива вокруг цвела и пыльца стояла столбом. Поток воздуха, усиленный магией, ударил в автобус. Тот вздрогнул.

Сначала дрожь прошла по кузову, потом замигали фары, потом мотор кашлянул раз, другой - и завёлся. Автобус чихнул сизым дымом, приподнялся на колёсах (кирпичи вылетели из-под него с такой силой, что едва не попали в козу) и медленно, с достоинством, выехал из зарослей.

Степан Петрович замер. Автобус подъехал к нему вплотную, открыл дверь и призывно посигналил.

- Ты чего? – удивлённо спросил Степан шёпотом.

Автобус посигналил ещё раз, настойчивее. Мол, садись, дед, чего стоишь?

Степан Петрович оглянулся. Не видит ли кто? И забрался внутрь. Удивительно, но салон был чистым, сиденья обиты новым дерматином, и пахло почему-то свежим хлебом. Автобус плавно тронулся и поехал в сторону деревни.

Ехал он ровно, без тряски, и Степан даже задремал. Очнулся он, когда автобус остановился прямо напротив его калитки.

- Спасибо! - сказал Степан Петрович, выходя. Автобус довольно рыкнул мотором и уехал.

Наутро в деревне случился переполох. Первой обнаружила чудо тётя Лида, которая пошла на остановку, чтобы поймать попутку до райцентра. Там автобус. Жёлтый, чистый, с табличкой «Дубки - Райцентр» на лобовом стекле. Тётя Лида ахнула, зашла внутрь. Водителя за рулём не было. Но автобус вежливо закрыл дверь, подождал, пока она сядет, и поехал.

Через полчас тётя Лида была в райцентре. Она вышла, перекрестилась и побежала по делам, а автобус уехал обратно в деревню.

К обеду слух разлетелся по всей округе. Народ толпился на остановке, разглядывая чудо техники. Автобус стоял смирно, только фары поблёскивали, как живые.

- Это же ж как же ж он поехал-то? - недоумевал Михей, - Я его в райцентре видал. Списать хотели, на металлолом отправить!

- А он, видать, сам захотел. - философски заметил дед Кузьмич, - Техника, она тоже с понятием.

Степан Петрович стоял возле своей калитки и старательно делал вид, что ни при чём. Но автобус, заметив его, радостно моргнул фарами и посигналил.

- Ты чего это с ним якшаешься? - подозрительно спросила Маня, выглядывая из окна.

- Да ничё. - отмахнулся Степан. - Просто знакомый.

С тех пор автобус начал работать. Он вставал на остановку ровно в шесть утра, уезжал в райцентр, возвращался, и так целый день. Расписание он соблюдал идеально, даже лучше, чем люди - минута в минуту. Но у него был характер.

Первой столкнулась с этим тётя Лида. Она решила съездить на рынок и взяла с собой полную сумку семечек. Всю дорогу она лузгала их, а шелуху бросала на пол. Автобус терпел, терпел, а потом остановился прямо посреди поля, открыл двери и сказал (да-да, сказал, потому что звук шёл откуда-то из-под приборной панели):

- Выходите.

- Чаго? - опешила тётя Лида.

- Выходите! – ещё строже повторил автобус, - Я вам не помойка. Шелуху за собой убирать надо. Вы мне салон загадили, я так не могу работать.

Тётя Лида покраснела, собрала всю шелуху в пакет, извинилась и пообещала больше так не делать. Автобус фыркнул, закрыл двери и поехал дальше. С тех пор в салоне было идеально чисто - никто не решался мусорить, потому что автобус следил за порядком строго.

Второй случай произошёл с местными хулиганами, Петькой и Вовкой. Они сели в автобус, чтобы доехать до райцентра, и всю дорогу громко матерились, слушали музыку на телефоне без наушников и пили пиво. Автобус доехал до поля, остановился, открыл двери и сказал:

- Выходите.

- Чё? - не поняли хулиганы.

- Выходите, говорю. Выпили, так и выходите. И музыку свою забирайте.

- Да ты чё, автобус, оборзел? - возмутился Петька.

Автобус ничего не ответил. Он просто взял и выключил мотор. И затих. Свет погас, в салоне стало темно и прохладно.

Хулиганы посидели минут десять, поняли, что делать нечего, и вышли. Как только они вышли, автобус весело завёлся, закрыл двери и уехал, оставив их посреди поля.

- Пешком пойдут. - прокомментировал он, проезжая мимо остановки, где стоял Степан Петрович. - Чтоб неповадно было.

Степан только головой покачал.

Третий случай был с дедом Кузьмичом. Дед Кузьмич был человеком запасливым и экономным. Он всегда пытался проехать зайцем, считая, что билеты - это выдумки буржуазии. Он сел в автобус, доехал до райцентра, а когда вышел, автобус вдруг сказал:

- Денежки забыли.

- Какие денежки? - сделал круглые глаза дед Кузьмич.

- За проезд. Пятьдесят рублей.

- Да ты чё, автобус, с ума сошёл? Какие деньги? Я ж на пенсии!

- А я тоже на пенсии. - парировал автобус. — Да и мне масло менять надо, резина скоро лопнет. Так что давай, дед, не задерживай.

Дед Кузьмич немного повозмущался для порядка, но деньги отдал. С тех пор в автобусе никто не ездил зайцем - всё равно не получится. Он запоминал всех пассажиров и если кто-то не платил, просто не трогался с места, пока должник не выйдет или не расплатится.

Самое забавное случилось, когда в автобус сел начальник из района, важный дядька в костюме и с портфелем. Он сел на переднее сиденье, достал телефон и начал громко разговаривать. Автобус терпел минуты три, а потом аккуратно притормозил и сказал:

- Извините, у нас тут правила. По телефону громко не разговаривать. Мешаете другим пассажирам.

Начальник опешил.

- Ты кому это говоришь? - возмутился он, - Да я тебя на металлолом отправлю!

- Попробуйте. - спокойно ответил автобус, - Только я тогда колёса спущу и никуда не поеду. И вы опоздаете на совещание.

Начальник посмотрел на часы, посмотрел на автобус, вздохнул и продолжил разговор шёпотом.

Слухи об удивительном автобусе дошли до районной администрации. Приехала комиссия, чтобы разобраться, как это списанный ПАЗик вдруг начал работать и даже возит пассажиров. Комиссия осмотрела автобус со всех сторон, заглянула внутрь, постучала по колёсам. Автобус стоял смирно, даже не дышал.

- Странно. - сказал главный из комиссии, - По документам он списан. Двигатель уже не отремонтировать, его три раза капитально ремонтировали уже. А тут всё работает.

- Может, его кто-то починил? - предположил молодой комиссионер.

- Кто? В деревне? - усомнился главный.

Он подошёл к кабине, заглянул под приборную панель. Автобус тихонько скрипнул сцеплением.

- Ладно. - махнул рукой главный. - Пусть работает. Раз уж возит людей, то препятствовать этому не будем. Тем более автобусов не хватает.

И комиссия уехала.

А автобус так и остался. Он возил деревенских в райцентр, в соседние деревни, а по выходным даже организовывал экскурсии для школьников - показывал окрестности и рассказывал истории (потому что разговаривать он умел, но делал это редко, только когда сердился или когда просили).

Степан иногда заходил к нему просто так, посидеть. Автобус всегда радостно моргал фарами и открывал дверь.

- Ну как ты тут? - спрашивал Степан Петрович, усаживаясь на переднее сиденье.

- Нормально. - отвечал автобус, - Работаю. Люди разные бывают, но в целом ничего. Масло только скоро менять, колёса подкачать. Ты поможешь?

- Помогу. - вздыхал Степан.Он шёл в сарай, брал масло и насос и возился с автобусом, как с родным. Маня ворчала, что он больше времени с техникой проводит, чем с ней, но Степан Петрович отмахивался: техника, она тоже живая, о ней заботиться надо.

Однажды ночью Степан Петрович проснулся от того, что кто-то сигналил под окном. Он выглянул - автобус стоял у калитки и горел фарами прямо в спальню.

- Ты чего? - удивился Степан Петрович, выходя на крыльцо.

- Скучно. - сказал автобус, - Ночь, все спят, а я один стою. Поехали, прокатимся?

Степан хотел отказаться, но автобус смотрел на него фарами так жалобно, что он не удержался. Оделся, сел в кабину, и они поехали по ночной деревне. Луна светила, собаки лаяли, автобус тихонько урчал мотором и рассказывал, как ему хорошо работается, как он рад, что его оживили, и как он благодарен Степану Петровичу.

- Только ты это. - сказал на прощание автобус, - никому не рассказывай. А то подумают, что я с приветом.

- Да кто ж поверит? - усмехнулся Степан Петрович.

Утром Маня спросила, куда это он ночью пропал. Степан Петрович сказал, что ходил туалет проверить, не замерз ли. Маня, конечно, не поверила, но допытываться не стала. А автобус как ни в чём не бывало стоял на остановке и ждал первых пассажиров.

Так и живут. Автобус возит, Степан Петрович за ним присматривает, а Маня ворчит, что от этих чудес одни хлопоты. Но втайне она гордится - не у каждого мужа такой транспорт под боком. И хоть автобус не её, а Степанов, но всё равно приятно. Соседи завидуют. А дед Кузьмич даже предлагал им продать автобус за три тысячи, но Степан только рукой махнул: это ж не вещь, это друг. Друзей же не продают.