Железный нечеловек

На каменистой поверхности луны Цеххат расцветали взрывы. Удары чудовищной мощи сносили крепости и форты, сталкивались в клинчах армии, вся луна была словно покрыта двумя реками, пытающимися поглотить друг друга. Зелёная и чёрная, живые и мёртвые, они сражались, разрывая саму реальность визгом заклятий и воем разрядов энергии. Здесь, где системообразующая звезда казалась лишь мелким красным пятном на небосклоне, сражались заклятые враги. Смотря друг на друга, повелители армий, сошедшихся в битве, видели одно и то же, врага, тварь, что недостойна существовать в мироздании.

Первый был огромен. Почти десятиметровое тело с восемью глазами и тремя конечностями, видом он походил на червя, развившегося до предела возможного с точки зрения живого организма. Разум существа, казалось, заполнял большую часть объёма громадного тела, а ментальная мощь серо-розовой туши, покрытой слизью и хитином, могла уничтожить разум любого живого существа.

Второй был иным. Металлическое тело, на котором медленно зарастали сколы, чёрно-зелёное вместилище его разума походило на скелет, лишённый мяса и кожи, в металлических руках покоилось древко бердыша. Опираясь на это оружие, согбенное существо смотрело на своего противника единственным глазом, пылающим ледяным светом.

Они не говорили, время слов минуто ещё столетия назад, они не пытались друг друга запутать, даже не сражались лично, ведь Уничтожить сознание машины органический командир не мог, а пытаться сжечь громадину встроенным в бердыш шкуродёром было очень уж нереалистично.

Вокруг них, застывших друг напротив друга, словно шторм, раскручивалось сражение. Воины обрушивали залп за залпом на зеленошкурые орды, носились могильные ковчеги, разнося на атомы колёсные машины, увешанные простейшим оружием, сносили целые фаланги металлических мертвецов шаманы, напрямую связанные с разумом хозяина. Вдали в закованного в плины брони ящера врезался разряд с вершины чёрной пирамиды, а сам зверь вломился прямо в аппарат и сомкнул свою пасть на зелёном кристалле, последовавшая вспышка просто стёрла из реальности несколько десятков километров камня и тысячи воинов с обеих сторон, а жалкие три минуты спустя остекленевший камень уже топтали новые металлические и органические ноги, вновь его заливали кровью и техническими жидкостями, вновь летели пули и разряды энергии.

Но бой не мог длиться вечно. Медленно органические воины отступали, не справляясь с давлением машин, медленно отступал и их повелитель, в которого изредка били зелёные молнии, пробивая щит, сотворённый психической мощью древнего.

- Я проигрываю.

Существо говорило не устами, по крайней мере, не только ими. Каждый смысл отпечатывался в самом пространстве кровоточащей раной тварного мира.

- Да.

Металлический воитель передавал свои мысли иначе. В речь складывались сотни щелчков, писков и скрежещущих сигналов, по отдельности бессмысленных, примитивных, но собирающихся в мысль в группе. Совершенно разные языки, совершенно разное мировоззрение, совершенное противоборство на уровнях, которые примитивные расы сочли бы божественными.

Органик склонил голову, а в следующий миг его тело разорвало на две части, но не только плоть. Само пространство явило трещину, обрамлённую горизонтом событий, червоточину, при помощи которой живой решил забрать с собой своего врага.

Шаг назад, металлическое тело развернулось и бросилось к могильному ковчегу. Словно созданный из металлизированного камня, транспорт, похожий на древние ладьи, бороздившие мелкие моря родного мира металлического воителя, попытался подняться в небо, но уже не успевал. Не хватало мощности двигателей, чтобы перебороть рану на теле самой вселенной. Несколько секунд, и транспорт рухнул в разрыв пространства, что спустя мгновение захлопнулся, отсекая жертв от реального мира.

Здесь не было ничего. Ни верха, ни низа. Ни времени, ни пространства, хотя концепция пространства, где пространства, то есть, трёхмерной сетки реальности нет, была непредставима для существа, пусть и мудрого, но ограниченного пространством реальности. Намертво впаяв некродермис стоп в палубу ковчега, Сетхеп Странник старался понять, как вообще найти путь в этой мешанине ненаправленной энергии, как вернуться. Стоило всё-таки взять уроки у Владыки Тразина, у него была теория многомерного пространства, которая теоретически позволяла связать координаты любой мерности. К сожалению, связаться с реальным миром было невозможно, сигналы просто не распространялись в насыщенном энергией недопространстве. Механический разум перебирал методы взаимодействия с новым пространством, отсекал явно неэффективные, проводил моделирование процессов и формировал теории. Всё-таки, он был криптеком, пусть и давно уже бросил это занятие, получив титул Лорда, теории, описывающие окружение, наконец, позволили создать, пусть и примитивный, но всё-таки метод бегства из ловушки. В идеале, стоило проверить расчёты, но Страннику было уже плевать, куда бежать, энергия этого пространства начала подтачивать логику, искажать её, формировать непредвиденные логические цепочки. Опасность заставляла действовать быстрее. Касание разумов оператора, и все излучатели направлены в одну сторону, а также перенастроены на резонанс эфира, как решил назвать свободную энергию криптек. Удар, и ковчег вломился в разрыв пространства, выбираясь в реальность.

Мгновение дезориентации сменилось болью во всём теле. Стоп, боль в теле? Почему он её ощущает? Нет, ошибка системы передачи данных. Не боль, информация о повреждениях. Анализ. Повреждения некродермиса. Восстановление идёт в штатном режиме. Игнорировать. Боль притупилась, разум более не не воспринимал её, как проблему, вот только ощущения стали иными. Не было больше явной расшифровки поступающей с датчиков информации. Подняв руку, Странник коснулся поверхности ковчега. Холодный, руку обдувал ветер, и некрон чувствовал это. Он ощущал изменения в себе. Механический разум стал чуть менее механическим, чуть более живым. Стоило сбросить настройки до установленных, но не успев отдать команду, он задумался. Зачем? Чтобы вновь стать машиной? Чтобы потерять волю? Зачем существовать, если нет ощущений? Он потерял многое при биопереносе, и теперь часть утерянного вернулась. Стоит ли удалять то, что давало мощь его народу? Миг анализа, и старые настройки отправляются в закрытый архив с пометкой о применении в случае нарушения граничных условий. Прогрессирование чувствительности ему не нужно. Вернув стопам привычную форму, Сетхеп легко спрыгнул с ковчега, не отрывая взгляда от окружавшей его природы. Красиво. Громадные деревья, уходящие в небо, их выкинуло на скальном уступе, с которого открывался вид на бесконечный лес до самого горизонта. Зелёный, как те миры, что их народ заселил первыми, цветущие колонии. Вспышка телепортации заставила некрона обернуться к появившимся рядом с ковчегом воинам. Пять стражников, личной гвардии младшего лорда. Пять воинов, разумы которых поглотил Лжец. Пятеро некронтир, с которыми он рос вместе, те, кого он рассчитывал восстановить после победы.

- Господин, что произошло? Мы словно действовали бессознательно. Я помню, что была война, но всё словно не со мной произошло.

- Хет, рад, что ты вернулся. Рад, что все вы вернулись. Нас обманули, всех нас. Теперь слушайте приказ. Последнюю версию до перехода отправьте архив. Автоматическое восстановление по протоколу "Дегенеративные расстройства". Я не знаю, будут ли эти изменения прогрессировать, лучше начать с начала, чем довести себя до уровня зверей. Исполнять.

Цифровой ответ пришёл незамедлительно, и только теперь некрон позволил себе расслабиться. У него появился его народ. Народ, который он поведёт в будущее.