Жемчужина класса Е

...Ost Gat - Daleng - Dale...

Особняк Ким Манобана тонул в ночной тишине. Высокие железные ворота надежно охраняли этот богатый дом. Из окон веранды лился мягкий золотистый свет, который приятно контрастировал с тусклым мерцанием уличных фонарей. Ливень яростно барабанил по крышам, словно стремясь пробить их своей силой.

Мои туфли беззвучно скользили по прохладной плитке, пока я медленно поднималась по лестнице.

В руках я крепко держала свою старую коричневую сумку, в которой лежало лишь несколько вещей - на данный момент это было всё, что у меня осталось.

Дверь открылась ещё до того, как я успела постучать. Её мне открыла высокая женщина лет сорока, довольно привлекательная. Её волосы были гладко зачёсаны назад. В глазах читалась отстранённость - она не проявляла ни явной враждебности, ни особой приветливости.

Я замерла.

-Наконец-то ты пришла, - сказала она сухо, не проявляя ни жестокости, ни особой доброжелательности. - Заходи, пока не простудилась, - добавила она, её светло-карие глаза говорили больше, чем слова: имо Сунхва хотела видеть во мне лишь отражение прошлого, которое ей хотелось забыть.

Я вошла в дом тёти Сунхвы. В прихожей ощущался резкий запах отбеливателя и засушенных цветов, что создавало ощущение искусственности и отчуждения. Имо Сунхва, моя тётя по материнской линии, молча, проводила меня вглубь жилища. Из просторной гостиной внимательно наблюдали за нами двое подростков: красивая девушка и высокий юноша с невозмутимым и отстранённым выражением лица.

Дженни прищурилась и, понизив голос, спросила брата: - Подожди... Она что, у нас останется?

Сеок Джин не отреагировал ни жестом, ни взглядом. Он молча встал с дивана, затем, не говоря ни слова, направился к лестнице и исчез из виду.

У меня защемило сердце, и я ощутила ком в горле. Осознавая всю бессмысленность надежды на тёплую встречу, но, чёрт возьми, здесь было ещё холоднее, чем в моём старом доме.

Дверь комнаты тихо скрипнула, впуская меня внутрь. Запах старой мебели смешался с ароматом свежей краски, словно пытаясь стереть память прошлого. Я стояла неподвижно, ощущая тяжесть взгляда моей тёти, чьи глаза были холоднее зимнего ветра.

-Отныне твоё имя Джей, - произнесла она медленно, протягивая мне аккуратно сложенное полотенце. Его белоснежная ткань казалась неуместной среди мрачных стен дома. - Ты будешь жить здесь, в этой пустой комнате рядом с Дженни. Но помни одно правило... - голос её дрогнул едва заметно, выдавая скрытые эмоции, - не приноси сюда свою боль, своё прошлое. Моя семья должна оставаться чистой от воспоминаний о твоей матери.

Её слова ударили острее ножа, рассекая воздух, оставляя глубокий след внутри меня. Сердце сжалось, будто невидимая рука сжимала его, заставляя замереть дыхание. Но я, молча, приняла полотенце, мои пальцы судорожно стискивали мягкую ткань, пока костяшки пальцев не стали белыми, как снег за окном.

Это была моя новая жизнь, начертанная чужими руками. Имя, комната, правила. Всё чужое, всё незнакомое. Только полотенце оставалось тёплым, напоминая о прошлом, которое нельзя было оставить позади.

***

-Утро следующего дня-

Я устроилась на заднем сиденье машины кузины. Сегодняшним утром мне предстояло знакомство с международной школой Ёнсан - огромным частным учебным заведением, известным своим престижем и роскошью.

Однако самой знаменитой частью школы был вовсе не кампус, а старшие классы, особенно элитный и закрытый класс секции «E». Именно в этот класс я и попала.

Пока машина двигалась вперёд, Дженни обернулась назад и тихо произнесла мне:

-Будь осторожнее: поменьше говори, не флиртуй и держись подальше от всех. Особенно с Кристофером - он опасен и коварен.

***

Лучи солнца едва пробивались сквозь облака.

-Ха-а-а-а-а-а!

Судорожный выдох вырвался из груди, словно воздух пытался сбежать прочь вместе с моими остатками самообладания. Что творится? Моё сердце колотилось бешено, а мысли путались, да и руки и те предательски дрожали. Сегодняшний день обещал стать переломным моментом моей жизни.

«Сегодня начинаю учиться в Ёнсане... круто же?»

Это звучало одновременно соблазнительно и устрашающе. Но выбора-то особого и не было. Школа международного уровня, престиж и возможности - всё это манило обещаниями нового начала. Только бы хватило сил справиться...

Я подошла к стойке школьной регистратуры. Там мне объяснили следующее:

-Секция класса «Е» находится в южном крыле. Вам нужно пройти по каменной дорожке за библиотекой и повернуть налево. Вы легко поймёте, когда доберётесь до нужного места.

Территория школы поразила сразу: огромные зелёные лужайки, тенистые аллеи, старинные здания - уютно и спокойно, несмотря на всю свою величественность.

«Может, тут и правда понравится?» - робко подумала я.

Я направилась в указанном направлении, стуча каблуками по гладкому полу, а затем по каменистой дорожке. Как только я вышла на улицу, воздух мгновенно стал тяжелее. Дорожка местами покрылась трещинами, а трава разрослась ещё сильнее. По выцветшим стенам обвивался плющ.

И тем... чем это было.

Второе здание, расположенное отдельно от главного кампуса, находится в запущенном состоянии. Окна покрыты пылью, свидетельствующей о долгом отсутствии ухода. Рядом с лестницей до сих пор тлеет окурок.

Я застыла на пороге. Перемена энергии была ощутима.

Приглушённые голоса и начищенные до блеска туфли основного здания исчезли. Воздух здесь казался более плотным. В коридоре звучала совершенно иная музыка: низкие голоса, грубый смех, шарканье ног и скрип стульев.

Мои губы чуть приподнялись, но это было не совсем улыбкой. Я решила, что так будет честнее.

Но стоило зайти внутрь класса, как мир вокруг застыл. Тишина ударила оглушающим звоном. Мальчики заполнили практически всё пространство класса. Парней было куда больше десяти, и они уже сидели за своими столами. Ни одной девушки поблизости, даже намёка на женский пол. Аудитория замерла, устремив взгляд прямо на меня. Стены, будто стали прозрачнее, пропуская сквозь себя тяжёлые взгляды. Парни выглядели дерзкими, уверенными, непроницаемыми. Ощущение было такое, будто я вдруг оказалась единственным существом женского пола среди стайки суровых волков.

Они, молча, рассматривали меня, будто изучая новый вид редкого насекомого. Среди всеобщего внимания особенно выделялся тот факт, что никто из ребят не соблюдал школьный дресс-код. Один носил футболку с открытым воротником, другой свитер поверх рубашки, третий небрежно закрутил шарф вокруг шеи. Вся эта свобода в сочетании с жестким взглядом создавала впечатление анархии, замешанной на высокомерии.

Моё сердце забилось быстрее, ладони вспотели. Нужно было держать лицо. Ведь каждый мой следующий шаг мог определить, стану ли я частью этой группы или навсегда останусь чужаком.

Но внутри снова прозвучал голос: «Я справлюсь. Я смогу».

Один из парней тихо нарушил тишину, которая была напряжённой:

-Это шутка?

Второй парень усмехнулся, но затем всё же тихо сказал:

-А почему здесь девчонка? Кто дал на это разрешение?

Перед моими глазами предстала целая толпа мальчишек, каждый из которых излучал уверенность и дерзость. Неловкость захлестнула меня с головой, но тут один из ребят вдруг поднялся. Его фигура выделялась среди остальных: чёрный худи с капюшоном, подчёркивающий контраст белой футболки, идеально очерченный подбородок и часы, стоимость которых, казалось, превышала цену всей моей жизни вместе взятой. Это был, тот самый Кристофер Бан Чан и сейчас он двигался неспешно, но уверенно, словно был змеем, что приближался к своей добыче.

Его спокойный взгляд скользил по моему лицу сверху вниз, оценивающе задерживаясь на каждой детали. Наконец, раздалось негромкое, но чёткое:

-Заблудилась, Лисичка? Здесь группа поддержки не учится.

Я постаралась вложить весь свой внутренний огонь в сердитый взгляд, мечтая заставить его почувствовать мою ярость. Однако ответом послужил лишь приглушённый смешок окружающих, кроме самого Кристофера, чья невозмутимая поза говорила сама за себя.

Решив действовать прямо, я обратилась к уже зашедшему учителю:

-Это класс «Е»?

-Да, добро пожаловать, - ответил тот, слегка поражённо принимая мой регистрационный лист. - Я ждал нового ученика Джея. Я мистер Элвин Сионгко.

Приглашение учителя представить себя классу вызвало новый виток волнения.

-Класс! Тишина, пожалуйста.

Обведя взглядом присутствующих, я заметила, что большинство выглядели скорее отпетыми сорвиголовами, нежели примерными учениками. Несмотря на внутреннюю тревогу, я кивнула учителю, стараясь сохранить достоинство под пристальным вниманием одноклассников.

-Меня зовут Джей Пранприя Лимарио, но вы можете звать меня просто Джей. Я перешла сюда из религиозной школы, теперь буду учиться в старшей школе Ёнсан.

-Ребята, пожалуйста, потише. У кого-нибудь есть вопросы относительно нашей новенькой ученицы? Ну а вы президент класса, вам тоже нечего спросить? - уточнил мистер Элвин.

Все парни молчали, и я решила, что ни президента, ни старосты класса, видимо, сегодня в классе нет. Отличный пример организованности, ничего не скажешь.

-Староста класса! - голос учителя гремел, словно гром среди ясного неба, заставляя всех замереть в классе.

Тот самый парень с золотыми часами на руке слегка поморщился и пробормотал себе под нос: - Тц...

Затем он лениво поднялся, зевнув и окинув взглядом весь класс. Все парни настороженно замолчали, ожидая развязки.

"Постойте! Он староста класса? Да не может быть!"

-Подождите-ка, - учитель поднял бровь, глядя на Кристофера Бан Чана. - Кристофер, а когда ты успел стать и старостой класса?

Он тяжело вздохнул, закатил глаза и только потом бросил на меня свой пренебрежительный взгляд:

-Скажи честно, дорогуша, ты ещё девушка?

Класс дружно ахнул и зашикал, издавая протяжное коллективное -Уууу...

Когда он это ляпнул, мои глазища стали размером с тарелки, а весь класс грохнул хохотом, будто услышали самую смешную шутку десятилетия.

-Эй, Кристофер! - возмутился учитель сэр Элвин, закатывая глаза к небу. - Ну, скажи что, пошутил!..

Несколько мальчиков засмеялись и в ответ захлопали по столам.

-А вы, придурки, посерьёзней там!

Но Кристофер невозмутимо ухмыляется: - Ты сам просил меня спросить. Вот я и спросил.

Учитель тихо выдохнул, словно происходящее было чем-то привычным.

Но класс «Е» так дружно ахнул, будто они все одновременно увидели призрака.

"Вот же наглый тип этот Кристофер Бан Чан! Как вообще можно так хамски отвечать учителю?"

Я бросила на него строгий взгляд и заявила: - Учитель просил задать абсолютно любой нормальный вопрос.

Староста-флегматик скривил рожицу и пробормотал себе под нос: - Да ладно вам, серьёзно, учителя теперь обижаются на всё подряд...

-Нужен ещё один более подходящий вопрос?

-Конечно...

-Хорошо. Когда ты планируешь свалить из нашего класса?

-Почему бы тебе самому не свалить на Марс? - усмехнулась я в ответ Кристоферу Бан Чану.

Парни в классе «Е» одобрительно загудели:

-Ух, ты!

Меня конкретно напрягал этот Кристофер Бан Чан. Самоуверенный пацанчик! Потому что президент класса и староста по совместительству сразу возомнил себе невесть что?!

Класс загудел сильнее обычного. Учитель мистер Элвин тоже заметил весь этот цирк.

-Ну почему бы тебе тогда самой именно вот сейчас не возглавить всё это дело?

-Я лучше займусь твоим исчезновением, дорогой мой лидер класса «Е».

-Ха, ну попробуй!

-Попробую, считай, это моим обещанием!

Учитель махнул рукой:

-Всё, стоп-стоп! Оба садитесь! Лимарио, выбирай любое свободное место. Давайте вернёмся к уроку. Сегодня поговорим о мифах создания Вселенной.

«Ну, ничего, мы ещё поквитаемся!» - промелькнуло у меня в голове, пока я искала удобное местечко подальше от Кристофера Бан Чана.

Нелегко было поверить своим глазам, настолько просторным казался класс, несмотря на довольно скромное число учащихся. Меня удивило, что свободных мест оказалось предостаточно, причем все они располагались именно там, куда никто особо не стремился - в центре помещения. Остальные ребята будто сговорились занять места вдоль стен и ближе к выходу, образуя своеобразную латинскую букву «U».

Меня поразила такая странная расстановка. Ведь каждому ученику полагалось полноценное рабочее место - удобная парта с удобным столом и стулом. Всего же посадочных мест хватало примерно на двадцать школьников, однако фактическое количество учеников в классе «Е» едва превышало полтора десятка. Что касается моего выбора, то я решила расположиться среди центральных рядов, ощущая некоторую обособленность, словно оказавшись в особенном уголке класса, оставленном остальными учениками специально для меня.

Но самым необычным моментом была вовсе не сама организация пространства, а тот простой факт, что среди всех присутствующих не оказалось ни единой девочки.

***

Оставшуюся половину дня я прожила словно в кромешном мраке, полном ужаса и одиночества.

Ни одна душа не проронила ни единого слова в мою сторону, ни улыбнулась искренне, ни протянула руку помощи. Ребята перешёптывались за моей спиной, передовая друг другу бумажки, наполненные загадочными посланиями, а затем, взрываясь громким смехом каждый раз, когда я путала цифры и неловко открывала замок собственного шкафчика.

Ещё хуже стало, когда они принялись, открыто судачить обо мне, распространяя слухи о моём мрачном прошлом так, будто обладали полным списком моих секретов, спрятанных глубоко внутри.

И всё равно я держалась твёрдо, сопротивляясь обстоятельствам, как делала всегда раньше. Я привыкла не сдаваться даже в самые трудные моменты своей жизни. Особенно тогда, когда отчим оставил мне следы на теле, о которых я не могла говорить. Когда мама ушла в глубокую пропасть молчания и зависимости от лекарств, оставив меня одну бороться с чувством заброшенности. Или когда тетушки объявили, что мне придётся оставить привычный дом и отправиться жить неизвестно куда, к тем, кто объявил себя роднёй по материнской линии, о которой я довольно давно не слышала, и не видела, но слышала от бабушки новости о них.

И вот теперь я оказалась здесь, сидя на уроках в классе «E», мучительно осознавая, что похожа на готовую взорваться бомбу с неумолимо тикающим таймером.

***

Той ночью Джин впервые решился постучать в мою дверь.

Я замерла от неожиданности, медленно открывая её. Передо мной стоял двоюродный брат, которого я едва знала. Обычно он держался особняком, редко пересекаясь со мной взглядом. Но теперь передо мной предстал совсем иной Джин - серьёзный, сосредоточенный и полный тревоги.

-Держись подальше от любых проблем и опасностей, - голос Сеок Джина звучал твёрдо и уверенно, словно предупреждая меня об угрозе, которой я пока не осознавала. - Ни в коем случае не позволяй никому давать повод против тебя действовать. А потом Сеок Джин Ким Манобан тихо всё же добавил, прежде чем развернуться и уйти в свою комнату: - Здесь с тобой всё будет в порядке.

Сеок оставил меня в полном недоумении после своих последних слов. Тогда я ещё не осознавала, что между нами существует особая связь. О том, что мой двоюродный брат на самом деле приходится мне моим родным братом, скрывающим страшную семейную тайну долгие годы, словно тяжёлое бремя, которое невозможно было ни сбросить, ни разделить с кем-то другим.

Продолжение следует...