Жгут и ложки

«В ответ – смех»

Холодный город, вражий.

Прохожие немы.

Гротескных персонажей

с тобой играем мы.

На площади центральной

бревенчатый помост

стоит и мы печально

несём в народ психоз.

Шуты, уродцы, карлики.

Всё в нашем амплуа:

отсутствие динамики

и помыслов добра.

Мы далеко шагнули,

вобрав тяжёлый сплин.

В ответ лишь смех горгулий

доносится с вершин.

«Ма»

Когда в сосуде скудельном

стухнет живая вода,

принадлежать богадельням

будет моя срамота.

Когда пред глазами фиалки

судорожно расцветут,

со смертью сыграю в салки

и проиграю – инсульт.

Вспомню я самозабвенно

заветренных рук тепло.

Я, избегая оценок,

скажу: этот мир не злой.

Не добрый, не важный самый,

но в нём благодарен я

за то, что детства пижамы

счастливый носил до дня

разлукою ставшей нашей.

Был отчий покинут дом.

Сбоку-припёка. Пропащий.

И утерявший диплом.

Но плоть я твои и кости,

рождённые задарма.

Вершу вместо жизни тост я:

спасибо, спасибо, ма!

«Весна»

Деревья обернулись в камуфляж.

И город семи тысяч разве наш?

Влюблённый словно.

Блестяшками ворона тешит глаз.

Вибрация ночами цедит джаз

в созвездье Овна.

Весною относительно тепло

от золота округлых куполов

высоких храмов.

Эмоции принять. И лучше вслух

произнести: «Мой май – печальный звук

целебных шрамов.

От безделушек к звёздам, и назад,

пока в цвету стоит вишнёвый сад,

любовью сытый.

Не то, что я… И чёрт бы с ним..!

Разматываю локоны весны

капризных нитей…

«Толстяк»

Ноги суетливо ищут,

как опору бы найти.

Заработал вмиг умище,

выбивая сто из ста.

Накануне реверс мнений

дал по бросовой цене

несколько подсказок в пене

дней несносных и пустых.

Посмотри, как парной шиной

опоясан салом торс.

Невозможно по режиму

поедать большой бигмак –

за плечом за левым шёпот –

слушай, парень: диабет,

трудно встать (вообще стыдоба!)

Выход есть и он один.

Сливочная бледность кожи.

Ах, какие в ней тона!

Траектория двух ножек

шанс не даст капризным па.

Как свеча оплывший, рыхлый,

шею протянув в петлю,

суицидник сделал выхлоп

и штанишки замарал.

«Лютик»

У яйцеклеток вышел срок,

и как не крась помадой рот,

замазывая поры кремом жидким

уходит красота по щедрой скидке.

Аборт фигуру сохранил

лет семь назад по мере сил,

отныне – боль височная,

а часики песочные

зыбучей философии отсыплют горсть.

Тебе за сорок. Скальп волос

как лунь седою сделал. На раз-два.

Ушёл момент, когда глаз синева

волною бурунов сбивала.

Физиономия была ещё овалом…

И в чём же времени вина,

когда вместо любви на

обоюдной радости в уюте

ты выбрала болотный лютик

рек илистых среди.

И что же дальше впереди?

«Топь»

(для детей)

Нелюдим природы край.

Месяц май.

Слышно издали «ку-ку»

бедняку.

Вышел рыбу он удить

во всю прыть,

но кругом лишь камыши –

ни души.

Тополь у реки стоит

словно щит.

Охраняет топь болот

и цветёт.

Пух планирует седой.

Ой-ой-ой.

Будто бы сошёл с холста.

Красота.

«Милашки»

Из квартирного уюта

в бар, где Таня и Анюта

пьют ликёры залпом люто

с бесенятами в глазах,

он попал. Расправил плечи.

С допингом чернеет печень.

Пятницы стабилен вечер –

ожидаемый размах.

Две настойчивых милашки

прячут клофелин в кармашке.

С парнем выпить по рюмашке

как всегда устремлены.

Парень опьянев, шатаясь,

комплиментов выдал малость

безупречную банальность

постижимой глубины.

И улыбки заалели

на устах мадмуазелей.

Троица достигла цели –

они едут на такси.

Через час Анюта в душе.

Таня палочками суши

доедает – ладный ужин –

парень тоже их вкусил.

Девочки всё упростили,

дабы спазмы сухожилий

от снотворного в бутыли

парня подвели к черте…

«Открытка по случаю празднования тридцатилетия Вадима Г.,

надумавшего поодаль отбросить моногамные цепи,

что впоследствии стало для юбиляра

первопричиной распутного поведения»

Хоровод устроили девчонки

и ручонки тянут, чтоб урвать.

Ты счастливо, поодаль в сторонке,

выбираешь и зовёшь в кровать

ту, что по утрам взбивает яйца,

и омлет готовит из белка.

Глаз намётан, и чтоб ошибаться

нет сейчас причин наверняка.

Импортного автопрома тачка;

мидл-класса биржевой доход.

Зеленью бумажник твой испачкан –

доллары и евро ведут счёт.

Жёнушка (из бывших) в психбольнице –

вязки да уколы в тощий зад.

Ты же продолжаешь веселиться.

Идеальный, кажется, расклад.

К возрасту Христа ты успокоен

и нашёл призванье по душе.

Выбрался из рабских скотобоен

и живёшь три года в кураже.

Этого хочу накаркать, тёзка,

в дамский направляя хоровод.

Жизни чтобы чёрная полоска

обрывалась в твой тридцатый год.

«Кроссворд»

[картинка утрачена]

1) Орган половой испачкан –

выделения и зуд.

Ниже пояса болячка.

Как, скажи, её зовут?

2) Сей инструмент от хвори

навечно защитит

и вырубит под корень

застойный простатит.

3) Сорок кошек на балконе,

половой системы хаос…

Баба беса в доме гонит,

значит, время ..?

4) [дефект]

5) Из-за дерева в плаще он

вам покажет стыд и срам.

Кто пугает точно демон

утончённых чутких дам?