Живи

Присмотрись к себе, восходящий во времени.

Люди проходят мимо своей жизни, как мимо витрины, где всё знакомо и потому невидимо. А ты не отмахнись, не отложи на «потом», которое никогда не наступит. Просто остановись. Сейчас. Здесь. Из чего состоит жизнь, если собрать её по крупицам?

Вот дом — стены с их маленькими шрамами: след от вбитого гвоздя, след от детской машинки, что когда-то процарапала штукатурку; окно, на котором зимой проступают кружева инея; балкон, где сушатся полотенца и провисает верёвка; фото семейные на стене, полка с талисманами из путешествий. Близкие — голоса в соседней комнате, те, чье дыхание различимо в ночной тишине; руки, которые подают тебе кружку чая; привычный смех, в котором сразу узнаётся и усталость, и радость.

Работа — папки, файлы, выставленные счета, недописанные письма и сделанное и не сделанное; графики, напоминания, учитывающие время, как скупой табельщик. Цветы на подоконнике — герань, кактус, возможно, ветка, помещённая в банку после прогулки: они тянутся к солнцу, и на листе виден рисунок жилок, словно карта пережитых дней. Кухня — привычная сковорода; нож, который давно просит замены; аромат тмина, крошки хлеба, яблоки, пошарпанная разделочная доска, мусорное ведро со всякой дрянью. Коридор — в нем обувь, на которой скопилась пыль разных дорог; зонтик, видевший много дождей; куртка с пятном краски от прошлогодней поездки.

Твоё утро — звон будильника, который ты научился затыкать одним движением, не открывая глаз; вода, прохладная и бодрящая; лицо в зеркале, на котором виден не только недоспанный сон, но и морщинки, как тропинки, по которым уже идёт твоя судьба.

Твоё тело — шрамы, случайные и неслучайные; мышцы, помнящие правильное движение; позвоночник, который дает тебе стойкость; сердце, работающее терпеливо и упрямо. Посмотри на свои руки — не как на инструмент, а как на территорию себя. На прожилки, на складки у суставов, на отблеск света на коже. Это — граница. Всё, что внутри, — это ты. Всё, что снаружи, — мир вокруг.

Есть пломба в зубе, как знак несовершенства; есть к тому же аптека на углу и таблетки, которые выстроены, как солдаты, в блистере. Есть пароли, пропущенные звонки, переписки, и зависшие на полуслове переписки. Есть город — маршрутки, светофоры с мигающим жёлтым, трамвай, который со звоном въезжает в городское утро, как в озеро, и выезжает из него уже ночью; есть и магазинчик во дворе. Есть на столе тетрадь, в которой так и не начата важная запись; есть ещё одна — исчерканная, и ты не знаешь, как её продолжить. Есть боли и радости, цели и мечты. Надежды.

Собери всю свою жизнь в одно собрание – пестрое, огромное, как деревенская ярмарка; ничего не забудь. Что тебя влечет и что отталкивает, от чего ты движешься и к чему ты идешь. Что управляет тобой и чем управляешь ты. Что дорого и что просто так, а что и вовсе вредный и стыдный эпизод – все собери. Себя. Собери себя и свою жизнь воедино в своем уме.

Зачем же тебе всё это? Кому служит и каким путём ведёт тебя в Круге Бытия вся эта простая повседневность? Ты сейчас поймаешь себя на мысли, что у всего этого должно быть значение «там», где-то впереди – и что твоя жажда толкает тебя сквозь повседневное, чтобы ты нашел нечто… но где? Кто ты в этом?

Ты, может, скажешь: слишком абстрактно. Я отвечу: какие уж тут абстракции... Просто смысл твоего существования — все же не вещь, которую можно повесить на стену. Это направление внимания и энергии, узор согласований. Из этих тихих, прочных, хрупких нитей — запахов, привычек, взглядов, усталости, тепла, ты плетешь форму, в которой можешь удержать то неуловимое, что ты называешь «собой».

Однако давай вместе заглянем поглубже. Всмотримся.

Пусть комната, в которой ты сидишь посреди твоей огромной жизни, начнет расширяться и отдаляться. Не уменьшаться — расти. Потолок поднимается, уходя в высь, подобную горному небу. Стены расходятся, становятся скальными массивами, поросшими тенями вместо мха. Ковер под ногами превращается в бескрайнюю долину со сложным рельефом волокон. Ты сидишь посреди этого нового ландшафта, огромный, как гора. Ты — гора из плоти и памяти.

Твоя жизнь — работа, другие люди, дела, путешествия – все ушло в невообразимую высь и даль. Смотри ещё внимательнее: ты погружаешься в глубину вещей. Твоя квартира становится горной страной. Стол — плато, ковёр — обширная долина, шкафы — скалы, кухня — выветрившийся горный массив. Тело твое — гора среди гор: ровная спина, на которой лежит отсвет солнца; твои ладони — скальные карнизы, твоя грудь — отрог. Всё вокруг тихо и чисто; воздух высок. Но мы продолжаем уходить вглубь. Рисунок ковра оборачивается великой тайгой, пылинка — валунами, поверхность стола — неведомым материком с лесами и пустынями. Смотри на тело.

Кожа перестает быть границей. Она становится проницаемым взгляду ландшафтом — кратерами пор, долинами морщин. Ткани, что казались плотными, обретают разреженную структуру леса, где вместо деревьев — тяжи волокон, а вместо света — пульсация жидкостей. Формы расплываются, теряют имена. Рука — уже не рука, а сплетенные анфилады невероятной активности, континент, где реками текут капилляры, а города-клетки горят метаболическим огнем, и уже не видно ее границ и пределов.

На этом масштабе тело становится ульем распахнутых настежь городов: в клетках — отдельные дома органелл, реки, заводы, за оградой которых — их химические костры. Ядра, цитоплазмы, мембраны — как системы магистралей и крепостей. Ещё глубже — и зыбкие контуры клетки растворяются, превращаясь в паутины и полотнища молекул. Белки закручиваются, как кольца планет; липиды — тихие моря, где парят лёгкие кораблики, ДНК — бесконечная, медленная спираль, на которую нанизаны свои светила. Дальше. Мир раздался необъятно. И вот ты уже смотришь на атомы, они пусты, их центры невидимы: их орбитали напоминают музыкальные облака, зыбкие и упругие, звенящие бесчисленными тонами.

Ты идёшь дальше и не находишь больше привычных форм: бесконечно малые вспышки взаимодействий, рябь возможностей, словно черновик мира, написанный карандашом. Пробегают волны перемен, как непостижимый ветер. Энергия? Информация? Энтропия? Слово? Все, что ты знал, здесь лишь тончайшие узоры взаимодействия этих облаков, мимолетные конфигурации квантового поля, зыбь.

В глубине нет форм и контуров; там есть соединение и разделение, простые отношения сил, которые не знают «ты» и «я». Всё превращается в облако — сначала в облако виртуальности, затем — в туманность возможностей. У разума нет глаз, чтобы разглядеть их источник. Облако разрастается до размеров галактики, галактика входит в сетку других галактик, и вот ты уже видишь, как бесконечно малые космические нити тянутся через пустоты; скопления мерцают; и кажется, что «всё» — это огромный узор, где ты — одна из теней света.

Посмотри сейчас вверх, в этот величайший космос, откуда ты пришел.

Спроси себя: где теперь твоя жизнь в этих мерцающих связях, там, наверху? В этой ряби меж мириадами электронных облаков? Где то, что ты сделал, к чему стремишься и чего опасаешься? Что творишь ты, что совершаешь, в чем твои победы и ошибки, обязанности и обещания? Все эти вещи и дела? Существуешь ли ты там, вверху, если в глубине ты — только отношения вероятностей? Что ты собираешь себе и из чего? Стоит ли это хоть чего-то? Ответь!

На этой глубине нет важного и неважного. Нет любви и ненависти, лучше и хуже. Нет ни вреда, ни пользы. Есть только тихое, продолжающееся, величественное, исконное, всеохватывающее Бытие. Твое бытие, каким ты его знаешь, здесь растворяется, как соль в воде. Как отпечаток, след, временная и невероятно хрупкая конфигурация энтропии…

Все что видится тебе твоей жизнью, всеми вещами в ней, отсюда – только призрачные перемены отношений бесчисленных форм, эоны медлительных перемен, скрывающихся в бесчисленных других формах где-то там, в недостижимой дали, следствия таких же призрачных влияний. Ты не увидел бы свою жизнь как жизнь, созерцая ее прикосновения. Как если бы в каждой десятой песчинке мира сдвинулся бы один атом, бесконечно меньше — в каждой тысячной песчинке тысяч миров, миллионной миллионов миров, миллиардной миллиардов миров – вот твои победы, поражения, грехи, подвиги, страсти. Ничто в этом не возмутит глубины Вселенной. Вот — где же она? — твоя жизнь.

И, однако же, она – есть.

Тогда позволь себе вознестись обратно к твоим небесам. Как ты делаешь это? Охватывая взглядом, соединяя пониманием, объединяя в сознании, увеличивая охват мира собой, возрастая. Пусть перед твоим взором квантовые туманности сокращаются и плотнеют, рождая тени атомов, а они сливаются в необъятные скопления молекулы. Пусть из галактических кластеров возникнет непомерная ДНК, а вокруг нее воздвигнутся космические бастионы клеточных структур. Пусть они уплотнятся в великий мегаполис клетки – и сразу же пусть рядом с одной клеткой появятся еще, другие, третьи, пусть перевьются капиллярами, волокнами соединительной ткани, пусть сплетутся мышцы и сгустятся кости, срастутся суставами и станет дышащее тело. А вокруг возникнет комната, запах хлеба из кухни, куртка на стуле. Пусть вокруг будет город, люди, статуи богов, планета, Солнце и Луна. Пусть будут мечты и задачи, прошлое и будущее, жизнь. Ты. Ты здесь.

Ты только что видел бездну, над которой стоит твой мир. Теперь взгляни на свои земные цели. На то, к чему стремишься. На повышение, на новую машину, на признание, на тишину в душе, на здоровье близких, на прочитанную книгу. Вот они. Знакомые. Осязаемые. Настоящие. Крепкие. Такие реальные, стоящие, существующие, не правда ли? Разве не всё на своих местах, все как было?

Или нет? После глубин, не кажутся ли они теперь иными? Не менее важными, нет. Но освещенными иным светом. Светом осознания, что они сделаны из того же мимолетного чуда, что и ты. Что и они — не абсолютные вершины, а прекрасные, хрупкие узоры, которые ты вышиваешь в ткани мира. Узоры, которые имеют значение только здесь, сейчас, на этом уровне бытия, в этом масштабе восприятия. Ни стоят ничего постоянного — и ни в коей мере не ложь. Разве они — не язык продолжения, на котором говорит само Бытие, обретая форму, чувство, смысл?

Единственный реальный Путь. Не путь «к чему-то». Путь как «что-то». В бесконечности ценность и бытие любой вещи — в её отношениях: не «что у меня есть», а «как это всё связано» и «куда ведёт». Нет вещей. Есть становление мира в отношениях. Есть происхождение мира в отношениях. Смысл существования — не в ответе, а в этом вопросе. Ты сам – вопрос.

И ты, бывает, спрашиваешь себя, будто желая проснуться: «Это мои цели или только внушенные мне? Они рождены моим сердцем или обстоятельствами жизни? Зачем все это?» Но путь жизни в Круге Бытия требует лишь бытия.

Истина в том, что в Бытии нет других истин — есть лишь продолжение и прекращение, продолжающее и прекращающее. Продолжающее — то, что создает мир: укрепляет его как узоры связи, делает тебя менее случайным и более реальным для бытия, так ты становишься основой того, что формируется. Прекращающее — то, что разъединяет, дробит, извлекает из целого куски ради умаления. Жизнь есть способ связать вещи в направленность, где одно не убивает другого, и тогда следует продолжение. Смерть есть противоположное.

Оглянись. Созидающий дух в своих мирах, на своих высотах – вот твоя суть. Простые вещи в твоих руках из глубины видны как непостижимые космические собрания высочайших небес. Ты сплетаешь космический мир и сплетаешь себя, или ты расплетаешь мир и расплетаешь себя – вот твой выбор. Никто не спросит. Твоя жизнь это твой Путь.

Теперь, дождавшись темноты, выйди на улицу и подними лицо к небесам. Ночь — как океан, наполненный тёмной водой. Ты поднимаешь голову и смотришь, смотришь в звёздное небо. Бездны пространств открыты — внушающие страх темные пустыни. Галактики спокойны и далеки, миры множатся, как зерно. Ты видишь то же, что видел недавно: тёмные облака, пламена сверхновых, мерцание далёких туманностей. Огромные сияющие облака, где звезды — как атомы. Ты смотришь на вселенную — и узнаешь свое собственное устройство в бесконечных масштабах мира. Ты чувствуешь, как воздух холодит лёгкие и как твой пульс подрагивает в точках света, который много тысяч лет шёл сюда, чтобы попасть на сетчатку этого тела. Не то ли это, что ты видел, глядя из глубины вещей?

Там ты искал себя в необъятных небесах, и узнал, как высоко ты взошел. Здесь ты видишь необъятный космос, куда ты восходишь.

Восходишь в осознании, выборе продолжения, в создании отношения, в принятии делаемого, становлении, продолжении Пути. Сквозь жизни тел и планет. Ты — вселенная, смотрящая на свои звезды и узнающая в них себя, растущая сквозь себя, становящаяся собой. Там, в будущем времени, твои иные силы и неоткрытые еще тебе смыслы Круга Бытия. Там тоже – твоя жизнь.

Теперь вернись в дом и налей себе чай. Поднеси чашку к губам – рука придет в движение, и (в содрогании небес) с ней придут в движение твои миры между меньшим и большим бесконечным Бытием.

Живи.