Живи сегодня

Первое, что бросилось мне в глаза при входе в тюремный зал - транспаранты на стенах. "Сегодня первый день твоего оставшегося заключения!" - гласил один. "По дню растает твой срок!" - обнадеживал другой. "Живи сегодня!" - подбадривал третий. По залу, как сонные мухи, лениво бродили заключенные в салатовых робах.

Двери за спиной бесшумно закрылись, я прошел вперед, сел на первую попавшуюся свободную койку у стены и прикрыл глаза. Чтобы чем-то себя занять, попробовал сосчитать до ста и сбился. Начал снова и почти досчитал до цели, когда меня прервал скрипучий голос:

- Вы новенький? А почему койку получше не выбрали?

Я пожал плечами, не открывая глаз:

- А какая разница? Я тут всего на день.

Попробовал считать снова, но уже надоело. Я открыл глаза и вздрогнул: прямо у моей койки стоял пожилой заключённый и пялился.

- Может, спортом позанимаетесь? - проскрипел он. - Вон в том углу тренажёры.

- Обойдусь без этого металлолома! - буркнул я. - У меня форма ого-го.

- Не особо заметно, - съязвил он.

Я машинально похлопал себя по животу. И правда. Ладно, выйду отсюда - и сразу в бассейн, пробежка по утрам...

- А ещё тут библиотека есть... - продолжал заключенный. - Выбор не ахти, но всё же лучше, чем...

- Дед, отвали! - огрызнулся я. - Чего пристал? У самого-то какой срок?

Он промолчал, потупив взгляд.

- А у меня день! Один! День! - мне вдруг стало стыдно за свою вспыльчивость. Кто знает, сколько он сидит и сколько ему осталось.

- Один день тоже можно прожить со смыслом, - тихо сказал он. - Не буду мешать.

Он отошёл в библиотечный угол и уткнулся в какую-то книгу.

День тянулся бесконечно. Я не пытался ни с кем заговорить - хватило приставучего деда. Еле дождался обеда - еда в пластиковом подносе была безвкусной, но голод утолила.

Дед больше не лез. До обеда он читал книгу, а после - качался на тренажерах. Я хотел подойти, извиниться и нормально познакомиться, но так этого и не сделал - какой смысл?

Часов в тюремном зале не было, так что я ориентировался по движущемуся по полу солнечному пятну, а когда оно исчезло - по угасающему свету за зарешеченным окном.

После ужина я разгладил складки на неразобранной постели и поспешил к выходу. Лазерный луч просканировал мой глаз, и двери открылись. Перед выходом я повернулся и зачем-то махнул рукой деду - тот помахал в ответ.

Узкий коридор вел все дальше от тюремного зала и изгибался вправо. Наконец, я оказался в небольшой комнате - наверно, тут мне вернут вещи в старомодном бумажном пакете, и я выйду в раздвижные двери, чтобы никогда больше...

Раздвижные двери в комнате действительно были. За ними виднелся уже знакомый тюремный зал.

- Послушайте, тут какая-то ошибка, - обратился я к охраннику. - У меня заключение на один день.

Он сверился с планшетом.

- Да, все верно, - сказал охранник и зевнул. - Сегодня первый день вашего оставшегося заключения.

Я моргнул.

- Простите... Вы неправильно поняли. Я...

- Это вы неправильно поняли. Вы приговорены к заключению на один день. На каждый сегодняшний день вашей жизни.

Я машинально поискал глазами стул, чтобы сесть, но стула не было. Только раздвижные двери – обратно туда, откуда я только что вышел.

- Предпочитаете адаптационный укол? - деловито предложил охранник. - Входит в тюремную страховку.

- Адаптационный... что?

- Вы не будете помнить прошлые дни в заключении. Начнёте с чистого листа. Всё только начинается, понимаете? - он подмигнул.

***

Утром ко мне подошел пожилой заключенный.

- Выбрали койку поближе к окну, - заметил он и пристально посмотрел на меня. - Пойдете сегодня на тренажеры?

Я много чего хотел у него спросить. Как долго я уже тут? Сколько раз я соглашался на укол, и сколько раз отказывался? Потом решил, что сегодня это не важно. Сегодня.

Я кивнул и протянул ему руку для рукопожатия.