Живой мир

— Рад, что ты вырвался со своей кабалы. — голос раздался прямо у уха, заставляя дрогнуть чуть, не роняя телефон. — Как всегда в работе?

— Немного. Скоро запуск нового софта, просто на всякий случай проверяю тесты вручную. — отмахнулся я, пряча телефон и поднимая голову.

Друг, которого я знаю с начальной школы, расплылся в улыбке, стукнув меня по плечу, за что тут же и сам получил симметричный удар. Мы просто дурачились.

— После колледжа до тебя не добраться, чум.

Алекс обхватил меня за плечо и начал трясти.

— Боже, ты снова делаешь отсылки. Нет, хватит. Вот почему я не хотел с тобой говорить. Мне и так хватает приключений на работе с моим начальником.

— Когда-то и меня вела дорога приключений…

Я не выдержал и просто схватил этого парня за шею, а после начал тереть его макушку костяшками, под вскрики, хохот и хрюканье. Впервые за долгое время я просто расслабился. Наверное я действительно слишком погрузился в рутину, что перестал замечать обычную жизнь вокруг. Алекс постоянно пытался меня вырвать из моей «спирали серости», как он выражался, впрочем я не мог его винить. У него было время, было свое жилье и были деньги от обеспеченных родителей. Он предпочел после колледжа посмотреть на страну и просто пожить для себя, ибо была возможность. Честно... Я завидовал. У меня такой возможности не было.

— Реально рад что смог тебя вырвать хотя бы на выходные, Вел.

Вел — одно из сокращений моего имени. На самом деле, Алекс был единственным кто так его сокращает, потому что обычно меня называли Максом. Хотя нет, были и люди которые предпочитали обращаться ко мне по полному имени. Максвелл, претенциозно на мой вкус, но осуждать выбор родителей не было никакого желания. Вел стал сокращением которое нравилось моему близкому другу и это стало каким-то внутренним разграничением. Знакомые могли называть меня Максвелл или Макс, друзья просто Максом и я указывал им на то, что не хочу обращения по полному имени, а вот близкие могли звать меня Велом. Впрочем, так меня мог звать только Алекс.

Небольшая вечеринка в кругу знакомых протекала спокойно. Мы выпивали, общались, я снова вспоминал свои потерянные социальные навыки, а после один из пришедших достал упаковку травки.

Я не был противником. Да черт возьми, это была просто травка, я относился к ней даже проще чем к алкоголю. Буйные от выпивки вызывали больше проблем чем спокойные как шланги укурыши травкой. Но наверное это стало роковой ошибкой. Я решил покурить со всеми, расслабился, отклонился немного дальше чем следовало и Алекс выдав какую-то шутку ударил меня по плечу чуть сильнее чем нужно. Расслабленное от травы тело и медленно думающий мозг не успели среагировать как нужно. Последнее, что я вижу — это в ужасе вылезшее из окна лицо Алекса, а после отчётливый металлический звук.

Голова жутко раскалывалась. Тело неистово болело. Последнее, что он помнил — это падение. Да, Алекс толкнул его. Они дурачились на вечеринке, и его друг случайно толкнул его. Он не удержался на окне и полетел вниз, а потом…

Тупая боль прошлась по всему телу. Он никогда не чувствовал ничего подобного. Казалось, будто все его тело переломано. Взгляд был помутнённым. Но он ощущал, как светит солнце прямо ему в глаза. Что странно, отдыхали они поздним вечером.

— Уррррр.

Раздался странный звук. Какое-то уханье, протяжное и гортанное. Большой силуэт закрывающий свет и жар на лице уходит. А после что-то упало прямо на лицо. Оно ударилось о щеку, а после упало на землю, все еще касаясь кожи. Похоже было на какой-то шарик.

— Урррр!

Что-то коснулось лица. Снова. На этот раз твердое и шершавое. Мгновение спустя сладковатый сок коснулся губ. Он был кислым и до одури вяжущим, заставляя скривится. Боль в спине и особенно в позвоночнике прострелила все тело.

Парень надеялся, что это просто сон. Его последние минуты. Проглотив немного сока, он коснулся чего-то губами. Оно оказалось твердым. По форме напоминало помидор, но было больше и значительно тверже. Макс кое-как сжал зубы и вяжущий сок полился к нему в рот. Затухающее сознание сделало ещё один глоток. Новая вспышка боли заполнила спину и грудь, и он отключился окончательно.

Следующее пробуждение застало парня прохладой и странным звуком, исходящим откуда-то со стороны ног. Странное то ли фырчанье, то ли сопение, которое медленно приближалось. Глаза очень неохотно раскрылись, все ещё мутные, с какой-то пеленой. Один из них явно опух и не открывался до конца, однако даже одним заплывшим глазом юноша мог увидеть это…

Огромную, почти метровую странную гусеницу, которая медленно приближалось к нему подталкивая себя вперёд. Она ползла все ближе и ближе и Макс мог наблюдать за тем, как ее розовый странный рот, состоящий из множества сочленений, раскрывается и закрывается, мандибулы притирались друг об друга. От этого вида что-то внутри парня треснуло и в его мозгу зашуршало. Какое-то внутреннее отвращение на мгновение преодолело страх, прежде чем тот заставил парня осознать ситуацию.

Сердце остановилось. Холодный пот прошиб все тело, заставляя уставший и сдавшийся организм на мгновение ожить и дернуться. Гусеница остановилась. Нога медленно согнулась в колене и Макс попытался отползти. Огромная, отвратительная личинка будто отмерла от оцепенение и лишь начала быстрее бросать свое тело вперёд. Ещё один рывок и она доберется до него и…

— Уууууггггхххх!

Тень налетела сверху на эту жуткую тварь, тут же пропадая из виду вместе с гусеницей. Тушка жуткого огромного насекомого упала в нескольких метрах, с огромной раной из которой текла странная жижа. Следом раздалось грузное и громогласные шипение где-то на ветвях деревьев.

Взгляд юноши устремился туда, чтобы через секунду опуститься ниже. Фигура приблизилась к нему, резко спикировав и остановившись у его головы.

Казалось, размеры его уже не удивляют. Огромная сова. Лишь на глаз, он сразу мог сказать, что она высотой около полутора метров. Ярко-оранжевые глаза буквально светились в темноте, когда голова совы вывернулась в другую сторону. Раздался тихий ух, и филин замахал крыльями, попинывая парня по голове. Один из когтей прошелся по лбу, раздирая налившийся синяк. В этом поведении будто читался призыв к действию. Максу будто говорили:

«Вставай, быстрее. Пошли. Быстрее, быстрее.»

В чаще слышался странный звук. Это напоминало жужжание. Странное, долгое и протяжное жужжание. Слишком громкое для обычных…

Раздался протяжный и пронзительный ух филина, прежде чем он сорвался прочь. Вскоре, Макс увидел почему. Прямо среди деревьев, с мерзким и громким жужжанием появилось десяток странных существ. Они напоминали ос, но летали держась вертикально. У них были огромные серпы вместо лап. А ещё, прямо на их хитиновой морде читалось, насколько они злы. Ах да, еще они были большими. Чертовски огромными, как для насекомых, на вкус парня.

Макс не знал, откуда он нашел силы встать. Всего пару минут назад, он даже не думал, что способен подняться или ползти. Спина жутко болела, постоянно простреливая чудовищной режущей болью. Но в этот момент, что-то внутри него будто щелкнуло. Наплевав на боль, наплевав на свое состояния. Наплевав абсолютно на все, он рывком вскочил с земли и побежал следом за совой, которая почти скрылась из виду.

Он бежал — казалось, без остановки, усталости и единой мысли о том, чтобы остановится. Что-то пробудило в нем давно скрытый и забытый инстинкт. Жажда жить, жажда выжить и бороться за свою жизнь.

Следующее, что Макс осознал, это начавшийся рассвет. Он даже не понял, когда закончилась ночь и началось утро. Тяжело дыша, чувствуя, как воздух обжигает горло и лёгкие, готовый буквально выблевать сопли и слюни, которые текли как ненормальные из-за бешено бьющегося сердца, парень увидел первые лучи поднимающегося Солнца. Не его Солнца, не того сияющего шарика к которому он привык. Цвет был немного другим. Он сделал шаг, остановившись и пытаясь перевести дыхание, но тут же ощутил, как кто-то толкнул его вперёд.

Огромный филин ухнул, пихнув его. А после сделал это снова, вынуждая делать шаг за шагом и не останавливаться.

«Я схожу с ума. Я схожу с ума. Это просто сон. Это просто обкуренный странный сон, и я лежу в коме дома…»

Однако эти мысли не помогали. Солнце медленно поднималось из-за горизонта, начиная бить в снова помутневшие глаза, а юноша продолжал делать шаг за шагом. Сначала маленькая тропинка, сменилась тропой побольше, а после полноценной земляной дорожкой. Макс продолжал перебирать ногами, чувствуя, как усталость и адреналин окончательно добивают его организм, который явно был не готов к такому дню. Юноша не понимал, как он в принципе может двигаться…

«Это просто сон. Фантазия. Поэтому и могу. Просто исполни желание странной птицы, и мы выберемся…» — утешал он себя, перебирая ногами.

Неожиданно сильный ветер всколыхнул потрепанную футболку. Утренний солнечный свет ударил в глаза, заставляя зажмуриться и прикрыть их рукой, чтобы узреть удивительный вид на город, растянувшийся вниз по долине. Совсем рядом была вбита в землю деревянная стрелка ориентира.

«Нью-Барк-Таун»

— Что за идиотское название…

Это было последним, что произнес юноша прежде, чем его ноги подогнулись. Он осел прямо у знака, чувствуя, как тело просто отказало. Навалилась жуткая тяжесть не сравнимая ни с чем до этого. А ещё такой странный холод, вместе с чувством покалывания…

— Уггг! Уху-уху-ухууууу!

Крик огромного филина был последним, что Макс услышал перед тем, как окончательно потерять связь с реальностью.

Сознание приходило рывками. Я в явном бреду и раскалывающаяся голова никак не помогала ситуации. Последние воспоминания были спутанными, а картинки просто не налазились одна на другую. Но была боль. А ещё голоса слышимые будто из-под воды.

— …раступитесь…помощь…используйте…

Неожиданное тепло и радость наполнили мой разум, позволяя боли отступить на несколько мгновений, а сознанию прояснится. Всего на несколько секунд я вновь начал осознавать мир.

— Пульс Жизни. — отчётливо услышал я слова, прежде чем новая волна энергии захлестнули меня заставляя резко взбрыкнуть и поднять голову.

Но к сожалению сделать или сказать что-то я не смог. Ощутив странное прикосновение к своему затылку, меня резко потянуло в сон. Снова…