Живым не дамся!

*протяжный вздох*

Итак, ещё буквально пару минут назад я лежал на диване. Был тёплый августовский вечер, я закончил крутить педали на своей неблагодарной работе. Просто лежал и смотрел чёртов телевизор. Пил пиво. И уснул. А проснулся уже хрен пойми где и хрен пойми кем.

Но не похоже, что в своём мире. И на пранк это не очень похоже. Ведь невозможно за короткое время из крепкого парня сделать вот ЭТО. Мой взгляд упал на тонкие, костлявые руки. Мой разум попытался успокоиться. Мои пересохшие уста молвили самое подходящее и красочное описание текущей ситуации:

— Блять...

Пить хотелось невыносимо. Оглянувшись, я увидел таких же задохликов. Все в одинаковой рванине. Судя по всему, нас куда-то везут. Мы в закрытой повозке. Прелестно. Нихуя не понятно. Но очень интересно. Вот только глаза моих попутчиков вызывали сомнения насчёт того, что нас везут в хорошее место. Такие, знаете, выразительные глаза мёртвой рыбы. Снаружи временами доносился забористый мат деревенских мужиков. Говор — уж очень характерный. Воняло смесью трупного запаха, помойки и немытых тел.

Очень хотелось поддаться панике, носиться по повозке и орать: "Какого хрена тут происходит?" и "Где я?". Но, стиснув зубы, я решил не привлекать внимания. А то примут за сумасшедшего и выкинут в ближайшую канаву. Или перетянут "успокоительным" по темечку.

Мысли в черепушке носились, как тараканы на кухне при включённом свете. Я попытался успокоиться — и у меня даже немного получилось. Собравшись с мыслями, пришёл к одному простому и нифига не логичному выводу: я попаданец. Возможно, это даже хорошо. Что я знаю о попаданцах? Как-то читал фанфики. И там у попаданцев часто была игровая система, которая позволяла быстро прокачаться и всех нагибать движением брови. Как там было?

— Статус. — прошептал я.

Ответа не было. Реакции никакой. Понятно. С Системой прокатили. Я попробовал собраться с мыслями ещё раз. Выудил из памяти что-то про медитацию и усвоение памяти предыдущего владельца тела. Попробовал ещё сильнее успокоиться и пройтись по закоулкам сознания. Ага, понятно. Из закоулков этого самого сознания выплывали красноречивые неприличные жесты. Памяти предыдущего владельца тела нет. Или я хреновый китайский культиватор и медитации не мой конёк.

Паника начала стремительно вытеснять остатки напускного спокойствия. Уже хотелось выпрыгнуть из повозки и втопить куда глаза глядят. Подальше от этих задохликов и непонятного будущего. Выживание в лесу вдруг стало казаться весьма заманчивой идеей. Вдруг меня спалят? Что я — не я и ориентиров в этом мире у меня никаких. Сам не заметил, как начал медленно готовиться вынырнуть щучкой из повозки. Но меня обломали. Повозка резко остановилась, и я навернулся на не очень чистый пол. Хорошо хоть ничего не рассёк, но морду перепачкал. Столкновение лба с досчатым полом немного помогло успокоиться, и тут повозка открылась. Появилось лицо грязного мужика с гнилыми зубами.

— Ну шож, юродивые, подымайте сраки — приперлись мы. Со новосельем, епть!

Я поднялся и глянул на спутников. Те молча встали и начали двигаться к выходу — я последовал их примеру. Сделал рожу кирпичом и шустро соскочил с телеги. Ага, как же "шустро" — стоило спрыгнуть, как ноги подкосились, и я еле удержал равновесие. Но не у всех получилось столь же грациозно приземлиться. Большая часть просто попадала в грязь. Оглядевшись, я понял — мы в дерьме. Мужик снова заговорил:

— Эй вы, хворые, слушайте да врезайте в голову: какать чирк — в той канаве, колодезь — за амбаром, бочка со жратвой — под навесом. Жить вам велено в той давней избёнке, а помирать — вон у старого пня. Поесть вам местные будут подвозить, чего доброго наскребут. Всё, я гайну — бывайте здоровы!

Стоп, что? Помирать? Мужик уже развернулся и собрался свалить отсюда поскорее. Ох, как я его понимаю. Вот только на один вопрос он так и не дал ответа. Его я и поспешил задать:

— Простите. А где мы?

Мужик оглянулся и хмуро посмотрел на меня. С какой-то жалостью даже:

— Ох-ох... Совсем, гляжу, на головушку хворый, а? Ээх… первым, глядишь, и помрёшь, хлопец... Ну ладно, юродивый, слушай. Вот он, ваш новенький дом. Не барский, но и крыша над головой есть. Вас, проклятых, сюда стаскивают, шоб другим беды не наделали. Из-за рва — ни шагу, ни полшажочка. В лес не шастать, к селянам не соваться. Увидите пламя — в портки не гадьте, не вам то горит. То селяне пал пускают — траву да кусты вокруг подпаливают, шоб хрень всякая не приползла. Вон, ров вырыли — и от хрени заслон, и вам граница, шоб не спалило. Не баламутьтесь тут, живите тихо, как мыши под веником, сколь вам осталось. Ну всё, бывайте.

Под моим охуевшим от таких перспектив взглядом мужик запрыгнул на козлы, стеганул кобылу и уехал молча. Я вышел из ступора и ещё раз осмотрелся. Облезлые деревья вокруг. Небо пасмурное. Кривая халупа. Такой же кривой колодец и навес с бочками. Грязи — по щиколотку.

— Пиздец...