Жизнь на полную

Глава 1. Тот, кто жуёт яблоко

Посёлок Артарас жил своей обычной жизнью: дети носились по улицам, старушки перемывали косточки соседям, мужчины пропадали в полях, а женщины хлопотали по дому. Всё шло своим чередом, пока одной ночью кто-то не заметил на окраине горизонта яркую вспышку. Она длилась всего секунд десять, но её увидели почти три десятка человек. Для посёлка с населением в триста десять душ это было событием.

Старейшины, собрав самых крепких мужиков, устроили совет. Игнорировать жалобы трети посёлка было нельзя. Решили устроить засаду следующей ночью, но вспышка не повторилась. Караулили ещё три ночи, сбиваясь с ног и не смыкая глаз, — без толку. Махнули рукой: мало ли что померещилось.

Но вспышка вернулась. А вместе с ней — странный, нарастающий гул, в котором смешались звенящая тишина и низкая вибрация.

Через неделю всю территорию вокруг места вспышки оцепили военные. Ни пройти ни проехать.

Четверым подросткам, которым энергия и любопытство не давали покоя, такая тайна была как кость в горле. Им стало жизненно необходимо узнать, что там такого секретного, что даже сам президент, говорят, заинтересовался.

Каран был заводилой. Крепкий, выносливый, с обострённым чувством справедливости. Он сразу решил, что поведёт друзей в эту вылазку.

Зирун, полная противоположность, — умный, циничный, но друзей ценил. Увлекался наукой и философией, любил задавать вопросы, на которые у взрослых не было ответов.

Кира обожала технологии. Электричество и гравитация были её стихией. Она даже собрала аппарат, питающий её дом от реки, а потом обеспечила энергией полдеревни. Инженерные очки почти всегда торчали у неё на лбу.

Ратус был тем, кто умел договариваться. Он доставал ресурсы, находил общий язык с кем угодно, будь то дети или взрослые. Про него говорили: «То ли гений переговоров, то ли сам дьявол», но мотивы у него всегда были чистыми.

Встретились они в своём штабе — заброшенной, но крепкой церкви посреди лесочка, у ручья с холодной водой. Сели за грубо сколоченный, но отполированный до блеска стол и начали обсуждать план проникновения на закрытую территорию.

Каран рубанул с плеча:

— Короче, так. Я предлагаю без лишних понтов. Ночью подходим к ограждению, ломаем маленькую дырку и лезем. По-мужски и быстро.

Зирун закатил глаза:

— Ты, дуболом, хоть подумал, что проволока под током может быть? И что там патрули ходят?

— А вот мой научный аргумент, — вмешалась Кира, многозначительно подняв палец. — Оголённый медный провод. Знай, что физика жестока — так почувствуй силу тока! — она явно цитировала чью-то песню про Теслу, но никто её не знал.

— А ресурсы где на всё это брать? И информацию? — резонно заметил Ратус.

В этот момент в церкви раздался отчётливый хруст. Кто-то откусил яблоко.

Хруст повторился. Все обернулись к большому окну, рядом с потемневшим ликом Христа.

На подоконнике сидел парень. Лет пятнадцати, ровесник. Лица почти не видно — только подбородок, двигающийся, когда он откусывал очередной кусок. Одна нога беззаботно болталась в воздухе, другая была поджата к животу. В одной руке — яблоко, вторая — опиралась на подоконник.

Он прожевал и заговорил, не глядя на них:

— План у вас — полное говно, если честно. Вы хоть понимаете, что военные — это не бабки на лавочке? Поймают — мало не покажется. И вообще, на фига вы туда прётесь? Жопа не на месте?

В церкви повисла гробовая тишина.

Каран первым пришёл в себя:

— Ты… ты кто такой? Откуда знаешь про это место? Тебе чего надо? Подраться, что ли?

Парень всё так же жевал яблоко, глядя куда-то в темноту.

— Да местный я. Мимо шёл, шум услышал. Ничего мне от вас не надо. А подраться… — он повернул голову, и в темноте блеснули глаза. — Можно и показать, на что способны такие наивные детишки.

Не успел никто и глазом моргнуть, как парень отбросил яблоко в угол, вцепился пальцами в стену и бесшумно соскользнул вниз, на пол.