Жизнь в эпизодах

Солнце медленно ползло по весеннему небу.

Не большой белый воин шёл по протоптанной тропинке.

- Привет, любимая! – кот положил около лап предводительницы крупного зайца.

- Привет, Белый Свет, спасибо, – Кроваво-Красная Звезда лизнула партнёра в лоб.

- Приятного аппетита! – воин побежал в детскую.

- Папа? – спросила маленькая белая кошечка.

- Привет, родные! – он зашёл в нору и гордо выпятил грудь.

- И тебе привет, – глухо прорычала коричневая королева, которая кормила котят Звезды.

- Оу, да... Привет, Гвоздичка! – замялся Белый Свет, прикрыв глаза.

Гвоздичка практически с самого рождения котят кормила их своим молоком, потому их биологическая мать отказалась от этой должности.

- Папа, а можно к маме? – спросила Солнышко.

- М... Нет, зайка, мама... Э... Сейчас не в настроении... – Свет говорил с запинками, отведя взгляд.

- Но я хочу к маме! – резко замяукала кошечка, встав на лапки.

- Прости, солнышко... – воин ещё больше сжался.

- Иди, – процедила Гвоздичка, прикрыв мордочку кошечки своим большим пушистым хвостом.

Белый Свет медленно шёл по середине лагеря...

- МЯ-ЯВ!

Воин мгновенно поднял голову.

И увидел как по земле катается огромный кошачий комок. Двое воинов сцепились в драке... Снова.

- Гвоздика, Роза! – громко зарычал Белый Свет, сверкнув жёлтыми глазами в ярком солнце.

Воины остановились.

Большая бело-коричневая воительница с яркими голубыми глазами с яростью посмотрела на Белого Света.

- Она пыталась меня убить! – завопил Роза, который лежал под лапами Гвоздики.

- И я добьюсь своего! – в ответ прорычала кошка.

- Что вы себе позволяете!? – грозно зарычал белый воин. Его шерсть поднялась дыбом, когти впились в мягкую после дождя землю.

- Сделай с ней что-нибудь, умоляю! – промякал рыжий воин под лапами кошки.

- Что здесь происходит? – послышлася басистый голос предводительницы.

Белый Свет тут же успокоился. Его подруга мастерски заканчивала такие драки.

Ясно голубые глаза Гвоздики сузились...

Она была готова драться с кем угодно.

- Пойдём, – Кроваво-Красная Звезда положила пушистый коричневый хвост на плечи кошки. - поговорим, – она сузила глаза. Что-то задумала...

- Ну и что ты хотела сказать? – спросила Гвоздика, сев в траву.

Звезда не ответила...

- Ну... МЯ-Я-ЯВ! – Звезда с разбегу прыгнула на морду воительнице. Та заверещала, но "публика" была слишком далеко. Однако, без дополнительных глаз не осталось

Маленький чёрный котик сидел в высокой траве. И с огромными глазами смотрел на драку...

- Прекрати! – заскулила Гвоздика. Её нос был разодран. Звезда не боялась использовать когти.

Кроваво-красная Звезда отпрыгнула, приземлившись на мягкую, вытоптанную траву.

- Ты... Совсем!? – Гвоздика заплакала... Она не боялась показывать эмоции.

- Нет, нужно думать, что делаешь, – прорычала Звезда, слизывая кровь с пасти.

Но она не собиралась сдаваться...

Гвоздика выкинула вперёд когти, напружинила задние лапы и со всей мощи прыгнула на морду "врагу".

Звезда сморщила нос, приоткрыла пасть и вписались клыками в морду Гвоздики.

Котёнок закрыл глаза. Кровь брызнула во все стороны...

Гвоздика прошлась когтями по морде "врага".

"Они же убьют друг друга!" – подумал про себя чёрный котёнок. Он снова открыл глаза. И потерял их из виду. Где они? Может, уже прямо за его спиной?

- Умри!! – громко рыкнула Гвоздика, возив клыки в бок Звезде.

Опять громкий мяв.

"Убьют точно..." – котёнок пробрался через траву... Поляна была пуста.

Котёнка звали Черныш, он был из Горного Племени.

- Ах ты!! – Звезда поднялась на лапы и скинула с себя воительницу. Она ощетинились и бросилась на нее с громким мявом.

Тишину ночи разорвал яростный рык. Черныш прижал уши, когда перед ним выросла гигантская тень Чернобровой. Её шерсть, покрытая шрамами былых битв, дыбилась, делая её ещё массивнее.

— Ма, отпусти! — Гвоздика яростно дёргалась в зубах матери, но та лишь сильнее сжала хватку.

Кроваво-Красная Звезда медленно поднялась, вытирая лапой кровь с разбитой морды.

— Чернобровая...— её голос звучал устало, но в глазах горел холодный огонь. — Твоя дочь первой бросилась на меня.

Чернобровая бросила Гвоздику на землю, но тут же прикрыла её своим телом.

— Ты забыла, с кем говоришь? — её рычание заставило дрогнуть даже листья на кустах. — Я видела, как ты ползала слепым комочком, когда настоящие воины проливали кровь за это племя!

Звезда оскалилась, но её хвост нервно дёрнулся.

— И где были эти "настоящие воины", когда резали мою мать? — её шёпот был страшнее крика.

Наступила мёртвая тишина. Даже ветер замер.

Чернобровая вдруг... усмехнулась.

— Ох, детка... — она сделала шаг вперёд, и Черныш увидел, как в её глазах вспыхнуло что-то опасное. — Ты действительно думаешь, что всё было так просто?

Гвоздика замерла, широко раскрыв глаза.

— Ма... Что она...

— Закрой пасть! — Чернобровая резко обернулась к дочери, затем снова к Звезде. — Ты хочешь правды? Твоя мать была...

— ХВАТИТ!

Рёв Звезды сотряс воздух. Она бросилась вперёд, забыв про раны, про боль — но Чернобровая встретила её с расправленными когтями.

Черныш зажмурился, услышав звук удара, а когда открыл — увидел:

Звезда лежала на земле, а над ней стояла Чернобровая, её клыки в сантиметре от горла поверженной предводительницы.

— Вот видишь, — прошипела она. — Ты всё ещё та самая слабая кошка, которая плакала в ночь гибели матери.

Гвоздика смотрела на них обеих с чем-то между ужасом и прозрением.

А Звезда... Звезда впервые за много лун выглядела маленькой.

- Ма... Ты переборщила, – пропищала Гвоздика. Но Чернобровая не дрогнула, ни один мускул на её морде не дёрнулся.

- Нет, дорогая, – её голос был холодным, как неожиданная зима. - я все сделала правильно, – она обошла Звезду по кругу. Наблюдая, как она корчится и мучается от боли в разодранном боку.

- Что скажешь? – Чернобровая остановилась перед мордой Звезды.

Тишина повисла между ними, густая и тяжёлая, как предгрозовое небо.

— Ты тварь, — хрипло прорычала Звезда. Её глаза, широкие и яркие в лунном свете, казалось, вобрали в себя всю ночь — пустую, беззвёздную, безжалостную.

Чернобровая медленно наклонила голову, пока её дыхание не смешалось с дыханием поверженной предводительницы.

— Возможно, — прошептала она так тихо, что услышали только Звезда и, может быть, ветер. — Но я та тварь, что дала тебе шанс выжить тогда. И жалею об этом каждый день.

Она выпрямилась, отбрасывая тень на Звезду.

— Ма... — Гвоздика снова попыталась вступить, но её голос дрогнул. Она видела, как дрожат лапы матери — не от страха, нет. От чего-то другого. От чего-то, что даже она, её единственный котёнок, не могла назвать.

Чернобровая резко развернулась, хвост взметнулся, как знамя.

— Идём, — бросила она дочери, даже не оглядываясь на Звезду, которая осталась лежать в пыли, сжимая когтями землю.

Гвоздика на миг задержалась, её голубые глаза встретились с горящими жёлтыми. Что-то невысказанное промелькнуло между ними — может, понимание. Может, предупреждение.

Потом она побежала за матерью, оставив позади только тишину, да лунный свет, что наконец пробился сквозь тучи, осветив окровавленную шерсть Звезды.

А где-то в кустах чёрный комочек затаил дыхание, понимая, что стал свидетелем чего-то, что изменит всё.

Над лагерем повисла тишина..

- Мам, пап! – Черныш вбежал в лагерь через колючие кусты ежевики.

- Сынок! – такая же чёрная, как смоль, кошка выбежала на встречу сыну. - Где ты был!? – кошка кричала как птица, которую поймал молодой охотник.

- Я видел драку!

- Какую драку? – чёрно-белый кто вышел из палатки старейшин.

- Звезда... Кровавая... – пытался вспомнить имя предводительницы Дождевого Племени.

- Кроваво-Красная Звезда? – напомнил отец.

- Да, она! Дралась с какой-то кошкой! – котёнок рассказал обо всём, что видел и слышал. Родители стояли, выпучив глаза.

Грознозвёздная как тень, стояла около скалы и слушала его рассказ.

- Так вот какая она... – прошипела себе под нос светло-коричневая тощая кошка.

Сколько она убила? Два? Три раза? А может все десять? Смерти от когтей Кровавой Звезды шли на десятки.

- Пойдём, поспи, уже скоро рассвет, а ты и глазу не закрыл! – проигнорировав рассказ сына, чёрная кошка повела его в детскую. А отец остался на поляне.

Грознозвёздная подошла поближе.

- И? – прорычал Чёрный Лес.

- Мы должны убить её... – прошептала предводительница, наклонив голову к коту.

- Убить? – переспросил старейшина.

- Да, – кошка подняла голову к луне, которая медленно сползла по небу.

- Мы должны обезопасить племена.

Луна, бледная и холодная, будто замерла над лагерем, слушая последние слова Грознозвёздной.

— Убить? — Чёрный Лес медленно повторил, как будто пробуя это слово на вкус. Его когти непроизвольно впились в землю.

Грознозвёздная не моргнула. Её жёлтые глаза, отражавшие лунный свет, горели решимостью.

— Она — чума. Каждое племя, к которому она прикасается, начинает гнить изнутри.

Где-то вдали прокричала сова — одинокий, зловещий звук.

Чёрный Лес опустил голову, его чёрно-белая шерсть сливалась с тенями.

— Ты говоришь о предводителе Дождевого Племени. Даже если мы решимся... Кто возьмёт на себя этот грех?

Грознозвёздная повернулась к нему, и в этот момент лунный свет упал на её морду, высветив старые шрамы — свидетельства бесчисленных битв.

— Я.

Тишина.

Даже ветер перестал шелестеть листьями.

Чёрный Лес закрыл глаза. Он видел, как Кроваво-Красная Звезда, ещё котёнком, играла с его сыном у ручья. Видел, как её глаза загорелись впервые, когда она получила своё имя оруженосца.

— Тогда пусть звёзды проявят милосердие к нам всем, — прошептал он.

Грознозвёздная кивнула и медленно пошла прочь, её силуэт растворялся в предрассветных сумерках.

А луна, наблюдающая за всем этим, наконец скрылась за горизонтом, словно не желая видеть, что принесёт новый день.