Жизнь во имя неизвестного

Дождь в столице пах не свежестью, а нечистотами и ржавчиной. В нижнем городе, который старожилы называли «Брюхом», небо всегда казалось затянутым грязным полотном.

Каэль сидел на корточках в тени обвалившейся арки, сжимая в руке кусок заточенной арматуры. Ему было двенадцать, но его глаза, глубоко запавшие и подозрительные, принадлежали старику, который слишком часто видел смерть.

Его целью был обоз. Три телеги с провиантом для Академии «Острия». Охрана — четверо наемников в кожаных доспехах. Они выглядели расслабленными, перешучивались и плевали в дорожную пыль. Для них «Брюхо» было просто неприятным маршрутом, для Каэля — полем охоты.

— Сейчас, — прошептал он сам себе.

Когда последняя телега подпрыгнула на выбоине, мешок с овсом накренился. Каэль метнулся вперед — тень среди теней. Никакой магии, только босые ноги, привыкшие к битому стеклу, и расчет траектории. Он должен был вспороть мешок, набить карманы и исчезнуть в канализации до того, как стража обернется.

Но всё пошло не так.

Тень, упавшая сверху, была слишком стремительной. Каэль едва успел откатиться, когда в место, где он только что стоял, вонзился узкий стальной клинок. Звук удара металла о камень был чистым, как звон колокола.

Каэль замер, припав к земле. Перед ним стояла девочка. Его ровесница, может, на год старше. Но она не была из «Брюха».

Её белое тренировочное платье сияло даже в этой грязи. Золотистые волосы были стянуты в тугой узел, а в руках она держала тренировочный эсток — длинный, тонкий меч без лезвия, предназначенный для колющих ударов.

— Воровство — это путь слабых, — произнесла она. Её голос был холодным и скучающим, словно она читала нотацию слуге.

— Голод — это путь мертвых, — огрызнулся Каэль, крепче сжимая свою заточку. — Уйди с дороги, принцесса. Твои няньки далеко.

Она слегка наклонила голову. В её глазах не было страха, только ледяное любопытство.

— Мои «няньки» охраняют первые две телеги. А я здесь, чтобы попрактиковаться в дистанции. Ты двигаешься быстро, крыса. Но хаотично.

Каэль не стал ждать. Он бросился низко, целясь в её колено. В трущобах не было дуэлей — были только убийства. Но девочка даже не отступила. Одним коротким, почти ленивым движением она ударила эфесом меча ему в висок.

Мир взорвался искрами. Каэль рухнул в грязь, чувствуя, как во рту разливается вкус железа.

— Техника «Падающей капли», — услышал он над собой её голос. — Ты используешь инерцию, но забываешь о равновесии.

Она приставила кончик меча к его горлу. Каэль смотрел снизу вверх на это воплощение совершенства и чувствовал ярость, которая жгла сильнее, чем рана. Она была как те монстры из легенд, только вместо клыков у неё была Сталь и Право Рождения.

— Убей меня, — прохрипел он. — Или я найду тебя и перережу горло во сне.

Девочка на мгновение замерла. На её губах промелькнула тень подобия улыбки — тонкая, как лезвие бритвы.

— Меня зовут Элара фон Кассель. Запомни это имя. Если хочешь убить меня — приди в Академию. Там учат, как делать это правильно.

Она убрала меч и бросила ему под ноги медную монету.

— Купи себе нормальный нож. Этот мусор сломается о мой доспех, даже не поцарапав его.Телеги скрылись за поворотом, оставив Каэля один на один с дождем и унижением. Он сжал монету так сильно, что края врезались в ладонь.В этот день в «Брюхе» не стало вора. В этот день там родился тот, кто решит сжечь Академию дотла — или возглавить её.